2012-01-06 17:49:11
ГлавнаяГражданское право и процесс — Характеристика правового режима объекта медицинских правоотношений



Характеристика правового режима объекта медицинских правоотношений


Разграничение объекта правовой деятельности врача и пациента и объекта их интереса имеет цель не только снять теоретические противоречия, но и выявит юридически значимые моменты, позволяющие строить эффективные нормативные модели правоотношений в процессе правотворчества. Для более полного выявления таких моментов следует привлечь некоторые понятия, связанные с уже названными. Так, правовая деятельность имеет не только объект, но и цель, и результат. Понятие «результат» отражает реальный итог деятельности, оценку ее социальной продуктивности в правоотношении. Тем более, что возможность неправомерного поведения врача, мало эффективности правовых предписаний медицинского законодательства и действия других негативных факторов способны привести к несовпадению желаемого результата поведения (цели) с результатом фактическим. Результат - это то, что получено в завершении какой-нибудь деятельности, работы, итог; это - и показатель мастерства. В отношении медицинской деятельности её результат - это то, что достижимо при надлежащем исполнении. Но это также и то, на что вправе рассчитывать потребитель медицинской деятельности, пациент.

Получая услугу, пациент может рассчитывать на такой результат, который полностью недостижим или достижим в какой либо его части, либо при условиях многофакторного благоприятствования, либо лишь посредством криминальных деяний профессионала. Несоответствие ожиданий пациента фактически наступившему результату медицинской деятельности является основанием возникающих конфликтов, и порождает необоснованные претензии.

Между тем обращение за медицинской помощью вызвано потребностью во вмешательстве специалиста обладающего специальными знаниями с целью устранения заболевания. Обращающийся вправе ожидать, что ему окажут надлежащую медицинскую помощь, направленную на излечение.

В конечном счете услуга, оказываемая гражданину, обеспечивается вложенным профессиональным трудом, направленным на определённый результат с намерением достичь его. Профессиональная услуга овеществляется вложенными знаниями, мастерством, навыками, умениями её исполнителя. С другой стороны, потребитель получает то, что предоставляет, может и должна предоставить для его блага медицинская организация в соответствии с принимаемыми обязательствами. Желаемый результат выдавать за долженствующий не правомерно. Однако правомерно требовать от врача осуществляющего медицинскую деятельность не зависимо от форм собственности, согласно ч.2 п.1 ст. 401 ГК РФ, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, он принял все необходимые меры для надлежащего исполнения обязательства. Любопытно, что в профессиональной интерпретации медицины данное правило находит своё отражение в формуле lege artis (на уровне врачебного искусства).

Юридическая значимость объектов правовой деятельности определяется различными обстоятельствами, в том числе принадлежностью объекта деятельности к категории ценностей, благ, относительно которых требуется установить тот или иной правовой режим. В этом случае с помощью категории «объект» решаются вопросы, во-первых, какого рода правоотношения могут возникать по поводу конкретных предметов, явлений и, во-вторых, какие объекты деятельности могут иметь те или иные правоотношения. Да и сама деятельность относительно данных объектов осуществляется постольку, поскольку они представляют интерес для субъектов. При этом правоотношение в соответствии со своим целевым назначением создает и собственный социально полезный эффект, который тоже есть благо и объект интереса. Так, медицинская услуга это не подряд на излечение, хотя медицинская практика позволяет выделять договор на выполнение работ (своеобразный «медицинский подряд»), например - протезирование зубов, установка контактных линз. Однако достижение такого овеществлённого результата неразрывно связано с проведением различного рода медицинских обследований, хирургического, медикаментозного лечения и составляет с ними определенное единство, не изменяя существа правоотношения как услуги. Подряд есть деятельность ради вещественного результата, физического товара. Услуга, в том числе медицинская, представляет собой материальное производство с получением невещественного его продукта.

Пациент получает то, что может и должен достигнуть для его блага врач или медицинское учреждение, по условиям сделки.

И поскольку сам результат находится за пределами сделки, то справедливо ожидать, чтобы по её условиям при той степени заботливости и осмотрительности, какая необходима по характеру обязательств и условиям оборота, он принял меры для надлежащего исполнения обязательств. По нашему мнению, результат медицинской услуги не подлежит формализации. В этом смысле нет надлежащего результата медицинской услуги, есть надлежащее ее осуществление.

Объектами интереса в правоотношении выступают различные блага, т.е. явления, способные удовлетворять те или иные потребности людей. Понятие «благо» лежит в основе теории «объект правоотношения - материальное и нематериальное благо». Однако ее сторонники стремятся видеть в объекте не только благо, но и объект поведения субъектов. Смешение признаков этих двух самостоятельных явлений в одном понятии «объект правоотношения» делает концепцию «объект - благо» неэффективной в практическом использовании, оставляет ряд теоретических вопросов нерешенными.

Понятие «благо» - относительное, и с правоотношением оно связано в разных аспектах. При рассмотрении чего-либо в качестве блага и выявлении закономерности его достижения необходимо учитывать как свойства явления, так и отношение, в котором оно должно использоваться. Вещи, предметы, явления материального и духовного мира не есть абсолютные блага, блага вообще. Они являются благами лишь тогда, когда они оказываются полезными применительно к конкретным потребностям. В силу многообразия потребностей и средств их удовлетворения, сложности переплетения человеческих интересов связи субъектов с объектами деятельности и объектами интересов и сочетания их в правоотношении могут быть самыми различными. Субъект может иметь в одном правоотношении несколько объектов интереса, в то же время одно благо способно быть объектом интересов нескольких субъектов. У каждого из участников правоотношения возможен свой объект интереса.

В юридической литературе для определения объекта интереса была предпринята попытка ориентироваться только на интерес управомоченного, как это делают сторонники подхода «объект - благо». «Круг объектов правоотношения, - пишет С.С. Алексеев, - очерчивается через интерес управомоченного». Нам кажется, этого недостаточно. Первое, здесь не всегда ясно, кого следует считать управомоченным: правами обладает, как правило, каждая из сторон правоотношения. Разумеется, за всяким субъективным правом стоит определенный интерес, но это еще не значит, что каждый участник, наделенный в правоотношении правами, заинтересован в возникновении и осуществлении данного правоотношения, т.е. имеет в этом правоотношении свой объект интереса. Ориентация на интерес управомоченного в лучшем случае привлекает нас к проблеме объекта субъективного права, а не правоотношения» Для установления объектов интереса в конкретном правоотношении необходимо в первую очередь ориентироваться на целевое назначение правоотношения, так или иначе выраженное в праве, и на то, ради чего г в какой юридической ситуации субъекты вступают в правоотношение». Таким образом, категория «объект интереса» отражает результативность возникновения и осуществления правоотношения. Второе, ориентация на интерес управомоченного недостаточно для выявления объектов интереса еще и потому, что управомоченный - это участник правоотношения. А правоотношения могут осуществляться и в интересах третьих лиц и в таких случаях носят служебный характер, у их участников нет своего интереса, а значит и объекта интереса, что не мешает правоотношению, однако, иметь самостоятельный юридически значимый объект правовой деятельности. Это характерно для отношений в процедурно-процессуальной сфере. Поэтому объекты интереса и объекты деятельности не сводятся друг к другу.

Объекты медицинской деятельности могут иметь юридическое значение, даже не будучи объектами интереса участников правоотношения, т.е. самостоятельно, в силу своей связи с результатом деятельности, необходимости определенных своих качеств для достижения желаемого результата, который и есть объект интереса. Кроме того, самостоятельное юридическое значение объекта медицинской деятельности состоит в том, что его качественные и количественные особенности способны влиять на содержание прав и обязанностей участников медицинских отношений, изменять их в зависимости от состояния объекта. Это характерно для правоотношений по оказанию медицинских услуг, когда, например, величина платы за услугу зависит от объема работ, производимых с объектом услуги для получения необходимого результата. В таких случаях объект деятельности выступает не в качестве объектов правоотношений. «Материальные предметы, к которым прилагается труд, имеют значение лишь в качестве пункта приложения труда, но не объекта данного правоотношения».

Таким образом, различие объекта медицинской деятельности и объекта интереса проявляется не только в том, что у правоотношения может быть юридически значимый объект правового поведения, который не является объектом интереса благом ни для одного из участников медицинского правоотношения, но и в том, что объекты интереса не сводятся только к объектам деятельности врача и медицинского учреждения. Исходя из этого следует отметить, что, поскольку названные понятия могут вообще не иметь общих черт, категория «объект правоотношения» не является для них общей, родовой и в этом плане данная категория лишена реального смыслового содержания.

Разграничение объекта правовой деятельности и объекта интереса, ради которого возникает и реализуется правоотношение и который характеризует его целевое назначение, имеет важное значение для решения поставленного в теории вопроса о безобъектных правоотношениях. Именно смешением признаков данных явлений в одном понятии - «объект правоотношения» осложняется этот вопрос. Так, если в литературе говорилось об отсутствии объекта поведения, то при этом одновременно возникло впечатление, что правоотношение бесцельно, поскольку под объектом правоотношения благо подразумевается в любом случае. Если же на первый план выступало понимание объекта правоотношения как объекта интереса, например, шла речь о результате поведения, то правоотношение считалось безобъектным, когда результат закономерно отсутствовал в процессе реализации правоотношения. В.С. Толстой писал: «В отношении, основанном на трудовом договоре или договоре подряда на изготовление конкретной вещи, права и обязанности участников возникают в момент достижения соглашения, но вещь еще подлежит созданию в будущем. Значит, права и обязанности известный период времени остаются без объекта. Отрицая возможность существования безобъектных прав, С.Ф. Кечекьян считал, «Право, не имеющее объекта, также немыслимо, как и право, не имеющее содержания. Представление о возможности «безобъектных» прав является ошибочным выводом из того положения, что если содержанием прав и обязанностей являются действия лиц, то эти действия не могут быть вместе с тем и объектом права и что, следовательно, там, где содержанием правоотношения являются действия обязанных лиц, нет объекта права». При этом он назвал термин «объект правоотношения» надуманным, считая более правильным говорить об объекте права, а не правоотношения. «Если говорить об объекте правоотношений, - писал С.Ф. Кечекьян, - а не объекте права, то распыляется представление о личной собственности, родительской власти, компетенции должностных лиц и т.д.». Следует отметить, что С.Ф. Кечекьян высказывал здесь теоретически совершенно правильную мысль, поскольку объект права (а под последним автор понимал субъективное право есть, по существу, объект интереса, а им, как было показано выше, могут быть различные явления, в том числе и поведение субъектов.

Объекты поведения в фактическом смысле, т.е. различные предметы, явления, на которые воздействуют, с которыми сталкиваются субъекты в процессе реализации своих прав и обязанностей, можно найти у всех правоотношений. Однако если такие объекты не имеют для правоотношений юридического значения, т.е. от них не зависят возникновение и существование правоотношения, если они не влияют на содержание прав и обязанностей субъектов, не имеют юридической связи с желаемым результатом, то в правовом смысле их нет. Видимо, в таких случаях правоотношения и может считать и называть безобъектными.

Важно и нужно отметить, что правоотношений бесцельных, не ориентированных на получение социально полезного эффекта, результата, не существует. Любое правоотношение должно создавать или содержать один или несколько объектов интереса. Целевое назначение запрограммировано в каждой нормативной модели правоотношения. Кроме того единого явления, соответствующего понятию «объект правоотношения», нет: существуют объекты правовой деятельности субъектов и объекты интереса участников или других лиц в правоотношении. Они могут совпадать, но в целом это разные явления, способные иметь самостоятельное юридическое значение. Поэтому теоретический анализ правоотношений и объектов деятельности в плане их соответствия желаемому результату необходим во всех случаях.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910




Интересное:


Сущность эвтаназии и ее правовое регулирование
Становление института дарения в системе безвозмездных сделок
Кому нужна интеллектуальная собственность в XXI веке
Проблемные аспекты условий действительности сделки
Институт завещания в Израиле
Вернуться к списку публикаций