2014-06-13 18:16:47
ГлавнаяУголовное право и процесс — Уголовно-правовая характеристика мошенничества и способов его совершения



Уголовно-правовая характеристика мошенничества и способов его совершения


Обман в личных качествах есть введение в заблуждение относительно должностного или общественного положения, профессии, квалификации и т.п. В данном случае субъект приписывает себе или своему соучастнику свойства, которыми он в действительности не обладает. Например, обман в должностном положении, когда субъект выдает себя за работника торговой инспекции и на основе этого берет с администрации магазина «вознаграждение», обещая избавить от неприятностей, грозящих за отсутствие сертификатов качества на продаваемые товары. Сюда же можно отнести и обман в состоянии здоровья, знаний, образования, специальности, когда на основе этого лицо получает зарплату, надбавки к ней и другие выплаты. Типичными проявлениями такого рода мошенничества на практике являются ситуации, в которых мошенник, выступает в роли лица, уполномоченного на сбор денег под различными предлогами (на приобретение товаров по льготной цене, на гуманитарную помощь, пожертвование в пользу церкви и т.п.). К этой же группе относятся случаи, когда субъект выдает себя за лицо, имеющее право требовать передачи ему имущества якобы на законном основании. Например, действия лица, изготовившего поддельное удостоверение сотрудника милиции и затем с его помощью изъявшего чужое имущество якобы в ходе выемки, следует квалифицировать по совокупности ч. 1 ст. 327 УК и ст. 159 УК.

Обман в отношении предметов представляет собой введение в заблуждение относительно их существования, качества, тождества, количества, размера, ценности и т.д.

Обман в отношении существования предмета обычно сочетается с обманом в намерениях. В данном случае может идти речь, например, о продаже имущества, ложно выдаваемого за существующее или не находившегося в обладании продавца в момент заключения сделки.

Обман в качестве предметов чаще всего имеет место, когда мошенником под видом одной вещи передается контрагенту другая, разнящаяся от обусловленной родовыми признаками. Диапазон такого рода обманов весьма широк, простираясь от продажи так называемого «цыганского золота» (начищенной бронзы или меди) и вручения «фармазонами» и «кукольниками» вещевой или денежной «куклы» до поставок ненадлежащей продукции производственно-технического назначения [38].

Обман в тождестве можно рассматривать как частный случай обмана в качестве предмета, когда вместо обусловленной вещи контрагенту передается другая, неравноценная. Разница между этими видами обмана лишь в том, что о нарушении тождества можно говорить, когда обман касается наиболее существенных качеств предметов. Обман в тождестве предмета происходит и при сбыте поддельных денег или ценных бумаг, если иметь в виду, что таковые, как и любой предмет, могут быть тождественны только сами себе, при подделке (заполнения текста, скрепления печатью, компостирования и т.п.) билетов для проезда на железнодорожном, водном, воздушном и автомобильном транспорте.

Обман в количестве имеет место в тех случаях, когда виновный передает потерпевшему вещь обусловленного качества, но в меньшем количестве, получая в то же время от потерпевшего имущество, обусловленное за полное количество. Например, сообщая ложные сведения о предмете сделки, виновный получает за него плату, не соответствующую его действительной стоимости. В получении неравноценного вознаграждения и заключается имущественный характер данного посягательства. Получение же возмещения, соответствующего стоимости передаваемой вещи, не является мошенничеством, даже при наличии обмана в предмете [39].

Примером обмана в предмете может быть и торговый обман покупателя, заказчика или иного потребителя.

Обман по поводу различных событий и действий – это введение в заблуждение лица в отношении событий и действий, если они служат основанием для передачи имущества. Таковыми могут быть ложное заявление о якобы имевшем место страховом случае, ложное сообщение о факте выполнения какой-либо работы, обман в факте уплаты денег за полученное имущество, незаконное требование компенсации в счет якобы причиненного материального ущерба, после того как имущество было тайно изъято его собственником у лица, которому оно было передано во временное владение.

Обман в намерениях – введение потерпевшего в заблуждение относительно своих действительных намерений (обещаемых действий, принятых на себя обязательств и т.п.) при получении имущества. Обычно обманное получение имущества в данном случае происходит под условием выполнения какого-либо обязательства, которое в действительности лицо не намерено выполнять [40]. Таким обманом считаются, например, действия, когда лицо получает от потерпевшего деньги, обещая оказать ему определенную услугу или выполнить для него работу, хотя фактически изначально не имеет намерения ни выполнить работу, ни оказать услугу. Такие действия могут влечь уголовную ответственность за мошенничество лишь в тех случаях, когда виновный изначально имел намерение путем ложных обещаний безвозмездно обратить чужое имущество в свою пользу [41].

Примером обмана в намерениях могут также служить случаи уничтожения собственником своего застрахованного имущества с целью получения страхового возмещения, поскольку предметом преступления является в данном случае чужое имущество, получаемое страхователем от страховой организации (страховщика) в виде страхового возмещения, а не его собственное имущество, служащее в данном случае лишь средством для создания видимости законности получения чужого [42].

При всей своей познавательной полезности приведенная классификация проявлений мошеннического обмана в зависимости используемых при этом способов обмана, все же достаточно условна, так как в реальности мошеннический обман нередко может касаться нескольких обстоятельств одновременно (например, как предмета, так и лица), что позволяет говорить о существовании комбинированных видов обманов.

Выявление типовых видов обмана представляет теоретический интерес, а также имеет практическое значение и важно для правильной оценки степени общественной опасности содеянного. Анализ материалов судебной практики показал, что удельный вес отдельных видов мошеннического обмана составляет: обманы в отношении намерений (ложные обещания) – 41 %, обманы в отношении предметов – 31 %, обманы в отношении личности – 14 %, обманы относительно различных событий и действий – 14 %.

Средствами мошеннического обмана служат предметы, процессы или явления материального мира: денежная или вещевая «кукла», подложные документы, специальная одежда и прочие атрибуты принадлежности человека к определенной социальной группе или социальной роли, ценные бумаги, фальсифицированные документы, удостоверяющие «право» на чужое имущество, поддельные банковские кредитные либо расчетные карты, иные платежные документы, не являющиеся ценными бумагами и т.д. Служебное положение также, по мнению автора, является средством обмана как способа совершения мошенничества (ч. 3 ст. 159 УК РФ). При этом для квалификации содеянного в качестве мошенничества важно установить, что указанные средства использовались именно для обманного изъятия чужого имущества, а не для облегчения доступа к нему или создания неких условий для его дальнейшего изъятия иным способом. Так, В. по поддельному паспорту и трудовой книжке устроилась на работу на должность продавца в АООТ «Кит», получила для реализации продукты питания, а затем часть продуктов и выручки похитила, причинив ущерб на общую сумму 10 309 750 руб. Органами предварительного следствия действия В. были квалифицированы как мошенничество. Однако районный суд Челябинска обоснованно не усмотрел в ее действиях этого состава преступления, констатировав, что подделка В. паспорта и трудовой книжки преследовала цель трудоустройства. Когда же она трудоустроилась, то выполняла возложенные на нее обязанности продавца: получала соответствующие ценности и продавала их. Затем часть вверенного ей имущества похитила, совершив растрату [43].

В связи с повсеместным внедрением компьютерной техники и сетевых технологий все больший удельный вес в числе используемых для мошеннических посягательств средств занимают средства компьютерной техники и компьютерно-сетевые технологии, в ходе использования которых осуществляются манипуляции с компьютерными программами, компьютерными данными или аппаратной частью ЭВМ [44]. Еще в 1983 г. в докладе «Компьютерные преступления и правонарушения в правительственных учреждениях», подготовленном для Комитета по науке и технике Конгресса США, под компьютерным мошенничеством понималось незаконное умышленное действие с целью искажения данных для получения выгоды, если оно совершалось посредством манипулирования процессами ввода и передачи данных, коммуникациями, операционной системой и оборудованием [45].

Таким образом, в основном компьютерные мошенничества совершаются путем введения в ЭВМ неправильных данных (манипуляции по входу), фальсификации программ (программные манипуляции), изменения первоначально правильных выходных данных (манипуляции по выходу), а также созданием несанкционированных файлов [46].

Особенно привлекательные перспективы для совершения актов телекоммуникационного мошенничества открыло для преступников появление сети Интернет [47]. Анонимность, которую она предоставляет своим пользователям, возможность охвата большой аудитории, высокая скорость и низкая стоимость распространения информации по сравнению с традиционными средствами делают эту сеть наиболее удобным инструментом для таких, например, мошеннических операций, как оплата товаров и услуг в сети электронных магазинов по фиктивным пластиковым карточкам, когда, заказав продукцию или услугу на сайте компании, мошенник сообщает магазину для оплаты номер чужой карты [48]; взламывание локальной сети и получение доступа к номерам пластиковых карт, используемым в дальнейшем для заказов на покупку товаров от чужого имени и оплаты их денежными средствами, размещенными на чужих пластиковых картах; незаконные операции с ценными бумагами в форме оказания влияния на биржевые операции с использованием таких приемов, как: Pump & dump (схема «увеличить и сбросить»), Pyramid Schemes (схема финансовой пирамиды), The Risk-free Fraud (схема «надежного» вложения капитала), Prime Bank Fraud (мошенничество с использованием банков), Touting (навязывание информации) и т.д. [49].

По мнению В.Д. Ларичева, С.М. Асталкиной, С.В. Максимова, в силу абстрактно сформулированной нормы никакой особой надобности в выделении хищения с использованием компьютерных технологии в отдельный состав не существует [50]. Достаточным было бы дополнить ст. 159 УК новым квалифицирующим признаком – мошенничеством, совершенным с использованием компьютерной техники [51]. Следует учитывать, что на практике, как показывает исследование, конкретный имущественный ущерб потерпевшему причиняется одновременно несколькими факторами (причиняющим комплексом). Хрестоматийным примером является хищение имущества путем заключения договоров, выполненных на компьютерной технике, с использованием финансовых пирамид, представители которых обманывают граждан относительно самых разнообразных факторов: личности руководителя, целях деятельности и др. [52]. При этом вменение преступнику рассматриваемого квалифицирующего признака будет иметь место только тогда, когда действия мошенника, использовавшего средства компьютерной техники, выступают в качестве главного фактора, причиняющего имущественный ущерб. Введение указанного признака будет отражать не только увеличение степени общественной опасности такого рода мошенничества, но и избавит правоприменителя от необходимости в каждом случае его совершения квалифицировать содеянное по совокупности ст. ст. 159 и 272 УК (неправомерный доступ к компьютерной информации). С указанным утверждением автора согласны 78 % опрощенных специалистов.

Обманные действия отличаются довольно большим разнообразием завладения чужим имуществом в сфере хозяйственной деятельности. В зависимости от сферы совершения наиболее опасными являются обманы в жилищной, страховой и коммерческой, в том числе банковской сфере.

Анализ криминогенной обстановки, особенно в крупных городах (Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Воронеж и др.) свидетельствует о росте преступных проявлений, связанных с мошенническим завладением недвижимостью граждан, в том числе при совершении гражданско-правовых сделок с жилищем (купле-продаже, обмене, дарении и т.д. квартир) [53]. Данные преступления представляют повышенную общественную опасность в связи с тем, что потерпевшие в результате преступных действий лишаются конституционного права на жилище.

В процессе обобщения уголовных дел такого рода автором установлены следующие обманные способы совершения мошенничества:

а) завладение денежными средствами граждан и организаций посредническими фирмами. Так, генеральный директор одного из таких предприятий заключала договоры с государственными или общественными организациями, а также с частными лицами об оказании помощи в приватизации и продаже жилья. Организации переводили деньги на счет предприятия, которые затем присваивались [54];

б) незаконная приватизация маневренного фонда (свободные, незанятые квартиры, находящиеся в распоряжении жилищно-эксплуатационных предприятий и предназначенные для временного проживания в случае капитального ремонта дома, стихийных бедствий и т.п.), квартир, освободившихся после смерти одиноких нанимателей с последующей продажей [55].

Значительное количество мошеннических действий совершается при купле-продаже, обмене и совершении других сделок с квартирами. Чаще всего используется следующий механизм совершения мошенничества: выявив потенциального клиента, желающего совершить сделку с недвижимостью, мошенники предлагают взять на себя оформление необходимых документов и проведение всех формальных операций в официальных инстанциях. Получив доверенность, преступники приватизируют жилую площадь и используют ее для совершения дальнейших махинаций в зависимости от того, какую операцию желал бы осуществить клиент, например, продают жилье, где имеется законный владелец, не ставя при этом его в известность, обменивают жилую площадь через сложную цепь обменов, в результате чего клиент теряет жилую площадь и право на владение ею. В этой связи автор считает целесообразным предусмотреть в ч. 3 ст. 159 УК РФ в качестве квалифицирующего признака мошенничество при совершении гражданско-правовых сделок с жилищем (купле-продаже, обмене, дарении и т.д. квартир).

Опрос респондентов из числа сотрудников ОВД, работников прокуратуры и судов выявил необходимость закрепления в ч. 3 ст. 159 УК РФ такого признака.

В последнее время значительное распространение имеет мошенничество путем обмана в страховой сфере. Страховое мошенничество – способ введения в заблуждение выгодоприобретателя с целью выплаты страхового возмещения, предусмотренного законом или правилами страхования. Эти способы многообразны: неполное внесение страховой премии; сокрытие важной информации при заключении договора страхования, в результате чего появляется незаконная прибыль и т.д. В сфере страхования существует более десяти обманных способов совершения мошенничества [56]. Как правило, страховое мошенничество сопряжено с совершением целого ряда опасных преступлений: подлог, должностные злоупотребления, поджог и иные формы умышленного уничтожения или повреждения имущества.

Важным фактором уголовно-правовой борьбы со страховым мошенничеством является совершенствование законодательства. Думается, все обманные способы совершения мошенничества в страховой сфере должны квалифицироваться по ст. 159 УК РФ. В связи с большой распространенностью таких случаев и все возрастающей суммой ущерба от подобных преступлений, а также их спецификой рекомендуется предусмотреть обман в страховой сфере в качестве квалифицирующего признака мошенничества. На это обоснованно указали 71 % опрошенных специалистов.

В основу группировки мошеннических обманов в коммерческой сфере может быть положен вид платежного инструмента, используемого при проведении расчетов. По этому основанию можно выделить мошенничества, совершаемые при расчетах платежными поручениями, аккредитивами, векселями и с использованием иных средств безналичных расчетов [57].

Введение в заблуждение потерпевшего путем использования поддельных или фальсифицированных платежных поручений по данным исследований, проводившихся автором, совершается наибольшее количества мошенничеств в коммерческой сфере – 44, 3 %. Мошенник дает поручение обслуживающему его банку перечислить денежную сумму в определенный адрес и получает копию платежного поручения о перечислении средств, а затем, не ставя в известность продавца, отзывает ее обратно.

Правоохранительная практика свидетельствует о совершении противоправных действий и при аккредитивной форме расчетов. С использованием аккредитива деньги пересылаются в банк поставщика товара и выдаются получателю денег при выполнении ими определенных условий договора (как правило, документов об отгрузке товара). Для обманного завладения денежными средствами мошенники предъявляют в банк поддельные документы об отгрузке или других условиях аккредитива, получая денежные средства.

Рассматривая коммерческое мошенничество с помощью векселей, условно можно выделить следующие виды обмана: обман со стороны векселедателя (трассанта) и обман со стороны третьих лиц, участвующих в вексельном обороте.

Анализ проведенный автором уголовных дел показывает, что наиболее реальным и распространенным способом совершения мошенничества – 47,7 % – является обман со стороны векселедателя. При этом используется то обстоятельство, что в соответствии со ст. 144 ГК РФ вексель как разновидность ценной бумаги очень заформализован и несоответствие предъявляемых к нему требований по реквизитам влечет его ничтожность. В соответствии с законодательством даже небольшие отступления от требований к форме векселя и его реквизитам влекут признание недействительности векселя, что выгодно мошенникам.

Обманные способы совершения мошенничества при безналичной форме расчетов (вексельной форме расчетов, при расчетах в форме платежных поручений, аккредитивов и иных средств безналичных расчетов) более латентны и опасны, чем обманы, совершенные при иных формах расчетов, поскольку сущность общественной опасности мошенничества, совершенного при безналичной форме расчетов, выражается в его направленности на различные объекты уголовно-правовой охраны (отношения собственности, в сфере экономической деятельности, порядок эмиссии векселей, платежных поручений, аккредитивов и т.д.) [58]. В этой связи автор предлагает в ч. 3 ст. 159 УК РФ предусмотреть такой квалифицирующий признак, как мошенничество, совершенное при безналичной форме расчетов.

Злоупотребление доверием является менее распространенным способом совершения мошенничеств по сравнению с обманом [59]. В то же время М. Селезнев допускает возможность совершения коммерческих и жилищных мошенничеств без обмана, лишь путем злоупотребления доверием [60]. Изучение автором практики привлечения к ответственности за мошенничества в коммерческой и жилищной сферах опровергает обоснованность вышеуказанной точки зрения.

«Доверие – уверенность в чьей-либо добросовестности, искренности, в правильности чего-нибудь» [61]. Здесь преступник использует особые доверительные отношения, сложившиеся между ним и собственником или владельцем имущества. В основе этих отношений лежат, как правило, гражданско-правовые либо трудовые отношения, вытекающие из договора или соглашения. По этой причине в юридической литературе разгорелся спор относительно возможности исключения формулировки «злоупотребление доверием» из диспозиции ст. 159 УК РФ. И.Х. Хакимов считает, что «злоупотребление доверием, будучи факультативным признаком мошенничества, не является одним из способов изъятия имущества» [62]. На практике разграничить обман и злоупотребление доверием не так-то просто. Злоупотребление доверием при совершении мошенничества, как справедливо отметил В.Д. Ларичев, в большинстве случаев сопровождается обманными действиями [63]. Автор считает необходимым отметить, что обман и злоупотребление доверием как способы совершения мошенничества, настолько тесно между собой связаны, что в большинстве случаев провести между ними более или менее четкую грань достаточно сложно.

Ряд специалистов, например, считает злоупотребление доверием разновидностью обмана. К ним относятся: Г.Н. Борзенков [64], Е.В. Ворошилин [65], И.А. Клепицкий [66], Г.А. Кригер [67], В.П. Сальников [68], А. Успенский [69], Д.О. Хан-Магомедов [70].

И.А. Клепицкий высказывает мнение о необходимости выделения злоупотребления доверием в самостоятельное имущественное преступление.

Необходимо отметить и то, что во многих проектах УК способом совершения мошенничества был обман. Это положение можно найти и в уголовном законодательстве других стран [71].

Нельзя согласиться с точкой зрения Д.В. Качурина о том, что злоупотребление доверием есть не что иное, как обман доверия, когда виновный для получения чужого имущества использует определенные гражданско-правовые отношения, основанные на доверии сторон, либо пользуется тем, что имущество передается ему потерпевшим без соответствующего оформления или предосторожности, и присваивает это имущество [72]. В данном случае автор не учитывает того факта, что злоупотребление доверием может иметь место и в отношении имущества, полученного без намерения обмана в последующем. К тому же само суждение, что злоупотребление доверием есть вид обмана, который не вводит потерпевшего в заблуждение, содержит в себе противоречие, так как для обмана всегда свойственно введение потерпевшего в заблуждение. Поэтому если отсутствует введение потерпевшего в заблуждение, то нет и обмана. Следовательно, злоупотребление доверием является самостоятельным, независимым от обмана способом совершения мошенничества, что признают Г.Н. Борзенков, Б.С. Никифоров, Н.И. Панов [73]. В качестве примера приводится злоупотребление бланковой подписью (использование незаполненного подписанного бланка в целях хищения имущества) [74]. В подавляющем большинстве случаев злоупотребление доверием тесно связано с обманом, и преступник применяет оба эти способа для совершения мошенничества. Причем виновный может использовать уже существующие доверительные отношения с потерпевшим, чтобы обман выглядел более убедительным, а в других случаях – прибегать к обману с целью войти в доверие к потерпевшему [75]. И все же в каждом из указанных способов совершения мошенничества присутствует своя специфика.

С объективной стороны хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество характеризуется наличием специфической социальной связи, которая выражается в отношениях доверия между потерпевшим и лицом, совершающим преступление. В основе же отношений доверия могут лежать как фактические, так и юридические обстоятельства.

К фактическим обстоятельствам относятся личные отношения, знакомство виновного и потерпевшего, чрезмерная доверчивость последнего, проистекающая из черт его характера, воспитания, понимания отношений между людьми. Взятие за основу такого рода обстоятельств и отношений может привести к подмене понятия «злоупотребление доверием», сходным по звучанию, но содержательно другим понятием «злоупотребление доверчивостью». «Злоупотребление доверием, – пишет М, И. Якубович, – это использование доверчивости людей, благодаря чему виновному удается завладеть... имуществом» [76].

Следуя изложенному, использование излишней доверчивости потерпевших можно было бы усмотреть и в случаях оставления потерпевшими своих вещей на попечение незнакомых лиц, найма «домработницы» без рекомендаций, оставления на время отъезда в отпуск ключей от своей квартиры для ухода за животными, установления контактов с мало или незнакомыми лицами, пользующимися ситуацией для хищения имущества. Несмотря на то что неоправданная беспечность потерпевших в подобных случаях и облегчает доступ к имуществу, она все же не служит непосредственной причиной его перехода к преступнику. Чаще всего подобные хищения остаются в рамках кражи (совершаемой, например, способом «подсидки» на вокзалах и пристанях), при которой виновный тайно в отсутствие собственника завладевает его имуществом.

Против отождествления доверия и доверчивости решительно выступил Б.С. Никифоров, справедливо заметивший, что отождествление двух «злоупотреблений» – доверием и доверчивостью – не только не основано на законе, но и неправильно по существу. «Доверие, по общему правилу, предполагает существование отношений между людьми, доверие-это всегда доверие к кому-либо или к чему-либо. Доверчивость – одно из свойств человеческого характера» [77]. Например, А., получив от своего знакомого Б. долг в сумме 2 тыс. долл. США, не вернул ему долговой расписки, а Б. постеснялся напомнить о ней, посчитав это неудобным в отношениях между близкими знакомыми. Через месяц А. вторично потребовал от Б, возврата денег, ссылаясь на расписку. Несмотря на то что грань между «злоупотреблением доверием» и «злоупотреблением доверчивостью» в данном случае трудно различима, она все же существует: если здесь и присутствуют элементы злоупотребления, то злоупотребления именно доверчивостью [78].

Действительно, доверие и доверчивость – совсем не одно и то же. Хотя попытки заложить в основу доверительных отношений между потерпевшим и мошенником родственные или дружеские отношения, длительное знакомство или сотрудничество, рекомендации или положительные характеристики, встречаются и в современной литературе. Разделяя эти взгляды, Б.В. Волженкин заключает: «Важно лишь, чтобы виновный уже при получении имущества, в результате доверительного к нему отношения, имел намерение совершить хищение этого имущества, пользуясь оказываемым доверием» [79].

Безусловно, семейные, родственные и другие близкие отношения между людьми сами по себе не исключают злоупотребления доверием, но лишь в той мере, в какой они не исключают принятие тем или иным участником обязанности по распоряжению имуществом другого, равно как и превратное пользование вытекающими из такой обязанности правами, причиняющее вред имущественному интересу, охрана которого лежала на виновном [80].



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Понятие соучастия в преступлении и общие положения об уголовной ответственности соучастников
Проблемы соотношения налоговых и иных преступлений в сфере экономики
Групповые корыстные преступления несовершеннолетних - квалификации и наказание
Становление института смертной казни в законодательстве Советского государства в период с 1917 по 1922 год
Квалификация мошенничества в зависимости от способов его совершения
Вернуться к списку публикаций