2010-09-01 08:43:22
ГлавнаяУголовное право и процесс — Проблемы соотношения налоговых и иных преступлений в сфере экономики



Проблемы соотношения налоговых и иных преступлений в сфере экономики


Учитывая то обстоятельство, что, в соответствии со ст. 20 УПК РФ 2001 года, мошенничество и причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием относятся к преступлениям пуб­личного обвинения, согласия на возбуждение уголовного дела по факту их совершения со стороны законных представителей организации, ее собственника или учредителей (участников), равно как и поступления от них соответствующего заявления не требуется. Решение вопроса о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела по факту совершения указанных преступлений находится в компетенции следовате­ля и прокурора. Вместе с тем в процессе расследования изученных нами уголовных дел ни одному лицу, обвиняемому в совершении уклонения от уплаты на­логов с организации, не предъявлялось обвинение в совершении преступ­лений против собственности. Это обстоятельство можно было бы объяс­нить тем, что во всех случаях руководители организации действовали по согласованию с ее собственниками. Однако роль собственников в совер­шении преступления (ст. 199 УК) в процессе расследования этих уголов­ных дел и не изучалась вовсе, обвинения в пособничестве, подстрекатель­стве или организации совершения преступления им не предъявлялись. Поэтому следует предположить, что отсутствие такого рода уголовных дел обусловлено исключительно незнанием следователями самой возмож­ности квалификации уклонения от уплаты налогов с организации, совер­шенного посредством фальсификации первичных документов, по сово­купности соответствующих частей ст. ст. 199 и 159 (165) УК РФ. Ориен­тировать следственную и судебную практику в этом направлении могло бы соответствующее разъяснение Пленума Верховного Суда РФ.

Отметим, что иные способы уклонения от уплаты налогов с органи­зации не причиняют ущерба никому кроме государства, муниципальных образований и государственных внебюджетных фондов, так как не влекут за собой фактического уменьшения активов организации и не влияют на законный размер дивидендов учредителей (участников). Поэтому уклоне­ние от уплаты налогов с организации совершенное способами, не связан­ными с фальсификацией первичных бухгалтерских документов, дополни­тельной квалификации по ст. 159 (165) УК РФ не требует.

Обратимся далее к анализу наиболее полно и всесторонне рассмот­ренной в юридической литературе проблемы соотношения налоговых преступлений с преступлением, предусмотренным ст. 171 УК РФ «Неза­конное предпринимательство». Старт к оживленному обсуждению этой проблемы был дан Пленумом Верховного Суда РФ, указавшим в п. 4 по­становления от 4.07.1997 года, что «действия виновного, занимающегося незаконной предпринимательской деятельностью без регистрации или без специального разрешения либо с нарушением условий лицензирования и уклоняющегося от уплаты налогов с доходов, полученных в результате такой деятельности, следует квалифицировать по совокупности преступ­лений, предусмотренных соответствующими частями ст. 171 и ст. 198 УК РФ».

В первое время после принятия указанного постановления, занятая Пленумом позиция поддерживалась многими исследователями. К на­стоящему времени большинство ученых критикуют приведенное разъяс­нение и считают необходимым и допустимым квалифицировать содеян­ное только по ст. 171.

Обратим внимание, что авторы, придерживающиеся разных точек зрения, аргументируют занимаемую позицию, давая противоречивые от­веты на следующие вопросы: подлежит ли в принципе налогообложению доход, полученный в результате осуществления незаконной предприни­мательской деятельности, и справедливо ли дважды квалифицировать действия виновного лица по разным статьям УК, вменяя ему в вину при­чинение одного и того же ущерба.

Сторонники второй позиции полагают, что доход, полученный от незаконной предпринимательской деятельности, является преступным в том смысле, что получен в результате совершения преступления, и взи­мать с него налог - значит признать, что он должен взиматься во всех слу­чаях преступного обогащения, в т.ч. торговли оружием, наркотиками и т.п., что противоречит нормам морали и нравственности.

С приведенными аргументами трудно согласиться. Обратим внима­ние на то, что преступления, предусмотренные ст.ст. 222, 228 и рядом других статей УК РФ, устанавливают ответственность именно за соответ­ствующую деятельность, независимо от того, в какой форме и кем она осуществляется (право на осуществление тех или иных видов этой дея­тельности имеет либо строго ограниченный круг хозяйствующих субъек­тов при соблюдении жестко установленных правил, либо не имеет никто). Именно сама по себе такая деятельность несет в себе высокий заряд об­щественной опасности и поэтому является преступной.

Объективная сторона незаконного предпринимательства охватыва­ет лишь ту деятельность, которая по своему содержанию всегда является общественно-полезной и, поэтому, приветствуется государством. Вред государству или другим лицам причиняет осуществление этой деятельно­сти без надлежащего оформления (регистрации или получения необходи­мого специального разрешения) и, следовательно, без контроля. Поэтому, руководствуясь ст. 23 ГК РФ и ч. 2 ст. 11 НК РФ, облагая налогом неза­конную предпринимательскую деятельность, мы ни в коей мере не проти­воречим нормам морали и нравственности.

Признавая правомерность налогообложения незаконной предпри­нимательской деятельности и, в этом смысле, поддерживая упомянутое разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, мы в то же время не считаем справедливым и допустимым во всех случаях квалифицировать действия лица, занимавшегося незаконным предпринимательством, и уклонивше­гося от уплаты налогов в преступном размере, по совокупности ст.ст. 171 и 198 (199) УК. Занять такую однозначную позицию нам не позволяет принцип справедливости: недопустимо вменять причинение лицом одно­го и того же ущерба сразу по двум статьям.

Для разрешения проблемы обратимся к сопоставлению составов преступлений, предусмотренных ст. 171 и ст. ст. 198 и 199 УК РФ.

В качестве основного непосредственного объекта преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, большая часть исследователей выделяет установленный порядок осуществления предпринимательской деятельно­сти. Дополнительным непосредственным объектом незаконного пред­принимательства выступают финансовые интересы государства, которым причиняется ущерб в виде не поступления в бюджетную систему регист­рационного сбора, платы за рассмотрение заявления о государственной регистрации, платы за выдачу лицензии. На наш взгляд в качестве допол­нительного непосредственного объекта преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, следует выделять и отношения, обеспечивающие добросо­вестную конкуренцию.

Факультативным непосредственным объектом указанного преступ­ления являются общественные отношения в сфере формирования доход­ной части бюджетов всех уровней РФ, а также бюджетов государственных внебюджетных фондов за счет налоговых поступлений, т.е. отношения, являющиеся основным непосредственным объектом налоговых преступлений.

Таким образом, объект уголовно - правовой охраны ст. 171 значи­тельно шире объекта налоговых преступлений, а основной непосредст­венный объект налоговых преступлений является лишь факультативным непосредственным объектом незаконного предпринимательства.

Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что ст. 171 и ст. ст. 198 и 199 УК РФ соотносятся как частично - специальная и общая нормы соответственно. Как следствие этого - идеальная совокупность указанных преступлений исключается, применению подлежит только частично - спе­циальная норма.

А теперь обратимся к сопоставлению признаков объективной сто­роны сравниваемых преступлений.

Очевидно, что преступные последствия налоговых преступлений (ущерб государству, муниципальным образованиям, государственным внебюджетным фондам) являются лишь частью преступных последствий незаконного предпринимательства. В результате последнего ущерб при­чиняется не только государству, муниципальным образованиям, государ­ственным внебюджетным фондам, но и всегда субъектам экономической деятельности, зарегистрированным в установленном порядке, уплачи­вающим налоги и, тем самым, объективно проигрывающим в конкурен­ции с теневыми бизнесом, а также в некоторых случаях и потребителям некачественных товаров (работ, услуг). В этой связи можно было бы сде­лать вывод о наличии конкуренции части и целого по такому признаку объективной стороны сравниваемых преступлений, как преступные по­следствия (в качестве целого выступает ст. 171, а в качестве части - ст. 198 или ст. 199 УК соответственно). Однако действия (бездействие), образующие состав сравниваемых преступлений, отличаются друг от дру­га настолько, что говорить о наличии конкуренции части и целого, по на­шему мнению, вряд ли допустимо.

Сопоставим далее субъективную сторону сравниваемых преступле­ний.

Очевидно, что, занимаясь незаконным предпринимательством, лицо, в подавляющем большинстве случаев (если это физическое лицо) или в крайне редких случаях (для руководителя организации) имеет одной из основных целей своей деятельности уклонение от уплаты налогов (то есть уклонение от уплаты налогов и причинение в результате этого ущерба го­сударству охватывается его умыслом). Однако умыслом виновного могут охватываться и другие общественно опасные последствия, не являющиеся признаком объективной стороны налоговых преступлений. Таким обра­зом, можно говорить о более широкой направленности умысла лица при совершении незаконного предпринимательства, что полностью охватыва­ется составом этого преступления.

Резюмируя сказанное, отметим, что составы преступлений, преду­смотренные ст. 171 и ст. ст. 198 или 199 УК РФ, частично пересекаются, имеют как общие, так и индивидуальные признаки. Возможно, они все-таки являются конкурирующими уголовно - правовыми нормами. Однако вид указанной конкуренции еще не исследован наукой уголовного права, поэтому и любой вывод относительно соотношения этих статей друг с другом нельзя, на настоящий момент, признать вполне обоснованным и неопровержимым.

В связи с этим нельзя полностью исключить и возможность идеаль­ной совокупности незаконного предпринимательства с налоговыми пре­ступлениями. Однако совокупность эту следует рассматривать как выну­жденную и применять квалификацию по совокупности только в той мере, в какой она не будет нарушать принципа справедливости.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Квалификация посредничества и соучастия во взяточничестве
Классификация рецидивов преступлений
Формы вины как правового явления
Закрепление и развитие института смертной казни в дореволюционном российском законодательстве
Нравственные критерии защиты в групповых делах
Вернуться к списку публикаций