2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяУголовное право и процесс — Ограниченная вменяемость



Ограниченная вменяемость


Уголовное право исходит из презумпции вменяемости субъекта преступления, компонентом которой является состояние его психического здоровья. Сейчас вменяемыми признаются не только психически здоровые лица, но и страдающие различными психическими аномалиями, включая недостатки умственного развития. Но, вероятно, ни у кого не вызовет возражений утверждение, что между состоянием психического здоровья и выраженными психическими расстройствами нет резких граней. “Переход” здесь постепенный, через относительно неглубокие психические нарушения, то есть аномалии. Таким образом, за понятием невменяемости остается множество случаев, когда человека нельзя считать полностью невменяемым или полностью вменяемым. Психические аномалии, с одной стороны, не лишают субъекта способности отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими, а значит, не исключают вменяемости. Но, с другой - они ограничивают возможность адекватной организации своего поведения, руководства поступками. И так как психические аномалии способны влиять на значимую в уголовно-правовом отношении способность лица к регулированию своего поведения, с их наличием уголовный закон может и должен связывать определенные правовые последствия.

Вокруг института ограниченной вменяемости на страницах научной печати уже давно ведется дискуссия, которая затрагивает все аспекты проблемы: от целесообразности введения в УК одноименной нормы до иных форм решения этой проблемы. Еще в 60-е годы Л. Петрухина, И. Михайловская и В. Каминская предложили определить в законе понятие ограниченной (уменьшенной) вменяемости [1]. Некоторые авторы предлагали к преступникам, психически неполноценным, применять специальные меры медицинского характера в сочетании с наказанием [2]. Но не все криминалисты поддерживали точку зрения о введении института ограниченной вменяемости. В курсе советского уголовного права под редакцией Н.А. Беляева и М.Д. Шаргородского отмечается, что “включение в закон понятия умышленной вменяемости противоречило бы принципам вины и уголовной ответственности и привело бы к тому, что нельзя было бы определить виновность лица. Вина неделима и недробима. Преступник не может быть частично или умышленно виновным в совершении преступления. Признание лица умышленно вменяемым поставило бы его в весьма неопределенное положение, а уголовную ответственность лишило бы точных и конкретных оснований” [3]. При этом авторы учебника не отрицают возможности применения к лицам с психическими аномалиями, наряду с наказанием, специальных мер медицинского характера.

В последнее десятилетие, учитывая, что совершенствование уголовного законодательства требует максимального учета достижений науки о человеке, в том числе медицины и психологии, многие авторы предлагали ввести норму “ограниченная вменяемость” в УК. В качестве аргументов введения нормы приводятся следующие, с которыми трудно не согласиться, а именно: существование юридической и психологической реальности в виде распространенности в сфере права лиц с психическими аномалиями, но не лишающими субъекта преступления возможности саморегулировать значимое для права поведение [4]; именно институт ограниченной вменяемости наиболее адекватно и полно реализует ряд фундаментальных принципов права, вследствие чего обладает существенными преимуществами.

Во-первых, этот институт позволяет объективизировать с помощью экспертизы правовую оценку деяния участниками процесса и судом, что повышает уровень объективности и обоснованности решений правоприменительных органов, страхует от субъективных ошибок и злоупотреблений.

Во-вторых, этот институт помогает наиболее полно реализовать принцип субъективного вменения и индивидуализации ответственности.

В-третьих, институт ограниченной вменяемости наиболее полно помогает реализации принципа справедливости [5].

Результатом долгих научных дискуссий явилось закрепление в Основах уголовного законодательства Союза ССР (1991), которые не вступили в силу по объективным причинам, статьи 15, регулирующей вопросы ограниченной вменяемости. Положительно этот вопрос решается в ст. 15 проекта УК РФ [6].

Проект УК рассматривает норму ограниченной вменяемости как одно из обстоятельств, смягчающих ответственность по причине невозможности в полной мере осознавать значение своих действий или руководить ими вследствие болезненного психического состояния.

Думается, что легализация этого уголовно-правового института является лишь вопросом времени. Но ставить точку в многолетней дискуссии по поводу ограниченной вменяемости рано. Конечно же, сам факт законодательного закрепления института ограниченной вменяемости говорит о том, что личность постепенно из средства превращается в цель, что весьма отрадно.

В научной литературе встречается мнение, что статья 15 проекта УК охватывает не все категории лиц, которые могут характеризоваться ограниченной возможностью осознания социально-правового значения своего поведения. Как уже отмечалось, в статье 15 проекта УК идет речь о болезненных психических расстройствах, вследствие которых субъект был ограничен в возможностях осознавать значение своих действий или руководить ими. Н. Иванов предлагает связывать ограниченную вменяемость “не только с наличием психических расстройств, что неоправданно узко, но и с иными аномалиями, которые также обладают способностью ограничивать возможности субъекта в плане осознания им своих поступков. Речь идет о влиянии холерического и меланхолического типов нервной системы” [7]. Таким образом, следует вывод: холерики и меланхолики - это лица с “иными аномалиями”?! Но ведь в типах нервной системы нет ничего предосудительного, тем более, что чистые холерики, меланхолики, флегматики или сангвиники встречаются очень редко. Исследования психологов Б.М. Теплова и В.Д. Небылицина показали, что структура основных свойств нервной системы много сложнее, а число комбинаций гораздо больше, чем это ранее представлялось [8].

Объясняя свою точку зрения, Н. Иванов также ссылается на данные психологов и делает вывод, что если холерик считается в психологии неуравновешенным типом с преобладанием возбуждения над торможением и характеризуется резкостью, вспыльчивостью, раздражительностью, большой импульсивностью, то его можно сравнить с возбудимыми и истероидными психопатами, а меланхолика, с его пониженной активностью, которая зависит от преобладания процессов торможения, можно сравнить с тормозимыми психопатами, которые также отличаются доминированием процессов торможения, что делает их слабыми в биологическом отношении [9].

Представляется, что такая точка зрения, хотя и заслуживает внимания, но в настоящее время недостаточно разработана и является довольно спорной. Тип нервной системы на осознание фактов реальной действительности не влияет. Холериков и меланхоликов, а также флегматиков и сангвиников не стоит приравнивать к лицам с психическими аномалиями. По меньшей мере не совсем этично приписывать всем лицам с неуравновешенным характером наличие у них “аномального состояния психики” [10]. Кроме того, психологи прямо отмечают, что “недостаточная эмоциональная уравновешенность у холериков может привести к неспособности контролировать свои эмоции в трудных жизненных обстоятельствах только при отсутствии надлежащего воспитания” [11], а не в результате того, что эти лица имеют какие-либо аномалии.

Таким образом, основная роль в управлении своими поступками, действиями принадлежит личным нравственным и душевным качествам человека, а также его высокой общей культуре и“культуре чувств”, приобретенным в процессе воспитания и индивидуального жизненного опыта. Несомненно, что человек высоконравственных убеждений, усвоивший общественные требования в привычных формах поведения более способен противостоять влияниям неблагоприятных обстоятельств и господствующей эмо-

ции, чем тот человек, которого можно назвать безнравственным, некультурным, эгоистичным, склонным к насилию и т.п. Поэтому не стоит говорить о какой-то предрасположенности лиц с определенным типом нервной системы к ограниченной возможности осознания ими своих поступков, так как “слабая но высокочувствительная нервная система не должна считаться худшей, чем сильная, но менее чувствительная” [12].

Исходя из вышесказанного представляется, что холериков и меланхоликов нельзя называть лицами с аномальным состоянием психики и рассматривать их в качестве субъектов ограниченной вменяемости только из-за того, что они имеют именно такой тип нервной системы, такой темперамент. Представляется, что в основу понятия как невменяемости, так и ограниченной вменяемости следует положить болезненное психическое расстройство, а не темперамент и особенности характера человека. Степень этого расстройства является основой дифференциации для невменяемости: полная невменяемость, ограниченная вменяемость и т.д.

В рамках данной статьи хотелось бы рассмотреть еще один вопрос, который тесно связан с институтом ограниченной вменяемости. Речь идет о возрастной невменяемости [13].

Состояние преступности в России, а также исследования возрастной психологии подростка дают основание некоторым авторам ставить вопрос о снижении возраста уголовной ответственности до 14 лет по всем преступлениям.

Вместе с тем предлагается при установлении существенного отставания психического развития подростка считать не достигшим возраста уголовной ответственности и, следовательно, не подлежащим уголовной ответственности [14].

Вопрос о снижении возраста уголовной ответственности до 14 лет представляется спорным [15], но, думается, будет уместно дополнить содержание нормы об ограниченной вменяемости положением о возрастной невменяемости подростка (либо ввести самостоятельную норму), вследствие неблагоприятных условий его развития и воспитания, и о возможности применения к нему мер воспитательного характера. Тем более, что судебная практика справедливо придает возрастной невменяемости значение обстоятельства, смягчающего ответственность. Это, в частности, нашло отражение в п. 7 постановления Пленума Верховного суда СССР от 3 декабря 1976 г. “О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность”, в котором указывается, что при наличии данных, свидетельствующих об умственной отсталости несовершеннолетнего подсудимого, суды должны выяснять степень умственной отсталости несовершеннолетнего, мог ли он полностью осознавать значение своих действий и в какой мере руководить ими. В необходимых случаях для установления этих обстоятельств в силу ст. 78 УПК РСФСР по делу должна быть произведена экспертиза специалистами в области детской и юношеской психологии (психолог, педагог), или указанные вопросы могут быть поставлены на разрешение эксперта-психиатра. С учетом умственной отсталости, а также характера общественной опасности совершенного подростком преступления суд в соответствии со ст. 10 УК РСФСР может ограничиться в отношении его применением принудительных мер воспитательного характера [16].

Было бы, на наш взгляд, правильнее отразить эти рекомендации непосредственно в законе.

Подводя итоги вышеизложенного, следует признать, что степень научного освоения проблематики ограниченной вменяемости явно недостаточна. Несмотря на длительное ведение научных дискуссий, до сих пор отсутствует целостная научная концепция, охватывающая основные аспекты института ограниченной вменяемости (уголовно-правовые, судебно-психиатрические и судебно-психологические), включая вопрос о возрастной невменяемости. Поэтому в дальнейшем, даже после принятия проекта УК и вступления нового УК РФ в силу, желательно еще какое-то время вести исследовательскую работу для того, чтобы завершить научную разработку института ограниченной вменяемости, подкрепить научную концепцию ограниченной вменяемости достаточным числом аргументов и дать рекомендации по ее практическому применению [17].



[1] Советское государство и право. 1965. № 9. С. 135.

[2] См.: Шахриманьян И.К. К вопросу о так называемой уменьшенной вменяемости // Вестник ЛГУ. 1961. № 23. С. 1961. С. 175; Крахмальников Л., Ной И. О профилактике преступлений психопатов // Сб. научных работ. Саратов. 1961. Вып. 3. С. 260-263.

[3] Курс советского уголовного права. Часть общая. Т. 1. Изд-во ЛГУ. 1968. С. 378.

[4] См.: Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступность и психические аномалии. М., 1987.

[5] См.: Кудрявцев И.А. Ограниченная вменяемость // Государство и право. 1995. № 5. С. 110.

[6] Новый уголовный кодекс (Проект) // Закон: Специальный выпуск: Приложение к газете “Известия”. 1993. С. 2. Ст. 15: Ограниченная вменяемость.

[7] Иванов Н. Ограниченная вменяемость: Соотношение с невменяемостью // Рос. юстиция. 1994. № 1. С. 54.

[8] См.: Краткий психологический словарь. М., 1985. С. 353.

[9] Иванов Н. Указ. соч. С. 54.

[10] Иванов Н. Указ. соч. С. 55.

[11] Теплов Б.М., Небылицын В.Д. Изучение основных свойств нервной системы и их значение для психологии индивидуальных различий // Вопр. психологии. 1963. № 5. С. 46.

[12] См.: Современные тенденции развития уголовного законодательства и уголовно-правовой теории // Государство и право. 1994. № 6. С. 44.

[13] См.: Современные тенденции развития уголовного законодательства и уголовно-правовой теории // Государство и право. 1994. № 6. С. 44.

[14] См.: Гальперин И.М. и др. Уголовный кодекс. Часть общая // Рос. юстиция. 1994. № 6. С. 52.

[15] Эта проблема подробно в настоящей работе не будет рассматриваться.

[16] См.: Сборник Постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М.: Спарк, 1995. С. 146.

[17] С идеей целостной научной концепции ограниченной вменяемости выступает, например, С. Шишков. - См.: Шишков С. Об ограниченной (уменьшенной) вменяемости // Рос. юстиция. 1995. № 2. С. 21.







Интересное:


Кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору и организационной группой
Феномен вины в свете основных законов диалектики
Некоторые вопросы правового регулирования борьбы с организационной преступностью
Понятие, признаки и цели смертной казни как уголовного наказания
Квалифицированные виды нарушения правил дорожного движения и отграничение состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, от смежных и иных составов преступлений.
Вернуться к списку публикаций