2015-04-01 21:26:59
ГлавнаяУголовное право и процесс — Личность обвиняемого как объект уголовно-процессуальных отношений (познания)



Личность обвиняемого как объект уголовно-процессуальных отношений (познания)


Самостоятельный предмет доказывания обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, на уровне структуры личности обвиняемого

Доказывание как процессуальная деятельность, протекающая в рамках уголовного судопроизводства и направленная на решение практических задач, регулируется уголовно-процессуальным законом. Это упорядочивает деятельность субъектов доказывания по установлению фактических обстоятельств дела, создает необходимые гарантии равенства сторон в доказывании, обеспечивая права, интересы личности обвиняемого. Однако, доказывание не единственный путь получения сведений о личности обвиняемого. Информация о личности обвиняемого может быть получена и непроцессуальным путем в виде ориентирующей информации, собственных наблюдений. Но такая познавательная деятельность протекает лишь параллельно с доказыванием и может, например, способствовать правильно выбранному направлению в расследовании и указывать на источники, средства получения важных и нужных данных об обстоятельствах, характеризующих личность обвиняемого, либо может также представлять интерес в других целях: криминологических, пенитенциарных для обобщения научных выводов.

Вероятно, это повлияло на то, что в юридической литературе сложилось такое понятие, как «изучение личности обвиняемого», которое включает не только процессуальную деятельность по установлению данных о личности, связанную с решением основных вопросов судопроизводства, но гораздо шире.

Отчасти это породило и другое смежное понятие: «направление деятельности по изучению личности обвиняемого». Например, М.Г. Коршик и С.С. Степичев представили свои исследования по изучению личности обвиняемого в двух аспектах (индивидуальном и обобщенном) [1]. Ю.В. Манаев судебное исследование рассматривает в 3-х аспектах: уголовно-правовом, уголовно-процессуальном и криминологическом [2]. Н.Т. Ведерников представил деятельность по изучению личности обвиняемого по пяти направлениям: уголовно-правовому, уголовно-процессуальному, исправительно-трудовому (пенитенциарному), криминалистическому и криминологическому [3]. А.С. Кривошеев сформулировал в виде 4-х основных: криминалистическое, уголовно-правовое, уголовно-процессуальное и криминологическое [4]. М.А. Матусевич [5], Г.К. Курашвили [6]: уголовно-правовое, уголовно-процессуальное и криминалистическое.

Почти все авторы, определяя те или иные направления деятельности следователя, суда, связанные с установлением данных о личности обвиняемого, увязывают их с задачами судопроизводства, однако, рассматривают их не в связи, а в отрыве от процессуальной деятельности. Как можно заметить, наряду с иными направлениями деятельности в таком подходе отдельно представляется уголовно-процессуальное направление. Понятно, что такой подход устраняет роль и значение уголовно-процессуальной деятельности, ибо все направления такой деятельности по сути есть составные целого единого уголовного процесса. Без уголовной процессуальной деятельности не может решаться ни одно такое направление. Как можно, к примеру, решить задачи уголовно-правового направления по установлению данных о личности обвиняемого без процессуальной деятельности, т.е. без собирания, проверки и оценки доказательств, имеющих отношение к установлению оснований уголовной ответственности. Только неразрывная связь материального и процессуального права позволяет через уголовную процессуальную деятельность устанавливать обстоятельства, имеющие уголовно-правовое значение.

Правильней будет, если все указанные направления деятельности по изучению личности обвиняемого (узкоспециальные направления) объединить единой структурой личности обвиняемого, что позволит определить именно тот необходимый «объем» данных о личности, который следует устанавливать в процессе следствия, и о котором так много писали на страницах печати ученые и практики.

Закон не уточняет, какой необходимо устанавливать объем данных о личности обвиняемого. Вероятно, он и не может быть предусмотрен законом. Как правильно замечает Г.К. Курашвили, перечень тогда будет «безграничен и неоправданно будет ставить рамки по полному изучению личности обвиняемого.» (Здесь надо иметь в виду, что понятие изучения личности обвиняемого охватывают исключительно деятельность по установлению обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого в объеме предмета доказывания).

Таким образом, разработанная модель структуры личности, которая непосредственно связана с предметом доказывания и решением стоящих задач перед следователем и судом, окажется способной выразить именно тот необходимый «объем» данных о личности, который потребуется для познания личности как в узкоспециальном направлении деятельности, так и в целом всей деятельности, исходя из общих задач судопроизводства.

Однако, если законодатель отразит в УПК в предмете доказывания обстоятельства, характеризующие личность (по проекту УПК ст. 69), то это решение полностью еще не разрешит проблемы. Как представляется, решение это возможно, если структурная схема личности обвиняемого будет представлена дополнительной статьей в законе. В частности, по проекту УПК (691), ориентирующей на доказывание таких обстоятельств.

Результаты анкетирования, интервьюирования судей, следователей Оренбургской, Челябинской областей России; Актюбинской, Уральской Казахстана привели к решению этого вопроса на таком уровне.

На вопрос судьям: что надо устанавливать для нужд судопроизводства в объеме понятия личности обвиняемого, судьи ответили: а) установочные данные - 100%; б) данные, относящиеся к составу преступления - 67%; в) смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства - 80%; г) дифференциацию ответственности - 35%; д) мотивации преступления - 15%; е) способ совершения преступления - 12%; ж) обстоятельства, раскрывающие социально-психологическую характеристику личности, условия социальной среды, быта, в которых пребывала личность - 20%.

На вопрос анкеты: удовлетворяет ли их качество изучения личности обвиняемого в предварительном расследовании? - 80% судей ответили отрицательно. Считают ли он необходимым в целях повышения исследования обстоятельств, относящихся к личности обвиняемого, изменить практику составления обвинительных заключений, отражая в них не только смягчающие и отягчающие обстоятельства, но также «иные», характеризующие личность обвиняемого обстоятельства, большинство ответило положительно - 90% (участвовало в этом опросе - 92 чел.) [7].

Вот ответы на вопросы анкеты, свидетельствующие о том, что необходимо для этого сделать: 1) повысить требовательность к качеству предварительного расследования - 11%; 2) повысить персональную ответственность работников органов дознания, следователей - 13%; 3) охватить учебой и повышением квалификации работников этих органов по рассматриваемой проблеме - 29%; 4) расширить методические рекомендации с внедрением их разработок в практике - 47%.

Проводились и другие анкетирования и опросы судей. 80% всех опрошенных (общее число 147 чел.) высказались за изменение ст. 68 УПК, т.е. за включение в нее группу обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, как подлежащих доказыванию. 56% - за то, что наряду с общим предметом доказывания необходимо включить дополнительно в УПК самостоятельную статью, в которой отразить необходимый объем характеризующих личность обвиняемого данных, входящих в это понятие.

Чтобы сконцентрировать внимание на совокупности личностных признаков, обеспечивающих установление необходимого круга обстоятельств по уголовному делу, целесообразно предусмотреть в УПК дополнительно новую статью, что позволит сориентировать практиков на установление такого объема данных о личности обвиняемого, который будет необходим в каждом конкретном случае, исходя из поставленных задач.

Предлагается следующая редакция ст. 691 проекта УПК. Данные о личности обвиняемого, подлежащие установлению: «При доказывании обстоятельств дела подлежат установлению: 1) установочные (персонографические признаки личности обвиняемого; 2) уголовно-правовые признаки; 3) социально-обусловленные свойства личности (свойства, раскрывающие отношения личности в различных сферах общественной жизни и факторы быта, среды, под влиянием которых формулировалась личность; 4) данные психологического характера, раскрывающие психические свойства личности: интересы, потребности, чувства и т.д.; психические процессы: ощущения, восприятие, память и т.д.; психические состояния и возможности; 5) медико-биологические свойства личности (свойства, характеризующие физические, соматические особенности).

Эти данные необходимы для эффективного расследования обстоятельства дела, а также рассмотрения и разрешения его по существу».

В ходе выступлений на Всероссийской научно-практической конференции, проходившей в г. Тюмени в апреле 1995 г., проф. А.Д. Бойков выразил некоторое беспокойство по поводу такого развернутого предмета доказывания, мотивируя, его наличием обстоятельств уголовно-иррелевантных, т.е. безразличных для ответственности и профилактики, и не рискуем ли мы уйти далеко в психологизацию процесса, если встанем на «предложенный путь» [8]. На заданный вопрос хотелось бы ответить, что такой опасности не усматривается. Познание личности обвиняемого осуществляется с учетом каждого уголовного дела в отдельности и конкретно тех обстоятельств, которые познаются (доказываются) по нему с учетом индивидуальных особенностей дела. Личность обвиняемого познается исключительно во взаимосвязи с преступлением (деянием) и в интересах поставленных задач судопроизводства. Поэтому по каждому делу обстоятельства, относящиеся к личности, могут быть различными с учетом структурного строения личности. В одном случае будет сделан акцент на познание обстоятельств социально-бытового характера, предшествующих совершению преступления, в другом - психологического, в третьем - медико-биологического, в четвертом - уголовно-правового. Исключительно требованиями закона, в частности ст. 20 УПК, следователь, прокурор и суд должны руководствоваться при познании личности обвиняемого.

Как свидетельствуют результаты обобщений уголовных дел, качество установления данных о личности обвиняемого желает быть куда лучше, чем это имеет место. Практические работники в настоящее время явно принижают роль данных о личности обвиняемого, что подчас не позволяет всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела и, соответственно, вынести справедливое решение.

Новый Уголовный кодекс в ст. 60 указывает, что при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Поэтому требования законодателя к познанию личности заметно возрастают.

Учитывая особенности производства по делам несовершеннолетних, которые основываются на возрастных, социально-психологических и других обстоятельствах, требующих дополнительных гарантий личности, составители проекта УПК (ст. 471) в предмет доказывания (помимо обстоятельств, предусмотренных ст. 69 проекта УПК) включили уточняющие детали к обстоятельствам, относящимся к личности несовершеннолетних. Это: условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, степень интеллектуального, волевого и психического развития, особенности характера и темперамента, потребности и интересы, а также влияние на несовершеннолетних взрослых лиц и других несовершеннолетних [9].

В числе обстоятельств, подлежащих установлению по делам такого рода, как можно видеть, целенаправленно предпринимается попытка ориентировать следователя в предварительном следствии на выяснение условий жизни и воспитания несовершеннолетнего лица.

Необходимо, например, собрать такие данные о личности, которые могли бы охарактеризовать обстановку в семье, в которой жил подросток, выяснить, имеет ли несовершеннолетний обвиняемый обоих родителей. Если нет отца, матери, то как давно и в силу каких причин воспитанием подростка занимаются не родители. Важно также выяснить взаимоотношения между членами семьи. Подлежат установлению данные о профессии, месте работы родителей, либо воспитателей, их моральные качества, поведение в семье, быту, методы воспитания. Необходимо установить такие данные относительно учебы, работы подростка, где и в качестве кого работает, каковы его результаты. Если учится, то надо выяснить его успеваемость, отношение к учебе, участие в жизни коллектива. Если подросток не работает, не учится, то следует установить, по каким причинам оставил учебу, работу. Важно выяснить вопрос о ближайшем бытовом окружении, связях, круге интересов подростка.

Особо следует оговорить в законе об установлении такого круга обстоятельств, который бы помог выяснить, мог ли подросток полностью сознавать значение своих действий, если имеются данные о его умственной отсталости, не связанной с психическим заболеванием. Такие сведения могут быть получены из показаний родителей, педагогов, характеристик и т.п.

Решение такого вопроса связано с использованием специальных познаний в области психологии, педагогики, а потому, при наличии данных такого характера, рекомендуется назначать судебную психологическую экспертизу [10].

При проведении данной экспертизы, в отличие от психиатрической, исследованию подвергаются психически здоровые лица. Тогда, когда умственная отсталость связана с олигофренией в степени дебильности, психофизическим инфантилизмом, астеническим синдромом, назначается комплексная судебно-психолого-психиатрическая экспертиза [11].

Поскольку предметом комплексной судебно-психолого-психиатрической экспертизы становятся эмоциональные состояния, индивидуально - психологические особенности личности, в том числе несовершеннолетних обвиняемых, психопатических личностей и больных олигофренией в легкой степени дебильности, то вопрос о проведении комплексной судебно-психолого-психиатрической экспертизы приобретает исключительно важное практическое значение. Достаточно сослаться на данные по Оренбургской области, как можно заключить, что этот вид экспертизы получает широкое распространение. Если в 1980 г. в области проведено всего лишь две психологические экспертизы, в 1981 г. - 6, 1983 - 4, 1985 - 9 и 13 комплексных, то в 1991 г. комплексных экспертиз проведено - 72, 1992 - 91, 1993 - 101, 1994 - 111.

Установление ряда психических состояний не представляет трудности для следователя и суда. Поэтому о наличии антиобщественной психической установки может, например, свидетельствовать сам факт совершения преступления, способ его совершения. О глубине антиобщественных взглядов, о степени педагогической запущенности подростка, можно судить по тяжести и характеру совершенного преступления, его пристрастию к употреблению спиртных напитков, наркотических средств и т.п. Такие психологические категории, как мотив, цель, характер и его черты, раскаяние лица доступны для восприятия следователей, судей и не требуют специальных познаний. Не требуют специальных познаний доказывание состояния подростков, которые по степени восприятия и реакции на них хотя и являются индивидуальными (когда речь идет о тяжелых личных или семейных обстоятельствах, различных формах зависимости личности от этих условий), однако характер их психического состояния вполне можно доказывать с помощью показаний свидетелей и показаний самого обвиняемого. Вместе с тем, некоторые психические состояния могут быть установлены, как было указано, только путем проведения экспертизы, т.е. с использованием познаний специалистов в области психиатрии и психологии.

Все сказанное позволяет заключить, что особенности предмета доказывания по делам несовершеннолетних сводятся к тому, что особо выделяется определенная группа данных о личности, относящаяся к установлению возрастных, социальных, психологических, медико-биологических свойств личности несовершеннолетних, что по сути составляет совокупность элементов общей структуры личности обвиняемого.



[1] См.: Коршик М.Г., Степичев С.С. Изучение следователем личности обвиняемого.

[2] См.: Манаев Ю.В. Судебное исследование обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого. Автор. к-д. дисс. - М., 1968.

[3] См.: Ведерников Н.Т. Указ. соч.

[4] См.: Кривошеев А.С. Изучение личности обвиняемого в процессе расследования. - М., 1971.

[5] См.: Матусевич И. А. Изучение личности обвиняемого в процессе расследования преступления. Минск, 1975.

[6] См.: Курашвили Г.К. Изучение следователем личности обвиняемого. - М., 1982.

[7] Подробно о результатах исследования см.: Гуськова А.П. Следственные ошибки при изучении личности обвиняемого // Вопросы укрепления законности и устранения следственных ошибок в уголовном судопроизводстве. - М., 1988, с. 68-71; Она же. Следственные ошибки, связанные с изучением личности обвиняемого // Материалы республиканской научно-практической конференции по проблеме «Следственные ошибки, их причины и пути устранения». Алма-Ата, 1989, с. 23-27; Об усилении гарантий прав личности обвиняемого // Научные и практические проблемы уголовного судопроизводства в свете судебно-правовой реформы. Ижевск, 1989, с. 129-130; Использование судом документов при установлении обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого // Проблемы совершенствования уголовного судопроизводства. - М., 1990, с. 63-66.

[8] См.: Бойков А.Д. Заключительное выступление // Вопросы укрепления законности в уголовном судопроизводстве в свете правовой реформы. С. 46-48, 67-69.

[9] Ранее мною вносилось предложение о создании отдельной статьи, которая должна была включить такого рода уточняющие данные, относящиеся к личности обвиняемого несовершеннолетнего (См.: Гуськова А.П. Теоретические и практические аспекты установления данных о личности обвиняемого, с. 58). Поэтому редакция ст. 471 проекта УПК вполне отражает данное предложение и понятно, что я высказываюсь за поддержку такой редакции.

[10] Г.Н. Ветрова, автор главы «Производство по делам о преступлениях несовершеннолетних» Теоретической модели УПК, также сформулировала отдельную статью 611, которая называется «Исследование личности несовершеннолетнего» (См.: Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Уголовно-теоретическая модель, с. 298), отражающая специфику доказывания обстоятельств социально-психологического характера личности несовершеннолетнего.

[11] Е.Б. Мельникова, характеризуя правосудие по делам несовершеннолетних, выделяет такие признаки его, как: социальная насыщенность этого правосудия, преимущественная ориентированность на личность несовершеннолетнего и соответствующие требования в этой связи к судебной процедуре; повышенная юридическая охрана прав несовершеннолетнего в рамках судопроизводства; широкое познание личностных свойств на основе познаний в области педагогики и психологии. См.: Мельникова Е.Б. Судебная реформа в России и проблемы правосудия по делам несовершеннолетних // Судебная власть: Надежда и реальность. Сб. научных статей. - М., 1993. С. 91.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Сущность вины как социально-правового явления
Вина в зарубежном уголовном праве и законодательстве
История становления состязательности в уголовном процессе России
О провокации как методе борьбы с коррупцией
Ответственность за мошенничество по зарубежному уголовному законодательству
Вернуться к списку публикаций