2013-11-07 22:20:44
ГлавнаяУголовное право и процесс — История развития института должностных преступлений в отечественном законодательстве



История развития института должностных преступлений в отечественном законодательстве


Ответственность за провокацию взятки и посредничество уже не предусматривалась (последняя была восстановлена в 1962 г.). Ответственность за получение взятки в новом УК была установлена статьей 173, по сравнению с предыдущим Уголовным кодексом диспозиция основного состава изменений не претерпела. Введены новые квалифицирующие признаки: «по предварительному сговору группой лиц, или неоднократно, или сопряженные с вымогательством взятки, либо получением в крупном размере (ч. 2); «должностным лицом, занимающим ответственное положение, либо ранее судившимся за взяточничество» (ч. 3). Размер предмета получения взятки значения не имел. В научной литературе писали, что когда размеры взятки ничтожны, не исключена возможность признания действия малозначительным [80]. По вопросу об эквивалентности действий за взятку в литературе не было единого мнения: следует ли признать действия сугубо конкретными [81] или возможно также попустительство или общее благоприятствование за взятку [82]. 31 июля 1962 г. Пленум Верховного Суда СССР (постановление № 9 «О судебной практике по делам о взяточничестве», утратило силу в 1977 г.) подтвердил, что ответственность за получение взятки могут нести лишь должностные лица.

Невыполнение обязанностей (бездействие власти) и недобросовестное или небрежное к ним отношение (халатность) получили значение не самостоятельных составов, а признаков единого состава (халатности). В связи с выделением главы «Преступления против правосудия», в числе должностных преступлений не упоминалось о вынесении неправосудного приговора, незаконном задержании и приводе, принуждении к даче показаний и др. Исключена норма, предусматривавшая ответственность за дискредитацию власти. Состав присвоения, растраты и хищения путем злоупотребления служебным положением был вновь помещен в главу о преступлениях против собственности.

На заседании седьмого пленарного заседания Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых государств 17 февраля 1996 г. был принят модельный Уголовный кодекс, рекомендательный законодательный акт для Содружества Независимых Государств [83].

Модельный Уголовный кодекс вместо понятия «должностное лицо» употребляет «публичный служащий», под которым понимаются: депутаты представительных органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также их помощники; служащие органов государственной власти (законодательной, исполнительной, судебной), прокуратуры, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений и организаций; лица, участвующие в отправлении правосудия в качестве народных или присяжных заседателей либо выполняющие функции иных представителей власти. Кодекс не воспринял общего определения должностного лица, вряд ли это можно считать удачным.

Данный законодательный акт содержит несколько новшеств. Так, п. «в» ч. 3 ст. 303 помимо всех повторенных признаков установлен новый квалифицирующий превышения служебных полномочий: «совершенное группой публичных служащих».

К достоинством Модельного Уголовного кодекса можно отнести описательную диспозицию нормы, предусматривающей ответственность за дачу взятки (ст. 306) и посредничество во взяточничестве (ст. 307) (способствование взяткополучателю и взяткодателю в достижении или реализации соглашения между ними о получении и даче взятки). Новым является установление в постреволюционном российском уголовном законодательстве оснований для освобождения взяткополучателя, которыми в соответствии с примечанием к ст. 305 являются: явка с повинной и деятельное раскаяние. Также в Примечании указано, что «не является преступлением в силу малозначительности и преследуется в дисциплинарном порядке получение публичным служащим имущества, права на имущества или иной имущественной выгоды в качестве подарка при отсутствии предварительной договоренности за уже совершенное действие (бездействие), не нарушающее служебных обязанностей данного лица, если стоимость подарка не превышала однократного минимального размера заработной платы, установленного законодательством».

Кодекс воспроизвел от Уголовного кодекса 1922 г. ответственность за бездействие власти (ст. 302), добавив признаки: корыстная или иная личная заинтересованность. Усилена ответственность публичного служащего, занимающего ответственную государственную должность.

24 мая 1996 г. Государственной Думой принят Уголовный кодекс Российской Федерации [84]. Среди факторов, определявших необходимость коренной реформы уголовного законодательства, немаловажное значение имело приведение в соответствие с социально-экономическими и политическими преобразованиями, происходящими в России, тех разделов законодательства, которые предусматривали ответственность за должностные преступления, которые выделены в нем в главу 30 о преступлениях против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления.

Должностным лицом признается представитель власти, выполняющий свои функции по специальному полномочию. Кодекс уточнил, что данные указанные функции (в отличие от УК 1960 г.) лицо может выполнять только в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных или муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации. Не признаются субъектами должностных преступлений лица, выполняющие подобные функции в общественных объединениях, партиях, коммерческих структурах, совместных предприятиях. В связи с появлением ст. ст. 201, 204 не признается субъектом преступлений главы 30 лицо, выполняющее указанные функции в государственных, муниципальных предприятиях. Тем самым прекращены споры о возможности совершения должностного преступления лицом, обладающим указанными функциями в смешанных предприятиях [85]. Статьи 260, 261 УК РСФСР 1960 г. исключены, и ответственность указанных в данных статьях субъектов отныне наступает по ст. ст. 285, 286 и 293 и другим статьям данной главы УК РФ [86]. В квалифицированных составах статей 285, 286, 287 УК РФ установлена повышенная ответственность лиц, занимающих государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации [87]. Часть 2 примечания к ст. 285 дает разъяснение указанных понятий. Наравне с должностными лицами несут ответственность за служебный подлог (ст. 292 УК) государственные служащие и служащие в органах местного самоуправления.

Новая редакция нормы об ответственности за злоупотребление должностными полномочиями исключает уголовную ответственность за использование должностным лицом авторитета занимаемой должности, служебных полномочий [88]. Обязательным признаком объективной стороны злоупотребления должностными полномочиями является наличие общественно опасного последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Новый УК заменил понятие «вреда» на менее конкретное «нарушение». Поэтому возникают вопросы о содержанки понятия «нарушение» и о критериях существенности нарушений в ст. 285, 286 УК.

Статья 286 УК 1996 г., устанавливающая ответственность за превышение должностных полномочий исключила такой квалифицирующий признак как «превышение власти, если оно сопровождалось мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями».

Новый Уголовный кодекс определил предмет взятки: в виде «денег, ценных бумаг, иного имущества или выгод имущественного характера», в отличие от прежнего Кодекса более конкретно определен эквивалент со стороны должностного лица за взятку, как «действия (бездействие ) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо оно в силу должностного положения может способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе». Таким образом, должностное лицо может использовать не только предоставленные ему законом полномочия, но и авторитет занимаемой должности. Ч. 2 ст. 290 воспроизвела дореволюционное мздоимство и лихоимство, и ответственность наступает за получение взятки должностным лицом взятки за незаконные действия (бездействие). В ч. 3 ст. 290 дополнено определение субъекта преступления. Определен крупный размер взятки в примечании к ст. 290.

Включен ряд новых составов: «отказ в предоставлении информации Федеральному Собранию Российской Федерации или Счетной палате Российской Федерации» (ст. 287 УК), «присвоение полномочий должностного лица» (ст. 288 УК), «незаконное участие в предпринимательской деятельности» (ст. 289 УК).

Ответственность за присвоение полномочий должностного лица была предусмотрена УК 1960 г. в главе «Преступления против порядка управления». Уголовный кодекс устанавливал ответственность за «Самовольное присвоение звания или власти должностного лица, сопряженное с совершением на этом основании каких-либо общественно опасных действий». Включение данной нормы теперь в указанную главу вряд ли можно считать оправданным: она не имеет общих признаков с другими составами преступлений (ст. ст. 285, 286, 287, 289, 290, 292 УК РФ), которые могут быть совершены должностным лицом умышленно с использованием своего должностного положения, видовые объекты преступлений, предусмотренных статьями глав 30 и 32 практически схожи, эти преступления посягают на порядок управления (за некоторыми исключениями, установленными для гл. 30 УК (см. § 2 гл. 2 настоящей работы) [89].

Итак, следует отметить, что по мере развития государственного строя развивалась система мер, связанная с противодействием преступлениям должностных лиц. Развитие этих норм напрямую связано с изменением государственно-политического строя. Особенности этого строя отражаются на характере преступлений данной группы. Трудно назвать нынешние социально-экономические и политические реалии преходящим понятием «изменения» в то или иное качество, если не связывать его с одним изменением - переходом к правовому государству, значит в самый раз возникает необходимость констатировать сегодняшнюю общественную жизнь как «изменение», и должностные преступления в данный исторический период могут быть рассматриваемы как деликты, представляющие, особую опасность для государства, общества, отдельных граждан и требующие усиленные меры уголовно-правовой борьбы. Высокая степень общественной опасности преступлений, совершаемых должностными лицами, особым слоем людей, профессионально занимающихся управлением, персонифицированным властным органом государства, являющимся первым и самым важным признаком государства [90], была отмечена еще несколько веков назад учеными-философами. Ш. Монтескье писал: «... Известно уже по опыту веков, что всякий человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею, и он идет в этом направлении, пока не достигнет положенного ему предела» [91]. «Государственное устройство, - утверждал Аристотель, - означает то же, что и порядок государственного управления, последняя же олицетворяется верховной властью. И когда один человек или немногие, или большинство правят, руководствуясь общественной пользой, естественно, такие виды государственного устройств а являются правильными, а те при которых имеются выгоды либо одного лица, либо немногих, являются отклонениями» [92].

В тот или иной период развития государства законодатель прибегал не только к мерам уголовных репрессий. Надлежащее создание условий государственной службы предопределяло сродства для борьбы с преступлениями должностных лиц, и, соответственно, преступность должностных долго будет носить характер «бытового явления», если нет подкрепления мерам уголовно-правового воздействия.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Сравнительно-правовой анализ института уголовно-правовой давности привлечения к уголовной ответственности
Состав налоговых преступлений
Понятие соучастия в преступлении и общие положения об уголовной ответственности соучастников
Социально-правовое содержание вины
Криминологическая характеристика рецидива преступлений
Вернуться к списку публикаций