Специальный случай освобождения от уголовной ответст­венности за налоговые преступления

Появление в Общей части Уголовного кодекса 1996 года такого но­вого института, как институт деятельного раскаяния, вызвало довольно оживленную полемику в юридической литературе. Споры по поводу со­отношения ст. 75 УК РФ, посвященной деятельному раскаянию, и соот­ветствующих примечаний к статьям Особенной части Кодекса не утихают и по настоящий день. Это и не удивительно - действующая редакция части 2 ст. 75 не позволяет судить об этом соотношении однозначно. Законода­тель в очередной раз пренебрег основополагающими правилами законо­дательной техники, обеспечив работой ученых-исследователей и создав массу проблем правоприменительным органам.

Не вдаваясь в подробный анализ различных взглядов ученых на со­отношение институтов деятельного раскаяния в Общей и Особенной час­тях Кодекса, остановимся на обсуждении этого вопроса применительно к освобождению в связи с деятельным раскаянием от уголовной ответст­венности за налоговые преступления.

В соответствии с примечанием 2 к ст. 198 УК, лицо, впервые совер­шившее преступления, предусмотренные ст. ст. 194, 198, 199 УК, освобо­ждается от уголовной ответственности, если оно способствовало раскры­тию преступления и полностью возместило причиненный ущерб. Как видно из сопоставления этого примечания с частью 1 ст. 75 УК, законода­тель связывает освобождение от уголовной ответственности за налоговые преступления в связи с деятельным раскаянием с наличием только трех из четырех условий освобождения, перечисленных в части 1 ст. 75 (по край­ней мере, именно три условия законодатель называет непосредственно в примечании). Неупомянутым остается такое условие деятельного раская­ния, как явка с повинной. Сразу же возникает вопрос - является ли явка с повинной (подобно другим трем непосредственно упомянутым в приме­чании условиям) обязательным условием освобождения от уголовной от­ветственности за налоговые преступления в связи с деятельным раскаяни­ем? Однозначного ответа на него в юридической литературе нет.

Одни исследователи полагают, что для освобождения от уголовной ответственности за налоговые преступления в связи с деятельным раская­нием необходимо наличие всех четырех, упомянутых в части 1 ст. 75 УК, условий, другие считают, что достаточно наличия только тех, которые непосредственно упомянуты в примечании. Существует еще и третья точка зрения, согласно которой для освобождения от уголовной ответст­венности в связи с деятельным раскаянием достаточно того, чтобы нару­шившее уголовный закон лицо совершило затем лишь те позитивные дей­ствия, из приведенного в законе перечня, которые оно объективно могло совершить.

Отметим, что как первая, так и вторая точки зрения, достаточно хо­рошо и полно аргументированы. Однако анализ материалов уголовных дел, прекращенных в связи с деятельным раскаянием следственными ор­ганами УФСНП РФ по Республике Коми, показывает, что следственные органы налоговой полиции единодушно придерживаются именно второй из них. В «Обзоре практики прекращения уголовных дел о налоговых пре­ступлениях в связи с деятельным раскаянием» (далее по тексту - Обзор) эта проблема решается аналогичным образом - явка с повинной не входит в число обязательных условий для прекращения уголовных дел о налоговых преступлениях в связи с деятельным раскаянием.

Соглашаясь с таким выводом, коротко остановимся на рассмотре­нии вопроса о том, возможна ли в принципе явка с повинной после со­вершения налогового преступления? В юридической литературе высказы­вается мнение, что явка с повинной после обнаружения факта совершения налогового преступления, который в большинстве случаев обнаруживает­ся в ходе налоговых проверок, является невозможной. Позволим себе не согласиться с этим мнением. Никто не мешает лицу, в отношении финан­сово-хозяйственной деятельности которого либо деятельности организа­ции, которую он возглавляет, проводится налоговая проверка, еще до вы­явления фактов, свидетельствующих о совершении им преступления, доб­ровольно обратиться в компетентные органы с заявлением о совершении налогового преступления. Так же он может поступить и в промежуток времени между днем передачи налоговой инспекцией в налоговую поли­цию материалов, свидетельствующих о совершении им налогового пре­ступления, для принятия по ним решения о возбуждении уголовного дела, и днем вынесения постановления о возбуждении такового. Значит, лицо, совершившее налоговое преступление, во многих случаях имеет реальную возможность явиться с повинной в компетентные органы.

Перейдем к рассмотрению такого условия деятельного раскаяния, как способствование раскрытию налогового преступления. Прежде всего, обратим внимание на то, что законодательного определения понятия «раскрытие преступления» не существует. В криминалистике под раскры­тием преступления понимают процесс выявления лиц, участвовавших в его совершении. В таком случае, что же имел в виду законодатель, когда использовал данное понятие в статье 75 и примечаниях к ст. ст. 198, 228 УК РФ? Остается предположить, что он имел в виду действия, способст­вующие как раскрытию, так и расследованию преступления. В противном случае говорить о возможности освобождения от уголовной ответствен­ности за налоговые преступления можно было бы только лишь в крайне ограниченном числе случаев.

Какие же действия рассматривают в качестве способствующих рас­крытию налоговых преступлений правоприменительные органы?

Обратимся к Обзору. В нем указано, что «применительно к налого­вым преступлениям под способствованием их раскрытию следует рас­сматривать полное признание виновными лицами факта неправомерного уклонения от уплаты налогов и деятельную эффективную помощь в уста­новлении обстоятельств совершенного преступления, например, подроб­ное описание способа совершения преступления, объяснение своей роли и роли других соучастников в совершенном преступлении, сообщение све­дений о причинах и условиях, способствовавших совершению преступле­ния и др.» Позволим себе не согласиться с тем, что полное признание ви­новным лицом факта неправомерного уклонения от уплаты налогов мож­но рассматривать в качестве одного из действий, способствующих рас­крытию налогового преступления. Оно никоим образом не способствует раскрытию преступления, а только обеспечивает саму возможность при­ведения в действие механизма освобождения от уголовной ответственно­сти в связи с деятельным раскаянием (в случае, если обвиняемый не при­знает свою вину полностью либо в части, касающейся тех или иных фак­тов, пытается оспорить те или иные выводы следствия и т.п., о вынесении постановления о прекращении в отношении него уголовного дела в связи с деятельным раскаянием не может быть и речи). С другой стороны, дея­тельная эффективная помощь в установлении обстоятельств совершен­ного преступления, выражение согласия на прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, уже сами по себе свидетельствует о признании обвиняемым своей вины. А теперь обратимся к следственной практике. Приведем пример ти­пичного обоснования прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием следственными органами УФСНП РФ по РК: «Уголовное дело в отношении обвиняемого подлежит прекращению в связи с деятельным раскаянием, т.к. он совершил преступление впервые, полностью признал свою вину, чистосердечно раскаялся, способствовал раскрытию преступ­ления и полностью возместил причиненный государству ущерб». Обратим внимание на «кричащие» изъяны данного обоснования. С одной стороны, в нем имеется ссылка на такие юридически незначимые для прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием обстоятельства, как полное признание обвиняемым своей вины и чистосердечное раскаяние. С другой стороны, в нем нет объяснения, в чем же все-таки заключалось способствование раскрытию преступления со стороны обвиняемого.

Попробовав найти ответ на этот вопрос непосредственно в мате­риалах уголовных дел, прекращенных в связи с деятельным раскаянием следственными органами УФСНП РФ по Республике Коми, мы обнару­жим то, что в некоторых случаях никакого содействия раскрытию престу­пления, за исключением полного или частичного признания обвиняемым своей вины, причем, как правило, сделанным только после предъявления ему материалов, ее доказывающих (если факт признания вины все же рас­сматривать в качестве позитивного действия, способствующего раскры­тию преступления), с их стороны и не было (представляется, что анало­гичная ситуация складывается и в других регионах). Более того, в некото­рых случаях обвиняемые не только не содействовали раскрытию преступ­ления, а, напротив, всячески затрудняли его, вводя следственные органы в заблуждение, фальсифицируя или скрывая документы и т.п. Проиллюст­рируем это на конкретных примерах.

Так, руководитель ТОО «ИГП» О., как было установлено в результа­те оперативно-розыскных мероприятий и налоговой проверки, уклонился от уплаты налогов с организации в крупном размере, завысив расходы возглавляемой им организации посредством подделки документов о пла­тежах в адрес несуществующих фирм за якобы произведенные ими рабо­ты по обустройству водозаборных скважин, расположенных в отдаленных районах Республики Коми. В объяснении, взятом от него до возбуждения уголовного дела, а также при допросе в качестве подозреваемого, О. вину свою не признавал, настаивая на том, что платежи осуществлялись за фак­тически выполненные работы. С целью доказательства вины О. в инкри­минируемом ему преступлении был проведен ряд судебно-технических экспертиз с привлечением независимых экспертов для подтверждения то­го, что никакие работы на объектах не производились. Работа экспертов, доставка их в отдаленные районы, иные накладные расходы оплачивались за счет государства и потребовали значительных денежных средств. Кро­ме того, ряд сотрудников УФСНП РФ по РК для подтверждения факта, что фирмы, якобы осуществлявшие по заказу ТОО «ИГП» работы, не су­ществуют и не существовали, направлялись в командировки в различные города Российской Федерации. И только после того, как в результате следственных действий были получены неопровержимые доказательства преступного уклонения О. от уплаты налогов с организации, последний признал свою вину и «добровольно» возместил причиненный государству ущерб. После этого уголовное дело в отношении О. было прекращено в связи с его деятельным раскаянием.

По другому делу индивидуальный предприниматель И. уклонился от уплаты налогов в крупном размере, завысив при составлении налого­вой декларации произведенные расходы путем составления подложных документов (договорившись со знакомым ему руководителем фирмы, И. получил от последнего счета-фактуры и кассовые приходные ордера для подтверждения оплаты якобы произведенных фирмой для И. работ). До­прошенный в качестве подозреваемого, И. заявил, что работы для него выполнялись, оплату их он производил и обвинил в неоприходовании де­нег в кассу руководителя фирмы. В результате произведенных следствен­ных действий, вина И. была доказана полностью. Убедившись в этом по­сле ознакомления с материалами уголовного дела, И. признал свою вину и полностью возместил причиненный государству ущерб. Уголовное дело в отношении И. тоже прекращено в связи с деятельным раскаянием.