2008-07-26 01:38:03
ГлавнаяУголовное право и процесс — Похищение человека: регламентация ответственности по действующему законодательству



Похищение человека: регламентация ответственности по действующему законодательству


Угроза при похищении человека должна выражать непосредственное намерение преступника применить с целью похищения потерпевшего насилие, опасное для жизни или здоровья, она включает в себя и угрозу убийством. Она может выражаться словесно, жестами или иными способами. Угроза должна быть реальной, то есть у потерпевшего должны быть достаточные основания опасаться немедленной реализации угрозы в случае невыполнения им требований преступника.

Криминологические исследования показывают, что нередко похищение потерпевшего (изъятие его из микросоциальной среды) и перемещение его в иное место облегчает совершение в отношении его иного преступления (убийства, полового преступления и т.п.). Анализ следственно-судебной практики в этой части свидетельствует о ее противоречивости. Одни правоприменители (73%) квалифицируют содеянное по совокупности преступлений, другие (27%) в этих случаях не дают самостоятельной уголовно-правовой оценки похищениям человека, полагая, что высокая степень общественной опасности одних преступлений (например, убийств) поглощает собой общественную опасность других деяний (в данном случае похищений человека). Полагаем, что со второй позицией нельзя согласиться, поскольку здесь налицо совершение двух и более преступлений, предусмотренных различными статьями УК, ни за одно из которых лицо не было осуждено, то есть реальная совокупность преступлений (ч.1 ст. 17 УК РФ). Поэтому квалификацию надлежит осуществлять по ст. 126 УК РФ и статье, предусматривающей ответственность за соответствующее преступление. Например, если в ходе похищения человека было совершено убийство, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 126 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК. При этом необходимо иметь в виду, что потерпевшим при таком убийстве может быть, не только похищенный человек или заложник, но и другие лица, принимающие участие в освобождении захваченных преступниками лиц.

Когда похищение человека совершается с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружии, содеянное квалифицируется по п. «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ. Понятие оружие дано в ст. 1 Федерального Закона от 13 декабря 1996 года «Об оружии». Согласно указанной норме оружие - это устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели. Оружие может быть огнестрельным, холодным, в том числе и холодным метательным, пневматическим, газовым. В данном пункте законодателем не упоминаются взрывчатые вещества и взрывные устройства. Тем не менее, мы считаем, что учитывая то обстоятельство, что взрывчатые вещества и взрывные устройства по своим поражающим свойствам и эффективности не уступают, а иногда и превосходят отдельные виды оружия, случаи похищения человека при данных обстоятельствах также следует квалифицировать по п. «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ. Кроме того, поражающее действие оружия может быть основано на использовании электрической энергии, радиоактивных излучений и биологических факторов.

Рассматриваемый квалифицирующий признак предполагает применение и других предметов, способных по своим свойствам заменить оружие. Таковыми могут быть любые предметы (бритва, топор, молоток ломик, дубинка, камень и т.п.), используя которые при нападении виновный мог причинить потерпевшему смерть или вред здоровью, опасный для жизни или здоровья. При этом не имеет значения, были эти предметы припасены заранее или взяты непосредственно на месте преступления. Для квалификации похищения человека по этому признаку необходимо установить не просто наличие у виновного оружия или других предметов, но и факт их применения. В свою очередь, применение оружия или других предметов может выражаться как в попытке нанесения (фактическом нанесении) с их помощью физического вреда потерпевшему, так и психическом воздействии на потерпевшего, т.е. в угрозе оружием (выстрел в воздух, прицеливание или иная демонстрация оружия). Нельзя усматривать наличие этого признака, если виновный высказывает лишь словесную угрозу применения оружия без его демонстрации. Квалификация преступления по п. «г» ч. 2 ст. 126 исключается и в тех случаях, когда виновный для устрашения потерпевшего использует заведомо негодное оружие или имитирующие его предметы (макет пистолета, пистолет-зажигалка, игрушечный кинжал), поскольку объективно эти предметы не представляют реальной угрозы для жизни и здоровья потерпевшего, что виновный сам осознает. В то же время совершая нападение на потерпевшего, преступник с помощью негодного оружия или различных имитирующих его предметов выражает угрозу применить насилие, опасное для жизни или здоровья, или подкрепляет с их помощью данную угрозу, высказанную словесно. При этом он рассчитывает запугать потерпевшего, парализовать его волю к сопротивлению. В подобной ситуации налицо все элементы оконченного похищения человека с применением угрозы насилия опасного для жизни и здоровья (п.в ч.2 ст. 126 УК РФ).

Согласно закону под похищением заведомо несовершеннолетнего (п. «д» ч. 2 ст. 126 УК РФ) следует понимать похищение лица, не достигшего 18-летнего возраста. При этом необходимо, чтобы виновный знал, что похищает несовершеннолетнего. Об этом свидетельствует требование закона о «заведомости» такого знания. В процессе доказывания этого обстоятельства надо учитывать не только показания самого подсудимого, но и тщательно проверять их соответствие другим обстоятельствам дела. В судебной практике возник вопрос: как квалифицировать действия преступника, когда потерпевший (ая) сообщает ему, что он (она) не достигли возраста совершеннолетия, либо такая информация поступает ему из других источников, а посягающий сомневается в достоверности сообщенных сведений? По мнению некоторых ученых, судам следует исходить из того, что если сообщенная потерпевшими или иными лицами информация соответствовала действительности, уголовная ответственность должна наступать за посягательство на несовершеннолетних. Представляется, что это решение верно.

Похищение женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «е» ч. 2 ст. 126 УК РФ) отнесено к числу совершенных при отягчающих обстоятельствах в связи с тем, что виновный, похищая беременную женщину, ставит под угрозу еще жизнь и здоровье будущего человека52. Субъект преступления в связи с особой общественной опасностью такого похищения характеризуется крайне отрицательно. Устанавливая повышенную ответственность за похищение беременной женщины, закон выдвигает в качестве обязательного условия, необходимого для квалификации действий виновного по п. «е» ч. 2 упомянутой статьи, его заведомую осведомленность о беременности потерпевшей. Заведомость предполагает осведомленность виновного из любых источников о том, что он посягает на свободу беременной женщины. При этом, по мнению С.В. Бородина, при заведомости несомненность знания субъекта об отягчающем обстоятельстве следует относить не к тому, имеется ли оно в действительности, а к тому, что он знает о нем. Несомненность знания об отягчающем обстоятельстве не изменяется от того, что у субъекта нет полной уверенности в его фактическом наличии. В таких случаях отношение виновного к отягчающему обстоятельству характеризуется косвенным умыслом (безразличное отношение к его наличию) и, следовательно, квалификация похищения по п. «е» ч. 2 ст. 126 УК РФ не исключается. Чаще всего подобные затруднения в применении указанной нормы возникают в тех случаях, когда похищение женщины совершается в первые месяцы беременности.

В судебной практике возник вопрос о том, подлежит ли применению п. «е» ч. 2 ст. 126 УК РФ, когда виновный, совершая похищение, ошибочно полагает, что потерпевшая находится в состоянии беременности. В этих случаях имеет место фактическая ошибка: виновный заблуждается, полагая, что личность потерпевшей обладает теми качествами, которые влекут для него повышенную ответственность за похищение человека. По мнению А.А. Пионтковского, «совершение преступления при ошибочном предположении лица о наличии квалифицирующих преступление обстоятельств следует рассматривать как покушение на совершение квалифицированного преступления». Исходя из этого действия виновного лица в этих случаях следовало бы квалифицировать как покушение на похищение при отягчающих обстоятельствах по ч. 3 ст. 30 и п. «е»ч.2 ст. 126 УК РФ. Но в данном случае с таким предложением согласиться нельзя, поскольку потерпевшая похищена и налицо оконченное преступление. В.Ф. Кириченко полагал, что в подобных случаях действия виновного должны квалифицироваться как оконченное преступление без отягчающих обстоятельств и как покушение на аналогичное преступление при отягчающих обстоятельствах, поскольку такая квалификация позволяет непосредственно установить фактически совершенное привлекаемым к ответственности лицом. Такое решение вопроса и аргументация представляются нам наиболее приемлемыми. При ошибке иного рода, когда виновный похищает беременную женщину, полагая ошибочно, что она не находится в таком состоянии, его действия не могут быть квалифицированы по п. е» ч. 2 ст. 126 УК, так как в этом пункте содержится обязательный признак «заведомости», и должны влечь ответственность по ч. 1 ст. 126 УК.

Отнесение похищения двух или более лиц (п. «ж» ч. 2 ст. 126 УК РФ) к обстоятельствам, отягчающим наказание, объясняется тем, что свободы лишаются несколько человек. При установлении этого квалифицирующего признака необходимо исходить из того, что действия виновного при похищении двух и более человек охватывались единым умыслом и были совершены, как, правило, одновременно. Хотя возможна и такая ситуация, когда техническое исполнение задуманного может осуществляться им с разрывом во времени между преступными эпизодами. В подобных случаях необходимо установить, что умысел на похищение двух и более лиц у виновного возник одновременно, до первого похищения.

В правоприменительной практике возник вопрос о том, как квалифицировать одновременное совершение похищения одного лица и покушение на похищение другого. При его решении определились две позиции. Одна группа правоприменителей (54%) считает, что при установлении умысла виновного на похищение двух или более лиц похищение одного и покушение на похищение другого следует квалифицировать как оконченное преступление по п. «ж» ч.2 ст. 126 УК РФ. Другие практические работники (36%) полагают, что действия виновного квалифицируются по ч. 3 ст. 30; п. «ж» ч. 2 ст. 126 и ч. 1 этой же статьи. Обе позиции небезупречны. Однако менее точной представляется вторая позиция, поскольку в этом случае покушение на свободу одного человека превращается в покушение на свободу двух и более лиц, а оконченное похищение не получает юридической оценки по п. «ж» ч. 2 ст. 126 УК РФ.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011




Интересное:


Общие вопросы квалификации преступлений, совершаемых должностными лицами путем использования своего служебного положения
Давность привлечения к уголовной ответственности в современном уголовном праве
Кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору и организационной группой
Понятие преступных посягательств на отношения, обеспечивающие нормальные условия содержания и воспитания несовершеннолетних, и история регламентации ответственности за них
К вопросу об ответственности адвоката-защитника за ненадлежащее выполнение своих профессиональных обязанностей в уголовном судопроизводстве
Вернуться к списку публикаций