2013-11-07 22:19:53
ГлавнаяУголовное право и процесс — Общие вопросы квалификации преступлений, совершаемых должностными лицами путем использования своего служебного положения



Общие вопросы квалификации преступлений, совершаемых должностными лицами путем использования своего служебного положения


Объективные признаки преступлений, совершаемых должностными лицами путем использования своего служебного положения.

Необходимым требованием при квалификации является установление в совершенном деянии всех признаков соответствующего состава преступления. Правильная квалификация преступления представляет реализацию принципа законности, имеет важное криминологическое и правотворческое значение.

Объект, как элемент состава преступления является основанием привлечения лица к уголовной ответственности, материальной сущностью преступления, берется за основу при построении разделов и глав Особенной части Кодекса [1]. Мы поддерживаем и разделяет убеждения Б.С. Никифорова, Н.И. Коржанского, В.К. Глистина, В.Я. Тация в том, что объектом преступления являются отношения, поставленные под охрану уголовного закона. Общественные отношения это - определенные связи между людьми складывающиеся в процессе их совместной материальной и духовной деятельности [2].

Различные виды объектов должностных преступлений (родовой, видовой, непосредственный), проблемы их соотношения в науке уголовного права понимаются неоднозначно [3]. Группа преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления входит в раздел X преступлений против государственной власти. Родовым объектом группы преступлений, входящих в раздел десятый, по мнению А.В. Наумова, являются общественные отношения, обеспечивающие стабильность и нормальное функционирование государственной власти в целом, а также ее отдельных институтов и органов [4]. Видовой и родовой объекты не совпадают друг с другом, хотя и лежат в одной плоскости.

Общепринято понимать под видовым объектом должностного преступления нормальную деятельность государственного аппарата [5]. Недостаток этой позиции еще в 1956 г. отмечал А. Б. Сахаров, указывая на то, что правильная работа государственного аппарата по управлению понятие чрезвычайно широкое и многогранное, и эта работа нарушается при совершении не только должностных, но и многих других преступлений. Им было предложено другое определение объекта, по существу отражающее лишь принципы деятельности государственного аппарата, а не его содержание [6]. Б.В. Здравомыслов определяет видовой объект как «совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальную и законную деятельность органов власти и исполнения» [7].

Сравнительный анализ некоторых определений видового объекта группы общих должностных преступлений, преступлений против порядка управления и правосудия не дает возможности отграничить данные группы преступлений по видовому объекту [8].

Большинство ученых поддерживают предложенный Б.С. Никифоровым подход к изучению содержания общественного отношения путем выявления и анализа его структурных компонентов [9]. По выражению А.А. Пионтковского «преступник воздействует при совершении преступления не на общественное отношение в целом, а прежде всего на его отдельные структурные элементы [10]. В конечном итоге ущерб всегда причиняется всему общественному отношению как системе взаимосвязанных элементов. Представляется правильным методологический подход к решению проблемы объекта должностных преступлений рассматривать через структуру общественного отношения [11].

В уголовном праве выделяют следующие элементы общественного отношения: субъект отношения; предмет, по поводу которого оно осуществляется; социальная связь как содержание общественного отношения, определяемая общественно значимой деятельностью; общественный интерес.

Правильное определение субъектного состава общественного отношения вообще, социальных функций субъектов дает возможность установить: какие именно общественные отношения выступают объектом преступления, объем этих отношений и, следовательно, границы действия самого уголовного закона, механизм причинения ущерба объекту, по мнению В.Я. Тация, «если в практике борьбы с преступлениями при применении той или иной уголовно-правовой нормы возникает необходимость в расширении (или, напротив, сужения) круга субъектов, то эго одновременно означает, что следует расширить (или сузить) объект преступления, а значит и сферу действия самого уголовного закона [12].

Субъектами данных охраняемых общественных отношений являются государство (в лице соответствующих органов и должностных лиц) и граждане, соотносящиеся друг с другом как субъект и объект воздействия. Осуществляя свои полномочия должностное лицо действует не как индивид, а как представитель организации, соответствующего органа. Его действия влекут юридические последствия для организации и должны быть признаны действиями организации. Д.Н. Бахрах определяет роль должностного лица в этом же контексте: «субъектом правоотношений выступает организация, а не должностное лицо, действующее от его имени» [13]. Роль должностных лиц заключается в обеспечении нормального функционирования государственного аппарата, которое основывается на правовых нормах, определяющих компетенцию должностных лиц, круг его прав, полномочий и обязанностей [14]. Должностное лицо будучи участником общественного отношения, является одновременно и субъектом преступления. При совершении должностных преступлений нарушаются отношения между должностными лицами и органами государственной власти. Вред причиняется общественному отношению самим участником этого отношения, должностным лицом. Следовательно, автоматически ущерб терпит другой элемент данного общественного отношения. По справедливому замечанию А.К. Квициния «общественное отношение в данном случае уничтожается «изнутри» действиями должностного лица» [15], любые преступные действия по службе «исключают» его из общественных отношений, хотя лицо и сохраняет в нем свое место как работник государственного аппарата.

В то же время нельзя согласиться с А.К. Квициния в той части его рассуждений, что должностное преступление будет тогда, когда лицо совершает действия (или бездействие) в сфере своей служебной компетенции, и никакие иные действия вне круга его прав и обязанностей не составляют должностного преступления, преступными совершаемые должностными лицами с использованием своего служебного положения деяния нельзя понимать в широком смысле слова [16]. Данное положение неприемлемо, так как должен охраняться и авторитет государственного аппарата, интересы государственной власти и привело бы к сужению действия уголовного закона, что вряд ли можно считать оправданным.

Так, в Принципах этичного поведения правительственных чиновников и служащих (Principles of Ethical Conduct for Government officers and employers), введенных в действие 17 октября 1990 г. сказано: «Публичные служащие должны избегать действий (поведения), которые могут создать даже видимость злоупотреблений, поскольку это может отразиться на доверии государственному аппарату и правительству [17].

Неоднозначно решаемой в науке уголовного права при анализе структуры общественного отношения является категория общественного интереса. Тем не менее законодатель довольно часто использует термин «интерес» [18].

Собственно проблема значения общественного интереса состоит в том, в науке нет единого мнения о роли и месте общественного интереса в структуре объекта преступления [19]. Это обуславливает необходимость тщательного рассмотрения проблемы общественного интереса применительно к объекту должностных преступлений. По нашему мнению интерес находится вне структуры общественного отношения, является непосредственным условием возникновения и существования, основой общественного отношения, условием возникновения и существования общественных отношений. Структурные элементы находятся в соответствии с интересом как объективное и субъективное. Интерес субъективен, объективны условия, обуславливающие его, также как и детерминируемая им социальная связь, между субъектами общественного отношения по поводу определенного предмета. Н.И. Коржанский называет общественные отношения общественными интересами в действии [20]. По определению В.Я. Тация интерес это «объективно существующий социальный феномен, появление которого обуславливается функционированием общественных отношений. Интерес - самостоятельно существующий наряду с общественными отношениями в конечном счете порожденный ими социальный феномен». Проблема определения интереса в объекте рассматриваемых должностных преступлений [21] была поднята очередной раз в 1997 г. после принятия нового Уголовного кодекса Российской Федерации Б.В. Здравомысловым, который писал: «понятие «государственные интересы нуждается в пояснении, следовательно, вызовет затруднения у практических работников правоприменительных органов» [22].

Интересы рассматриваемых общественных отношений обусловлены предметом по поводу которого осуществляются деятельность субъектов (см. выше). Под интересами службы следует понимать общегосударственные интересы, что, разумеется, включает в себя и интересы государственного органа, учреждения, организации где выполняет свои обязанности и осуществляет свои права должностное лицо. Интересы службы, служебный долг определяются объемом обязанностей лица, вытекающих из соответствующих нормативных актов и трудового договора с органом государственной власти и иными государственными предприятиями и организациями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству [23]. Действия, противоречащие интересам службы, носящие незаконный характер, не соответствующие законам и постановлениям правительства, приказам, инструкциям, регламентирующим работу государственного аппарата в целях обеспечения соответствия его задачам, методам, рекомендуемым для решения этих задач являются преступными.

Тесно связан с другими элементами общественного отношения предмет общественного отношения. Его значение в структуре общественного отношения понимается [24]. Понятие предмета употребляется в литературе уголовного права не только в связи с охраняемым уголовным законом общественным отношением [25].

Некоторые ученые полагают, что предмет преступления вообще нецелесообразно выделять в качестве самостоятельного признака преступления [26]. В этой связи возникает необходимость переоценки таких признаков преступления, которые не входят в структуру охраняемого общественного отношения и не могут быть предметом посягательства (например, материальные и иные имущественные блага при получении взятки, ст. 290 УК РФ). В таких уголовно-правовых ситуациях необходимо выделять предмет преступления, который определен в некоторых составах в качестве обязательного признака. Таким же образом можно определить и орудия и средства совершения преступления, относящиеся к объективной стороне состава, если конечно, не понимать предмет преступления как орудие нарушения общественного отношения. Видимо, так и понимал предмет преступления Л.К. Квициния, отнесший предметы материального характера при получении-даче взятки к средствам совершения преступления [27]. Представляется наиболее верной и приемлемой точка зрения В.Я. Тация: «предметом преступления являются любые вещи материального мира с определенными свойствами которых уголовный закон связывает наличие в действиях лица признаков конкретного состава преступления» [28]. Таким образом, предметы материального характера в рассматриваемом преступлении являются предметом преступления, а не средством совершения преступления.

Вышесказанное означает, что в любом общественном отношении есть предмет по поводу которого оно осуществляется (материальное или нематериальное благо, являющееся структурным элементом общественного отношения), в любом преступлении есть предмет посягательства, и его следует устанавливать правоприменителю при определении объекта преступления, выяснения сущности нарушенных преступлением охраняемых уголовным законом общественных отношений. Предмет же преступления обязателен для квалификации лишь в том случае, если он указан законодателем в качестве конструктивного обязательного признака состава преступления. При этом нельзя относить предмет преступления к средству совершения преступления. Если материальная вещь внешнего мира используется при совершении конкретного преступления, то это - орудие или средство совершения преступления. Различие между предметом преступления и орудиями, средствами преступлениями проводится по характеру использования этих вещей в процессе совершения преступления [29].

В.Я. Таций обоснованно предлагает в уголовно-правовой терминологии различать три вида предметов, это: предмет общественного отношения, предмет посягательства, предмет преступления, определяемый в качестве отдельного признака преступления [30].

Не совсем правильным можно считать мнение А.К. Квициния, который утверждает, что предметом общественного отношения выступают органы государственной власти, либо государственный аппарат, их функционирование, а предметом преступного воздействия в должностных преступлениях является только лишь нормальная государственного аппарата [31].

Опираясь на вышесказанное, и, учитывая содержание рассматриваемых общественных отношений [32], можно сделать вывод - предметом охраняемых уголовным законом общественных отношений от общественно опасных посягательств со стороны должностных лиц являются задачи, стоящие непосредственно перед государством в целом и каждым государственным органом, организацией, учреждением в отдельности [33].

Предметом посягательства является любой из элементов общественных отношений в зависимости от конкретного преступления кроме одного из субъектов - должностного лица, являющегося нарушителем этих отношений. Любое существенное его отступление от нормы поведения лица, наделенного полномочиями представителя власти, выполняющего организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции ведет к нарушению общественных отношений.

Необходимость устанавливать предмет преступления зависит от особенностей конструкции системы признаков конкретного состава преступления. И на наш взгляд, предмет преступления зависит не только и не столько от общественного отношения, с которым он связан, а от особенностей объективной стороны преступления. Предметом преступления может быть чужое имущество: п. «в» ч. 2 ст. 159, п. «в» ч. 2 ст. 160, ст. 290: материальные ценности в любом виде и состоянии, обладающие экономическим свойством стоимости, деньги [34] как всеобщий эквивалент стоимости, выражающий цену любых других видов имущества, ценные бумаги и т.д. Ввиду того, что составы преступлений, предусмотренные ст. ст. 159, 160 УК являются материальными - для признания преступлений оконченными необходимо, чтобы виновный обратил имущество в свою пользу или других лиц и причинил ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества, то для получения взятки (ст. 290 УК) имеет значение лишь факт получения лицом указанных предметов. В таком случае предметом получения взятки, и закон не оговаривает этого, в отличие от присвоения и растраты могут быть и именные ценные бумаги и легитимационные знаки. Б.В. Здравомыслов полагает, что предмет взятки может быть передан лицу «как в собственность, так и в пользование» [35]. В.Б. Боровиков считает, что предметом взятки является «любая незаконная выгода материального характера» [36]. «Выгоды имущественного характера» в науке уголовного права большинством криминалистов понимаются как предмет взяточничества, это: выгодная для должностного лица работа [37], взятка под видом дарения, проигрыша в карты, погашения несуществующего долга, под видом выплаты материального вознаграждения, оплаты совместительства или сверхурочных работ [38]. Если следовать общетеоретическому пониманию предмета преступления с этим согласиться нельзя.

Иногда взятка может передаваться за счет незаконно добытых средств, предметов, не находящихся в гражданском обороте. Если должностное лицо получает вознаграждение из средств, добытых преступным путем, и обещание принять эти средства оно дало до совершения преступления, то его действия по ст. 33 УК (интеллектуальный пособник), соответствующей части Особенной части и 290 УК.

Если должностное лицо вместе с другими субъектами занимается хищениями материальных средств с использованием своего служебного положения, а потом часть похищенного берет себе, то такие деяния следует квалифицировать по ч. 2 ст. 160 [39]. Ю.И. Ляпунов считает, что: «Если под видом должностного оклада за якобы выполненную работу должностному лицу выплачиваются государственные денежные средства, содеянное требует квалификации по ч. 2 ст. 160» [40].

Не могут быть предметом мошенничества, растраты (в т.ч. совершаемые путем использования лицом своего служебного положения) предметы, изъятые из свободного гражданского оборота, завладение ими образует состав самостоятельного преступления. Таковы, в частности, радиоактивные материалы, наркотические и психотропные вещества, оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства, хищение которых квалифицируется в случае хищения их лицом с использованием своего служебного положения по п. «в» ч. 2 ст. 221, п. «в» ч. 2 ст. 226, п. «в» ч. 2 ст. 229. В некоторых случаях предметом рассматриваемых преступлений могут быть денежные средства или имущество, нажитые заведомо незаконным или преступным путем (п. «в» ч. 2 ст. 174, ч. 3 ст. 175). Если должностное лицо получает вознаграждение из средств, добытых преступным путем, и обещание принять эти средства оно дало до совершения преступления, то его действия квалифицируются по ст. 33 (как интеллектуального пособника), соответствующей части Особенной части и ст. 290 УК. Если должностное лицо вместе с другими лицами совершает хищения материальных средств с использованием своего служебного положения, а потом часть похищенного берет себе, то вести речь о взятке нельзя, такие действия следует квалифицировать по ч. 2 ст. 160 [41]. Ю.И. Ляпунов считает, что: «Если под видом должностного оклада за якобы выполненную работу должностному лицу выплачиваются государственные денежные средства, содеянное требует квалификации по ч. 2 ст. 160» [42]. Здесь необходимо уточнить, что взяткополучатель должен быть осведомлен об источнике этих средств и совершения преступления и дал согласие на то, что примет указанные средства в виде вознаграждения. Аналогично следует решать проблему квалификации действий взяткополучателя, если предметом преступления являются фиктивные дипломы, трудовые книжки и т. д. В некоторых должностных преступлениях предметом может быть одновременно любое движимое имущество и предметы, не находящееся в гражданском обороте (п. «б» ч. 3 ст. 188), это: наркотические средства, психотропные, сильнодействующие, ядовитые, отравляющие, радиоактивные или взрывчатые вещества, вооружение, взрывные устройства, огнестрельное оружие или боеприпасы, ядерное, химическое, биологическое и других виды оружия массового поражения, материалы и оборудование, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, стратегически важные сырьевые товары и культурные ценности, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу Российской Федерации [43].



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789101112




Интересное:


Сравнительно-правовой анализ института уголовно-правовой давности привлечения к уголовной ответственности
К вопросу о методологическом значении соотношения понятий коррупции и организованной преступности
Особый порядок судебного разбирательства в системе уголовного процесса РФ
Классификация способов сокрытия преступления
Правовое обеспечение оптимального функционирования государственного механизма как условие искоренения коррупции
Вернуться к списку публикаций