2013-09-13 16:55:52
ГлавнаяУголовное право и процесс — Понятие доказательств по уголовному делу и их свойства



Понятие доказательств по уголовному делу и их свойства


Свойства доказательств в уголовном процессе России

Ст. 88 УПК РФ устанавливает, что каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства - достаточности для разрешения уголовного дела. Именно относимость, допустимость, достоверность и достаточность доказательств в науке уголовно-процессуального права принято считать свойствами доказательств. Относимость доказательств в литературе в основном трактуется как способность доказательств обосновывать, доказывать или опровергать опредёленное обстоятельство, подлежащее доказыванию по уголовному делу [1]. B.C. Балакшин пишет, что отвечающим требованиям относимости следует признавать доказательства, которые: 1) подтверждают обстоятельства, имеющие значение . для правильного разрешения уголовного дела. При этом спектр данных обстоятельств не ограничен совокупностью обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу, а значительно шире. К ним необходимо отнести сведения о других доказательствах, в частности, характеризующих их с точки зрения допустимости, достоверности, версии подозреваемых, обвиняемых, их доводы по поводу содеянного и т.д.; 2) опровергают обстоятельства, имеющие значение для дела; 3) соотносятся с названными обстоятельствами (не обязательно со всеми) по времени, в пространстве и как следствие и причина [2]. В ч. 1 ст. 74 УПК РФ указано, что в качестве доказательств выступают сведения, которые применяются не только для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, но и иных обстоятельств, имеющих значение для дела. К последним следует отнести сведения, позволяющие устанавливать наличие или отсутствие определённых доказательств, другими словами, сведения о местонахождении доказательств; сведения, с помощью которых устанавливается достоверность и допустимость доказательств, а также те обстоятельства (доказательственные факты [3]), без выяснения которых невозможно установить обстоятельства, входящие в предмет доказывания по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Необходимо отметить, что авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе» в своём определении относимости доказательств делают акцент на значение этого свойства не только при установлении обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию, но и при установлении обстоятельств, имеющих значение для дела. В частности они указывают: «Под относимостью доказательств понимается связь между содержанием последних и обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, или иными данными, имеющими значение для правильного расследования и судебного разбирательства дела (ст. 131 УПК РСФСР)». Далее перечисляются случаи, в которых доказательства могут быть признаны относимыми к делу: «информации будет рассматриваться с позиций возможного места этой информации в системе доказательств по делу, т.е. возможности её использования, по крайней мере, для одной из следующих целей: а) установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания; б) обнаружения других доказательств (сведения о местонахождении, содержании, возможных препятствиях к контакту с носителем информации, искажениях и пробелах содержания, которые надо будет иметь в виду при собирании соответствующих доказательств); в) установления промежуточных фактов, совокупность которых позволяет в конечном счете установить обстоятельство, входящее в предмет доказывания; г) «дублирующего» установления фактов и обстоятельств, уже установленных другими доказательствами, в целях проверки и усиления надежности системы доказательств данной версии; д) опровержения фактов, относящихся к другим версиям, выдвинутым по делу; е) проверки полноты и достоверности собранных фактических данных путём исследования условий их формирования, передачи, хранения» [4].

В целом следует признать эту позицию правильной, однако необходимо уточнить, речь идёт об относимости доказательств или относимости информации, используемой при расследовании и разрешении уголовного дела для достижения иных (недоказательственных) целей.

Представляется, что всё вышесказанное верно и для относимости доказательств, и для относимости информации.

Определённую роль в оценке относимости доказательств играют фактические (естественные) презумпции - правила, отражающие «обычный порядок вещей», т. е. ту связь между предметами, явлениями, фактами, которая чаще всего встречается. Под презумпцией обычно понимают общее правило, отображающее устойчивые, неоднократно наблюдаемые связи между фактами, событиями, явлениями, состояниями, свойствами [5].

Категория «относимость доказательств» присуща также правовым системам других стран. Так, в соответствии с федеральным законодательством США относимыми признаются доказательства, в любом виде способные сделать наличие какого-либо факта, который отразится на квалификации содеянного, более вероятным или менее вероятным, чем в отсутствие данных доказательств. Но этот обтекаемый стандарт фактической относимости доказательств должен быть оценён на фоне других факторов, прежде всего опасностью возникновения ненадлежащего предубеждения. Правило 403 Федеральных правил о доказательствах гласит, что доказательства, которые во всех прочих отношениях считаются относящимися к делу, «могут быть исключены из рассмотрения судом, если их доказательная сила существенно перевешивается опасностью возникновения ненадлежащего предубеждения, путаницы в вопросах, введения присяжных в заблуждение, либо перевешивается соображениями о необходимости избежать излишней задержки в судоговорении, потери времени или ненужного представления совокупности доказательств» [6].

Рассмотрим следующее свойство доказательств - допустимость. С момента введения Конституции РФ 1993 года в действие особое внимание уделяется именно этому свойству доказательств. Ярким свидетельством этого являются неутихающие дискуссии о самом определении свойства допустимости доказательств, критериев признания доказательств допустимыми, возможности использования института допустимости доказательств как стороной защиты, так и стороной обвинения, существенности нарушений закона при признании доказательств недопустимыми, а также связи допустимости с достоверностью доказательств. Обеспечение эффективности правосудия по уголовным делам неразрывно связано с исследованием допустимости тех или иных доказательств. В соответствии со ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Применительно к уголовному судопроизводству это правило закреплено в ст. 75 УПК РФ. В специальной литературе подчёркивается, что законодатель, закрепив в ст. 7 УПК РФ принцип законности в сфере производства по уголовным делам и имеющий отношение к доказыванию в целом, по сути возвёл положение, связанное с установлением такого свойства доказательств как допустимость, на уровень принципа уголовного судопроизводства [7].

Под допустимостью доказательств B.C. Балакшин понимает совокупность признаков, закреплённых в уголовно-процессуальном законе, которым отдельно взятое доказательство, имеющееся в конкретном уголовном деле, должно полностью соответствовать, выступая в качестве процессуальной основы установления и доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела. Иначе говоря, здесь данная характеристика выступает в роли модельного критерия, который приобретает конкретные очертания тогда, когда речь заходит о конкретном доказательстве в каком-либо уголовном деле [8].

При этом B.C. Балакшин отмечает, что сам термин «допустимость» в уголовно-процессуальном законе употреблен всего один раз (ч. 1 ст. 88 УПК). Во всех других случаях говорится о недопустимости доказательств [9].

Но существует и иное понимание допустимости доказательств: это межотраслевой правовой институт, основанный на конституционном праве личности на исключение доказательств, полученных с нарушением федерального закона, гарантирующий соблюдение важнейших прав и свобод человека и гражданина при осуществлении правосудия [10].

Правила признания доказательств недопустимыми на стадии предварительного расследования прокурором, следователем и дознавателем определены ч. 3 ст. 88 УПК РФ.

Проверка того, допустимы ли доказательства, подлежащие исследованию в рамках судебного следствия, и исключение недопустимых доказательств из судебного разбирательства составляет одну из основных задач предварительного слушания.

Суд вправе как в предварительном слушании, так и в ходе судебного разбирательства по собственной инициативе или по ходатайству сторон, выслушав мнение заинтересованных участников процесса, сославшись на Конституцию РФ как на нормативный акт высшей юридической силы и прямого действия, вынести постановление о недопустимости тех или иных доказательств.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» правильно разъяснил, что «доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом» (п. 16 ППВС). При этом суд использовал термин «закрепление» доказательств, который в УПК РФ не определяется. Анализ специальной литературы показывает, что закрепление доказательств является составляющей процесса их получения, который, по мнению B.C. Балакшина, включает собирание, закрепление и проверку доказательств [11].

Перечень недопустимых доказательств, содержащийся в ст. 75 УПК РФ, не является исчерпывающим, так как общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные Кодексом, то применяются правила международного договора.

В процессуальной литературе активно обсуждаётся вопрос о том, всякое ли нарушение закона при собирании доказательств влечёт безусловную их недопустимость. В практике подобные достаточно часто. Авторы Концепции судебной реформы в Российской Федерации и некоторые представители процессуальной науки полагают, что любое нарушение закона при собирании доказательств делает их недопустимыми [12]. Однако значительная часть учёных и практикующих юристов предлагают признавать недопустимыми лишь те доказательства, которые получены с существенными нарушениями закона. Критериев для определения существенности нарушения два: повлияло ли или могло повлиять нарушение на достоверность полученной информации и могут ли быть устранены или восполнены процессуальными средствами допущенные нарушения [13].

Отметим, что в ч. 3 ст. 68 проекта УПК РФ использовалась следующая формулировка: «Доказательство должно быть признано недопустимым, если оно получено с нарушением конституционных прав и свобод человека и гражданина или с иными нарушениями требований настоящего Кодекса, которые путем лишения либо стеснения гарантированных законом прав участников процесса или нарушением иных правил уголовного процесса при расследовании либо судебном разбирательстве дела повлияли или могли повлиять на достоверность полученного доказательства» [14]. Законодатель связывал допущенное нарушение с достоверностью конкретного доказательства.

Следует отметить, что факты нарушения закона нельзя отождествлять с обоснованными сомнениями в законности получения доказательств, поскольку в процессе разбирательства по существу необходимо тщательно исследовать обстоятельства, при которых были собраны материалы, и лишь затем определиться относительно их юридической силы. Наконец, не любое нарушение закона изначально предопределяет возможность признания доказательства недопустимым, а лишь то, которое непосредственно связано с установленной законодателем процессуальной формой сбора и фиксации полученных сведений, нарушение которых порождает неустранимые сомнения в истинности содержания доказательственной информации.

Как свойство доказательства допустимость включает в себя четыре составляющих:

1) надлежащий субъект, правомочный проводить процессуальные действия, направленные на получение доказательств;

2) надлежащий источник сведений, составляющих содержание доказательства;

3) надлежащее процессуальное действие, используемое для получения доказательств;

4) надлежащий порядок проведения процессуального действия, используемого как средство получения доказательств [15].

Отталкиваясь именно от этих составляющих, и следует определять критерии недопустимости признания тех или иных сведений в качестве доказательств по уголовному делу, чётко различая, с какой именно группой процессуальных нарушений или упущений мы имеем дело в каждом конкретном случае.

Рассмотрим критерии недопустимости доказательств [16].

Получение доказательств ненадлежащим субъектом, правомочным собирать доказательства. К данному критерию относятся, в частности, следующие случаи:

1) нет постановления о принятии дела к своему производству в соответствии с ч. 2 ст. 39, п. 2 ч. 2 ст. 37, ст. 156, ч. 3 ст. 163 УПК РФ;

2) нет постановления руководителя следственного органа о создании следственной группы согласно ч. 2 ст. 163 УПК РФ;

3) нет решения прокурора о передаче материалов дела другому органу предварительного расследования, следователю (пп. 11, 12 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);

4) нет отдельного поручения органу дознания на производство следственных действий (п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ);

5) деятельность органов дознания в порядке ст. 157 УПК РФ осуществлялась без возбуждения уголовного дела;

6) деятельность органов дознания по делам, по которым предварительное следствие обязательно, проводилось свыше 10 суток (ч. 3 ст. 157 УПК РФ);

7) имели место нарушения прав подведомственности или подсудности (ст. 32, ст. 152 УПК РФ);

8) материалы для производства экспертизы собраны самим экспертом в нарушение п. 2 ч. 4 ст. 57 УПК РФ и другие [17].

Получение доказательств из ненадлежащего источника. К доказательствам такого рода относятся следующие, если:

1) показания потерпевшего, свидетеля, основаны на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомлённости (п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ);

2) на основании ст. 191 УПК РФ несовершеннолетнее лицо в возрасте до 14 лет допрашивалось без участия педагога;

3) в качестве свидетеля допрошено лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления;

4) следователь не удостоверился в личности свидетеля или потерпевшего (ч. 5 ст. 164 УПК РФ);

5) показания свидетелей и потерпевших содержатся в объяснениях, письменных заявлениях (в том числе удостоверенных нотариусом), тогда как единственно приемлемой законом процессуальной формой фиксации показаний является протокол допроса (ст. 190 УПК РФ);

6) заключения и показания эксперта и специалиста, если имеются обстоятельства, дающие основание полагать, что они лично, прямо или косвенно, заинтересованы в исходе данного уголовного дела (ч. 2 ст. 61 УПК РФ), они находились или находятся в служебной или иной зависимости от сторон или их представителей, обнаружится их некомпетентность (пп. 2, 3, ч. 2 ст. 70, ч. 2 ст. 71 УПК РФ).

Получение доказательств ненадлежащим процессуальным действием. Подлежат исключению как недопустимые:

1) протоколы изъятия и досмотра, оформленные вместо протокола выемки и обыска;

2) протоколы проверки показаний на месте, оформленные вместо протоколов осмотра с участием подозреваемого, обвиняемого, свидетеля либо вместо протоколов следственного эксперимента;

3) медицинские справки об осмотре обвиняемых, подозреваемых, потерпевших и свидетелей вместо протокола освидетельствования в порядке ст. 179 УПК РФ;

4) расшифровки аудиозаписей, произведённых следователем с указанием принадлежности голосов, вместо заключения фоноскопической экспертизы;

5) все доказательства, собранные за период административного ареста, оформленного вместо протокола задержания в порядке ст. 91 УПК РФ.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Незаконное предпринимательство и преступления против собственности
Объективные и субъективные признаки состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК Российской Федерации.
Реализация принципа состязательности и равноправия сторон в досудебных производствах уголовного процесса.
Теория виктимологии
Ограниченная вменяемость
Вернуться к списку публикаций