2013-09-13 15:56:42
ГлавнаяУголовное право и процесс — Процесс доказывания в уголовном судопроизводстве и его элементы



Процесс доказывания в уголовном судопроизводстве и его элементы


Роль специальных знаний в процессе доказывания

Применение специальных знаний в уголовном судопроизводстве оказывает существенное влияние на правила доказывания. Необходимость применения специальных знаний при расследовании по уголовным делам не вызывает никаких сомнений, как, впрочем, и то, что роль сведущих лиц в процессе доказывания постоянно возрастает. Это в значительной степени связано с тем, что на фоне бурного развития науки и техники идет активное использование их достижений для совершения и сокрытия преступлений, в том числе и в области высоких технологий.

Прежде чем вести речь о перспективах правового регулирования института сведущих лиц в уголовном процессе России, необходимо определиться в понятийном аппарате.

Как совершенно справедливо отмечают Р.Ю. Трубицын и В.Н. Хрусталёв, на следователя уголовно-процессуальный закон возлагает функции доказывания: собирания, оценки и использования доказательств. Для осуществления этих функций следователю нужны юридические знания: знания в области законодательства, материального (уголовного) права и процессуального права. Этих знаний нередко оказывается недостаточно для разрешения специфических задач, возникающих при расследовании преступлений. Законодатель предусмотрел возможность получения следователем эффективной помощи со стороны сведущих лиц, обладающих необходимыми для решения возникшей следственной задачи знаниями, умениями и навыками. Для их обозначения в УПК введено правовое понятие «специальные знания» (ст. 57, 58, 195). Исходя из назначения введенного правового понятия, можно предположить, что законодатель имел в виду особый характер и уровень специальных знаний: это не юридические, не общеизвестные, не общедоступные знания, которыми располагает ограниченный круг людей. Носители специальных знаний именуются в уголовно-процессуальной науке и практике сведущими лицами [1]. Но учёными обсуждается также вопрос о возможности проведения правовых экспертиз, а также дачи заключения специалистом по правовым вопросам.

Законодатель Республики Молдова решает вопрос о правовых экспертизах следующим образом: в ч. 2 ст. 88 УПК Молдовы содержится правило о том, что эксперт не может назначаться или иным образом привлекаться к производству по уголовному делу в качестве эксперта по юридическим вопросам [2].

А. Кудрявцева и Ю. Лившиц, рассматривая данный вопрос, делают следующие выводы:

1. Понятие «правового» (или «неправового») вопроса в институте судебной экспертизы в рамках уголовно-процессуального права является условным. Необходимо иметь ввиду, что эксперт, отвечая на, вопрос правового характера, не должен осуществлять квалификацию деяния как оценку фактических обстоятельств дела на основе знания и толкования закона и права. Давая заключение, эксперт свои исследования и выводы строит на использовании специальных (неправовых) познаний.

2. Экспертизы, которые по своей форме носят правовой, а по содержанию специальный (технический) характер, нельзя считать правовыми. Это относится к экспертизам, проводимым по делам о нарушении правил техники безопасности в различных областях и видах работ.

3. Нельзя запретить следователям, судьям, защитникам, прокурорам обращаться при возникновении сложных вопросов о квалификации деяния к узким специалистам в области права. Однако эта информация не должна носить процессуальный характер, она может только помочь следователю, суду принять обоснованное решение по делу, правильно оценить обстоятельства уголовного дела, а прокурору и защитнику выстроить обвинение и защиту по делу [3].

Идею о консультировании следователей, дознавателей, судей по вопросам применения права, в частности международного, таможенного, налогового, банковского, земельного и др. поддерживают и другие учёные [4].

Л.В. Виницкий пишет: «Отечественное законодательство весьма подвижно, что свидетельствует в определенной мере о его невысоком качестве. В результате принимаемые законы поддаются пониманию с большим трудом даже юристами. Кроме того, следует учитывать, что согласно ст. 4 УК РФ, при квалификации содеянного следует руководствоваться текстом закона, действовавшего на время совершения расследуемого события. Иными словами, необходимо представлять точную редакцию закона во времени. По этой причине знать определенные тонкости (противоречия), имеющиеся, например, в банковском, финансовом, коммерческом или любом другом праве на конкретный день следователь (судья) просто не в состоянии». Завершая цепь рассуждений об участии специалиста в доказывании, Л.В. Виницкий справедливо отмечает, что «можно утверждать, что если правомерно получать информацию от специалиста в ходе его допроса по правовым вопросам, то нет оснований возражать против такой формы как заключение специалиста, ибо они обе предусмотрены процессуальным законом» [5].

Мы полагаем, что в том контексте, в котором Л.В. Виницкий рассматривает возможность дачи заключения по правовым вопросам, последние допустимы в качестве доказательств. Однако квалифицировать деяние, а также решать другие вопросы, ответы на которые должны в соответствии со ст. 299 УПК РФ содержаться в приговоре суда, правоприменитель должен самостоятельно. Хотя при этом не исключается его консультирование другими специалистами в непроцессуальном порядке.

При принятии Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001. № 73-?3 законодатель использовал термин «специальные знания», имея в виду знания в области науки, техники, искусства или ремесла (ст. 2, 9). Однако, как верно отмечает А.П. Рыжаков, сам Закон посвящен не специалисту (специальным знаниям), не эксперту в уголовном процессе и даже не уголовно-процессуальной экспертизе. В нём регламентируется правовой статус государственных судебно-экспертных учреждений и государственных судебных экспертов. Соответственно, в ст. 2 и 9 Федерального закона закреплено правило, что эти государственные судебно-экспертные учреждения и государственные судебные эксперты могут проводить судебные экспертизы по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла. Но это положение никоим образом не касается правового статуса иных лиц, обладающих специальными знаниями и приглашенных для участия в уголовном деле в качестве специалиста [6].

Учитывая изложенное, нет оснований считать неправомерным использование специальных правовых знаний при производстве по уголовным делам.

К сказанному можно добавить то, что в юридической практике часто имеет место обращение одних специалистов в области юриспруденции к другим. В качестве примера можно привести экспертизу проектов нормативных актов или рассмотрение в Конституционном Суде РФ вопросов о конституционности отдельных положений закона, где в качестве экспертов приглашаются высококвалифицированные юристы (в том числе доктора юридических наук).

Использование лицом, не являющимся специалистом или экспертом по уголовному делу, специальных знаний (помимо юридических) в ряде случаев, например, при оценке судом тех или иных доказательств, следует признавать недопустимым. Так, суд, отказывая в проведении фоноскопической экспертизы аудиозаписи, указал, что при прослушивании звукозаписей на аудиокассетах в судебном заседании судом никаких следов монтирования не выявлено. Таким образом, суд выступил в роли экспертного учреждения, каковым он не является, а разрешение данного вопроса требовало использования специальных технических средств и знаний. В результате приговор был отменен [7]. Участие судьи, прокурора, следователя, дознавателя, защитника, представителя потерпевшего, гражданского истца или ответчика по данному уголовному делу в качестве специалиста или эксперта является основанием для отвода (ст. 61, 72 УПК РФ). Однако следует согласиться с позицией А. Соловьёва, который считает, что «наличие у следователя специальных знаний может исключать необходимость привлечения специалиста для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. В данных случаях отсутствие специалиста не должно повлечь отрицательных последствий для исследования обстоятельств преступления и получения доказательственной информации. Поэтому наличие у сторон и суда достаточных, на их взгляд, специальных познаний даёт им возможность не прибегать в этих случаях к помощи специалиста» [8].

Особое значение сведущих лиц в предварительном следствии подчеркивал еще Ганс Гросс в своем монументальном труде «Руководство для судебных следователей как система криминалистики». Так, в главе пятой - «О сведущих лицах» - он писал: «Без сомнения, важнейшим вспомогательным средством, имеющимся в распоряжении судебного следователя, являются лица сведущие, заключение которых часто оказывает решающее влияние на дело» [9].

Эффективность использования достижений науки и техники в расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел зависит от учёта современных научных возможностей и различных факторов, обусловленных реалиями следственной и судейской работы. Большую роль при этом играет степень соответствия установленной процессуальной формы требованиям практики.

Безусловно, основная форма использования специальных научных знаний в расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел - это судебная экспертиза. Все процессуальные действия, содержанием которых является применение специальных знаний, связаны с этим институтом. Однако немаловажную роль призваны сыграть в уголовном судопроизводстве и такие сведущие лица как специалисты.

Тенденция возрастания роли сведущих лиц в расследовании преступлений отразилась и в изменении законодательства. До принятия кодексов 1959 - 1961 гг. декларировалась лишь одна форма использования специальных знаний - экспертиза. Отсутствовала законодательная регламентация привлечения сведущих лиц для оказания технической помощи и консультаций, что ставило под сомнение её допустимость и вызывало ряд нареканий. Поэтому в уголовный процесс был введён новый участник - специалист, что нашло свое воплощение в УПК РСФСР 1960 г.

Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 31 августа 1966 г. дополнил УПК статьёй, определяющей правовое положение специалиста в уголовном процессе.

В юридической литературе «специальными» принято обозначать знания, умения и навыки, которыми владеет более или менее узкий круг людей и которые приобретены ими в результате специального образования, особой профессиональной подготовки и опыта. Эти знания необходимы для занятия каким-либо определённым видом деятельности и используются в судопроизводстве для рассмотрения и решения вопросов, относящихся к данной конкретной области человеческой деятельности (Эйсман А.А., 1967; Галкин В.М., 1968; Соколовский З.М., 1969; Нагорный Г.М., 1980; Завальнюк А.Х., 1982; Циркаль В.В., 1984; Махов В.Н., 1993; Орлов Ю.К., 1995; Эксархопуло А.А., 2005 и др.). Таким образом, исходя из положений ст. 58, 71 УПК РФ, специалист - любое не заинтересованное в деле лицо, обладающее специальными знаниями, необходимыми для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Но для приобретения лицом процессуального статуса специалиста необходимо его привлечение в установленном порядке к участию в деле. Очевидно, что привлечение предполагает вызов или приглашение. В ч. 2 ст. 58 УПК РФ сказано, что вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяется статьями 168 и 270 УПК. Но в названных статьях ничего не сказано о процедуре вызова. По мнению некоторых учёных, порядок привлечения специалиста может быть аналогичен процедуре вызова свидетеля или же осуществлён в более простой форме [10].

УПК РФ значительно расширил диапазон участия в уголовном процессе специалиста. Так, если до вступления в силу УПК РФ С.А. Шейфер писал, что «познавательная роль специалиста должна быть расширена. В частности целесообразно предусмотреть возможность его участия в любом следственном действии» [11], то сейчас это реализовано в положениях ст. 58 УПК РФ. Перемены, произошедшие в связи с реформой судебной системы, позволили ещё больше усовершенствовать уголовное судопроизводство, включая институты доказательств и доказывания. Следует особо отметить внесение в ч. 2 ст. 74 пункта 31, позволившего отнести к доказательствам заключения и показания специалиста.

В соответствии со ст. 80 УПК РФ в качестве заключения специалиста используется представленное им в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами. В качестве показаний специалиста — сведения, сообщённые им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснения своего мнения в соответствии с требованиями статей 53, 168 и 271 уголовно-процессуального кодекса.

Таким образом, законодатель чётко определил, по каким вопросам сегодняшние заключения и показания специалистов будут охвачены процессуальной формой, а по каким - нет. К последним относятся вопросы отбора исходных данных для экспертного исследования.

Подтверждение научных положений специалистами практиковалось ещё в период действия Устава уголовного судопроизводства 1864 года. Л.E. Владимиров называл таких специалистов, участвующих в уголовном судопроизводстве, «справочными свидетелями» - сведущими лицами, которые «дают из области своего опыта сведения, освещающие некоторые стороны уголовных дел... Суд, вооружившись этими сведениями, справкой, самостоятельно затем решает возникший вопрос... Призывается, например, бухгалтер для объяснения порядка счетоводства в каком-нибудь торговом заведении» [12].

Процесс полного разделения институтов экспертизы и свидетельских показаний давно уже завершился, а потому место справочного свидетеля давно уже заняло сведущее лицо, осуществляющее справочную деятельность [13].



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Международные уголовно-правовые и уголовно-процессуальные вопросы борьбы с коррупцией
Проблемы субъективного вменения как принципа уголовного права Российской Федерации
Некоторые вопросы ответственности за организацию преступного сообщества
Состав налоговых преступлений
Специальный случай освобождения от уголовной ответст­венности за налоговые преступления
Вернуться к списку публикаций