2013-11-07 22:19:53
ГлавнаяУголовное право и процесс — Общие вопросы квалификации преступлений, совершаемых должностными лицами путем использования своего служебного положения



Общие вопросы квалификации преступлений, совершаемых должностными лицами путем использования своего служебного положения


Конкуренция уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за должностные преступления, и пути ее разрешения.

Многочисленность норм, предусматривающих специальную уголовную ответственность должностных лиц, создает определенные трудности на практике и вызывает противоречия на уровне доктринальной квалификации. Нормы, представляющие конкретизацию общих составов должностных преступлений, исходя из логики их существования, обязанные с наибольшей точностью отражать степень общественной опасности содеянного, по некоторым признакам своих составов отступают от общих настолько, что в целях учета общественной опасности совершенною деяния вызывают необходимость применения идеальной совокупности преступлений [1]. При идеальной совокупности преступлений в одном деянии содержатся признаки различных составов преступлений, а это требует квалификации по нескольким статьям Уголовного кодекса, как указывает В.И. Пинчук [2]. Н.К. Семернева, Г.П. Новоселов, З.А. Николаева пишут: «идеальную совокупность образуют два (и более) преступления, причем все содеянное не может быть охвачено одной уголовно-правовой нормой» [3].

Для того, чтобы не быть голословными в оценке данной проблемы, необходимо верифицировать указанные в законе признаки общих должностных преступлений по отношению к специальным, находящимися между ними в таком известном соотношении, что если одну из конкурирующих норм отменить, то соответствующий преступный эпизод можно разрешить на основании оставшейся нормы и выявить, в каких случаях положения о конкурирующих нормах не могут быть применимы [4].

Общстсорстичсскос понимание конкуренции уголовно-правовых норм не вызывает значительных расхождений в науке уголовного права. Так, А.Б. Куринов определяет конкуренцию как тс случаи, когда одно деяние охватывается одновременно несколькими статьями Особенной части Уголовного кодекса [5]. В.И. Малков пишет: «под конкуренцией норм следует понимать такое состояние, когда при квалификации преступлений или разрешении иного вопроса обнаруживается, что на применение к данному конкретному случаю претендуют две или более уголовно-правовые нормы, частично совпадающие между собой по содержанию, рассчитанные на регулирование рассматриваемого вопроса с различной полнотой, и правоприменительному органу необходимо решить, какая из них обладает приоритетом перед остальными» [6]. Как пишет В.И. Ткаченко, «вопрос о конкуренции норм возникает, когда совпадают по основным описанным признакам: объекту, объективной стороне, субъективной стороне, субъекту» [7]. На наш взгляд, такое совпадение исключает конкуренцию.

Конкуренцию уголовно-правовых норм следует отличать от конкуренции в уголовном праве [8] и коллизии законов [9], при которой нормы находятся в противоречии. При конкуренции же нормы взаимосвязаны [10].

Некоторые ученые предлагают законодательное закрепление правил решения конкуренции уголовно-правовых норм: «законодательное закрепление видов конкуренции норм и обязательных общих правил ее преодоления существенно облегчило бы работу следствия и суда по применению уголовного закона» [11]. По мнению В.Н. Кудрявцева и С.Г. Келиной, вопросы конкуренции должны решаться не на уровне закона, а рассматриваться в работах ученых [12]. На наш взгляд, такой подход имеет более разумные основания - законодательное закрепление правил «преодоления конкуренции уголовно-правовых норм» [13] еще не решает проблемы квалификации преступления в подобных случаях, так как на практике может представить трудность определение того, какая из норм является общей, а какая специальной (а также другие варианты конкуренции). В некоторых случаях могут вступать в конкуренцию не только общие и специальные нормы, но и специальные нормы друг с другом, или образовывать идеальную совокупность преступлений (которая не образует множественности преступлений) [14] или реальную совокупность. Такие типовые правила по отношению к каждой из норм Особенной части в законодательстве закрепить вряд ли возможно. Закон определяет конкуренцию (ч. 3 ст. 17 УК) следующим образом: «Если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме» [15].

В науке выделяют и другие виды конкуренции. Так, В.И. Пинчук пишет, что в теоретических работах число возможных вариантов конкуренций доходит до шести [16]. При этом, данный ученый выделяет конкуренцию общей и специальной норм, отягчающих обстоятельств, составов преступлений с квалифицирующими и смягчающими обстоятельствами [17], Н.К. Семернева, Г.П. Новоселов, З.А. Николаева - части и целого, общей и специальной норм [18]. О.Ф. Шишов - целого и части; общей и специальной норм; отягчающих и смягчающих обстоятельств; отягчающих обстоятельств [19].

Так называемая конкуренция части и целого имеет место между составами, разнородными по своим основным признакам, но в то же время один из составов может поглощает признаки другого состава преступления. Поэтому применению подлежит последняя норма. Конкуренция отягчающих обстоятельств возникает в случае совершения виновным деяния, предусмотренного различными частями одной статьи Особенной части УК. В целях учета общественной опасности содеянного следует применять ту часть статьи, которая предусматривает наиболее строгое наказание [20].

Общепринято понимать в качестве общего для всех составов состав, предусмотренный ст. 285 УК РФ - злоупотребление должностными полномочиями. С объективной стороны злоупотребление должностными полномочиями характеризуется следующими элементами в их совокупности: общественно опасным деянием, общественно опасным последствием, причинной связью между деянием и последствием. Деяние (действие или бездействие [21]) должно быть формально связанно с должностными полномочиями, но наряду с этим, связанным с их нарушением. Действия должностного лица, не связанные с его должностными обязанностями не могут квалифицироваться как должностное преступление [22]: «Злоупотреблением должностными полномочиями могут быть признаны такие действия (бездействие) должностного лица, которые вытекали из его служебных полномочий и связаны с осуществлением прав и обязанностей, которыми это лицо наделено в силу занимаемой должности» [23]. Норма об ответственности за злоупотребление должностными полномочиями исключает уголовную ответственность за использование должностным лицом авторитета занимаемой должности [24]. Деяние должно быть направлено против интересов службы. Наступление указанных в ст. 285 УК последствий является обязательным условием привлечения виновного к ответственности за оконченное преступление [25].

Большинством правоведов признается умысел как прямым, так и косвенным по отношению к данному общественно опасному деянию и наступлению общественно опасных последствий. Обязательным для квалификации преступления является выяснение таких мотивов, как «корыстная или иная личная заинтересованность».

Распространенной формой злоупотребления должностными полномочиями является временное позаимствование чужого имущества. Временное поза- имствование означает, что должностное лицо из корыстной или иной личной заинтересованности пользуется чужим имуществом в отношении которого он имеет определенные правомочия, имея намерение со временем возвратить их собственнику, в то время как другие собственники заинтересованы в том, чтобы имущество находилось в обороте. На практике нередки случаи, когда временное позаимствование принимают за хищение (в форме присвоения или растраты (ст. 160 УК). Так, завмаг К., первоначально осужденный за хищение, изъял из выручки 7 тыс. рублей с тем, чтобы внести их в кассу магазина в следующем месяце, а 2,5 тыс. р. дал в долг. Уголовная ответственность дожит наступать за злоупотребление властью или служебным положением [26]. Сложность разграничения этих преступлений обусловлена тем, что оба состава образуют ряд сходных признаков. Присвоение или растрата путем использования лицом своих служебных полномочий с объективной стороны характеризуется нарушением должностных полномочий и причинением имущественного ущерба. Субъективно это преступление совершается с прямым умыслом и характеризуется корыстной целью. Аналогичные признаки свойственны и должностному злоупотреблению из корыстной заинтересованности, по мнению В. Курченко, К. Сухарева [27]. Названные авторы проводят различия между злоупотреблением и хищением по тем основаниям, что при хищении собственник терпит реальный ущерб, а при злоупотреблении вред может быть и форме упущенной выгоды, реального вреда или же того и другого в совокупности [28].

Н.С. Лейкина разъясняла какими отличительными качествами должно обладать корыстное злоупотребление должностными полномочиями. 1. Последствием такого злоупотребления может быть причинение материального ущерба государству или общественной организации как в виде уменьшения имущественного фонда, так и в виде упущенной выгоды. 2. Изъятие имущества при корыстном злоупотреблении, повлекшем уменьшение имущественных фондов, не является безвозмездным (должностное лицо возмещает стоимость имущества полностью или частично, возвращает). 3. Отсутствие у виновного цели безвозмездного обращения имущества в свою собственность, но был корыстный мотив или иная личная заинтересованность [29]. В целом также решаются вопросы дифференциации названных составов рядом других авторов [30].

Также следует отличать злоупотребление должностными полномочиями от мошенничества (ст. 159 УК) [31] и причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК) [32]. Надо отмстить, что если должностное лицо совершает путем использования своего должностного положения хищение либо вымогательство радиоактивных материалов (п. «в» ч. 2 ст. 221 УК), хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (п. «в» ч. 3 ст. 226 УК), хищение либо вымогательство наркотических средств или психотропных веществ (п. «в» ч. 2 ст. 229 УК), деяние может быть совершено и форме кражи, грабежа и разбоя. Примечание к ст. 158 гласит, что «Неоднократным в настоящей статье, а также в статьях 226 и 229 настоящего Кодекса признается совершение преступления, если ему предшествовало совершение одного или более преступлений, предусмотренных этими статьями, а также статьями 158 — 164 и 209 настоящего Кодекса».

По своим признакам является общим для всех составов должностных преступлений злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК) следует признать специальным по отношению к нему состав, предусмотренный статьей 286 УК - превышение должностных полномочий.

Нецелесообразность уголовной ответственности за превышение должностных полномочий отмечал еще в 1956 г. А.Б. Сахаров, делая акцент на том, что эти составы по существу ничем не отличаются, «поскольку злоупотребление должностными правами, нарушение их, есть тем самым и их превышение: одно невозможно без другого. При таких условиях разграничение этих составов, основанное на весьма условных и нечетких признаках, может привести лишь к затруднениям и путанице [33] и будет неизбежно отвергнуто судебной практикой...» [34]. Также выказывался Н.А. Стручков: «... превышение власти представляет собой вид злоупотребления властью, ибо в этом случае должностное лицо совершает общественно опасное и уголовно наказуемое деяние, используя свое служебное положение» [35]. Но и получение взятки совершается путем использования лицом своего должностного положения, однако между данными составами нельзя ставить знак равенства, и на этом основании квалифицировать предусмотренное ст. 290 УК по ст. 285 УК. Н.С. Лейкина обращала внимание на ничтожный удельный вес превышения власти (речь идет о ч. 1 ст. 286 УК) в общем балансе должностных преступлений (по нашим данным - 5 % от общего числа должностных преступлений) [36]. Некоторые авторы считают, что различия между названными составами состоят в обязательности для квалификации такого признака состава, как мотив, указание на который содержится в ст. 285 и, напротив, отсутствует в ст. 286 УК РФ. Тем не менее, как отмечает А. Аснис, если превышение должностных полномочий совершается из корыстной или иной личной заинтересованности, такое различие становится непринципиальным. Так, он пишет: «в судебной практике обычно не встречаются дела, по которым виновные осуждались бы за то, что выйдя за пределы своей компетенции, они совершили действия, которые были бы правомерными при совершении их вышестоящим должностным лицом или должностным лицом другого ведомства или коллегиальным органом. Это объясняется тем, что хотя такие действия формально нарушают служебную компетенцию, но, оставаясь правомерными по своей сути, обоснованно не признаются причинившими существенный вред ...» [37]. Обращает на себя внимание полная тождественность санкций обоих составов.

Грамматическое толкование ч. 1 ст. 286 позволяет сделать вывод относительно того, что деяние может быть выражено только в форме действия. Это подтверждается мнениями большинства теоретиков уголовного права [38]. «Для установления факта выхода лица ... за пределы его служебной компетенции, - отмечает Б.В. Здравомыслов, - последняя должна быть четко определена в соответствующем акте, имеющем правовую силу. Отсутствие должной правовой регламентации компетенции данного лица практически исключает возможность установления в его действиях состава данного преступления...» [39].

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда СССР № 4 от 30 марта 1990 г. указано, что таковыми действия могут быть признаны: действия, которые относятся к полномочиям другого лица, действия, которые могли быть совершены только данным должностным лицом при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте, а также те действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать (в литературе отмечалось, что последняя форма превышения «практически всегда образует квалифицированный состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 171 УК» [40]) [41]. В.Ф. Кириченко относит также к таким действиям должностного лица те действия, которые относятся к полномочиям лица другого ведомства [42].

Редакция нормы дает основание полагать, что деяние может быть совершено путем совершения не одного, а лишь нескольких действий, что по существу представляется неправильным (например, сотрудник милиции может при- чииить вред здоровью потерпевшего одним выстрелом).



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789101112




Интересное:


Понятие преступных посягательств на отношения, обеспечивающие нормальные условия содержания и воспитания несовершеннолетних, и история регламентации ответственности за них
Обычный подарок или взятка
Классификация рецидивов преступлений
Обоснованность задержания и заключения под стражу по УПК РФ
Российская наука уголовного права о вине
Вернуться к списку публикаций