2009-07-07 17:33:16
ГлавнаяУголовное право и процесс — Философские, психологические и юридические подходы к пониманию вины



Философские, психологические и юридические подходы к пониманию вины


Французский экзистенциалист, один из величайших философов XX века Ж.П. Сартр (1905-1980 гг.) в своих трудах неоднократно подчеркивал, что человек, так как он свободен, может проецировать себя на свободно выбранную цель, и эта цель определит, кем он является. Вместе с целеполаганием возникают и все ценности, вещи выступают из своей недифференцированности и организуются в ситуацию, которая завершает человека и к которой принадлежит он сам. Следовательно, человек всегда достоин того, что с ним случается, и у него нет оснований для оправдания. Жан Поль Сартр утверждает, что «человек есть не что иное, как ряд его поступков, что он есть сумма, организация, совокупность отношений, из которых составляются эти поступки». Человечество не может существовать без совокупности «априорных пределов, которые очерчивают фундаментальную ситуацию человека в универсуме... Пределы не субъективны и не объективны, скорее они имеют объективную и субъективную стороны. Объективны они потому, что встречаются повсюду и повсюду могут быть опознаны. Субъективны потому, что переживаемы; они ничего не представляют собой, если не пережиты человеком, который свободно определяет себя в своем существовании по отношению к ним».

В трудах И.А. Ильина содержатся следующие выводы по интересующему нас вопросу. «Сущность преступления в том, что воля одного человека, оторвавшись от всеобщих корней, нарушает и попирает своим внешним проявлением внешнее бытие другой воли». «Виновность и невиновность человека, устанавливаемая уголовным судом, определяется ничем иным, как именно состоянием его правосознания, т.е. отношением руководившей им воли - к цели права, а потому и к праву. Согласно этому, правонарушитель будет виновен в том случае, если он нарушил норму положительного права по недостаточной воле к цели права и к праву, как необходимому средству, и будет невиновен в том случае, если верный правопорядок был его целью и его мотивом». И.А. Ильин проводит разграничение между виновностью человека, как «внутренним состоянием его души и духа», и уголовной виновностью, определяемой «расхождением субъективной воли, породившей правонарушение, с единой объективной целью всякого права».

Достаточно серьезные исследования вопросов человеческой субъективности были проведены в психологии. В начале XX века Л.И. Петражицкий писал о том, что именно психология, ее теория мотивации способна дать научно обоснованное решение вопросов регулирования и оценки индивидуального и массового поведения.

В психологической науке прочно утвердилось положение о том, что «любая реакция человека, весь строй его внутренней жизни зависят от тех особенностей личности, которые сформировались у него в процессе его социального опыта, - от его потребностей и мотивов, интересов и установок, т.е. системы отношений к действительности».

Известный отечественный ученый С.Л. Рубинштейн в своих трудах отмечал, что «почти каждое человеческое действие есть не только техническая операция по отношению к вещи, но и поступок по отношению к другому человеку, выражающий отношение к нему... Анализ человеческого поведения предполагает раскрытие подтекста поведения, того, что человек «имел в виду» своим поступком». Поведение разумного человека всегда состоит из системы социально значимых действий или поступков, в которых проявляется его отношение к обществу, другим людям, предметному миру. «Поступок - это действие, которое воспринимается и осознается действующим субъектом как общественный акт, как проявление субъекта, которое выражает отношение человека к другим людям».

В.Л. Васильев отмечает, что «человек постоянно сталкивается с необходимостью выбора одной из альтернатив поведения, и от него всегда ожидается проявление нормальных реакций на взаимодействие среды. Эти требования, в социальной психологии называемые «социальными ожиданиями», необязательно исчерпывающим образом сформулированы, они как бы подразумеваются сами собой».

Любой поступок, любой поведенческий акт, имеющий значение и, соответственно, нуждающийся в правовом регулировании, всегда характеризуется избирательностью. «Именно возможность выбора, т.е. сознательного предпочтения определенной линии поведения, является предпосылкой ответственности. Выбор же происходит при наличии по меньшей мере одной, а то и множества альтернатив».

Развивая данную мысль, некоторые психологи приходят к выводу, что «вина связана с осуждением своего поступка самим индивидом. Она включает такие реакции, как раскаяние, осуждение самого себя, и понижение самооценки. Возникает в ситуациях, когда человек чувствует личную ответственность».

Вопросы вины и виновной ответственности неоднократно являлись предметом специального рассмотрения и в общей теории права. Так, например, некоторые правоведы в своих исследованиях отмечают, что в понятии вины выражается не просто субъективная сторона правонарушения, а раскрывается субъектность действия (бездействия), принадлежность его субъекту как опосредованного его сознанием, движимого его волей. С содержательной стороны субъектность правонарушения раскрывается как выразившееся в нем отрицательное (либо безразличное) отношение к охраняемым правом общественным интересам, к требованиям правопорядка. Более того, «традиционно выделяемые правоведением формы вины (умысел и неосторожность) представляют собой не что иное, как сформулированные в законодательстве критерии, позволяющие определить меру субъектности деяния, которая варьируется от ярко выраженной субъектности деяния в прямом умысле до слабо выраженной субъектности деяния в небрежности, полностью исчезая в случае».

С позиций общей теории права «никакое психическое отношение не является виной вне его внешнего проявления и никакое внешнее проявление жизни человека принципиально не может быть охарактеризовано как правонарушение вне его психического содержания. Единство объективной и субъективной сторон деяния может быть расчленено лишь в научном анализе, и существовать в этой раздельности они могут лишь как момент научного анализа, но не как момент социальной действительности». Подобный подход позволил Ю.А. Денисову заключить, что «понятие правонарушения и вины - это определения одного и того же объективного содержания под различными углами зрения». Однако, этот вывод не означает, что правоведы стоят на позиции исключения любой ответственности за невиновное причинение вреда.

Например, С.Н. Братусь, обосновывая ответственность при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, пишет, что «субъективным основанием возникновения юридической обязанности возместить вред... является риск как допущение «вероятностных», случайных обстоятельств, влекущих отрицательные последствия для других лиц».

Вина является важным, но не непременным основанием гражданско-правовой ответственности. Случаи так называемой ответственности без вины в гражданском праве могут быть сведены к двум основным видам: во-первых, к ответственности за казус, т.е. к ответственности за причинение такого ущерба, который хотя и находился в объективно необходимой связи с деятельностью причинителя, но причинен им без умысла и неосторожности, и, во-вторых, к ответственности за объективно случайное причинение ущерба, т.е. к ответственности за последствия непреодолимой силы.

По мнению ряда цивилистов, ответственность за противоправно-вредоносное поведение независимо от вины «может быть введена при условии, что она: а) не противоречит принципу справедливости, так как выражается в компенсационных, а не в карательных санкциях; б) не отвращает от участия в общественных процессах, так как применяется к деятельности, которая одновременно повышает опасность и уменьшает ее; в) не лишена воспитательного действия, так как вследствие особенностей той же деятельности стимулирует к еще не совершенному, хотя и не осуждает того, что уже было совершено».

Исходя из того, что подлинно научное объяснение понятия вины как основания гражданско-правовой ответственности может быть дано только с позиций диалектического материализма, Г.К. Матвеев предлагает вину в гражданском праве понимать как психическое отношение нарушителя гражданского правопорядка к своим противоправным действиям и их вредным последствиям в форме умысла или неосторожности, существующее независимо от восприятия его судом.

Анализируя особенности вины в трудовом праве, A.M. Хвостов считает, что «субъективное отношение правонарушителя к совершенному им действию, с одной стороны, и отрицательную оценку правонарушения в целом, с другой - нельзя противопоставлять друг другу. При решении вопроса об ответственности правонарушителя принимаются во внимание оба эти момента».

Таким образом, соотнося правовые понятия вины и ответственности, можно прийти к выводу, что категория ответственности шире по объему, так как включает в свое содержание и обязанность претерпевать определенные тяготы и лишения за невиновное причинение вреда.

Резюмируя все вышеизложенное, хотелось бы отметить следующее.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Развитие института уголовно-правовой давности в отечественной истории
Квалификация посредничества и соучастия во взяточничестве
Ответственность за мошенничество по зарубежному уголовному законодательству
Квалификация мошенничества в зависимости от способов его совершения
Состояние антикоррупционного законодательства - уголовно-правовой аспект
Вернуться к списку публикаций