2013-11-15 21:15:07
ГлавнаяУголовное право и процесс — Понятие рецидива преступлений и основания применения за него более строгих мер уголовной ответственности



Понятие рецидива преступлений и основания применения за него более строгих мер уголовной ответственности


Отрасли юридической науки, изучающие вопросы борьбы с преступностью дают по-разному понятие рецидива. Различаются характеристики рецидива, даваемые уголовным правом, уголовно-исполнительным правом и криминологией.

Рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление (ч. 1 ст. 18 УК). УК РФ под рецидивом понимает только умышленную преступную деятельность.

Рецидив является самой опасной формой множественности преступлений в связи с тем, что лицо не просто совершает не менее двух преступлений, а умышленно продолжает преступную деятельность, совершая новое преступление после осуждения за первое.

Общественная опасность рецидива обусловлена тем, что повторными преступлениями рецидивисты множат причинение ущерба отдельным людям, обществу, государству, а также, будучи носителями преступных обычаев, нравов, специфической психологии, активно тиражируют их, способствуя криминализации населения [1].

Термин «рецидив» происходит от латинского «recidivus» - возвращающийся, что этимологически означает «возврат, повторение какого-либо явления после кажущегося его исчезновения». Таким образом, необходимым элементом этимологического значения понятия рецидива является повторение какого-нибудь явления, наличие двух следующих друг за другом фактов.

Термин «recidivus» впервые встречается в каноническом праве, содержащем несколько положений о более строгом наказании повторяемых преступлений. В русском дореволюционном уголовном праве употреблялся во многом сходный по содержанию с рецидивом термин «повторение» преступлений, который как юридическое понятие впервые употреблен в 1397 г. в ст. 8 Псковской судной грамоты и ст. 5 Двинской уставной грамоты и окончательно сформулирован в Законе царского правительства от 3 февраля 1892 г. Со второй половины XIX века в российской юридической литературе все чаще начинает употребляться термин «рецидив» преступлений, первоначально используемый для обозначения наиболее опасного вида множественности преступлений, - совершение одним лицом в течение относительно непродолжительного времени двух или более тождественных или однородных преступлений после отбытия наказания за одно из них [2].

К историческому анализу понятия «повторность преступлений» и «рецидива» прибегали многие русские и советские исследователи рецидивной преступности.

Исследованием рецидивной преступности в те годы занимались многие видные советские ученые, такие, как, М.М. Гродзинский, М.Н. Гернет, В.И. Куфаев, Э.Я. Немировский, С.В. Познышев, Б.С. Утевский. Уже один этот факт свидетельствует о том, что проблема рецидива представлялась ученым настолько же важной, насколько сложной и многогранной.

Активное изучение реальной преступности, ее закономерностей личности преступника, начавшееся сразу же после Октябрьской революции, способствовало накоплению знаний о качественной стороне преступности, о личностных свойствах преступника, что также не могло не повлиять на взгляды ученых о сущности рецидива преступлений. Исключительно плодотворную работу и в этом направлении проводили Государственный институт по изучению преступности и личности преступника и его кабинеты, созданные в 1923-1925 гг. в различных городах страны. Оценивая деятельность этих учреждений, М.Н. Гернет писал: «Более десятка лет существования учреждений по изучению преступности было периодом такого усиленного внимания к изучению проблем преступности, которого наша наука раньше не знала» [3].

Современная наука многим обязана ученым 20-х годов, которые в трудные годы упрочения Советской власти прокладывали пути к разрешению сложнейших социальных проблем, внесли неоценимый вклад в изучение преступности, в том числе и рецидивной.

Понятие «рецидив преступлений» было известно еще в Римском праве [4]. В русском законодательстве, считал Н.С. Таганцев, положение о повторении преступлений, как отягчающем ответственность обстоятельстве, впервые было закреплено в «Русской правде». Современные исследователи не согласны с таким выводом и полагают, что законодательное закрепление повторности преступлений на Руси относится к более позднему периоду - ко времени становления централизованного государства. В частности, В.И. Попов отмечает, что впервые понятие «повторение преступлений» было сформулировано в 1397 г. в ст. 8 Псковской судной грамоты и в ст. 5 Двинской уставной грамоты. Такого же мнения придерживается и В.Д. Филимонов [5]. Проанализируем ст. 59 и 60 «Русской Правды»:

Ст. 59 «Если господин обидит закупа, причинив вред его купе или отарице, то все это ему вернуть и уплатить за обиду 60 кун»; ст. 60: «Если же (господин) возьмет с него (т. е. закупа) больше денег (чем полагалось), то ему (следует) возвратить назад взятые (сверх положенного) деньги и заплатить за обиду князю 12 гривен штрафа» [6]. Очевидно, что здесь идет речь о повторном преступлении, совершенном после осуждения за первое.

Понятие «рецидив преступлений» возникло в русском законодательстве как результат обострения классовой борьбы. Как орудие охраны собственности господствующего класса.

Конструкция понятия «рецидив» и характер ответственности за него в грамотах свидетельствует о том, что очевидно, существовало представление о неисправимости преступника совершившего третье воровство после наказания за два предыдущих, и что уже тогда начинает формироваться представление о наказании, как средстве устрашения.

В качестве существенных признаков рецидива признавались совершение воровства в третий раз и предыдущее наказание (или, во всяком случае осуждение) за два воровства. Срок, истекший с момента наказания (осуждения) за первые два деяния до момента совершения третьего, правового значения не имел.

Таким образом, можно дать следующее определение понятия рецидива преступлений по законам Руси эпохи «Русской правды», уставных и судных грамот: рецидив есть такой случай совершения лицом воровства в третий раз, когда оно ранее было наказано или, по меньшей мере, осуждено за два предыдущих воровства, независимо от длительности срока, отделяющего третье преступление от двух предыдущих.

На всем протяжении истории развития понятия «рецидив преступлений», усиление ответственности за него предусматривалось через определение его как квалифицирующего признака составов преступлений, затем как отягчающее обстоятельство, учитываемое при назначении наказания и, наконец, как условие, требующее соблюдение специальных правил назначения наказания. Кроме того, рецидив рассматривается как форма множественности преступлений.

Следует отметить, что УК РФ 1996 г., в отличие от уголовного законодательства 60-х годов, фактически закрепляет за множественностью преступлений статус самостоятельного уголовно-правового института. Несмотря на то, что сам термин «множественность» в УК отсутствует, содержание и локализация статей, посвященных этому уголовно-правовому явлению, позволяют сделать именно такой вывод.

Проблема множественности давно привлекала внимание юристов. Однако долгое время она рассматривалась в рамках назначения наказания. Вместе с тем, отдельные понятия института множественности (повторность, рецидив и др.) довольно детально исследовались при разработке Особенной части УК РФ, в которой они предусматривались, либо как признаки составов конкретных преступлений, либо как квалифицирующие деяние признаки.

Впервые в качестве самостоятельной глава «Множественность преступлений» была выделена в 1974 г. в одном из учебников по Общей части советского уголовного права [7]. В дальнейшем понятию и видам множественности как самостоятельному институту уголовного права уделялось много внимания в научной и учебной литературе.

Действующее российское уголовное законодательство не выделяет множественность преступлений в самостоятельную главу. Однако впервые в истории российского уголовного законодательства в новом УК 1996 г. были определены основные виды множественности - неоднократность (ст. 16 УК), совокупность (ст. 17 УК) и рецидив (ст. 18 УК). Единым признаком этих видов множественности является совершение не менее двух преступлений.

Понятие множественности преступлений разрабатывается наукой уголовного права, но единообразного подхода к трактовке этого понятия пока нет.

Так, П.С. Дагель множественность преступлений характеризовал как случаи совершения одним лицом двух либо нескольких преступлений [8]. Этот же признак выделяли в определении множественности Ю.Мельников и Н.Алиев [9]. Однако характеристика рассматриваемого понятия будет неточной и неполной, если при этом ограничиться указанием этого признака. Дело в том, что не каждый случай фактического совершения лицом двух и более преступных деяний охватывается уголовно-правовым понятием множественности преступлений. Поэтому в определении понятия множественности преступлений, помимо указанного признака, должны найти отражение также и другие существенные признаки, позволяющие наиболее правильно охарактеризовать содержание рассматриваемого понятия.

По мнению А.М. Яковлева, «понятие множественности преступлений находит своё конкретное воплощение в понятиях повторности, рецидива и совокупности преступлений» [10]. В этом высказывании, по нашему мнению, характеризуются по существу, лишь формы проявления множественности преступных деяний, но не раскрываются существенные признаки этого уголовно-правового понятия, его содержание и объём.

Иную трактовку понятия множественности преступлений даёт В.Н. Кудрявцев. По его мнению, множественность преступлений характеризуется тем, что всё совершённое не охватывается одной нормой Особенной части, предусматривающей единичное преступление [11]. Вместе с тем, такой признак множественности, как «содеянное не охватывается одной нормой Особенной части», свойственен не всем её разновидностям, а только тем её случаям, которые подпадают под различные статьи уголовного закона и охватываются понятием совокупности преступлений.

Е.А. Фролов, P.P. Галиакбаров под множественностью преступлений понимали стечение нескольких правонарушений, предусмотренных уголовным законом в поведении одного и того же лица. Однако, термин «стечение в поведении» подчеркивает скорее момент одновременности ответственного лица за несколько преступлений, которая имеет место не при всех случаях множественности преступных деяний, а лишь при совокупности [12]. Этим понятием не охватываются случаи совершения лицом нового преступления после полного отбытия наказания по предыдущему приговору при наличии у него не снятой или непогашенной судимости.

По действующему законодательству некоторые разновидности множественности тождественных преступлений охватываются, как правило, одной нормой Особенной части УК (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). В то же время следует иметь в виду и то, что отдельные случаи совершения двух и более тождественных деяний не является множественностью. Например, когда лицо осуждается за убийство двух и более лиц (п. а ч. 2 ст. 105 УК России). Поэтому признак, что всё совершённое не охватывается одной уголовно-правовой нормой Особенной части, не может рассматриваться в качестве существенного признака множественности преступных деяний.

Определение понятия множественности преступлений, думается, должно отражать не только случаи, когда лицо совершило несколько преступлений, за которые привлекается к уголовной ответственности, но и за те из них, когда оно совершило новое преступление после осуждения за предшествующее деяние.

В этом отношении более точны Б.А. Куринов и И.М. Гальперин, которые подчеркивают, что понятием множественности преступлений охватываются как случаи совершения двух и более преступлений до осуждения, так и после осуждения за предыдущее деяние. Они пишут, что «множественность преступлений заключается в том, что виновный совершает до привлечения к уголовной ответственности несколько преступных деяний, содержащих признаки различных составов преступлений, либо нескольких преступных деяний, содержащих признаки одного состава, но не характеризующихся внутренней связью, либо, наконец, вновь совершает любое другое преступление после осуждение за предыдущее» [13].

При такой трактовке исследуемого понятия весьма удачно показывается, что её образуют не только случаи совершения лицом нескольких разнородных преступлений, но и одинаковых, а также, как до привлечения виновного к уголовной ответственности, так и после осуждения за предыдущее деяние, кроме того, здесь предпринята попытка отграничения её от единичного преступления.

Г.Г. Криволапов справедливо отмечал, что множественности преступлений не имеется, если хотя бы по одному из двух совершенных преступных деяний истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности, либо истекли сроки давности исполнения обвинительного приговора, либо погашена или снята судимость, либо имеется акт амнистии или помилования, погашающий его правовые последствия, а также имело место освобождение от уголовной ответственности в соответствии с законом, либо имеются процессуальные препятствия к возбуждению уголовного преследования [14].

Довольно четким представляется такое определение: «Под множественностью преступлений понимается совершение двух и более деяний, каждое из которых представляет собой самостоятельное преступление при условии, что, по крайней мере, по двум из них не исключается возможность привлечения лица к уголовной ответственности» [15].

Очевидно, что каждое из приведенных определений в целом правильно раскрывает понятие множественности, но наиболее удачным представляется последнее из них. Однако и оно нуждается в уточнении. Если речь идет о рецидиве преступлений, то необходимым условием множественности будет наличие не снятой и не погашенной судимости за ранее совершенное преступление. Следовательно, множественность преступлений - это совершение двух и более деяний, каждое из которых представляет собой самостоятельное преступление при условии, что, по крайней мере, по двум из них для лица имеются основания для уголовно-правового преследования.

Несомненный теоретический и практический интерес представляет регламентация института множественности, и в частности рецидива, в Уголовном законодательстве зарубежных стран. Термин «множественность преступлений» содержится в УК Республики Узбекистан 1994 г. Глава VIII этого кодекса озаглавлена «Множественность преступлений» и содержит статьи, определяющие понятие повторности, совокупности и рецидива, так же решен этот вопрос и в Уголовном кодексе Латвии (ст. 24). Так, и в УК Голландии рассматриваемые понятия определяются в Разделе VI «Совокупность уголовных правонарушений».

В дореволюционный же период эта проблема в основном была отнесена к проблеме наказания в случаях, когда имела место «совокупность или стечение нескольких преступных деяний, учиненных одним лицом».

Совершение лицом нескольких преступлений признается по общему правилу в уголовном законодательстве зарубежных стран отягчающим наказание обстоятельством. Так, в УК Федеративной республики Германии имеется глава третья, озаглавленная «Мера наказания при нескольких нарушениях закона», в которой регламентируется назначение наказания при совершении единого деяния (§ 52) и при совокупности деяний (§ 53).

В УК Франции (глава вторая «Режим исполнения наказания», отдел первый) в подотделе 1 «Наказания, назначаемые в случае совокупности преступных деяний» дается понятие совокупности (ст. 132-2) и излагаются общие правила определения наказания (ст. 132-3-132-7), в подотделе 2 говорится о наказаниях, назначаемых в случае рецидива со стороны физических (ст. 132-8- 13211) и юридических (ст. 132-12-132-15) лиц.

В УК Испании в главе VI «Обстоятельства, отягчающие уголовную ответственность» раздел I таковым назван рецидив (п. 8 ст. 23).

Из анализа норм УК РФ 1996 г. (в ред. от 08.12.2003) можно сделать вывод, что множественность преступлений образуют следующие ее разновидности: совокупность преступлений (ст. 17), рецидив преступлений (ст. 18), совокупность приговоров (ст. 70).

Не ставя цели характеристики совокупности преступлений, хотим только отметить, что законодатель сохраняет ее разграничение на виды, не называя их. В ч. 1 ст. 17 УК РФ дается определение реальной совокупности, а в ч. 2 ст. 17 - идеальной совокупности, но дифференциацию уголовной ответственности не проводит, хотя с таким предложением выступали многие ученые-криминалисты [16].



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Понятие и сущность принципа состязательности и равноправия сторон в современных условиях
Групповые корыстные преступления несовершеннолетних - квалификации и наказание
Использование данных о личности подсудимого в судебном приговоре
Уголовная ответственность за налоговые преступления в странах ближнего и дальнего зарубежья
Формы вины как правового явления
Вернуться к списку публикаций