2015-04-01 21:23:50
ГлавнаяУголовное право и процесс — Личность обвиняемого как субъект уголовно-процессуальных отношений



Личность обвиняемого как субъект уголовно-процессуальных отношений


Характеристика элементов индивидуального статуса личности обвиняемого

Закрепление в уголовно-процессуальном законе субъективных прав личности обвиняемого и возложение обязанностей на обвиняемого составляет важный элемент индивидуально-процессуального правового статуса личности обвиняемого.

Субъективное право - это право данного субъекта, это вид и мера его возможного поведения. Возможность эта троякого рода: возможность собственных поступков, возможность требовать определенного поведения от обязанных лиц и возможность обратиться за поддержкой защиты к государству [1].

Общей теорией права к субъектам права относятся граждане и организации, выступающие как носители установленных законом прав и обязанностей, т.е. физические и юридические лица, которые признаются законом способными иметь права и обязанности [2]. Обязательную основу выступления индивидов как субъектов права образует юридические нормы. Они выступают как объективное право, которое не следует смешивать с субъективным правом. Н.И. Матузов так пишет на этот счет: «Право как норма, закон, государственное установление и право как возможность или правомочность субъектов действовать известным образом в рамках этих установлений - вот суть разграничений права на объективное и субъективное» [3]. Право в объективном смысле - это законодательство страны того или иного периода. Право же субъективное - это те конкретные возможности, права и обязанности субъекта, которые возникают на основе этого законодательства и в его пределах обеспечивают ему участие в разнообразных юридических отношениях.

Как объективное право, так и субъективное право личности обвиняемого в механизме правового регулирования выполняют каждый свою роль. С точки зрения способов обеспечения свободы личности они не могут рассматриваться как одноплановые, однопорядковые, способные компенсировать друг друга.

Объективное право не зависит от желания отдельного лица и, являясь общим, безличным, отвлеченным правилом, не принадлежит и не может принадлежать кому-либо [4]. Оно - как отмечает Д.А. Керимов - необходимо для определения правильности поведения, действия, решения, для установления дозволенного и его отличия от произвола [5].

В свою очередь, субъективное право указывает и отражает тот факт, что субъекту принадлежит его право, которое (как меру его возможного поведения) он может использовать по своему личному желанию и усмотрению. «Там, где нет свободы выбора, там нет субъективного права, а его место занимает субъективная обязанность» [6].

Возникновение субъективных прав личности обвиняемого связано с наступлением соответствующего юридического факта, в частности предъявления обвинения.

А это, в свою очередь, указывает на возникновение уголовно-процессуальных отношений. Каждый субъект процессуальных отношений имеет права и несет обязанности. Для создания условий, чтобы субъективное право обвиняемого в уголовном судопроизводстве нашло свое реальное воплощение (в реализации субъектом его объективного права), необходимо разъяснить субъекту его процессуальные права, которыми он и может воспользоваться, обеспечивая себе защиту от предъявленного обвинения.

Самый первый исторический тип права, каким является рабовладельческое право, терминологически отождествляет личность (persona), только с тем человеком, который способен иметь права. Римские юристы связывали это с правосубъектностью (caput), с человеком, индивидуумом (русский перевод caput означает «голова», «человек», «индивидуум»), т.е. два явления обозначались одним словом.

Существенными элементами процессуальных правоотношений являются права (полномочия) и обязанности. Права и обязанности субъектов процессуальных отношений - это по сути права и обязанности всех субъектов уголовного судопроизводства, субъектов уголовно-процессуальной деятельности. Понятие субъекта уголовно-процессуальной деятельности [7] является равнозначным понятию субъекта уголовно-процессуального права. Чтобы стать носителем уголовно-процессуальных прав и обязанностей, т.е. субъектом уголовно-процессуального права, надо быть субъектом уголовно-процессуальной деятельности и наоборот. Признание за субъектом [8] по закону уголовно-процессуальных прав и обязанностей включает также обладание процессуальной правоспособностью и дееспособностью.

Уголовно-процессуальная правоспособность есть способность лица быть субъектом уголовного судопроизводства, т.е. иметь уголовно-процессуальные права и нести обязанности, а уголовно-процессуальная дееспособность - способность лично и самостоятельно осуществлять в процессе указанные в законе права и обязанности. Относительно процессуальной правоспособности и дееспособности в литературе высказаны различные суждения: одни высказываются за то, что в уголовно-процессуальном праве оправдано использовать эти категории [9]. Другие предлагают заменить эти понятия категорией правосубъектность [10]. Мотив при этом таков, что понятие «дееспособность» в отношении суда, прокурора и следователя не имеет никакой теоретической и практической ценности, поскольку полномочия этих органов возникают в виде правосубъектности.

Надо согласиться с тем, что такое утверждение не имеет под собой должной аргументации. Участие в процессе судьи, прокурора, следователя продиктовано не их личной гражданской дееспособностью, а должностным положением, которое и надо рассматривать как условие специальной процессуальной правосубъектности. А если лица не обладают правосубъектностью, то они не могут быть и субъектами процесса.

В науке нет единого подхода к понятию правосубъектности. «Правосубъектность» отождествляется с категорией «правоспособность» [11].

Другие находят, что правосубъектность есть праводееспособность и дееспособность, т.е. правосубъектность представлена как правовой статус субъекта, как синоним правоспособности и дееспособности [12].

Следует признать, что у некоторых участников процессуальных отношений действительно правоспособность и дееспособность возникают одновременно.

К таким участникам относятся: суд, прокурор, следователь, орган дознания. Вместе с тем, в уголовном процессе участвуют и такие лица, у которых процессуальная правоспособность возникает не в одно время с дееспособностью. К примеру, это имеет место тогда, когда обвиняемый становится лицом, в отношении которого решается вопрос о применении принудительных мер медицинского характера. Если лицо находилось в болезненном психическом состоянии, лишающим его возможности отдавать отчет своим действиям и руководить ими, то будучи правоспособным, оно утрачивает полностью или частично процессуальную дееспособность. То же самое, если лицо, не достигло определенного возраста, может наступить его полная или частичная недееспособность. Полная процессуальная дееспособность принадлежит гражданам, достигшим восемнадцати лет. Права и охраняемые законом интересы несовершеннолетних, а также граждан, признанных недееспособными вследствие душевной болезни или слабоумия, защищают их законные представители: родители, усыновители или опекуны.

Как можно видеть, заменить понятия правоспособность и дееспособность понятием правосубъектность в отношении всех субъектов процесса не представляется возможным, вероятно, в этом и нет надобности. Оба понятия - уголовно-процессуальная правоспособность и уголовно-процессуальная дееспособность - выражают правовую возможность субъекта уголовно-процессуального права осуществлять уголовно-процессуальную деятельность. Если речь идет о способности к обладанию процессуальными правами и обязанностями вообще, а также и к их личному осуществлению в уголовном процессе, то это будет общая право и дееспособность.

Если же в судопроизводстве речь идет об участии конкретного лица в конкретной ситуации, то специальная [13].

Как. само понятие индивидуального правового статуса личности обвиняемого, так и его элемента - процессуальной правосубъектности - надо отнести к числу недостаточно разработанных проблем в науке. А между тем, правосубъектность, наряду с нормой права и соответствующими юридическими фактами, служит необходимой предпосылкой возникновения процессуальных правоотношений. Отсюда напрашивается вывод, что эта проблема ждет своего исследователя с тем, чтобы внести в науку то новое, что сможет расставить точки над и.

Право, как было отмечено, выступает необходимым средством закрепления, выражения социальной свободы личности. Поэтому правовой статус личности включает в себя весь комплекс правовых возможностей [14]. Сюда включаются процессуальные права и обязанности, законные интересы, личные свободы.

Свобода - это способность действовать в соответствии со своими интересами и целями, опираясь на познание объективной необходимости [15]. Свобода как философская категория волновала издавна умы прогрессивных людей. «Сам процесс человечества во всех его границах начал измеряться процессом свободы личности» [16]. Новая Конституция, как значительная веха в развитии российской государственности, яркий тому пример. Она закрепила права и свободы граждан России на уровне международных статусов прав человека.

Приоритет отдан охране прав и интересов личности. За человеком признается право свободного, автономного поведения, возможность самому определить свой интерес и действовать свободно и независимо, с учетом соответственных представлений и желаний. Разрешено все, что не запрещено [17]. Если, как отмечает Г.Н. Ветрова, в доперестроечное время хотя и уделялось внимание защите прав личности, то делалось это в основном теоретиками-правоведами. Акцент направлен на защиту интересов государства, на подчинение интересов личности общественным интересам [18]. Теперь человек представлен как свободно действующий субъект, носитель собственного интереса и личных потребностей.

Современная система конституционных прав и свобод человека может быть представлена в следующем виде:

1. По-новому определена роль института прав и свобод человека в обществе и государстве. Новая Конституция отказалась от абсолютного приоритета прав и интересов государства по отношению к правам и интересам отдельной личности.

2. Права и свободы признаются неотчуждаемыми и принадлежащими каждому от рождения.

3. Система прав и свобод по новой Конституции отвечает сложившимся международным стандартам, их классификации во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах и Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах, Европейской конвенции о защите прав человек и основных свобод. На первое место выдвигаются такие личные права и свободы, как право на жизнь, достоинство личности, личная неприкосновенность, неприкосновенность жилища, свобода передвижения, свобода мысли и слова.

4. Существенно расширена связь национального законодательства о правах и свободах с международным правом. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры объявлены составной частью правовой системы Российской Федерации (п. 4 ст. 15).

5. Согласно принципам реализации прав и свобод, провозглашенных Конституцией, касаются как действий государства, так и поведения граждан. Государство обязано соблюдать и обеспечивать права и свободы человека и гражданина, ибо они являются непосредственно действующими; не должны издаваться законы, отменяющие и ущемляющие установленные права и свободы, они могут быть ограничены только законом; нормативные акты, затрагивающие права, свободы и обязанности гражданина, подлежат обязательному опубликованию.

6. Регулирование прав и свобод, закрепленных Конституцией, предоставляет широкую возможность использовать юридические средства защиты: судебную, обжалование не только действия и актов, но и бездействия; право выбора юридического средства защиты, право обращения в международные органы, в том числе в Европейский суд по правам человека или Комитет по правам человека ООН.

Признавая и закрепляя права и свободы граждан, Конституция РФ тем самым утверждает тот факт, что государство берет на себя обязательство считаться с правами и свободами граждан.

Отсюда, основные фундаментальные права человека, зафиксированные в Конституции и важнейших международно-правовых актах, являются правовой базой для производных, в том числе субъективных прав личности обвиняемого, закрепленных уголовно-процессуальным законом. Поэтому субъективные права как юридическая категория означают выраженные в норме права и закрепленные в ней: а) свободу поведения субъекта в границах, установленных нормой права; б) возможность для субъекта процесса пользования социальным благом; в) полномочие совершать определенные процессуальные действия и требовать соответственно таких действий от других лиц, обязанных осуществлять их; г) возможность обратиться в суд для защиты нарушенного права.

Соответственно, обвиняемый наделяется правом знать, в чем он обвиняется, что позволяет ему осуществлять свое право на защиту и, соответственно, избирать свой путь защиты в пределах, допускаемых законом. У следователя в этой связи появляются обязанности. Он обязан предъявить постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, в котором отражается, в совершении какого преступления обвиняется лицо, какая норма уголовного закона предусматривает данное преступление. Следователь обязан предъявить также постановление обвиняемому для ознакомления, разъяснить его сущность и одновременно права обвиняемого (ст. 148 УПК). Впоследствии, в ходе судопроизводства, он обязан во всех случаях изменения обвинения ставить его в известность (ст. 154, 215, 237 УПК). В этой связи обвиняемому предоставляется право по предъявленному обвинению дать показания, которые он выстраивает по своему личному усмотрению, признавая себя виновным либо невиновным, либо виновным частично. Дача обвиняемым показаний - это его право, а не обязанность. Он не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников (ст. 51 Конституции РФ) и не несет ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Обвиняемый имеет право знакомиться с протоколами допроса, требовать соответствующих дополнений и поправок в протокол. Следователь со своей стороны обязан выполнить это. Он вправе изложить свои показания собственноручно (ст. 150-152 УПК). Наделяется обвиняемый правом заявлять самые разнообразные ходатайства: о прекращении дела, об изменении квалификации преступления, об отмене или изменении меры пресечения, об истребовании дополнительных доказательств, о производстве дополнительных следственных действий, в том числе различных экспертиз. По таким ходатайствам принимаются следователем решения.

Обвиняемый наделяется правом приносить жалобы на действия и решения следователя. Он вправе обжаловать в суд законность, обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей, знакомиться с соответствующими материалами по данному вопросу, направляемыми в суд и участвовать в суде при рассмотрении такой жалобы (ст. 2201 и 2202 УПК). Вправе также обжаловать действия и решения суда, судьи, прокурора, лица, производящего дознание.

Предоставлено ему право лично и с помощью защитника знакомиться с протоколами следственных действий, проводимых с его участием: 1) с постановлением о назначении экспертизы и заключением экспертизы (ст. 184, 185, 193 УПК); 2) по окончании дознания и предварительного следствия - со всеми материалами дела, а также вправе выписывать из него любые сведения и в любом объеме (ст. 201-204 УПК); 3) по завершении судебного заседания - со всеми материалами дела (ст. 236 УПК); 4) в судебном заседании - с различного рода документами и предметами, которые представляют стороны, либо суд сам дополнительно истребует их. Предусмотрено законом обвиняемому право заявлять отводы широкому кругу должностных лиц, ведущих производство по делу и другим субъектам, как-то эксперту, специалисту-переводчику (ст. 23, 59-671, 438, 439 УПК).

Обвиняемый имеет право на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, право на рассмотрение его дел в случаях, предусмотренных законом, судом с участием народных заседателей, присяжных заседателей, коллегией из трех профессиональных судей или судьей единолично (ст. 47 Конституции РФ, ст. 15, 35, 201, 423 УПК, ст. 10 Закона о судоустройстве РФ).

С момента предъявления лицу обвинения в стадии предварительного расследования обвиняемый пользуется правом иметь защитника. Такое право на участие предусмотрено законом еще на раннем этапе уголовного процесса при задержании лица в качестве подозреваемого или избрании меры пресечения к лицу в виде ареста до предъявления обвинения (ст. 47 УПК).

В ходе судебного разбирательства обвиняемому предоставлена возможность активно участвовать в судебном разбирательстве на основе принципа состязательности и равенства сторон. В этой связи закон предоставляет ему различные права (ст. 245, 246, 263, 276, 279, 280, 288, 295, 298 УПК). Обвиняемый имеет право на пересмотр приговоров, как в кассационном, так и в надзорном порядке.

Таким образом, в уголовно-процессуальных правоотношениях органы (должностные лица), ведущие уголовный процесс, обязаны считаться с субъективными правами личности обвиняемого и гарантиями этих прав.

Другой элемент индивидуального правового статуса личности обвиняемого - обязанности. Обязанности - это объективное, необходимое и должное поведение субъекта процессуальной деятельности. Однако, объективная необходимость определенного поведения не всегда субъективно осознается субъектом и понимается как должная потенция к действию. Человек сам для себя выбирает необходимое ему поведение, вместе с тем, если такое поведение не согласуется с требованиями к индивиду на уровне государства в системе обязанностей, то закон устанавливает соответствующие меры юридической ответственности. В системе обязанностей для государства целесообразен, несомненно, социально полезный и необходимый вариант поведения. Между тем, включение в правовой статус личности обвиняемого элемента обязанностей не колеблет свободы выбора обвиняемым своего поведения. Он обязан являться по вызову лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда; не уклоняться от следствия и суда, не препятствовать расследованию дела и не нарушать порядок судебного заседания; соблюдать требования, которые установлены законом при избрании меры пресечения, выдавать по требованию следователя во время обыска и выемки необходимые предметы и документы, подвергаться освидетельствованию; представлять образцы для сравнительного исследования. Если обвиняемый не выполняет эти обязанности, к нему могут быть применены соответствующие меры процессуального принуждения (ст. 89, 101, 146-147, 153, 170, 179 УПК).

Что касается включения законных интересов личности как элемента индивидуального статуса личности обвиняемого, то попытаюсь объяснить это с позиции объекта защиты прав личности. Законодатель, как известно, для определения объекта правовой защиты личности использует три самостоятельные категории: права, свободы человека и законные интересы. Е.А. Лукашева, однако, считает, что «законные интересы нецелесообразно включать в общеправовой (конституционный) статус личности, поскольку интерес предшествует правам и обязанностям независимо от того, находит ли он прямое закрепление в законодательстве или просто подлежит «правовой защите со стороны государства» [19]. Если мы говорим об общеправовом (конституционном) статусе личности, то, думается, что автор права, и нет смысла включать законные интересы в данный статус. Что же касается индивидуального статуса личности обвиняемого, то здесь иное мнение. Как представляется, общий правовой статус лежит в основе юридического определения всех возможных социальных ролей личности и выступает потому ядром правового статуса. При этом определяются исходные юридические возможности обеспечения интересов личности в обществе, говоря об индивидуальном статусе личности, намеренно подчеркиваются законные интересы личности обвиняемого как элемент индивидуального правового статуса, поскольку здесь прослеживается специфика интересов личности, которая зависит конкретно от той роли, которую личность выполняет в уголовном процессе, и здесь как бы централизуется внимание на ее правовом положении. М.С. Строгович подчеркивал, что «общее понятие правового статуса, относящегося ко всем гражданам, может получить конкретизацию и детализацию применительно к отдельным группам граждан, в связи с содержанием и условиями ее деятельности» [20]. Несомненно, правовой статус личности обвиняемого должен включать в себя, с учетом специфики правового метода регулирования общественных отношений, некую детализацию, отражающую специфику правового положения личности обвиняемого. Это конкретное выражение заложено в нормах уголовно-процессуального права и связано именно с фактом расследования, рассмотрения и разрешения дела судом.

Субъективное право личности обвиняемого в правовом обеспечении своих интересов занимает особое место. Не случайно ученые на протяжении длительного периода занимались исследованием проблемы интереса в юридической науке, что преимущественно сводилось к выяснению интересов и субъективного права.

Не ставя своей целью анализ данных исследований, подчеркну, что правовые средства обеспечения интересов личности многообразны.

Интерес, как можно заметить, определяет поиск соответствующих юридических норм с тем, чтобы личность могла приобрести те или иные субъективные права, позволяющие ей на основе объективного права иметь не абстрактные возможности, а более конкретные свои правомочия. Смысл существования субъективного права, как надо понимать, состоит в том, чтобы дать личности наиболее эффективное правовое средство для удовлетворения потребностей, реализации ее интересов, взятых под охрану государства.

Что касается категории «законный интерес», то в литературе мы встречаем различные толкования авторов, которые указывают на причины, побудившие законодателя прибегнуть к использованию этого понятия в одном случае как субъективное право, в другом как «законный интерес». Первым исследователем категории законного интереса был М.А. Гурвич. Он пришел к выводу, что, в отличие от материального субъективного права, охраняемый законом интерес всегда обеспечен не нормой материального права, а охранительной, прежде всего процессуальной нормой [21]. В этой связи подчеркнем, что критерием определения автором обозначенного понятия была отраслевая принадлежность нормы, подчеркивающая интерес личности.

Н.А. Шайкенов, исследовавший понятие «законный интерес», пишет: «Законодатель охраняет правовыми средствами не желание и стремление виновного избежать ответственности, а отношения, гарантирующие выполнение ст. 2 УПК, требование, на которое и опирается в своих доводах Н.А. Клюшинцева), чтобы ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден» [22]. Тем самым автор подчеркивает, что желания и эмоции не поддаются правовому регулированию, предметом которого являются общественные отношения [23]. Здесь, как подчеркивает автор, и с ним надо согласиться, что законом охраняются действия лица по оспариванию своей виновности, которые и составляют содержание законного интереса обвиняемого. И, несмотря на различные трактовки понятия «законный интерес», большинство авторов согласны с тем, что законным является интерес, охраняемый правом, но не обеспеченный конкретным субъективным правом личности [24].

Э.Ф. Куцова пишет: «Законный интерес обвиняемого состоит в том, чтобы не быть признанным виновным и не подвергнуться мерам уголовного наказания иначе, как при соблюдении всех его прав в строгом соответствии с законом, а также не подвергаться мерам процессуального принуждения иначе, как при наличии предусмотренных законом оснований [25].

Законные интересы, по ее мнению, с чем согласна и я, это те существенные интересы личности обвиняемого, которые выражены в нормах права и признаны ими [26].

Итак, субъектом законного интереса может быть лицо, обладающее всеми признаками субъекта права. Сам термин «законный» свидетельствует о том, что данные интересы основаны на законе и потому гарантированы юридической силой закона. Тем самым личности обвиняемого предоставлена возможность добиваться в рамках законности своего интереса, поскольку интересы личности находятся в сфере правового регулирования. Они находят, как сказано выше, свое отражение в праве.

Если индивидуальный правовой статус личности обвиняемого определяет положение личности в уголовном процессе, то не менее важным моментом является практическое обеспечение составных элементов статуса. Процедура применения права непосредственно затрагивает вопросы законности, гарантии реализации прав личности. Сегодня достаточно важным и ответственным моментом является правоприменительная деятельность. Как актуальны на этот счет слова В.В. Лазарева: «Правоприменитель - это особый вид адресатов права, и потому случаи недостаточно четкого или излишнего правового регулирования их деятельности особенно «чувствительны» для практики» [27]. Взаимосвязь государства и личности требует достаточно четкой урегулированности и упорядоченности с тем, чтобы не только провозгласить права, свободы личности, но также важно их обеспечить в правоприменительной практике суда, прокуратуры, следователя, органов дознания.



[1] Общая теория права и государства / Под ред. В.В. Лазарева. - М., 1994, с. 32-33.

[2] См.: Мицкевич А.В. Субъекты советского права. - М., 1962, с. 12.

[3] Матузов Н.Н. Личность. Права. Демократия. С. 15-16.

[4] Там же.

[5] См.: Керимов Д.А. Философские проблемы права. - М., 1972, с. 174.

[6] Гукасян Р. Проблемы интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970, с. 75.

[7] Понятия субъектов уголовно-процессуальной деятельности и участника процесса (обвиняемый - участник процесса) соотносятся между собой как род и вид. Участники процесса - это особая группа субъектов уголовного процесса (см. 3 главу УПК). Всех их объединяет: наличие в уголовном процессе своего, охраняемого законом, интереса или интереса подзащитного, представляемого лица; наличие таких прав, которые позволяют им личными усилиями защищать свой собственный интерес и влиять на ход и исход дела. На них возлагается обязанность - подчиняться порядку расследования и судебного разбирательства. Не разделяю мнения тех ученых, которые признают участниками процесса всех участвующих в процессе субъектов.

[8] Здесь подразумевается личность обвиняемого.

[9] См.: Рахунов Д.Р. Участники уголовно-процессуальной деятельности по советскому праву. - М., 1961, с. 21; Кокорев Л.Д. Участники правосудия по уголовным делам. Воронеж, 1971, с. 10; Пономарев И.Б. Правоспособность и дееспособность как предпосылки уголовно-процессуальных отношений // Сов. гос. и право, 1971, № 6, с. 110.

[10] См.: Галкин Б.А. Советский уголовно-процессуальный закон, с. 93.

[11] См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. - М., 1950, с. 5-6; Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. - М., 1958, с. 84-85; Галкин Б.А. Советский уголовно-процессуальный закон, с. 93.

[12] См.: Венедиктов А.В. О субъектах социалистических правоотношений // Сов. гос. и право. 1955, № 6, с. 21-22; Свистунова Т.В. Нормы уголовно-процессуального права и правоотношения. Автореферат кан. дисс. Л., 1969, с. 9.

[13] См.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть, с. 442. О специальной дееспособности см.: Галкин Б.А. Советский уголовно-процессуальный закон, с. 94; Кокорев Л.Д. Указ. соч., с. 104-105.

[14] См.: Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности (Теоретические вопросы). - М., 1968, с. 82.

[15] Философский энциклопедический словарь, с. 595.

[16] Максимов А.М., Чупров А.С. Природа человека и его свобода. Екатеринбург, 1996, с. 169.

[17] См.: Соловьев Ю.М. Личность и право // Вопросы философии, 1989, № 8, с. 68.

[18] См.: Ветрова Г.Н. Судебная защита конституционных прав граждан // Судебная власть: надежды и реальность. - М., 1993, с. 32.

[19] См.: Общая теория прав человека, с. 30.

[20] Строгович М.С. Правовое положение личности // Конституция общественного государства. Вопросы теории. - М., 1979, с. 190.

[21] См.: Гурвич М.А. Гражданские процессуальные правоотношения и процессуальные действия. - М., 1965, с. 86.

[22] Шайкенов Н.А. Указ. соч., с. 164.

[23] Н.А. Клюшинцева, возражая Д.М. Чечоту, утверждавшему, что всякий юридический интерес охраняется законом, пишет: «... и виновный может быть заинтересован в том, чтобы уклониться от ответственности, избежать наказания. Это по содержанию также правовой интерес, но интерес незаконный» (см.: Клюшинцева Н.А. О защите адвокатом гарантированных законом интересов обвиняемого // Гарантии прав личности в социалистическом уголовном праве и процессе. Ярославль, 1977, с. 71.

[24] См.: Шайкенов Н.А. Указ. соч., с. 165; также: Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе. - М., 1973, с. 62; Адаменко В.Д. Сущность и предмет защиты обвиняемого. Томск, 1983, с. 149, Л.Д. Кокорев, например, высказал иную точку зрения, считая, что законные интересы - это прежде всего те интересы, которые соответствуют субъективным правам личности. См.: Общественные и личные интересы в уголовном судопроизводстве // Правоведение, 1977, №4, с. 78. Также: Общественные и личные интересы в уголовном судопроизводстве. Воронеж, 1984, с. 16; Малеин Н.С. Охраняемый законом интерес // Сов. государство и право, 1980, № 1, с. 29.

[25] Куцова Э.Ф. Указ. соч., с. 52.

[26] Куцова Э.Ф. Указ. соч., с. 54.

[27] Лазарев В.В. Эффективность правоприменительных актов. Казань, 1975, с. 172.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Сущность вины как социально-правового явления
Развитие института смертной казни в законодательстве Советского государства в период с 1922 по 1991 год
Ограниченная вменяемость
История российского уголовного законодательства об ответственности за мошенничество
Проблемы и тенденции развития института смертной казни в российском законодательстве в постсоветский период
Вернуться к списку публикаций