2013-11-19 13:08:07
ГлавнаяУголовное право и процесс — Сравнительно-правовой анализ института уголовно-правовой давности привлечения к уголовной ответственности



Сравнительно-правовой анализ института уголовно-правовой давности привлечения к уголовной ответственности


Правовым критерием для отнесения деяний к нарушениям, помимо указания в диспозиции статьи, является санкция за нарушение, предусматривающая, как правило, такие виды наказаний, как краткосрочное тюремное заключение, арест или штраф.

Отдельного внимания заслуживает вопрос о соотношении течения давности и обратной силы уголовного закона по УК Швейцарии.

В силу особенностей конфедеративного устройства государства Швейцарии и наличия законов в кантонах федеральный законодатель в УК Швейцарии ввел единое правило об исчислении давностного срока для этого случая в Третьей книге «Введение и применение Закона» Второго раздела «Отношение этого Закона к ранее действовавшему праву». По ст. 337 УК предусматривается, что определения этого закона о давности уголовного преследования и давности исполнения обвинительного приговора находят также свое применение, если деяние было совершено перед вступлением в законную силу этого закона или лицо было осуждено и этот закон является смягчающим. Промежуток времени, истекший перед вступлением в законную силу этого закона, засчитывается [64].

При обращении к УК РФ необходимо отметить, что ст. 10 УК РФ, регулирующая вопросы обратной силы уголовного закона, не содержит каких- либо изъятий по применению института давности. В сравнении с российским УК в УК Швейцарии этому вопросу посвящена специальная норма.

Критерии оценки смягчения закона являются аналогичными УК РФ: новые нормы Особенной части УК, нормы общих частей кодексов при уменьшении максимального размера срока лишения свободы и других наказаний; расширение круга лиц, к которым не допускается применение наказаний.

Существенное отличие от УК РФ в положениях, регламентирующих течение сроков давности, заключается в том, что помимо указанных двух специальных сроков давности для преступных деяний «против чести» и «нарушений» в УК Швейцарии существуют специальные сроки давности, закрепленные непосредственно в отдельных статьях Особенной части. Например, ст. 187 УК устанавливает уголовную ответственность за сексуальные действия с детьми. Давностный срок для данного преступления согласно ч. 6 этой статьи составляет десять лет [65].

Рассмотрим этот частный случай в соотношении с общей нормой (ст. 70 УК), регулирующей сроки давности для преступлений.

В ч. 1 ст. 187 УК установлена уголовная ответственность за совершение сексуальных действий с ребенком, моложе шестнадцати лет, включая за склонение и вовлечение его в такое действие. Санкция за данное преступление предусматривает наказание в виде каторжной тюрьмы на срок до пяти лет или тюремным заключением. При обращении к общей норме - ст. 70 ч. 2 УК - специальный срок давности в десять лет, установленный в ст. 187 ч. 6 УК, является аналогичным ему. В то же время в ч. 4 ст. 187 УК устанавливается уголовная ответственность для лица, совершившего данные действия при ошибочном представлении о возрасте и при «соразмерной предосторожности», когда лицо могло предотвратить ошибку [66]. Санкция за данные действия предусматривает только тюремное заключение без указания минимального и максимального сроков тюремного заключения. Соответственно при обращении к ст. 36 и 37 bis УК раскрывающим содержательную сторону данного вида наказания, срок наказания может составлять от трех дней до трех лет [67].

Исходя из общего порядка исчисления давностных сроков, предусмотренного в ст. 70 УК, правовые последствия для лица, совершившего подобное преступление, различны. Сроки давности для этого случая могут варьироваться от пяти до десяти лет. Однако в любом случае по смыслу ст. 187 ч. 6 УК Швейцарии срок давности за это преступление будет соответствовать десяти годам. Здесь очевидно несовершенство законодательной конструкции. По-видимому, швейцарский законодатель, предусмотрев этот специальный срок давности в ст. 187 УК, стремился усилить охрану прав несовершеннолетних. Но при простом сопоставлении санкции статьи с общим сроком давности результат свидетельствует о юридической тавтологии. Такой подход в решении проблемы, исчисления сроков давности привлечения к уголовной ответственности нельзя признать удачным. В этом смысле ст. 78 УК РФ за счет простой конструкции обладает очевидным преимуществом.

В Особенной части УК Швейцарии имеются и другие специальные сроки давности, например, для ст. 118 (прерывание беременности беременной) и 119 УК[68] (прерывание беременности третьи лицом) срок, давности составляет два года. Обращает внимание дисбаланс с общим сроком давности, содержащимся в ст. 70 УК, где ориентиром тяжести, деяния выступают вид и размер наказания. Так, по санкции ст. 118 УК предусматривается наказание в виде тюремного заключения без указания его срока. По ст. 119 УК устанавливаются различные виды и размеры наказаний. В частности, частью первой устанавливается уголовная- ответственность за прерывание беременности с согласия этой женщины, наказуемое каторжной тюрьмой на срок до пяти лет. По части второй статьи преследуются те же действия, совершенные без согласия этой женщины, и наказываются каторжной тюрьмой на срок до десяти лет. По части третей той же статьи установлена ответственность для лица, занимающегося прерыванием беременности в виде промысла. Наказанием для этих действий является каторжная тюрьма на срок не менее трех лет.

Однако непосредственное указание в ст. 119 о сроке давности, составляющем два года, касается лишь преступного деяния, предусмотренного частью первой настоящей статьи. Для деяний, охватываемых частями второй и третьей той же статьи, срок давности подлежит исчислению в соответствии с общей нормой - ст. 70 УК.

В отличие от УК Швейцарии в УК РФ выделяется лишь один специальный вид давности уголовного преследования в отношении несовершеннолетних.

В качестве положительной отличительной черты трех европейских Уголовных кодексов: Голландии, Швеции и Швейцарии, регламентирующих уголовно-правовую давность, следует отметить «компенсационную» [69] направленность. Например, в УК Голландии применение уголовно-правовой давности ставится в зависимость от возмещения вреда потерпевшему в рамках непосредственно уголовного правоотношения. Заслуживает особого внимания и специальный способ исчисления давностного срока для такой категории, как «половые преступления», где потерпевшими являются несовершеннолетние. Давность в этих случаях выступает дополнительным инструментом, направленным на защиту прав и интересов несовершеннолетних потерпевших.


Уголовный кодекс Китайской Народной Республики

Уголовный кодекс Китайской Народной Республики (далее по тексту УК КНР) принят 5-й сессией Всекитайского собрания народных представителей 6-го созыва 14 марта 1997 г. и вступил в силу с 1 октября 1997 г. [70].

Уголовный кодекс КНР имеет определенную «карательную» направленность. Это обусловлено преобладанием в большинстве его основных санкций Особенной части такого вида наказания, как лишение свободы, а по некоторым категориям преступлений и смертной казни. Вид политического устройства определяет специфику и характер уголовно-правовой политики КНР и влияет на конструкцию уголовно-правовых норм УК Китая, что находит отражение и в соответствующих нормах Общей части УК, регулирующих вопросы применения сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Несмотря на откровенно идеологические особенности УК КНР в нем имеется институт давности привлечения к уголовной ответственности, регламентированный § 8 Раздела I Общей части «Сроки давности привлечения к уголовной ответственности».

Давность УК КНР, как и УК РФ, рассматривается в качестве обстоятельства, устраняющего уголовную ответственность. В сравнительном аспекте рассматриваемый институт имеет схожую с российским УК структуру, однако имеются определенные особенности и отличия. Так, в УК КНР сроки давности привлечения к уголовной ответственности значительно увеличены и связаны с зависимостью от максимального срока наказания в виде лишения свободы, установленного законодателем за конкретное преступление.

Поскольку развитие давности по УК КНР соотносится с таким наказанием, как лишение свободы, этот вопрос требует освещения.

Согласно ст. 33 УК КНР лишение свободы является основным видом наказания. В свою очередь лишение свободы дифференцируется на срочное лишение свободы (п. 3) и бессрочное (п. 4) [71].

Срочное лишение свободы по ст. 45 УК КНР устанавливается на срок от шести месяцев до пятнадцати лет [72].

Ст. 87 УК КНР закрепляет сроки давности привлечения к уголовной ответственности, указывая, что лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, если со дня совершения им преступления истекли следующие сроки:

1) пять лет со дня совершения преступления, за которое по закону предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее пяти лет.

2) десять лет со дня совершения преступления, за которое по закону предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от пяти до десяти лет;

3) пятнадцать лет со дня совершения преступления, за которое по закону предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок десять и более лет;

4) двадцать лет со дня совершения преступления, за которое по закону предусмотрено наказание в виде бессрочного лишения свободы либо смертная казнь.

Как и в российском УК, в УК КНР имеются четыре срока давности: 5; 10; 15 и 20 лет. В сравнении со ст. 78 УК РФ, устанавливающей сроки давности в 2; 6; 10 и 15 лет, в УК КНР эти сроки значительно увеличены.

Ориентиром для исчисления давности в УК РФ является ст. 15 УК, дифференцирующая категории преступлений по характеру и степени их общественной опасности. УК КНР применяет несколько отличный способ. Порядок исчисления давности основан непосредственно на размере санкции статьи Особенной части и связывается исключительно с одним лишь видом наказания как лишение свободы. В ст. 87 УК КНР нет изъятий в порядке исчисления давности, касающихся других видов санкций, что свидетельствует об очевидной карательной направленности УК.

Максимальный срок давности по УК РФ установлен в пятнадцать лет и применяется к особо тяжким преступлениям, санкция за которые предусматривает наказание в виде смертной казни или пожизненного лишения свободы. В УК КНР этот срок установлен в двадцать лет (п. 4 ч. 1 ст. 87) и применяется в отношении преступлений, наказуемых бессрочным лишением свободы либо смертной казнью. Здесь необходимо заметить, что бессрочное лишение свободы и смертная казнь по УК КНР применяется даже к квалифицированным составам кражи. Например, краже при крупном размере суммы или «других отягчающих обстоятельствах»; особо крупном размере суммы; краже из финансовой структуры на особо крупную сумму и краже «редких культурных ценностей при отягчающих обстоятельствах» [73].

По УК РФ вопрос об освобождении от уголовной ответственности лиц, совершивших преступления, наказуемые смертной казнью или пожизненным лишением свободы за давностью (ч. 4 ст. 78 УК РФ), решается судом, т.е. является факультативным видом освобождения от уголовной ответственности.

Иначе в УК КНР сформулирован вопрос о применении давности к таким преступлениям. В частности, согласно ст. 87 УК КНР если через двадцать лет будет признано необходимым продолжать уголовное преследование, то это допускается с санкции Верховной народной прокуратуры.

Здесь следует отметить очевидное преимущество порядка применения давности, закрепленного в ч. 4 ст. 78 УК РФ. Заключается оно в прямом запрете на применение смертной казни и пожизненного лишения свободы в случае неприменения давности судом по истечении пятнадцати лет с момента совершения преступления. Такой способ находится в гармонии с основными принципами, методологией уголовного права и видится нам наиболее предпочтительным.

По УК КНР решение вопроса о применении (неприменении) давности для этих случаев не является даже предметом «судейского усмотрения», что в значительной мере снижает авторитет суда как единственного носителя судебной власти. Подобный способ построения давности определенно специфичен для уголовно-правовой политики репрессивной направленности и представляет собой пример «удобной» давности. Используемая терминология статьи: «будет признано необходимым» является по сути двусмысленной, не характерной для материального уголовного закона, когда содержание нормы должно отвечать критерию доступности в ее восприятии, толковании и правоприменении. Рассмотрим подробнее возможный диапазон такой альтернативы.

Органом, признающим необходимость осуществлять дальнейшее уголовное преследование по истечении давностного срока, является Верховная народная прокуратура КНР - орган, решающий обвинительные задачи при осуществлении уголовного судопроизводства. При таком порядке суд как единственно полномочный орган в вопросе назначения наказания за преступление устраняется от разрешения присущей лишь одному ему свойственной функции. Вполне очевидно, что в этом случае не исключается опасность уголовного преследования по политическим, идеологическим, религиозным и иным мотивам.

Основания приостановления течения давностных сроков привлечения к уголовной ответственности установлены в части первой ст. 88 УК КНР, согласно которой если после принятия дела народным судом, народной прокуратурой или органами общественной безопасности лицо скрылось от следствия или суда, то течение срока давности уголовного преследования приостанавливается. Данное основание является универсальным и в российском УК (ч. 3 ст. 78). Различие с аналогичной нормой, содержащейся в УК РФ, заключается в прямой взаимосвязи с процедурой. В данном случае обязательным процессуальным условием, влекущим приостановление давностного срока, является момент принятия дела народным судом, народной прокуратурой или органами общественной безопасности, что указывает о «комплексности» института давности в УК КНР.

Часть вторая ст. 88 УК КНР предусматривает правило, согласно которому, если потерпевший подаст заявление в срок, когда возможно проведение уголовного преследования, а народный суд, народная прокуратура, органы общественной безопасности, которые должны зарегистрировать заявление, отказываются это сделать, то срок давности уголовного преследования не начинает течь. В данном случае в УК КНР действие давности вновь связывается не только с процессуальными характеристиками, но и субъективным (оценочным) мнением народного суда и органов следствия. Указанные органы определяют предмет и целесообразность осуществления уголовного преследования в пределах давности. Здесь закреплено очевидное противоречие: с одной стороны, суд и правоохранительные органы «должны зарегистрировать заявление», а с другой - «отказываются это сделать». Содержание императивного требования «должны» устраняется за счет альтернативного термина «могут».

При таком способе действия давности правовые последствия для обвиняемого и потерпевшего различны. Наблюдаются явные приоритеты, смещенные в сторону интересов государства и потерпевших. Но насколько они сбалансированы? Существуют общие сроки давности (ст. 87, п. 1 - 4 УК КНР), исчисляемые со дня совершения преступления. Однако по смыслу анализируемой статьи государство и потерпевшие в силу различных причин на законных основаниях могут искусственно влиять на проистечение давности. Например, когда потерпевший обращается с заявлением о преступлении за сутки до истечения срока давности, а те же народный суд, народная прокуратура, органы общественной безопасности «отказываются это сделать». Такой способ нового проистечения давностных сроков помимо нарушения прав подозреваемых, обвиняемых устраняет и сам смысл установления давности как правового явления в уголовном праве. В исследовании, посвященном истории уголовного права КНР, касаясь анализа положений ст. 88 УК КНР, Н.Х. Ахметшин обоснованно замечает, что в уголовном праве Китая «срок давности уголовного преследования не ограничен» [74].

Подобное положение противоречит ст. 4 УК КНР, закрепившей принцип равенства всех перед законом и провозглашающей, что «все лица, совершившие преступление, равны перед законом, никто не имеет особых прав, выходящих за рамки закона».

Необходимо отметить и положительные стороны в рассматриваемых положениях о давности по китайскому Уголовному кодексу.

Ст. 89 УК КНР регулирует порядок исчисления срока давности уголовного преследования и предусматривает, что срок давности уголовного преследования исчисляется со дня совершения преступления, а при совершении продолжаемых или длящихся преступлении срок давности уголовного преследования исчисляется со дня окончания преступных деяний.

В отличие от УК РФ, в котором отсутствует законодательный способ исчисления давностных сроков в отношении длящихся и продолжаемых преступлений, УК КНР посвятил ему отдельную статью. Такая регламентация свидетельствует об определенном прагматизме и заслуживает внимания.

Согласно ч. 2 ст. 89 УК КНР, если в течение срока давности уголовного преследования лицо совершает новое преступление, то срок давности уголовного преследования исчисляется со дня совершения нового преступления. Аналогичный порядок прерывания давности совершением нового преступления ранее содержался в ст. 48 ч. 2 УК РСФСР 1960 г. [75] В отличие от УК РФ китайский УК не содержит нормы, закрепляющей принцип неприменения давности к преступлениям против мира и безопасности человечества [76]. Это обстоятельство может характеризоваться определенной «закрытостью» уголовно-правовой политики Китая и ее детерминации политико-идеологическими факторами.

Отсутствует в УК КНР в сравнении со ст. 94 УК РФ [77] специальный вид давности при освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности, что также можно отнести к недостаткам в регулировании вопросов уголовно-правовой давности.

Сравнительный анализ правового регулирования института давности в уголовных кодексах ряда западноевропейских стран и КНР позволяет высказать предположение о существовании закономерности, согласно которой уголовно-правовая политика в целом и регулирование проблем уголовно-правовой давности в частности, зависят не только и не столько от «доброй воли» народа или правительства, сколько от реальных условий существования того или иного общества, в конечном итоге от законов Природы.

В частности, как можно объяснить, что Уголовный кодекс Китая характеризуется «карательной» или «репрессивной» направленностью, что находит отражение и в регулировании института уголовно-правовой давности?

Демографическая проблема для Китая, заключающаяся в переизбытке населения, представляет общеизвестный факт. Для ее решения китайское правительство принимает активные, в том числе правовые меры, направленные на сдерживание и контроль рождаемости, поскольку неконтролируемый прирост населения приведет к различным легко прогнозируемым социально-политическим конфликтам и катаклизмам. По данным статистики, в 2006 г. население КНР составляло 1 млрд. 300 млн. человек [78].

С позиций общечеловеческих ценностей, провозглашенных Европейским Союзом, приговоры китайского народного суда к смертной казни, приводимые в исполнение публично на стадионах, нам представляются диким средневековым «архаизмом». Но законы Природы (борьба за выживаемость, в том числе с себе подобными) берут верх над общечеловеческими ценностями, трансформируя социально обусловленную необходимость в «репрессивное», «карательное» право. Такое «естественное регулирование», нашедшее отражение в уголовном праве репрессивной направленности, не воспринимает жизнь человека высшей ценностью, допуская смертную казнь в качестве обыкновенного инструмента сдерживания численности населения. Отсюда, как следствие, и неограниченное действие давности уголовного преследования.

Прямо противоположная тенденция существует в западноевропейских странах, где демографическая проблема имеет обратную направленность и заключается в необходимости увеличения численности населения. Правовая политика здесь ориентирована на поощрение рождаемости. Соответственно и действующее уголовное законодательство этих стран исключает смертную казнь в качестве наказания, определяя человеческую жизнь высшей социальной ценностью. Уголовно-правовая давность в законодательствах этих стран строго ограничена временными рамками.



[1] Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 103.

[2] Ленсинг Ханс (Lensing Hans). Голландский Уголовный кодекс в сравнительном аспекте// Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 62.

[3] Малиновский А.А. Сравнительное правоведение в сфере уголовного права. М., 2002. С. 15.

[4] См. Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 190.

[5] См. Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 191.

[6] Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Тула, 2001. Т. 2. С. 481.

[7] Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 306 - 307.

[8] Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 308 - 309.

[9] Там же. С. 309.

[10] Там же. С. 309-310.

[11] Проводя аналогию с УК РФ, речь в рассматриваемом пункте идет о таком виде преступлений, как «фальшивомонетничество». Очевидно, этот специальный срок давности распространяется и к случаям подделки официальных денежных билетов, например евро.

[12] Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 354.

[13] Там же. С. 355.

[14] Там же. С. 355 - 356.

[15] Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 356.

[16] Там же. С. 357.

[17] Там же. С. 357 - 358.

[18] Там же. С. 358.

[19] Там же. С. 359.

[20] Там же. С. 359 - 360.

[21] Там же. С. 360-361.

[22] Там же. С. 361.

[23] Там же. С. 362 - 363.

[24] Хайнце Э. Сексуальная ориентация: Право человека. Эссе о международном законодательстве о правах человека (Heinze Eric Sexual Orientation: A Human Rigt. An Essay on International Human Rigt Law). М., 2003. С. 115.

[25] Согласно статистическим данным УВД г. Владимира о структуре преступности во Владимире по состоянию на 05.01.2006 г. в сравнении с 12 месяцами 2004 г. динамика роста «половых преступлений» за 2005 г. составила 108, 3 %.

[26] Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 192.

[27] Ленсинг X. Голландский Уголовный кодекс в сравнительном аспекте // Уголовный кодекс Голландии. СПб., С. 208.

[28] См. Уголовный кодекс Голландии. СПб., 2001. С. 193.

[29] Отечественный словарь иностранных слов (6-е изд., доп. М., 1964. С. 649) определяет термин «трансакция» (лат. Transactio) как соглашение (полит., юрид.), сопровождаемое взаимными уступками.

[30] См. об этом: Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. СПб., 2002. С. 122-123.

[31] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 24.

[32] Там же. С. 25.

[33] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 25.

[34] См. Толковый словарь по теории права. Ростов н/Д, 2005. С. 82 - 83.

[35] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 266.

[36] Курс российского уголовного права. Общая часть/ под ред. В.Н. Кудрявцева, Л.В.Наумова. М., 2001. С. 403 - 404.

[37] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 267.

[38] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 37.

[39] Там же.

[40] Глава 6 «О половых преступлениях» УК Швеции регламентирует перечень таких преступлений (прим. Д. Орлова). См. об этом: Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 54-61.

[41] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 267.

[42] В данном случае исключение касается преступлений, содержащихся в ст. 1 - 8 Главы 11 УК Швеции «О преступлениях против кредиторов», когда специальным субъектом уголовной ответственности является «лицо, ответственное за бухгалтерский учет» (прим. Д. Орлова). См. об этом: Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 89-94.

[43] Уголовный кодекс Швеции. СПб., 2001. С. 268.

[44] Там же.

[45] Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 128.

[46] Там же. С. 129.

[47] Под особо тяжкими случаями в диспозиции статьи понимается совершение преступного деяния в отношении многих людей.

[48] Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 86 - 122.

[49] Там же. С. 87.

[50] Там же. С. 89.

[51] Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 91.

[52] Там же. С. 89.

[53] Разумов С.Л. Научно-практическое пособие по применению УК РФ / под ред. В.М. Лебедева. М., 2005. С. 138.

[54] «Интернирование» по УК Швейцарии включает в себя две формы: ст. 42 УК Швейцарии - интернирование «привычных преступников» представляет собой незнакомую российскому уголовному праву одну из мер безопасности со стороны государства, применяемую исключительно к преступникам-рецидивистам; второй — является интернирование в специальное лечебное учреждение или приют лиц, страдающих психическими заболеваниями, включая амбулаторное лечение — ст. 43 УК Швейцарии (прим. Д. Орлова).

[55] См. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г. (в редакции Постановления Пленума от 14 марта 1963 г.) «Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям».

[56] Например, прерывание течения срока исковой давности — течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке или совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. См. об этом: Новый юридический словарь. М., 2006. С. 529.

[57] Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 129.

[58] Там же. С. 129.

[59] Термин «правоохранительный интерес», иначе государственный, используется нами применительно к срокам уголовного преследования за преступления, в течение которых правоохранительные органы осуществляют сбор и фиксацию доказательств о виновности лица.

[60] См. Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 129.

[61] Там же. С. 196 - 203.

[62] Там же. С. 199.

[63] См. Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 158.

[64] Там же. С. 298.

[65] Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 267.

[66] Там же. С. 208.

[67] С.М. Кочои при исследовании УК Швейцарии замечает, что продолжительность каторжной тюрьмы составляет один год и максимум двадцать лет (ст. 35); минимальный срок тюремного заключения составляет три дня, а максимальный — три года (ст. 35). См. об этом: Кочои С.М. Уголовное законодательство России и зарубежных государств о посягательствах на собственность. М., 2006. С. 112.

[68] Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002. С. 16.

[69] В данном случае мы применяем термин, используемый профессором А.Э. Жалинским о компенсации (выравнивании): правонарушитель — потерпевший. Возмещение вреда. См. об этом: Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М., 2006. С. 328-330.

[70] Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. СПб., 2001.

[71] Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. СПб., 2001. С. 28.

[72] Там же. С. 33.

[73] См. об этом: Кочои С.М. Уголовное законодательство России и зарубежных государств о посягательствах на собственность. М., 2006. С. 157 - 158.

[74] См. об этом: Ахметшин Н.Х. История уголовного права КНР. М., 2005. С. 74.

[75] Уголовный кодекс РСФСР (1960) // ВВС РСФСР. 1960. № 40. Ст. 591.

[76] По ст. 78 ч. 5 УК РФ сроки давности не применяются к лицам, совершившим преступления, предусмотренные статьями 353 (планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны); 356 (применение запрещенных средств и методов ведения войны); 357 (геноцид); 358 (экоцид).

[77] Согласно ст. 94 УК РФ сроки давности, предусмотренные ст. 78 и 83 настоящего Кодекса, при освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности или отбывания наказания сокращаются наполовину.

[78] http://Russian people.com.cn.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Понятие личности обвиняемого
Криминологическая характеристика рецидива преступлений
Гласность и рассекречивание тайн
Некоторые вопросы правового регулирования борьбы с организационной преступностью
Институт рецидива преступлений в аспекте принципов уголовного права
Вернуться к списку публикаций