2010-09-14 09:01:19
ГлавнаяУголовное право и процесс — Проблемы назначения наказания за налоговые преступления



Проблемы назначения наказания за налоговые преступления


Санкция ч. 1 ст. 198 УК РФ предусматривает возможность назначе­ния следующих видов наказания: штрафа в размере от двухсот до семисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от пяти до семи месяцев; ареста на срок от четырех до шести месяцев; лишения свободы на срок до двух лет. Санкция ч. 2 ст. 198 УК РФ предусматривает штраф в размере от пятисот до одной тысячи минимальных размеров оплаты труда или в размере за­работной платы или иного дохода осужденного за период от семи месяцев до одного года; лишение свободы на срок до пяти лет.

За совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ, может быть назначено наказание следующих видов: лишение права зани­мать определенные должности или заниматься определенной деятельно­стью на срок до пяти лет; арест на срок от четырех до шести месяцев; ли­шение свободы на срок до четырех лет. За совершение преступления, пре­дусмотренного ч. 2 ст. 199 УК - лишение свободы на срок от двух до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Итак, преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 198 УК РФ, отнесено законодателем к преступлениям небольшой тяжести. Преступления, пре­дусмотренные ч. 2 ст. 198 и ч. 1 ст. 199 - к преступлениям средней тяже­сти, а предусмотренное ч. 2 ст. 199 УК РФ - к тяжким преступлениям.

В этой связи возникает ряд вопросов. Почему уклонение от уплаты налогов в размере, превышающем 5000 МРОТ, отнесено к преступлениям разных категорий, в зависимости от того, кем оно было совершено - ру­ководителем организации или, к примеру, индивидуальным предпринима­телем? Почему уклонение гражданина от уплаты налогов в размере 250 МРОТ является уголовно-наказуемым деянием, а уклонение руководителя организации от уплаты налогов с организации в этом же размере - нало­говым правонарушением?

На наш взгляд, здесь усматривается явное нарушение таких осново­полагающих принципов уголовного права, как принцип справедливости (ст. 6 УК РФ) и принцип равенства граждан перед законом (ст. 4 УК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соот­ветствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. О какой справед­ливости может идти речь, если при решении вопроса о назначении нака­зания за совершение деяния одной и той же степени тяжести (обществен­но опасные последствия в виде ущерба в размере, превышающем 1000 МРОТ) суду приходится исходить из различных видов наказания, а также разных их пределов, в зависимости от того, является виновный руководи­телем организации или же выступает в налоговых правоотношениях в ка­честве физического лица.

В соответствии со ст. 4 УК РФ лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения... О каком равенстве перед законом можно го­ворить, если за причинение одного и того же ущерба в размере 250 МРОТ, лицо, занимающее должность руководителя организации, уголовной от­ветственности не подлежит, а лицо, являющееся индивидуальным пред­принимателем - подлежит. В то же время объемы налогов, которые должны уплачивать индивидуальный предприниматель и возглавляемая руководителем организация, зачастую сопоставимы.

На указанные противоречия в юридической литературе в последнее время обращают внимание многие авторы. Для их устранения они предлагают внести в диспозиции и санкции ст. ст. 198 и 199 УК РФ соот­ветствующие изменения.

Так, Д.А. Глебов предлагает увеличить предельный срок лишения свободы, который может быть назначен за совершение преступлений, предусмотренных частями 1 и 2 ст. 198 до предельного срока лишения свободы, установленного в санкциях соответствующих частей ст. 199 УК РФ. Однако при этом автор не видит необходимости в приведении в со­ответствие и размера ущерба, при причинении которого лицо, уклонив­шееся от уплаты налогов, подлежит уголовной ответственности. В резуль­тате может произойти значительная и, наш взгляд, совсем необоснованная допенализация деяний, связанных с уклонением от уплаты налогов физи­ческих лиц (в т. ч. индивидуальных предпринимателей).

Действительно, как мы уже отмечали, объемы налоговых платежей индивидуальных предпринимателей зачастую мало чем отличаются от объемов налоговых платежей организаций, а нередко и превышают их. В этой связи непонятно, из каких соображений исходит указанный автор, предлагая изменить санкции ст. 198 УК РФ и призывая признать общест­венно опасным уклонение индивидуального предпринимателя от уплаты налогов уже при превышении размера уклонения в 200 МРОТ, относя его к тому же к категории преступлений средней тяжести, в то время как ук­лонение от уплаты налогов с организации становится общественно опас­ным и образует состав преступления средней тяжести только при превы­шении 1000 МРОТ.

На наш взгляд, уравнивать размеры санкций ст. ст. 198 и 199 можно лишь с одновременным уравниванием и размера криминообразующего ущерба. Можно пойти и иным путем - оставить размер ущерба прежним, изменив названия и диспозиции исследуемых статей таким образом, что­бы к ответственности по ст. 198 могли привлекаться только налогопла­тельщики - физические лица, не являющиеся индивидуальными предпри­нимателями, а по 199 - все остальные налогоплательщики, включая и ин­дивидуальных предпринимателей. На наш взгляд, наиболее предпочти­тельным является первый путь.

Ряд исследователей, с точки зрения обеспечения реализации такой задачи уголовного закона, как предупреждение совершения новых нало­говых преступлений, обосновывают необходимость дополнения санкции ч. 1 ст. 199 УК РФ таким видом основного наказания, как штраф, а санк­ций ч. 2 ст. 198 и ч. 2 ст. 199 УК РФ дополнительным наказанием в виде конфискации имущества. Мы полностью разделяем эту позицию.

Вызывает сомнение целесообразность установления в санкциях ст. 199 УК РФ такого вида наказания как лишение права занимать опреде­ленные должности или заниматься определенной деятельностью. В со­временных социально-политических условиях назначение виновному в уклонении от уплаты налогов с организации такого вида наказания не по­зволит достичь ни одной из целей наказания, указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, так как при существующей системе контроля за исполнением этого наказания, запрет на занятие определенных должностей, а тем более за­прет на занятие определенной деятельностью, могут быть легко обойде­ны.

Мы также полагаем, что нет необходимости увеличивать сроки ли­шения свободы выше уже установленного законодателем семилетнего предела. По нашему мнению, и на основе существующих санкций ст. ст. 198 и 199 УК РФ можно организовать и эффективную борьбу с налоговой преступностью, и обеспечить предупреждение совершения новых налого­вых преступлений, но, конечно, только в том случае, когда правоохрани­тельные органы обеспечат неотвратимость наказания за их совершение, а суды начнут чаще приговаривать виновных в совершении налоговых пре­ступлений к реальному отбытию наказания в виде лишения свободы. Од­нако, как показывают материалы следственной и судебной практики, именно это в настоящее время и не выполняется.

О недостатках практики прекращения уголовных дел, возбужден­ных по фактам совершения налоговых преступлений, в связи с деятель­ным раскаянием, которые во многих случаях ведут к нарушению принци­па неотвратимости наказания, мы поговорим в следующей главе. А здесь обратимся к анализу практики назначения судами Российской Федерации наказания лицам, признанным виновными в совершении налоговых пре­ступлений.

Обращает на себя внимание мягкость приговоров, назначаемых су­дами общей юрисдикции Российской Федерации, лицам, осужденным за совершение налоговых преступлений, которая явно не способствует ни частной, ни общей превенции налоговых преступлений. Так, из общего числа осужденных за совершение налоговых преступлений в 2001 году, к лишению свободы было приговорено чуть более 60 %, к штрафу - все ос­тальные. Наказание в виде лишения права занимать определенные долж­ности или заниматься определенной деятельностью судами не назнача­лось. Из общего числа лиц, приговоренных к лишению свободы, более чем 95 % наказание было назначено условно.

Почему назначение именно условного осуждения стало наиболее распространенным способом реакции судов на налоговые преступления? Прежде всего потому, что суды явно недооценивают их общественную опасность. И в этом нет ничего удивительного. Судьи тоже являются чле­нами нашего общества, общества, которое в подавляющем своем боль­шинстве не только не воспринимает уклонение от уплаты налогов в каче­стве преступления, но даже считает его образцом нормального поведения. И в этом отношении общественное мнение удастся изменить очень не скоро.

В этой связи насущно необходимым становится внесение законода­телем в ст. 73 УК РФ изменений, которые, во-первых, ограничили бы воз­можность назначения условного осуждения за совершение преступлений, относящихся к категориям тяжких и особо тяжких, и, во-вторых, создали бы такую ситуацию, при которой условное осуждение не могло рассмат­риваться в качестве способа избежания наказания.

С этой целью предлагаем:

1) дополнить ст. 73 УК РФ еще одной частью следующего содержания: «Лицам, осужденным за тяжкие или особо тяжкие преступления, условное осуждение может быть назначено только при наличии исключительных обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 64 УК РФ»;

2) изложить ч. 5 ст. 73 УК РФ таким образом, чтобы возложение опреде­ленных обязанностей на условно осужденного стало не правом, а обязан­ностью суда.







Интересное:


Давность привлечения к уголовной ответственности в современном уголовном праве
Групповая преступная деятельность несовершеннолетних - проблемы правовой регламентации и официального толкования
Нравственные критерии защиты в групповых делах
Объективные и субъективные признаки состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК Российской Федерации.
Объект уголовно-правовой охраны и объект преступления
Вернуться к списку публикаций