2013-09-13 15:56:42
ГлавнаяУголовное право и процесс — Процесс доказывания в уголовном судопроизводстве и его элементы



Процесс доказывания в уголовном судопроизводстве и его элементы


Характеристика элементов доказывания

Согласно ч. 1 ст. 85 УПК РФ доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 Кодекса. Остановимся подробнее на характеристике элементов доказывания.

Доказывание, представляющее собой сердцевину уголовно-процессуальной деятельности, в качестве одного из важнейших элементов, включает собирание доказательств: их обнаружение либо истребование и закрепление (фиксацию).

В процессуальной литературе существует несколько точек зрения на собирание доказательств как уголовно-процессуальную категорию. Особенно актуален этот вопрос стал с принятием УПК РФ и предоставлением защитнику права собирать доказательства.

По мнению А.Р. Белкина, собирание доказательств – понятие комплексное. Оно включает в себя их обнаружение (розыск, поиск), получение, фиксацию, изъятие и сохранение [1]. Авторы Теории доказательств, пишут, что понятием собирания доказательств охватывается их поиск (розыск), обнаружение и получение (извлечение) содержащейся в них информации органом расследования и судом [2].

Большинство учёных, представителей науки уголовно-процессуального права под собиранием доказательств в науке уголовно-процессуального права понимают «обнаружение и фиксацию сведений, относящихся к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу» [3]; «совершение лицом, производящим дознание следователем, прокурором, судом, предусмотренных законом процессуальных действий, направленных на обнаружение, истребование, получение и закрепление в установленном законом порядке доказательств» [4]. Другими словами, большинство процессуалистов делают акцент на процессуальное закрепление доказательств. Но ряд учёных указывают на то, что на этапе собирания сведений по уголовному делу говорить именно о доказательствах может быть преждевременно. Так, А.П. Рыжаков пишет, что «представляется несколько неточной позиция, согласно которой собирание доказательств является совершением действий, направленных на обнаружение, получение и закрепление (фиксацию) доказательств. По нашему мнению, при собирании доказательств обнаружению подлежат сведения. Они закрепляются в качестве источников доказательств. В совокупности всё это и составляет процесс собирания доказательств. Но в ходе такового осуществляется деятельность, направленная на обнаружение (получение) не доказательств, а соответствующих сведений, которые можно было бы закрепить в приемлемую для уголовно-процессуального доказывания форму. После осуществления такого закрепления и появляется доказательство» [5]. М.С, Строгович указывал: «Пока доказательство не рассмотрено и не закреплено процессуально, нельзя утверждать, что доказательство действительно обнаружено, так как ещё не известно, что именно обнаружено и является ли действительно доказательством то, что обнаружено» [6].

Хотя законодатель в понятие собирания доказательств в ст. 86 УПК РФ не включает их процессуальное закрепление, некоторые ученые, например, B.C. Балакшин, указывают на то, что УПК РФ использует термин «закрепление доказательств». Так, в п. 19 ст. 5, применительно к определению неотложных следственных действий сказано, что они могут проводиться для обнаружения и фиксации следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и, исследования, В этой связи B.C. Балакшин в структуре уголовно-процессуального доказывания выделяет четыре элемента: собирание, закрепление, проверку и оценку доказательств [7].

Но С.А. Шейфер обосновывает иную точку зрения: закрепление доказательств - это не самостоятельный элемент процесса доказывания, следующий за собиранием доказательств. Закрепление доказательств - это завершающий элемент их формирования, без которого эту деятельность законченной считать нельзя [8].

Итак, собирание (формирование) доказательств - это активная целенаправленная деятельность дознавателя, следователя, прокурора, суда, состоящая в извлечении из следов, оставленных событием, информации, относящейся к делу, в преобразовании и закреплении этой информации, т.е. в придании ей надлежащей процессуальной формы.

Оригинальную позицию по этому вопросу высказывает Е.А. Доля. В, частности, он пишет: «Словосочетание «собирание доказательств» не выражает и даже искажает существо деятельности, которую оно обозначает, этимологически предполагая наличие доказательств в готовом виде. Если исходить из такой посылки, то доказательство остаётся только собрать. ... Доказательства не собираются, а формируются [9]». И далее он предлагает ввести термин не «собирание», а «формирование» доказательств. В целом соглашаясь с ним в том, что этот термин более удачен, мы считаем, что при формировании категориального аппарата имеют значение также исторические традиции в науке уголовно-процессуального права. Возможно, в будущем термин «собирание» необходимо заменить на «формирование», но в настоящее время более оптимальным представляется введение в законодательство нормы, определяющей содержание и объем категории «собирания доказательств».

Таким образом, на наш взглядов УПК следовало бы закрепить следующее определение собирания доказательств: это процессуальная деятельность дознавателя, следователя, прокурора и суда по обнаружению, получению (изъятию) информации и её процессуальному закреплению с помощью следственных и иных процессуальных действий.

Собирание доказательств осуществляется, главным образом, путём обнаружения источников значимой для дела информации и их фиксации в процессуальной форме. Протекает эта деятельность в форме предусмотренных законом следственных действий. Кроме того, такая информация может быть получена и до возбуждения уголовного дела, в ходе проверки сообщений о преступлениях, которая не может проводиться путем производства иных следственных действий, за исключением осмотра места происшествия (ч. 2 ст. 176 УПК), а с учётом последних изменений в УПК РФ - осмотра трупа (ч. 4 ст. 178 УПК) и освидетельствования в случаях не терпящих отлагательства (ч. 1 ст. 179 УПК).

Следует отметить, что первоначальная редакция ч. 4 ст. 146 УПК устанавливала, что постановление следователя, дознавателя о возбуждении, уголовного дела незамедлительно направляется прокурору. К постановлению прилагаются материалы проверки сообщения о преступлении, а в случае производства отдельных следственных действии по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего (осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы), - соответствующие протоколы и постановления. Некоторые учёные и практики расценили это как возможность производства до возбуждения уголовного дела помимо осмотра места происшествия также освидетельствования и назначения экспертизы [10]. Однако другие авторы указали на то, что однозначно утверждать о возможности производства до возбуждения уголовного дела правомерно лишь применительно к осмотру места происшествия, в отношении которого имеется прямое разрешение закона (ч. 2 ст. 176 УПК РФ) и для устранения разногласий предложили внести соответствующие изменения в статьи, регламентирующие освидетельствование (ст. 179 УПК РФ) и назначение судебной экспертизы (ст. 195 УПК РФ) [11].

Однако Федеральным законом от 05.06.2007. № 87-ФЗ[12] ч. 4 ст. 146 УПК РФ была изложена в новой редакции, в которой ничего не было сказано о возможности производства каких-либо следственных действий на этапе проверки сообщения о преступлении. На какое-то время споры утихли: закон допускал до возбуждения уголовного дела только производство осмотра места происшествия. Но спустя полтора года законодатель вновь вернулся к этому вопросу: ФЗ от 02.12.2008. № 226-ФЗ в ст. 178 и 179 УПК РФ были внесены изменения [13]. Теперь до возбуждения уголовного дела может быть произведён осмотр трупа, а также освидетельствование (в случаях, не терпящих отлагательства). Но осмотр трупа и раньше фактически мог производиться до возбуждения уголовного дела в рамках осмотра места происшествия. А вопрос об экспертизе остался открытым.

Некоторыми учёными ещё в период действия УПК РСФСР рассматривался вопрос о возможности использования в качестве доказательств документов, составленных до возбуждения уголовного дела в процессе административной, оперативно-розыскной или проверочной деятельности (это и объяснения очевидцев, и акт досмотра транспортного средства и пр.) [14]. Предлагалось рассматривать их как «иные документы», и соответственно признавать доказательствами. И это было вполне обосновано, т.к. ч. 2 ст. 109 УПК РСФСР допускала возможность истребования необходимых материалов, получения объяснений (без производства, следственных действий) в целях проверки поступивших заявлений. Но следует отметить, что нынешняя редакция ст. 144 УПК РФ - порядок рассмотрения сообщений о преступлении - кроме производства документальных проверок, ревизий, не называет других способов проверки сообщений о преступлениях.

По нашему мнению, законодатель не последователен в регулировании порядка проверки сообщений о преступлениях. Следовало предусмотреть в качестве способов проверки сообщений о преступлениях истребование материалов, получение объяснений, чтобы в дальнейшем можно было ссылаться на самостоятельный вид доказательств — иные документы, которые получены в соответствии с УПК.

В.C. Попов разработал классификацию участников процесса доказывания в зависимости от целей деятельности, выполняемых функций: 1) субъекты доказывания — те лица, на которых лежит обязанность собирания, проверки и оценки доказательств для принятия властных решений; 2) участники процесса доказывания, имеющие право представлять доказательства и заявлять ходатайства; 3) участники процесса доказывания, которые являются «источниками» сведений о фактах; 4) лица, выполняющие удостоверительную функцию в процессе доказывания [15].

Очевидно различие доказательственной деятельности на стадии предварительного расследования и суде. Следователь собирает доказательства для установления того, было ли событие преступлением, и кто какие действия совершал. Следователь (дознаватель) и прокурор решают, собраны ли достаточные доказательства для направления дела в суд. В суде исследуются представленные сторонами доказательства для ответов на вопросы, доказано ли событие преступления, доказана ли виновность обвиняемого и др. Суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создаёт сторонам необходимые условия для реализации их прав. Суд обеспечивает надлежащую процедуру доказывания в суде, но не обязан принимать меры к восполнению доказательств, представленных обвинителем [16].

В качестве субъектов собирания доказательств закон определил в соответствии с ч. 1 ст. 86 УПК дознавателя, следователя, прокурора и суд, вменив им выполнение строго регламентированных процессуальных действий.

Если с правом дознавателя, следователя и прокурора собирать доказательства всё более или менее ясно, то вопрос о праве суда собирать, доказательства понимается неоднозначно. Бесспорно, что освобождение суда от несвойственной ему обязанности «принять все предусмотренные законом, меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию» (ст. 3 УПК РСФСР) меняет формы и пределы участия суда в доказательственной деятельности. В соответствии с российским законодательством суд не обязан собирать доказательства, а потому в судебном разбирательстве, построенном на принципе равенства сторон и состязательности, решение по делу зависит от использования сторонами равных процессуальных прав и возможностей. Вместе с тем, в российском уголовном судопроизводстве, в отличие от англосаксонского, не воспринята модель, в соответствии с которой суд полностью пассивен, обеспечивая только такой ход процесса, который даёт возможность сторонам использовать свои права в состязательном процессе.

По УПК РФ суд вправе на предварительном слушании допросить свидетеля и приобщить к уголовному делу документы, указанные в ходатайстве (ч. 3 ст. 235). В этом случае допрос свидетеля производится для решения вопроса об исключении доказательства, признания его недопустимым.

В судебном разбирательстве суд собирает интересующие его сведения для проверки и оценки доказательств, используя свое право задавать вопросы подсудимому, свидетелю, потерпевшему, эксперту (ч. 3 ст. 275, ч. 3 ст. 278, ст. 282 УПК), по собственной инициативе может назначить судебную экспертизу (ч. 1 ст. 283 УПК), по ходатайству сторон участвует в осмотре вещественных доказательств (ст. 284 УПК). В ст. ст. 285-290 УПК не уточняется, по чьей инициативе могут быть проведены соответствующие процессуальные действия. Е.Д. Горевой справедливо указывает на то, что перечисленные выше статьи УПК РФ необходимо привести в систему, внеся в начало первой части каждой из них следующие слова: «По инициативе суда или по ходатайству сторон» [17].

В.C. Попов приходит к выводу об ошибочности суждений, что в соответствии с принципом состязательности суд не может по собственной инициативе собирать новые доказательства. Суд, по собственной инициативе истребуя доказательства, обеспечивает выполнение функции разрешения дела и обоснования приговора. Иное положение не соответствует ст. 6 УПК РФ [18].

По мнению В.Л. Сыскова, доказательственную деятельность суда первой инстанции можно определить как активную информационную, логическую, психологическую деятельность, состоящую в получении в рамках предъявленного обвинения, исследовании и оценке сведений о фактах, как предъявленных сторонами, так и полученных судом, целью которой является разрешение уголовного дела по существу на основе установления обстоятельств дела в соответствии с действительностью [19].

Такая позиция вполне согласуется с мнением Конституционного Суда РФ, изложенным в ряде решений. Так, например, из Определения Конституционного Суда от 23 января 2001 года следует, что для подтверждения доводов сторон суд вправе по собственной инициативе истребовать и исследовать доказательства в рамках предъявленного обвинения. В Определении Конституционного Суда РФ от 6 марта 2003 года подчёркивается, что собирание доказательств не только прерогатива сторон, но и входит в число полномочий суда. При этом Конституционный Суд указал, что согласно ч. 1 ст. 86 УПК РФ собирание доказательств дознавателем, следователем, прокурором и судом осуществляется путём производства следственных и иных процессуальных действий. Из содержания данной нормы следует: устанавливая круг субъектов уголовного судопроизводства по собиранию доказательств, она предусматривает, что каждый из них действует в пределах своей компетенции. Не являясь стороной в уголовном судопроизводстве, суд обязан в своей деятельности использовать только те предоставленные ему законом полномочия, которые обеспечивают разрешение уголовного дела по существу, не связывая при этом свои действия с выполнением функций обвинения и защиты [20].

Итак, в законе нет прямого указания на право суда по собственной, инициативе проводить осмотр местности и помещения, следственный эксперимент, освидетельствование, предъявлять для опознания (ст. ст. 287 290 УПК), как это сделано применительно к судебной экспертизе, однако нет и оснований лишить суд этого права, поскольку все указанные действия направлены на проверку имеющихся в деле или представленных в суд доказательств, без чего суд не сможет оценить их достоверность.

В качестве одной из мер, предусмотренной законодателем для обеспечения равноправия и состязательности в уголовном судопроизводстве, является наделение подозреваемого, обвиняемого, гражданского истца, потерпевшего правом представлять доказательства, а гражданского ответчика - ещё и собирать их (в этой части позиция законодателя не логична).

Несмотря на интерес процессуалистов к элементам процесса доказывания, некоторые аспекты представления доказательств остаются не вполне ясными. Требуют уточнения вопросы о юридической природе и субъектах представления доказательств, месте этой деятельности в системе доказывания. По нашему мнению, представление доказательств, хотя и является одним из путей получения доказательственной информации, всё же, не может отождествляться с собиранием доказательств.

Так, в соответствии со ст. 86 УПК РФ подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.

Представление доказательств является, по мнению В.Д. Арсеньева, пассивной формой получения доказательств [21]. Письменные документы и предметы, имеющие отношение к рассматриваемому событию, появляются в поле зрения дознавателя, следователя, прокурора или суда не по их инициативе, а по волеизъявлению участников процесса, обладающих ими. Передача письменных документов и предметов участниками уголовного судопроизводства дознавателю, следователю, прокурору, суду ещё не означает появления в деле доказательств. Эти документы и предметы должны быть уполномоченным органом проверены на относимость к делу, а затем уже (при условии их относимости) приобщены к совокупности уже собранных доказательств путём вынесения соответствующего решения. Принятие решения о приобщении этих предметов или документов к делу, в сущности, представляет собой акт закрепления доказательства, являясь завершающим моментом собирания (формирования) доказательств. Пока такое решение не принято - доказательства ещё не существует, оно ещё «не собрано», не сформировано.

Таким образом, представление дознавателю, следователю или суду письменных документов или предметов, по нашему мнению, создаёт лишь условия для собирания доказательств уполномоченными органами, однако находится за пределами данного этапа доказывания. В то же время считаем, что принятие представленных письменных документов и предметов является одним из способов пополнения доказательственного материала.

Один из давних дискуссионных вопросов теории и практики российского уголовного процесса - вопрос о праве защитника собирать доказательства. Ещё совсем недавно многие авторы не признавали за защитником этого права. Теперь оно закреплено в УПК РФ. Согласно ч. 3 ст. 86 УПК РФ «Защитник вправе собирать доказательства путём:

1) получения предметов, документов и иных сведений;

2) опроса лиц с их согласия;

3) истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии».

Таким образом, статьёй 86 УПК РФ субъектом собирания доказательств назван защитник. Согласно ч. 3 ст. 123 Конституции РФ уголовное судопроизводство, в том числе и на досудебной стадии, должно быть состязательным. УПК РФ, закрепляя принцип состязательности уголовного процесса и равноправия сторон перед судом, предусмотрел норму, регулирующую собирание доказательств. Право защитника самостоятельно собирать «свои» доказательства есть проявление состязательности процесса [22].

Несмотря на то, что формально защитник наделён УПК РФ правом доказательства, считаем, что ни с точки зрения полученных результатов, ни с точки зрения методов получения доказательственного материала, подобную деятельность нельзя считать собиранием доказательств. Это в полной мере также относится и к перечисленным выше лицам: подозреваемому, обвиняемому, гражданскому истцу, потерпевшему, гражданскому ответчику. На это указывают многие учёные [23].



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Исследование судом данных, характеризующих личность подсудимого
История развития отечественного законодательства о вине
Новые тенденции международной уголовной политики в законодательном регулировании защиты участников уголовного процесса
Понятие преступных посягательств на отношения, обеспечивающие нормальные условия содержания и воспитания несовершеннолетних, и история регламентации ответственности за них
Понятие и сущность принципа состязательности и равноправия сторон в современных условиях
Вернуться к списку публикаций