2013-11-11 13:12:17
ГлавнаяУголовное право и процесс — Понятие соучастия в преступлении и общие положения об уголовной ответственности соучастников



Понятие соучастия в преступлении и общие положения об уголовной ответственности соучастников


Субъективная сторона соучастия

Субъективной стороной любого преступления принято считать вину, мотив, цель и некоторые эмоциональные состояния субъекта в момент совершения преступления. Не является исключением и субъективная сторона деяний соучастника.

Согласно ст. 32 УК РФ соучастием признается умышленное совместное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления.

При обобщении судебной практики Президиум Верховного суда РФ обратил внимание судов, что при квалификации соучастия в преступлении необходимо в каждом конкретном случае устанавливать не только объективные, но и субъективные его признаки. Несоблюдение этого условия приводит к судебным ошибкам. В частности, судам следует помнить, что соучастие в преступлении с субъективной стороны характеризуется умышленной виной соучастников. Данная форма психической деятельности соучастников проявляется в их отношении ко всем признакам состава преступления, в том числе к квалифицирующим [1].

Умышленное участие в совершении преступления означает, что каждый соучастник, кроме исполнителя всегда сознаёт общественно опасный характер своего деяния, предвидит, что его деяние присоединяется к действиям (бездействию) другого лица, сознаёт их общественную опасность, предвидит наступление общественно опасных последствий совместных усилий по совершению преступления и желает или сознательно допускает наступление этих последствий. Только умыслом исполнителя, совершающего преступление без соисполнителей, не обязательно охватывается факт присоединения к его усилиям другого лица.

Сознание соучастником общественно опасного характера своих действий предопределяет то, что каждый соучастник осознаёт факт посягательства на социально значимые общественные отношения, то есть представляет объект преступного посягательства. При этом степень конкретизации объекта посягательства в сознании соучастника может быть различной, его умысел может быть неопределённым.

Исполнитель, подстрекатель и пособник могут совершать своё преступление как с прямым, так и с косвенным умыслом. Умысел организатора на совершение исполнителем преступления — всегда прямой. Но умысел организатора на наступление общественно опасных последствий действий исполнителя может быть как прямым, так и косвенным.

Некоторые учёные считают, что при соучастии возможен только прямой умысел [2].

Другой точкой зрения является утверждение, что в преступлениях с формальным составом и в преступлениях, в которых цель является обязательным признаком, соучастие может быть только с прямым умыслом; в преступлениях с материальным составом и в преступлениях, где цель не является обязательным признаком, соучастие может быть как с прямым, так и с косвенным умыслом [3].

М.И. Шнейдер предложил разделять умысел соучастника на умысел в собственных деяниях и умысел причинения общественно опасных последствий исполнителем. Умысел соучастника в собственных действиях предполагается этим автором только прямым. Умысел же на причинение общественно опасных последствий исполнителем может, по мнению М.И. Шнейдера, быть как прямым, так и косвенным [4].

Четвертая точка зрения сводится к тому, что умысел соучастника может быть как прямым, так и косвенным [5].

В разделах настоящей работы, посвящённых конкретным видам соучастников, будет доказано, что исполнитель, подстрекатель и пособник могут совершать своё преступление как с прямым, так и с косвенным умыслом. Умысел организатора на совершение исполнителем преступления - всегда прямой. Но умысел организатора на наступление общественно опасных последствий действий исполнителя может быть как прямым, так и косвенным.

Умысел соучастников может быть как определённым, так и альтернативным либо неопределённым; как заранее обдуманным, так и внезапно возникшим. В случаях, когда лицо действует с альтернативным или неопределённым умыслом, его действия надлежит квалифицировать по фактически наступившим вредным последствиям.

Возможно ли соучастие по неосторожности? Уголовный закон его исключает. Но в теории уголовного права предпринимались попытки обосновать соучастие в неосторожных преступлениях. Г.Е. Колоколов, например, предлагал считать соучастием неосторожное участие как в умышленном, так и в неосторожном преступлениях [6]. А.Н. Трайнин, допускал неосторожное совместное участие только в неосторожных преступлениях [7]. М.Д. Шаргородский выдвинул концепцию, согласно которой «Соучастие возможно... только в отношении тех неосторожных преступлений, где действие совершается умышленно, а результат наступает по неосторожности» [8]. Но нельзя отождествлять осознанность и умышленность деяния. Умышленное деяние всегда является осознанным, а осознанное - не всегда умышленным. Для соучастника «умышленно участвовать в совершении преступления — значит сознавать общественно опасный характер своего деяния, предвидеть, что это деяние присоединяется к определенной общественно опасной деятельности другого лица, и желать или сознательно допускать как это присоединение, так и его общественно опасные последствия» [9].

Полностью ли новая законодательная формулировка понятия соучастия исключила неосторожность из понятия соучастия? Нет.

Бесспорной является возможность соисполнения в преступлениях с двумя формами вины.

Так, например, приговором Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 07.06.2006 г. Ларичев и Маматов признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, т.е. в том, что они совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. В ходе судебного следствия было установлено, что Маматов. и Ларичев напали на Иванова, и умышленно совместно нанесли Иванову С.В. не менее 54 ударов руками и обутыми ногами в область расположения жизненно-важных органов, причинив последнему повреждения, которые в своей совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью. Смерть потерпевшего последовала по неосторожности для Маматова и Ларичева на месте происшествия от тупой травмы шеи. При этом ни следствием, ни судом не установлено, кто именно из осуждённых нанёс потерпевшему телесные повреждения, явившиеся причиной его смерти, но суд признал, что наступившие по неосторожности последствия в виде смерти потерпевшего обоснованно следствием вменены обоим подсудимым, поскольку они наступили от телесных повреждений, причиненных подсудимыми потерпевшему во время совместного нанесения подсудимыми множественных ударов, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему [10].

Возможность пособничества, подстрекательства и организационной деятельности в преступлениях с двумя формами вины по сей день является предметом споров учёных.

Группа колхозников работала на заготовке сена. Во время отдыха Мартынов избил несовершеннолетнего Попова. К Попову подошел взрослый Игнатов и посоветовал «отомстить обидчику», сказав «Что ты распустил нюни? Иди, дай ему». Попов взял доску, подошёл к Мартынову сзади и с силой ударил его доской по голове, причинив ему тяжкие телесные повреждения, от которых он на другой день скончался. Следствие не смогло добыть достаточных доказательств того, что Игнатов предложил. Попову взять доску или палку и ударить ею с силой Мартынова. Попов был виновен в умышленном причинении тяжких телесных повреждений, повлекших по неосторожности смерть потерпевшего. Юргинский городской суд признал Игнатова виновным в подстрекательстве к причинению тяжких телесных повреждений, повлекших по неосторожности смерть потерпевшего. Судебная коллегия и Президиум Кемеровского областного суда оставили приговор без изменения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР своим определением в отношении Игнатова решения отменила, а уголовное дело в отношении, него прекратила за отсутствием в его действиях состава преступления [11].

Освобождение Игнатова от уголовной ответственности за подстрекательство к причинению тяжкого вреда здоровью Мартынову, а следовательно, и за наступившие последствия причинения тяжкого вреда здоровью в виде смерти потерпевшего, было обоснованно, поскольку не был установлен умысел Игнатова на причинение Мартынову тяжкого вреда здоровью. Но, если бы обвинение смогло доказать, что именно Игнатов посоветовал Попову взять доску и с силой ударить ею Мартынова в голову, Игнатов должен был бы нести ответственность за подстрекательство Попова к причинению Мартынову тяжкого вреда здоровью потерпевшего, вызвавшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Такая конструкция не противоречит ст. 32 УК РФ, так как преступление с двумя формами вины в целом признается умышленным (ст. 27 УК РФ).

С этой точкой зрения согласились не все ученые [12]. Так, например, П.Ф. Тельнов, утверждая, что соучастие вообще не совместимо с неосторожностью, писал: «Границы предвидения при неосторожности сужены. Посильно предвидеть общественно опасные последствия лишь собственной неосторожности»[13]. Но этот аргумент не представляется убедительным, так как возможность предвидения общественно опасных последствий неосторожности зависит не от того, чьи действия могут привести к общественно опасному результату, а от опыта конкретного субъекта, от знания им всех обстоятельств дела, от его навыков и способностей. Таким образом, позиция о невозможности соучастия в преступлениях со смешанной формой вины нам представляется несостоятельной.

Между Родиным и его женой, находившимися в нетрезвом состоянии, возникла ссора. Родин, подстрекаемый своей матерью, начал избивать жену. Спасаясь от побоев, она выпрыгнула в окно со второго этажа и получила от падения тяжелую травму. Но виновного это не остановило: он продолжал избивать жену. Мать его тем временем препятствовала попыткам других лиц прекратить избиение. На следующий день потерпевшая скончалась от повреждений, полученных при избиении. Дело дошло до рассмотрения Пленумом Верховного Суда СССР, который признал Родина исполнителем причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей, а его мать - соучастником этого преступления [14].

Такое решение вопроса представляется единственно верным, соответствующим принципам законности уголовного судопроизводства и неотвратимости наказания за содеянное. Всё больше учёных в последнее время допускают соучастие в преступлениях с двумя формами вины [15].

Субъективной стороной совместности деяний соучастников является их субъективная связь.

В науке уголовного права существует две теории субъективной связи соучастников преступления. Никто не спорит с тем, что пособник, подстрекатель и организатор могут не знать о существовании друг друга. Не спорят и с тем, что для привлечения к уголовной ответственности организатора, пособника и подстрекателя нужно установить, что они знали о том, что они присоединяют свои усилия к деяниям исполнителя и желали этого или сознательно допускали такое присоединение.

Вопрос заключается в том, обязательно ли исполнитель должен знать о преступной деятельности других соучастников. Сторонники положительного ответа полагают, что осведомлённость исполнителя о наличии соучастника является необходимым условием соучастия [16]. При этом одни сторонники такой точки зрения полагают, что действия пособника и подстрекателя при односторонней субъективной связи нужно квалифицировать как посредственное причинение, а не соучастие [17], другие полагают, что такие действия образуют покушение на преступление [18], третьи полагают, что указанные действия могут образовывать приготовление или покушение на совершение преступления в соучастии [19].

Другая точка зрения заключается в том, что исполнитель не обязательно должен знать о наличии иных соучастников [20]. В этом суть теории односторонней субъективной связи соучастников. П.Ф. Тельнов, возражая против этого, утверждал, что в этом случае исполнитель должен нести уголовную ответственность за деяния своих соучастников, о которых он не был осведомлен [21]. Ошибка этого автора заключается в том, что каждый соучастник должен отвечать только за свои деяния. Поэтому законодатель и предусмотрел, положение о том, что исполнитель отвечает без ссылки на ст. 33 УК Российской Федерации. Нет здесь объективного вменения. Кроме того, сторонники теории односторонней субъективной связи справедливо указывают, что уголовный закон не содержит требования взаимной осведомлённости соучастников для привлечения их к ответственности. Требование о совместности действий соучастников, установленное в ст. 32 УК РФ, вовсе не означает необходимости их взаимной осведомлённости о действиях друг друга.

Признание правильности теории односторонней субъективной связи не означает, утверждения того факта, что при всех способах участия в совместно совершаемом преступлении исполнитель может не знать о преступной деятельности соучастников. Так, например, субъективная связь организатора и исполнителя, исполнителя и пособника, заранее обещавшего скрыть преступление может быть только двусторонней.

Если мотив и цель, которыми руководствовался исполнитель, являются обязательным элементом субъективной стороны преступления, или отягчающим наказание обстоятельством, то они подлежат вменению также другим соучастникам, если эти мотивы и цели даже не разделялись ими, но им было известно о наличии их у исполнителя, и они, тем не менее, способствовали совершению преступления. Однако это правило подлежит применению только в тех случаях, когда мотив или цель исполнителя являются более общественно опасными с точки зрения уголовного права, чем собственные мотивы и цели соучастника.

Аналогичным образом влияют мотивы и цели организатора, пособника и подстрекателя на наступление уголовной ответственности исполнителя.



[1] Обзор качества рассмотрения окружными (флотскими) военными судами уголовных дел по первой инстанции, утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 26 января 2005 г. // Информационно-правовая система «Гарант».

[2] См., например, Будзинский С. Начала уголовного права. Главный склад в книжных магазинах Кожанчикова в Санкт-Петербурге, Варшаве и Казани. 1870. С. 207; Ковалёв М.И. Соучастие в преступлении. Екатеринбург. 1999. С. 83 и след.; Алиев Я.Л. Формы соучастия и их отражение в действующем уголовном законодательстве. Автореф. дис. канд. юрид. наук. СПб., 1996. С. 10; Дидатов Ю.А. Указ. соч. С. 86-87.

[3] См., например, Комиссаров B.C. Указ. соч. С. 392; Т.Г. Макарова. Виды соучастников в уголовном праве. С. 26.

[4] Шнейдер М.А. Указ. соч. С. 17.

[5] См., например, Бурчак Ф.Г. Учение о соучастии по советскому уголовному праву. С. 121-122; Рыжов Р.С. Указ. соч. С. 74.

[6] Колоколов Г. Е. Указ. соч. С. 50.

[7] Трайнин А.Н. Учение о соучастии. С. 114.

[8] См. Шаргородский М.Д. Вопросы Общей части уголовного права (законодательство и судебная практика). С. 143.

[9] Прохоров В.. С. Соучастие в преступлении // Курс советского уголовного права. Т. 1. Л. 1968. С. 595.

[10] Архив Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга за 2006 г. Уголовное дело №1-30/06.

[11] Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР // Бюллетень Верховного суда РСФСР. 1966. №11. С. 8-9.

[12] См., например, Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М. Юридическая литература. 1974. С. 55; Бурчак Ф.Г. Подстрекательство как вид соучастия в преступлении по советскому уголовному праву. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук/ Академия наук УССР. Киев. 1965. С. 20; Сухарев Е., Куликов А. Соучастие в преступлении с двумя формами вины // Советская юстиция. 1991. №20. С. 3; Дядькин Д.С. Совершенствование уголовно-правового института соучастия в преступлении. С. 28; Косарева Т. И. Указ. соч. С. 63; Соболев В.В. Указ. соч. С. 13, 69-71; Р.С. Рыжов. Указ. соч. С. 183.

[13] Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М. 1974. С. 55.

[14] Постановление Пленума Верховного суда СССР от 26.06.1969 // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1969, № 6. С. 8-10.

[15] См., например, Прохоров B.C. Соучастие в преступлении // Уголовное право России. Общая часть. Учебник. СПб. 2006. С. 582; Угрехелидзе Н.Г. Криминологическая характеристика соучастия в преступлении. Тбилиси. Издательство «Мецниереба». 1975 г. С. 11; Безбородов Д.А. Уголовно-правовое и криминологическое исследование подстрекательства. Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. С. 7.

[16] См., например, Пионтковский А. А. Курс советского уголовного права: в 6 т. Т.2., М. Наука 1970. С. 455; Шнейдер М. А. Указ. соч. 1958. С. 17-18; Тельнов П.Ф. Кто отвечает за соучастие в преступлении. М. Юридическая литература 1981. С.20; Алиев Я.Л. Указ. соч. С. 10, Афиногенов С.В. Указ. соч. С. 21; Водько Н. П. Уголовно-правовая борьба с организованной преступностью. М. Юриспруденция. 2000. С. 12; Дидатов Ю.А. Указ. соч. С.81; Дядькин Д.С. Совершенствование уголовно-правового института соучастия в преступлении. С. 29; Илиджев А. А. Указ. соч. С. 8; Калуцких Р. Г. Правовые вопросы квалификации преступлений, совершённых в соучастии. Дис. канд. юрид. наук. М. 2000. С. 40-41; Косарева Т. И. Указ. соч. С. 57; Макарова Т. Г. Виды соучастников в уголовном праве. С. 27; Мондохонов А.Н. Формы соучастия в преступной деятельности. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М. 2005. С. 11; Пушкин А.В. Указ. соч. С. 13.; Рыжов Р.С. Указ. соч. С. 65-67; Цвиренко О. Л. Указ. соч. С. 32-34; Григорьев В.А. Указ. соч. С. 14 и другие.

[17] Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Часть первая. Свердловск. 1960 С. 251-252.

[18] Шнейдер М. А. Указ. соч. С. 27.

[19] Иванов Н.Г. Соучастие в преступлении // Уголовное право. Общая часть. Учебник/ Отв. ред. Н.И. Ветров Ю.И. Ляпунов. М. Новый юрист, 1997. С. 344-345.

[20] Трайнин А.Н. 1) Учение о соучастии. С. 71-76; 2) Некоторые вопросы учения о соучастии // Социалистическая законность. 1957, №2. С. 22; Шаргородский М.Д. Некоторые вопросы общего учения о соучастии // Правоведение, 1960, №1. С. 89; Гришаев П. И., Кригер Г. А. Соучастие по уголовному праву. М. 1959. С. 42-44; Прохоров В.С. Соучастие в преступлении // Курс советского уголовного права. Т. I. С. 595; Фролов А.С. Соучастие в преступлениях несовершеннолетних. С. 7; Безбородов Д. А. О субъективной связи при соучастии // Научно-практическая конференция молодых ученых «Судебная реформа и эффективность деятельности органов суда, прокуратуры и следствия». СПб. 1998. С. 268-269.

[21] Тельнов П.Ф. 1) Кто отвечает за соучастие в преступлении. М. 1981. С. 20; 2) Ответственность за соучастие в преступлении. М. 1974. С. 48-52.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Состояние антикоррупционного законодательства - уголовно-правовой аспект
О провокации как методе борьбы с коррупцией
Групповые корыстные преступления несовершеннолетних - квалификации и наказание
Коррупция в милиции
Криминологическая характеристика рецидива преступлений
Вернуться к списку публикаций