2013-11-10 23:40:13
ГлавнаяУголовное право и процесс — Понятие и особенности уголовной ответственности пособника



Понятие и особенности уголовной ответственности пособника


В соответствии с ч. 5 ст. 33 УК РФ пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы.

Таким образом, уголовный закон определяет, пособника как лицо, которое помогает исполнителю в совершении преступления, но не участвует непосредственно в его выполнении. Мнение о том, что пособник, в отличие от исполнителя не участвует в выполнении объективной стороны состава преступления [1] лишает лиц, не отвечающих требованиям специального субъекта преступления, но выполнивших объективную сторону соответствующего состава, статуса пособников, искусственно объявляя их соисполнителями.

В отличие от подстрекателя пособник не возбуждает у других лиц решимости совершить преступление, а может лишь её укреплять. При этом укрепление решимости других лиц на совершение преступления не является отличительным признаком пособника. Лицо, укрепляющее решимость других лиц на совершение преступления, не всегда является пособником. Простое одобрение намерения совершить преступление не является пособничеством, если оно не влечёт за собой деяния, содействующего совершению преступления. Друг, подбадривающий приятеля, решившего совершить преступление, не является ни пособником, ни соучастником. Даже одобрение высказанное начальником или иным лицом, в отношении которого исполнитель находится в состоянии зависимости, вопреки мнению М.И. Ковалёва [2], само по себе не содействует совершению преступления, а потому не является пособничеством. Но вот если одобрение намерения совершить кражу высказано сторожем таким образом, что предполагаемые фигуранты кражи должны были рассчитывать на содействие этого лица при совершении преступления, эти действия сторожа образуют пособничество. Кроме того, пособник может вовсе не укреплять решимости исполнителя совершить преступление, содействуя совершению этого преступления, например, втайне от исполнителя. Но, как правильно пишет А. Лохвицкий, любое пособничество всегда следует после возникновения решимости совершить преступление у лица, действиям которого содействует пособник [3].

Характер участия пособника в преступлении объективно проявляется в содействии совершению преступления, при отсутствии в его деянии состава преступления, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части УК РФ.

Под содействием совершению преступления следует понимать оказание помощи исполнителю или другим соучастникам в осуществлении их преступного намерения. Содействовать можно только совершению определённого преступления. Содействие совершению преступления находится в причинной связи с деянием исполнителя и наступившим общественно опасным результатом совместно совершённого преступления. Поэтому пособничество возможно либо на стадии подготовки преступления либо непосредственно в процессе его совершения, вплоть до момента фактического окончания.

Пособник может содействовать своими действиями преступному поведению не только исполнителя, но и подстрекателя, организатора или другого пособника. Поскольку соучастие находится в причинной связи с совершением преступления, то такого рода содействие в конечном счёте состоит в причинной связи с совершённым исполнителем деянием, а потому оно квалифицируется просто как пособничество совершению преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ. Так, например, Военная коллегия Верховного суда РФ признала пособничеством похищению оружия действия Н., содействовавшего О. в подыскании орудия взлома оружейной комнаты [4].

Пособник должен быть вменяемым физическим лицом, достигшим возраста уголовной ответственности. Но он не обязательно должен отвечать специальным признакам, установленным соответствующей нормой Особенной части УК РФ к субъекту преступления.

Законодатель приводит в ч. 5 ст. 33 УК РФ исчерпывающий перечень способов пособничества. В зависимости от способа содействия совершению преступления в науке уголовного права пособничество подразделяется на интеллектуальное (содействие совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, либо устранением препятствий, а также, заранее данное обещание скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно заранее данное обещание приобрести или сбыть такие предметы) и физическое (содействие совершению преступления предоставлением средств или орудий совершения преступления либо устранением физических препятствий). Только интеллектуальное пособничество заключается в укреплении решимости других лиц совершить преступление. Физическое пособничество такой цели перед собой не ставит. Интеллектуальное пособничество обеспечивает лицо, решившее совершить преступление, необходимыми сведениями. Оно носит информационный характер и воздействует на сознание и волю виновного. Физическое же пособничество означает содействие преступлению путём оказания виновному физической или материальной помощи в процессе подготовки или совершения преступления.

Совет, как способ интеллектуального пособничества, представляет собой пожелание по оптимизации усилий исполнителя или других соучастников с целью выбора наиболее простого, наименее затратного по времени и стоимости и эффективного в достижении преступного результата варианта поведения по подготовке преступления, его совершению, сокрытию или распоряжению добытым преступным путём. Совет выражает заинтересованность исполнителя в достижении преступного результата. Этот способ пособничества может выражаться только в активных действиях.

Указания имеют ту же цель - оптимизировать действия соучастников в достижении преступного результата. Но, в отличие от совета, они отдаются во властной форме и требуют от соучастников их соблюдения. Поэтому лицо, отдающее указания не всегда объясняет соучастникам каким именно образом требуемые им действия (бездействие) приближают наступление преступного результата. Указания, как и совет, могут быть выражены только в форме активного действия. Нужно помнить, что, если соучастник даёт указания другим соучастникам по поводу предмета и способов совершения преступления, то он является организатором преступления или руководителем его исполнения.

Предоставление информации - это передача сведений лицу, заведомо готовому совершить преступление или уже его совершающему. Предоставление информации также имеет целью содействие совершению преступления, однако, в отличие от советов и указаний не содержит в себе сведений о варианте поведения соучастников, предоставляя им самим оценивать полученную информацию и выбирать с её учётом способы оптимизации преступного поведения. При этом способе содействия совершению преступления у пособника отсутствует видимая заинтересованность в достижении преступного результата. Так, например, пособничеством в совершении терроризма и захвата заложников были признаны действия Т., передававшего по телефону захватчикам театрального центра на Дубровке информацию об обстановке в Оперативном штабе, расстановке сил и расположении техники, снайперов вокруг Дворца культуры и на прилегающих зданиях [5]. Предоставление информации возможно не только активными действиями, но и пассивным поведением, если пособник и другие соучастники предварительно договорились о значении бездействия пособника.

Устранение препятствий как способ интеллектуального пособничества направлено на укрепление решимости соучастников совершить преступление. Оно может выражаться в заранее данном обещании сокрытия лица, собирающегося совершить преступление, хранения или предоставления предметов, предназначенных для того, чтобы стать орудиями или средствами совершения преступления, в заранее данном обещании не сообщать о готовящемся преступлении или попустительствовать его совершению [6], либо в данном заранее обещании устранить физические преграды совершения преступления или приложить физические усилия к его совершению. К рассматриваемому способу пособничества следует относить и заранее данное обещание непосредственно участвовать в совершении преступления при возникновении такой необходимости («подстраховку» исполнителя) и заранее данное обещание вывезти соучастников с места преступления [7]. Советы, указания и предоставление информации также являются способами устранения препятствий совершению преступления. Поэтому законодатель, на наш взгляд, необоснованно перечислил эти способы пособничества в одном ряду. Устранение препятствий, направленное на возбуждение решимости соучастников совершить преступление, может выражаться только в активных действиях. По форме выражения оно может быть устным, письменным и совершённым конклюдентными действиями, в том числе и жестами.

Обещание скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а также обещание приобрести или сбыть такие предметы согласно уголовному закону являются самостоятельными способами интеллектуального пособничества только в том случае, если эти обещания даны заранее. Такая законодательная формулировка представляется неудачной, поскольку указание на «заранее данное обещание» предполагает, что такого рода обещания должны быть даны до момента начала выполнения объективной стороны состава преступления. Однако такого рода обещания, данные после начала выполнения объективной стороны состава преступления, но до момента фактического окончания преступления также должны относиться к этому способу пособничества, поскольку они также направлены на укрепление решимости совершить преступление и потому находятся в причинной связи с наступившим общественно опасным результатом. Так, например, участие лица, сказавшего «добивай, я вытру кровь» после начала убийства согласно ч. 5 ст. 33 УК РФ искусственно отделено законодателем от рассматриваемого способа пособничества и образует содействие совершению преступления путём устранения препятствий. Это же относится и к хотя и не обещанным заранее, но систематически совершаемым приобретению или сбыту имущества, добытого преступным путём, и к систематическому заранее не обещанному укрывательству преступника, орудий и средств совершения преступления, следов преступления и предметов, добытых преступным путём. Обязательным условием признания таких действий пособничеством является осознание лицом, их совершающим возможности продолжения преступной деятельности исполнителем или другими соучастниками. Эти действия также находятся в причинной связи с поведением соучастников ввиду того, что они укрепляют их решимость совершать новые преступления в расчёте на то, что добытое ими преступным путём имущество будет реализовано. Поэтому эти действия традиционно рассматриваются в постановлениях Пленума Верховного суда Российской Федерации и в судебной практике как пособничество совершению преступления [8]. Однако единственным способом обоснования законности такого решения законодатель оставил отнесение заранее не обещанных приобретения или сбыта имущества, добытого преступным путём, к содействию совершения преступления путём устранения препятствий. Такое разделение способов содействия совершению преступления представляется искусственным. Заранее данное обещание оказать помощь соучастникам может быть реализовано только в активном поведении. По форме оно может выражаться письменно, устно или в конклюдентных действиях. Оно не охватывает совершения тех действий (или бездействия), которые обещает совершить пособник. Заранее обещанное выполнение указанных действий образует содействие совершению преступления путём физического устранения препятствий. Но их невыполнение не исключает уголовной ответственности пособника. Для освобождения от уголовной ответственности такого рода пособника в связи с добровольным отказом нужно, чтобы он взял своё обещание обратно до момента начала выполнения объективной стороны состава преступления исполнителем.

Физическое устранение препятствий может быть и не обещанным до момента начала выполнения объективной стороны состава преступления. Перечень его средств наиболее разнообразен. Оно может выражаться в предоставлении помещения для совершения преступления [9], доставке исполнителей к месту совершения преступления и обратно [10], вывозе добытого преступным путём с места преступления [11], подыскании соучастников (если их склоняет к совершению преступления кто-то другой), доставке жертвы или её завлечении к месту совершения преступления [12], освещении места совершения преступления [13], указании на предмет преступного посягательства [14], стоянии на страже (если тайность совершения преступления не является признаком объективной стороны состава преступления, предусмотренного нормой Особенной части УК РФ) [15], остановке автомобиля потерпевшего [16], отвлечении внимания потерпевшего и других лиц при совершении преступления соучастниками [17] и др. Сюда же следует относить участие в выполнении объективной стороны состава преступления со специальными признаками субъекта лицом, такими признаками не обладающим и посредничество во взяточничестве и незаконном обороте наркотических средств. Физическое устранение препятствий должно состояться до фактического окончания преступления. Оно может выражаться как в действиях, так и в бездействии.

Предоставлением орудий и средств совершения преступления является передача пособником исполнителю или другим соучастникам предметов материального мира, которые, как полагает пособник, будут использованы во время подготовки преступления, его совершения либо действий, направленных на сокрытие преступления или реализацию имущества, добытого преступным путём. При этом орудия совершения преступления, в отличие от средств, предназначенных для облегчения совершения преступления, используются непосредственно исполнителем для причинения преступного результата во время выполнения объективной стороны соответствующего состава. Например, предоставлением средств является передача в пользование автомобиля для вывоза похищенного имущества с места преступления [18]. Характерным примером предоставления орудий является передача оружия с целью совершения насильственных преступлений [19]. Передача орудий может включать их подготовку к совершению преступления (например, пристреливание пистолета [20]; укорачивание длины обреза ружья [21] и т.п.).

И.Б. Карпова предлагает по аналогии с германским уголовным правом рассматривать в качестве самостоятельного способа пособничества совершение так называемых нейтральных повседневных действий (например, действий прачки или повара, заведомо обслуживающих организованное преступное формирование)[22]. Мы полагаем, что действия такого характера сами по себе лишены общественной опасности, поскольку не направлены на содействие совершению организованной группой преступлений. А потому совершение этих действий не должно влечь уголовной ответственности. Другое дело, случаи, когда такого рода лица осознанно систематически осуществляют свою деятельность за счёт средств, добытых преступным путём. В таких случаях действия таких лиц являются пособничеством в совершении будущих преступлений в форме заранее данного обещания приобрести имущество, заведомо добытое преступным путём.

Как видно из законодательной формулировки понятия пособничества, уголовный закон предлагает рассматривать в качестве содействия совершению преступления только советы, указания, предоставление информации, средств и орудий совершения преступления, и устранение препятствий. Понятно, что остальные способы пособничества также направлены на содействие совершению преступления. Однако они не просто выделены в качестве самостоятельных способов пособничества, а поставлены уголовным законом в один ряд с содействием совершению преступления. Признавая историческую обусловленность такого законодательного решения, мы, тем не менее, вынуждены констатировать его логическую неверность.

Описанные логические ошибки законодательной формулировки понятия пособничества, а также техническая невозможность предусмотреть в уголовном законе все способы пособничества неизбежно приводят к выводу о необходимости пересмотра ч. 5 ст. 33 УК РФ и определения пособника как лица, содействовавшего совершению преступления. Указание же в законе способов пособничества не несёт, на наш взгляд, никакой смысловой нагрузки.

Итак, с объективной стороны пособничество может выражаться как в действии, так и в бездействии. По этому критерию пособничество подразделяется в специальной литературе на положительное и отрицательное [23].

С субъективной стороны умысел пособника может быть как прямым, так и косвенным. Например, для привлечения к уголовной ответственности за пособничество хищению лица, не обещавшего заранее приобрести или сбыть добытое преступным путём имущество, достаточно установить, что такое лицо сознательно допускало, что его поведение послужит причиной последующих хищений. Исполнитель преступления, совершению которого содействует пособник, может действовать с прямым или с косвенным умыслом. Умысел пособника может быть заранее обдуманным и внезапно возникшим, определённым, альтернативным и неопределённым. Пособнику могут быть вменены в ответственность неосторожно наступившие последствия умышленного преступления. Например, можно представить себе ситуацию, когда исполнитель обращается к пособнику с просьбой дать ему бейсбольную биту с целью пару раз ударить потерпевшего по голове. В случае наступления в результате этих действий по неосторожности для соучастников смерти потерпевшего, это последствие должно быть вменено в вину им обоим, поскольку они совместно совершили преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ, которое в целом, согласно действующему уголовному законодательству России признаётся умышленным.

Для признания лица пособником необходимо установить, что оно осознавало участие в совершении преступлении исполнителя, подлежащего уголовной ответственности.

Содействовать совершению преступления можно и таким образом, что исполнитель об этом не знает, поэтому вполне возможно пособничество с односторонней субъективной связью пособника и исполнителя.

Уголовная ответственность пособника наступает по соответствующей статье Особенной части УК РФ со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ. Если пособник совмещает свои функции с подстрекательством, то в квалификации его действий должна добавляться ссылка на ч. 4 ст. 33 УК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 УК РФ пособник преступления не подлежит уголовной ответственности, если он предпринял все зависящие от него меры, чтобы предотвратить совершение преступления. Некоторые учёные, на наш взгляд, необоснованно допускают возможность добровольного отказа пособника, участвующего в преступлении путём заранее данного обещания содействовать его совершению, пассивным поведением [24]. Пособник для освобождения его от уголовной ответственности должен предпринять все зависящие от него меры к устранению последствий своего участия в совершении преступления. Поэтому пособник, заранее обещавший содействовать совершению преступления, должен нейтрализовать своё участие в совершении преступления путём возвращения данного им ранее слова. А сделать это возможно только активными действиями. Так, в ч. 4 ст. 33 Модельного уголовного кодекса рекомендуется освобождать пособника от уголовной ответственности, если он до окончания исполнителем преступления откажет ему в заранее обещанном содействии или устранит результаты уже оказанной помощи.

Особенностями обладает квалификация; неудавшегося пособничества, то есть такие случаи, когда исполнитель совершил преступление, не воспользовавшись помощью пособника. И.А. Ребане полагает, что такого рода неудавшееся: пособничество не образует соучастия и влечёт в случае общественной опасности уголовную ответственность за приготовление к совершению преступления [25]. Р.Р. Галиакбаров полагает, что незначительная помощь или оказание услуг, которыми исполнитель не воспользовался, не состоит в причинной связи с действиями исполнителя и является малозначительным деликтом, а потому не должна влечь уголовной ответственности [26]. Представляется, что в данной точке зрения смешаны два разных тезиса. Малозначительность деяния пособника подлежит установлению на основании совокупности всех обстоятельств его совершения [27]. Использование же или не использование исполнителем услуг пособника само по себе не связано с их значением для совершения преступления. А.В. Галахова полагает, что в случае, когда действия пособника оказались невостребованными исполнителем или другими соучастниками, отсутствует причинная связь между такими действиями и деянием исполнителя, а следовательно, и соучастие, и уголовная ответственность такого рода «пособника» наступает только в случае, если его действия образуют самостоятельный состав преступления (например, хранение оружия) [28]. Такого же мнения придерживается В.В. Соболев [29]. Н.С. Таганцев в пояснениях к уголовному уложению 1903 г. предлагал .привлекать к уголовной ответственности только физического неудавшегося пособника, освобождая неудавшегося интеллектуального пособника [30]. Мы полагаем, что для признания интеллектуального пособничества оконченным вовсе не обязательно использование его услуг другими соучастниками, поскольку смысл такого рода содействия заключается в укреплении у другого лица решимости совершить преступление с целью достижения преступного результата. При «неудавшемся» интеллектуальном пособничестве в случае выполнения исполнителем состава преступления преступный результат достигнут, а одной из причин его достижения является укрепление пособником решимости исполнителя совершить преступление. Поэтому случаи «неудавшегося» интеллектуального пособничества, на наш взгляд, образуют оконченное пособничество при условии выполнения исполнителем состава соответствующего преступления. Что касается ситуации, когда исполнитель выполнил состав преступления, не воспользовавшись помощью физического пособника, то, действительно, действия исполнителя могут не находиться в причинной связи с действиями «неудавшегося пособника». Это касается случаев физического пособничества с односторонней субъективной связью, то есть тех случаев, когда исполнитель не знал о преступной деятельности пособника. Но умыслом такого пособника охватывалась причинная связь его действий с деянием исполнителя, и он предпринял все действия, входящие в объективную сторону пособничества, однако не добился желаемого результата. Мы полагаем, что действия такого рода «неудавшегося» физического пособника при односторонней субъективной связи должны квалифицироваться как приготовление к соучастию, в данном случае, к пособничеству.


Васюков Владимир Владимирович



[1] См., например, Прохоров В.С. Соучастие в преступлении // Уголовное право России. Общая часть. Учебник. СПб. 2006. С. 598, 601; Гришаев П. И., Кригер Г. А. Указ. соч. 1959. С. 137; Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. С. 27; Косарева Т. И. Указ. соч. С. 107.

[2] Ковалёв М.И. Соучастие в преступлении. Екатеринбург. 1999. С. 65.

[3] Лохвицкий А. Курс уголовного права. Второе исправленное издание, сверенное с кассационными решениями. СПб. Скоропечатня Ю. О. Шрейдера. 1871. С. 151.

[4] Кассационное определение военной коллегии Верховного суда Российской Федерации от 19.12.2003. №3-039/03 // Информационно-правовая система «Гарант».

[5] Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 9.09.2003 г. №5-О03-149 // Информационно-правовая система «Гарант».

[6] См., например, Обзор судебной работы гарнизонных военных судов по рассмотрению уголовных дел за 2004 год // Информационно-правовая система «Гарант».

[7] См, например, постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации №609п2002 по делу Цуцкеридзе и Воронцова/ Обзор судебной практики по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации за IV квартал 2002 г. (утв. постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от 12.03.2003) // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 2003. №7. С. 13-14.

[8] См., например, п. 8 постановления пленума Верховного суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. №14 «О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения» // Российская газета №223 от 24.11.1998; п. 13 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. №4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества»; п. 2 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 июля 1962 г. №11 «О судебной практике по делам о заранее не обещанном укрывательстве преступлений, приобретении и сбыте заведомо похищенного имущества»; определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР. Бюллетень Верховного суда РСФСР. 1969. №2. С. 9-10.

[9] См., например, определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 14.04.1999 // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1999. №12. С. 4.

[10] См., например, Постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации №1060п99 по делу Дадуева // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 2000. №7. С. 14.

[11] См., например, постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации от 03.03.1993 // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1993. №6. С. 2-3.

[12] См., например, постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации №2324п95 по делу Фиохиной и Шеркунова/ Обзор судебной практики по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации за I квартал 1996 г. (утверждён постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от 29.05.1996 г.) // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1996. №10. С.6; определение Военной коллегии Верховного суда Российской Федерации №3-066/99 по делу Ерофеева и Аношкина/ Обзор судебной практики по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации за третий квартал 1999 г. (утв. постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от 29.12.1999 г.) // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации . 2000. №5. С. 12.

[13] См., например, постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации №1010п99пр по делу Анохиной // Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации по уголовным делам за IV квартал 1999 г. (утв. постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от 05.04.2000) // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации 2000. №7. С. 13.

[14] См., например, постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации от 25.08.1993 // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1993. №11. С. 9.

[15] См., например, постановление Президиума Верховного суда Российской Федерации от 03.04.2002 // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 2002. №10. С. 23; кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 12.01.2005 г. №53-004-91 // Официальный сайт Верховного суда Российской Федерации в Internet (http://www.supcourt.ru).

[16] См., например, Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации по рассмотрению уголовных дел в порядке надзора в 1997 г. // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1999. №1. С. 18; №2. С. 19; кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 14.07.2005. №66-о05-58 // Информационно-правовая система «Гарант».

[17] См., например, Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам от 20.01.2005 г. №67-о04-100 // Информационно-правовая система «Гарант».

[18] См., например, определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации №41кп-098-125 по делу Пилишвили и Челидзе // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1999. №7. С. 13.

[19] См., например, постановление, Президиума Верховного суда Российской Федерации №310п2001 по делу Болотова / Обзор судебной практики по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации за I квартал 2001 г. (утверждён постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от 04.07.2001 г.) // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 2001. №10. С. 18.

[20] См., например, кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 28.12.2005 г. №5-005-212 // Информационно-правовая система «Гарант».

[21] См., например, кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 19.12.2002. №4-087/02 // Информационно-правовая система «Гарант».

[22] Карпова И. Б. Институт соучастия в преступлении: сравнительный анализ уголовного законодательства Российской Федерации и Федеративной Республики Германия. М. 2005. С. 12, 19.

[23] Жиряев А.С. Указ.соч. С. 88-89.

[24] См., например, Джекебаев У. С., Вайсберг Л. М., Судакова Р.Н. Указ. соч. С. 141; Клюев А. А. Указ. соч. С. 25; Макарова Т. Г. Виды соучастников в уголовном праве. С. 65.

[25] Ребане И.А. Указ. соч. С. 10.

[26] Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. С. 28.

[27] См., например, определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от 20.07.1998. №05-098-148 // Официальный сайт Верховного суда Российской Федерации в Internet (http://www.supcourt.ru).

[28] Галахова А. В. Соучастие в преступлении // Комментарий к УК Российской Федерации. С. 104.

[29] Соболев В.В. Указ. соч. 2003. С. 77.

[30] См. Уголовное уложение 22.03.1903 г. С. 110-111.







Интересное:


Понятие, сущность и значение очной ставки
Теория виктимологии
Проблемы соотношения налоговых и иных преступлений в сфере экономики
О провокации как методе борьбы с коррупцией
История развития института должностных преступлений в отечественном законодательстве
Вернуться к списку публикаций