2013-09-13 21:00:05
ГлавнаяГражданское право и процесс — Применение норм права о неустойке



Применение норм права о неустойке


Поскольку из смысла ст. 333 Кодекса следует, что решение об уменьшении неустойки может быть принято судом независимо от заявления об этом должника, постольку обязанность доказывания несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства не может быть возложена на последнего. Имея в виду изложенное, некоторые авторы вполне обоснованно полагают, что вынесение решения об уменьшении неустойки при отсутствии доказательств в материалах дела о несоответствии неустойки последствиям нарушения обязательства приведет к нарушению судом целого ряда процессуальных норм: о принятии решения лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в заседании (принцип непосредственности судебного разбирательства); о несоответствии решения требованиям п. 2 ст. 127 АПК РФ; о невозможности для кредитора, при отсутствии заявления должника об уменьшении неустойки, представить свои возражения против довода о чрезмерной величине неустойки [31].

Позиция о применении судом статьи 333 ГК РФ и уменьшении неустойки при наличии к тому оснований независимо от того, заявлялось ли такое ходатайство ответчиком, была подтверждена в «Обзоре практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», принятого Письмом Президиума ВАС РФ № 17 от 14 июля 1997 г. (см. пункт 1). В постановлении Пленума Верховного Суда РФ и ВАС РФ № 6/8 было указано, что при оценке последствий нарушения обязательства судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг, сумма договора и т.п.).

Следуя указанным рекомендациям, суды зачастую принимают решения об уменьшении неустойки по своей инициативе, при отсутствии в материалах дела доказательств о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, лишь на основании оценки суммы неустойки и сопоставлению ее с суммой неисполненного или нарушенного обязательства, периода просрочки либо нарушения обязательства, размера предусмотренной договором неустойки, принятием должником мер к погашению долга и т.п. При отсутствии ходатайства должника об уменьшении неустойки, начав обсуждение данного вопроса в судебном заседании по своей инициативе с целью исследования контрдоводов истца по этому вопросу, суд заведомо вынужден «защищать» интересы одной стороны в процессе, чем заранее - до принятия судебного акта по делу - предвосхищает свое решение в части уменьшения неустойки. Этим нарушаются такие принципы судебного разбирательства, как состязательность и равноправие сторон в судебном процессе: суд не может выступать «адвокатом» должника.

При таких обстоятельствах в отсутствии ходатайства должника об уменьшении неустойки, как правило, решение о применении статьи 333 ГК РФ принимается судом путем самостоятельной оценки оснований для снижения неустойки без исследования документов о наличии несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и обсуждения данного вопроса сторонами в судебном заседании. Конечно, такая практика является основанием для последующих жалоб кредиторов об уменьшении судом неустойки.

Не способствует правильному разрешению споров о взыскании неустойки и уменьшении их судом и пространная формулировка законодателя о « последствиях нарушения обязательства». Непонятно, являются ли эти « последствия « убытками кредитора, если да, то в какой их части и в каком составе? Если это убытки, то по требованию о взыскании неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков и их размер (п. ст. 330 ГК РФ). Если это «последствия» иного рода, то, что это за последствия и до каких пределов и в каком размере они должны быть учтены, до какого размера может быть уменьшена неустойка?

Законодатель не дает ответа на данный вопрос. В литературе существуют разные точки зрения на этот счет. Например, по мнению И.И. Воронцовой, совершенно очевидно, что применительно к денежному обязательству сумма долга, на которую начисляется неустойка, не может служить критерием для оценки ее нормальной величины, поскольку сумма обязательства как таковая не характеризует последствий неисполнения денежного обязательства. Ей представляется, что соизмерение неустойки с последствиями нарушения денежного обязательства в действительности представляет собой сравнение установленной договором ставки, по которой начисляется неустойка, с банковской ставкой рефинансирования [32].

Однако такая постановка вопроса, во-первых, не дает ответ на вопрос в отношении соразмерности последствиям нарушения обязательства неустойки, установленной за другие виды нарушений договорных обязательств (нарушение сроков выполнения работ, за недопоставку и т.п.); во-вторых, отождествляет такие различные меры ответственности, как неустойку и банковские проценты за пользование денежными средствами (в отношении которой, кстати сказать, режим применения ст. 333 ГК РФ иной - уменьшению подлежит применяемая ставка рефинансирования, а не сумма процентов).

Была высказана в литературе и иная точка зрения. Исследуя закономерности применения нормы части 1 ст. 333 ГК РФ в российской арбитражной практике в зависимости от суммы основного обязательства, периода просрочки, ставки неустойки и суммы заявленной и взысканной неустойки, В.А. Белов выявил такой принцип уменьшения неустойки: чем больше период просрочки, тем сильнее должна быть уменьшена неустойка. Данный вывод вытекает из того: чем дольше кредитор не заботится о взыскании компенсационной неустойки, тем, очевидно, меньший интерес она для него представляет. При этом предлагается в качестве определения критерия размера уменьшения неустойки брать период, в течение которого заявлено требование о неустойке (три-шесть месяцев; шесть месяцев - год; год - полтора года; от полутора до трех лет со дня правонарушения), и в зависимости от этого установить кратный размер показателя соразмерности неустойки, установленный в зависимости от суммы нарушенного обязательства, а также установить предельный размер уменьшения неустойки: либо 50% от суммы заявленной неустойки, либо 50-100% от суммы упущенной выгоды, исчисленной по ставке рефинансирования, либо суммой долга [33].

Безусловно, в связи с большим разнообразием различных ситуаций нарушений условий по различным договорам; особенностями, присущими лишь конкретным договорным обязательствам; невозможностью заранее предугадать появление в будущем убытков или иных последствий в результате нарушения обязательства и действий должника по предотвращению этих последствий и т.п., трудно представить единые критерии (правила) уменьшения неустойки. Однако возможно было бы правильным установление в законе отдельных (обособленных) критериев для определения пределов уменьшения неустойки, к примеру, по отдельным видам нарушений (при взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения определенных действий; за нарушение сроков исправления недостатков; за просрочку платежа и т.п.), поскольку правовые последствия в результате допущенных нарушений могут быть в каждом конкретном случае разными. Думается, является вполне резонным предложение о том, что следует установить в законе определенный минимальный и максимальный предел уменьшения неустойки. Как нам кажется, при уменьшении неустойки в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства должна в числе иных критериев учитываться сумма неисполненного или нарушенного обязательства. Поскольку именно это является изначально показателем того, что рассчитывала получить сторона по договору при надлежащем его исполнении. Однако сумма нарушенного обязательства, безусловно, не может служить единственным показателем последствий нарушения обязательства. Учитывая то, что кредитор по требованию о взыскании неустойки не должен доказывать факт причинения ему убытков (неважно в форме реального ущерба либо упущенной выгоды) и их размер, в качестве критерия несоразмерности неустойки можно было принять такие показатели, как: исполнено ли обязательство частично или вовсе не исполнено; если обязательство исполнено, то в какой его части - большей или меньшей; принимаются ли кредитором меры к предотвращению допущенного нарушения (что органично вписывается в природу неустойки как меры, стимулирующей должника к надлежащему исполнению обязательства); период нарушения обязательства - при длящейся неустойке.

Не дает законодатель и однозначного ответа на вопрос о том, любая ли неустойка (зачетная, штрафная, исключительная, альтернативная) может быть уменьшена судом при наличии к тому оснований. Данный вопрос также не является праздным. На практике кредитор не соглашается с решением суда о снижении размера неустойки в штрафном ее виде в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства. Существует на этот счет неоднозначное толкование статьи 333 Кодекса и в литературе.

Так, некоторые авторы усматривают смысл, назначение и условия существования института уменьшения неустойки всецело зависимым от функций и предназначения самой неустойки, а точнее взыскания неустойки. Исходя из этой посылки делается вывод о том, что там, где законодатель презюмирует неустойку зачетную или оценочную, т.е. предполагает, что ее взыскание предназначено для упрощенной компенсации убытков кредитора, там существует и институт уменьшения неустойки. Напротив, законодательство, считающее главной функцией взыскания неустойки наказание правонарушителя (ее взыскание сверх убытков и сверх исполнения обязательства в натуре), не знает института уменьшения неустойки. Таким образом, делается вывод о том, что неустойка, взыскание которой предназначено для упрощения компенсации убытков - зачетная, альтернативная и исключительная, может быть уменьшена в том конкретном случае, когда на практике ее компенсационная функция перерастает в штрафную, т.е. когда взыскание приведет к обогащению кредитора. Неустойка, взыскание которой изначально предназначено для наказания правонарушителя (штрафная неустойка), уменьшению в принципе не подлежит. Никогда. Ни при каких обстоятельствах [34].

Вряд ли такую позицию можно признать основанной на законе. Из буквального смысла статьи 333 ГК РФ вывод о невозможности применения института уменьшения неустойки к ее штрафному виду не усматривается. Не связана напрямую возможность уменьшения неустойки ввиду ее явной несоразмерности последствиями нарушения обязательства, выражающимися в убытках. Закон не содержит явного и прямого запрета на применение института уменьшения неустойки в отношении штрафной неустойки. Единственным критерием возможности уменьшения неустойки является явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. При такой трактовке закона считаем, что институт уменьшения неустойки можно применить при наличии к тому оснований к любому виду неустойки, в том числе и к штрафной неустойке. Однако вместе с этим считаем, что возможно было бы правильным и обоснованным с точки зрения штрафного характера неустойки определить в законе в качестве предела уменьшения неустойки определенную сумму взыскания, выходящую за сумму обоснованно предъявленных ко взысканию убытков.

Что касается процедуры взыскания неустойки, следует отметить, что взыскание неустойки производится в исковом порядке и подчинено общим правилам обращения управомоченного лица в суд и правилам рассмотрения этих споров в судебном порядке. Между тем практика рассмотрения споров о взыскании неустойки показывает, что эта категория споров составляет большую долю дел, рассматриваемых судами.

Споры о взыскании неустойки по предмету, основанию иска, подлежащим доказыванию в суде, не составляют сложную категорию споров. Как правило, должники по делу признают требования истца, заявляя при этом ходатайства об уменьшении подлежащей взыскании неустойки. Судами активно применяются предоставленные законом полномочия к урегулированию разногласий сторон и окончанию дела миром, чем часто и заканчиваются судебные процессы. Существовавшая ранее (до введения в 1995 г. Арбитражно-процессуального кодекса РФ) практика обязательственного досудебного урегулирования споров посредством предъявления к должнику до обращения в суд претензии с требованием об оплате неустойки способствовала урегулированию определенной части возникающих споров на стадии досудебного разбирательства. Думается, что введение законодательно обязательного досудебного урегулирования споров о взыскании неустойки сократило бы число указанных споров в суде.

В целом эффективность реализации неустойки зависит от качества норм права (материального, процессуального), регулирующих данные правоотношения. Если норма права, предусматривающая ответственность, достаточно эффективно воздействует на договорные отношения, достигает цели предупреждения нарушений обязательств, значит она экономически обоснована [35]. Следует отметить, что большое количество споров о взыскании неустойки, рассматриваемых судами, свидетельствует о нарушении сторонами обязательства, несмотря на угрозы реализации неустойки, что, соответственно, подтверждает неэффективность во многих случаях неустойки и невыполнение ее основной функции - функции стимулирования надлежащего исполнения обязательства.

Думается, что причиной этому являются и объективные факторы, и факторы субъективного характера. Объективные - это несовершенство в некоторой степени законодательства (к примеру, ст. 333 ГК РФ), общий кризис неплатежей и спад в экономике. Субъективные факторы выражаются в недобросовестности контрагентов договора, принятие компетентными органами в некоторых случаях не совсем справедливых решений с учетом применения ст. 333 ГК РФ и снижения неустойки либо до мизерного размера, либо в незначительном размере и взыскании непомерно высоких размеров неустойки и др.

За последнее десятилетие сменилась как экономическая ситуация в стране, так и гражданское законодательство. Практика рассмотрения хозяйственных связей и споров, каковыми является спор о взыскании неустойки за нарушение договора, дает основание считать, что содержание специальных норм, регламентирующих те или иные сферы хозяйственной деятельности, в различных системах правового регулирования хозяйственной деятельности имеет тенденцию к сближению, унификации [36].

В целом базой унификации является переход от хозяйственного законодательства, в основном хозрасчетного типа, к хозяйственному законодательству, в основном коммерческого типа [37].

С введением нового Гражданского Кодекса законодателем урегулировано достаточно полно и всесторонне практически большинство хозяйственных обязательственных правоотношений по различным видам договоров.

Между тем обострение проблемы обеспечения общественного хозяйственного порядка требует усиления внимания именно к хозяйственному праву, с помощью которого можно обеспечить сочетание публичных и частных интересов, предупредить развитие экономической преступности [38].

Совершенствование правового регулирования хозяйственной деятельности, а особенно, способов обеспечения таковой деятельности (неустойки), может служить важным средством укрепления договорной дисциплины, преодоления кризиса неплатежей и дезорганизации в экономике.


Маликова Эльза Маратовна



[1] См.: Собрание законодательства РФ. 1998. - №2. - С. 218.

[2] См.: Собрание законодательства РФ. 1995. - № 1. - Ст. 3.

[3] См.: Собрание законодательства РФ, 1994. - № 32. - Ст. 3303.

[4] См.: Собрание законодательства РФ. 1999. - №18. - Ст. 2207.

[5] См.: Решения Арбитражного Суда Республики Башкортостан по делу Г-12374 /МЭМ/ от 21.12.2000г., Г-10728 /МЭМ/ от 15.12.2000 г., Г-12885 /МЭМ/ от 26.01.2000 г. и др. // Архив Арбитражного Суда Республики Башкортостан.

[6] См.: Кравцов А.К. Плановые обязательства по советскому гражданскому праву. - Воронеж, 1980. - С. 101.

[7] Луцъ В.В. Основные проблемы современного заключения и исполнения хозяйственных договоров: Автореф. дис. канд. юрид. наук. – Харьков, 1976. – С. 38.

[8] См.: Михайлич А.М. Хозяйственная реформа и ответственность социалистических организаций. Науч. тр. Кубанск. ун-та. Вып. 196. - Краснодар, 1975. - С. 80; Орлов В.М. Укрепление государственной дисциплины в народном хозяйстве // Сов. гос. и право. 1977. - № 8. - С.41.

[9] См.: Бренных Е.В. Правовые вопросы имущественной ответственности в договоре поставки: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - Харьков, 1979. - С. 8.

[10] См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 05.11.96 г. № 1951/96 // Вестник ВАС РФ. 1997. - № 2. - С. 59.

[11] См.: Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.07.97 г. № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ» // Вестник ВАС РФ. 1997. - № 9. - С. 75.

[12] Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. – С. 394.

[13] Агарков М.М. Проблема злоупотребления правом в советском гражданском праве // Известия АН СССР.

[14] Отделение экономики и права. 1946. - № 6. – С. 427, 429; См.: Самойлова М.В. Право личной собственности граждан СССР: Автореф. канд. дис. - Л., 1965. - С. 11.

[15] См.: Малеин Н.С. Закон, ответственность и злоупотребление правом // Сов. гос. и право. 1991. - С. 29.

[16] Бару М.И. О ст. 1 Гражданского Кодекса // Сов. гос. и право. 1958. - № 12. - С. 118.

[17] Иоффе О.С. Советское гражданское право. - С. 311.

[18] См.: Самойлова М.В. Осуществление права личной собственности граждан СССР // Вопросы гражданского права и процесса. - Л., 1969. - С. 37.

[19] См.: Малеин Н.С. Закон, ответственность и злоупотребление правом. – С. 28-35.

[20] См.: Абова Т.Е. Указ. соч. - С. 68, 69.

[21] См.: Венедиктов Ю.А., Черепахин А.М. Указ. соч. - С.6; Малеин Н.С. Указ. соч. - С. 119.

[22] Собрание постановлений Правительства РСФСР. 1969. - № 2-3. - Ст. 8.

[23] См.: Петров И.Н. Указ. соч. - С. 186-187.

[24] См.: Дашков П.П., Брызгалин А.В. Коммерческий договор: от заключения до исполнения. - М., 1997. - С. 34.

[25] Гражданский Кодекс РСФСР. Научный комментарий. - М., 1930. - С. 83-84.

[26] См.: Антимонов Б.С. Указ. соч. - С. 93-94.

[27] См.: Райхер В.К. Правовые вопросы договорной дисциплины в СССР. - С. 161.

[28] См.: Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 754/97 от 03.06.97 г. // Вестник ВАС РФ. 1997. № 9. С. 39-40; № 2034/96 от 11.03.97 г. // Вестник ВАС РФ. - № 6. - С. 64-65; № 4931/96 от 20.05.97 г. // Вестник ВАС РФ. 1997. - № 8. - С. 38-39 и др.

[29] См.: Громова Н.В. Проблемы судейского усмотрения при рассмотрении дел о банкротстве // Арбитражная практика. 2001. - № 3. - С. 33; Сулимов И.И. Исполнение договоров подряда // Арбитражная практика. 2001. - № 3. - С. 54.

[30] Алексеев С.С. Социальная ценность права в советском обществе. – С. 143; Теория государства и права. - М., 1985. - С. 300.

[31] См.: Воронцова И.И. Уменьшение неустойки судом: основания и пределы // Юридический мир. 1999. - № 9. - С. 70.

[32] См.: Воронцова И.И. Указ. соч. – С. 73.

[33] См.: Белов В.А. Уменьшение неустойки // Юрист. 2000. - №6. – С. 17, 18.

[34] См.: Граве К.А. Указ. соч. – С. 73; Белов В.А. Указ. соч. – С. 9, 10.

[35] См.: Малеин Н.С. Указ. соч. - С. 136.

[36] См.: Козлов В.Б., Фалилеев П.А. Соотношение общих и специальных правовых норм // Гос. и право. 1977. - № 11. - С. 82.

[37] См.: Мамутов В.К. Сближение современных систем правового регулирования хозяйственной деятельности. - С. 19.

[38] См.: Хозяйственно-правовые способы предупреждения экономической преступности, - Донецк, 1996.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567




Интересное:


Оспоримые и ничтожные сделки
Общетеоретические аспекты административно-правового исследования проблем управления государственной собственностью субъекта Российской Федерации
Право собственности крестьянского (фермерского) хозяйства
Ликвидация юридических лиц и ликвидационный процесс
Система залоговых прав и основные начала вотчинной системы по проекту Вотчинного устава
Вернуться к списку публикаций