2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяЭкономика и финансы — Институциональная структура сельского хозяйства



Институциональная структура сельского хозяйства


Как показывает накопленный всей земледельческой цивилизацией опыт аграрных реформ, становление рыночной экономики в сельском хозяйстве – это прежде всего создание институтов, обеспечивающих его функционирование. Переходная экономика отличается от рыночной тем, что в ней отсутствуют (или только начинают формироваться) институты, опосредующие обмен. Институциональная структура важна, поскольку рынок требует большого объема информации для своего функционирования, а роль институтов состоит в том, чтобы совершенствовать поток информации. Институциональное развитие необходимо еще по двум причинам: Россия не имеет ни традиций предпринимательства, ни опыта децентрализованного принятия решений. В силу этого, важнейшее место в трансформации аграрных отношений занимают системно-институциональные преобразования. Их главная цель – создание действенных стимулов предпринимательской и трудовой активности сельского населения.

Институциональной основой аграрной реформы является становление новых экономических институтов – экономико-правовых форм собственности, производства и управления, финансовых институтов и рыночной инфраструктуры.

Институт частной земельной собственности является экономической основой эффективного функционирования современной аграрной экономики. В России полемика вокруг частной земельной собственности носит прежде всего политический характер. Однако политические взгляды отражают и в научных концепциях. Широкое распространение в прессе и научной литературе получило так называемая «концепция общенациональной аренды» – аренды земли у государства как альтернативе частной собственности на землю. Основным аргументом при этом является рудиментарный характер мелкой собственности, а поэтому, по мнению сторонников этой концепции, введение частной собственности на землю приведет Россию в прошлое. Однако непредвзятый анализ мировой статистики показывает, что в странах Северной и Южной Америки, Западной Европы сельскохозяйственные угодья в основном принадлежат фермерам на праве собственности. В большинстве стран мира арендованные земли составляют не более 25-35% [1]. Сдача государственных земель в долгосрочную аренду и вечное пользование распространена только в Новой Зеландии и Австралии. Но как показали результаты исследования И. Скримжеора и И. Расора, в Новой Зеландии сдача государственной земли в аренду, осуществляемая чиновниками, нарушает принципы «демократической политической системы», которая позволяет индивидуумам кооперироваться и достигать заметных выгод посредством производства и обмена, поскольку «возникает фактическое напряжение между институциональными договорами, необходимыми для продуктивной экономической системы, и усилиями узкофокусированных групп (бюрократии) нарушить рамки получения выгод» [2]. В Западной Европе и США под арендой понимают аренду земли у частных собственников, которые по каким-то причинам не только не могут хозяйствовать на земле, но и не хотят расставаться с недвижимостью. В США земли хозяйственного назначения занимают около 1 млн. акров и полностью находятся в частной собственности тех, кто на них работает.

В том случае, когда такие институты не могут быть созданы (отсутствие частной собственности запрет предпринимательской деятельности), рынок заменяется альтернативным способом хозяйственной координации – централизованным государственным планированием и управлением. Существование рынков с трансакционными издержками, превышающими пороговые значения (выгоды от обмена равны или меньше издержек), ведет к разбазариванию ресурсов.

Рынки сами по себе являются одним из важнейших элементов институциональной структуры. В противоположность этому некоторые экономисты разделяют институты и рынки, определяя последние как «механизм по передаче прав собственности» [3]. Однако очевидно, что многие рынки представляют собой систему ограничений, норм и правил поведения. Следовательно, их правомерно относить к институтам, наряду с другими элементами институциональной структуры.

Становление института собственности в сфере сельскохозяйственного производства должно способствовать росту эффективности рыночных отношений в этой отрасли. Но для этого, необходимы хорошо организованные рынки сельскохозяйственной продукции. Эффективность функционирования рынка в современной экономической теории определяется, как было обосновано выше, величиной трансакционных издержек. Как правило, в экономическом анализе применяются два показателя: совокупные и средние трансакционные издержки. Совокупные издержки трансакций могут расти без ущерба для эффективности за счет увеличения количества сделок (подобная ситуация наблюдается в развитых странах). И наоборот, величина средних трансакционных издержек находится с эффективностью обмена в обратной зависимости.

Переход к рыночному способу координации экономической деятельности обычно связан с развитием не только самих рынков, но и трансакционного сектора экономики. К началу реформ российское сельское хозяйство не обладало ни тем, ни другим.

В ходе проводимых реформ была поставлена задача создать массу (слой) частных собственников, а следовательно, реформировать крупное и среднее сельскохозяйственное производство, приватизировать перерабатывающую промышленность и сферу обслуживания сельского хозяйства. В результате, «произошло разрушение многих сельскохозяйственных предприятий, а высокотоварный фермерский сектор не смог сформироваться» [4]. Эти явления лежат на поверхности, но за ними стоят закономерности трансформации плановой экономики в рыночную.

Дореформенное сельскохозяйственное производство имело структуру предприятий, приспособленную для определенного (планового) способа координации хозяйствования. Переход к рынку потребовал создание новой структуры аграрного предпринимательства. Этому, по концепции аграрной реформы, должны были способствовать следующие институциональные преобразования: приватизация земли, реорганизация совхозов, колхозов, а также приватизация предприятий сферы переработки сельскохозяйственной продукции, обслуживания и материально-технического обеспечения сельского хозяйства.

В отечественной научной литературе довольно широко распространена точка зрения о недопустимости введения института частной собственности на землю: «Стоимость земли и природных ресурсов имеет, как показывает мировой опыт, длительную и устойчивую тенденцию к росту. Повышается антропогенная нагрузка на природу, соответственно увеличивается стоимость природных ресурсов. В обозримом будущем эта тенденция может усилиться. Учесть все многообразие факторов, которые в ближайший период особенно в отдаленной перспективе будут оказывать влияние на изменение цены в момент акта ее купли-продажи, невозможно. Собственник земли, по существу, получает неограниченное право присвоения того, что ему не принадлежит, а является достоянием общества в целом. Это как раз та рента, которая не была учтена в момент совершения сделки. В этом главная причина, порождающая в обществе социальную несправедливость и неравенство» [5].

Поэтому представляется возможным компромиссный вариант: если не существует частной собственности на землю, ее может заменить долгосрочная аренда земли. Но эффективность такой системы может обеспечить только жестко нерегламентируемый рынок прав на аренду различных участков земли, характеризующийся низкими трансакционными издержками. Тогда ценовые сигналы стоимости земли заменятся ценами права аренды. Для эффективной реализации этих прав необходимо выполнение ряда условий:

1. Государство не может без достаточных, оговоренных в законодательстве оснований, прервать аренду.

2. Государство не препятствует перепродаже прав на аренду другому хозяйствующему субъекту.

Частная собственность на землю и имущество – важнейший институт, обеспечивающий эффективное функционирование современной земледельческой цивилизации и способной поднять российскую деревню. В силу этого, анализ становления экономико-правового института земельной собственности в условиях переходной экономики включает в себя проблемы земельной кодификации.

Экономика любого общества представляет собой целостную систему, все элементы которой объективно необходимы для ее эффективного функционирования. Рыночная экономика – это взаимосвязанная совокупность рынков, охватывающая все сферы жизнедеятельности общества. Земельный рынок – необходимый элемент институциональной структуры рыночной экономической системы, без которого она не может получить целостную завершенность. В силу этого, без эффективного земельного рынка, безусловно, регулируемого выработанными современной экономической цивилизацией методами и рычагами, нормального функционирования агросферы, как показывает опыт всей земледельческой цивилизации, обеспечить невозможно. Сезонность сельскохозяйственного производства требует систематического кредитования сельскохозяйственных товаропроизводителей, а основным активом, который они могут предложить банкам в качестве залога для обеспеченности кредита, может быть только земля. Поэтому особенно важно собственническое отношение к земле в условиях переходной экономики, когда крестьянин не имеет другого накопления имущества, кроме полученной бесплатно от государства земли или земельной доли.

Принятый Думой Земельный Кодекс предусматривает противоречащие Конституции РФ лишения крестьян возможности отчуждения (продажи) земли, как основополагающего (парного по отношению к присвоению) структурного элемента сложнейшего «набора» прав земельной собственности, а также ее залога. Статьи 101 и 106, регулирующие оборот земель сельскохозяйственного назначения – сельскохозяйственных организаций и крестьянский (фермерских) хозяйств, вместо перечисления запретительных сделок с землей содержат весьма ограниченный список прав, в котором отсутствует всякая возможность ее купли-продажи. В этой связи Кодекс не решает главной задачи переходной экономики – не регулирует перераспределение земли в интересах развития более эффективных форм землепользования и не обеспечивает создания цивилизованного земельного рынка. Более того, он способствует сращиванию собственности и власти, являющийся экономической основой коррумпированности чиновничества. Вопреки декларированным в статье 1 целям, в Кодексе отражена одна целевая установка – жесткое государственное регулирование оборота земли.

Кодекс лишает крестьянство, основная масса которого в настоящее время является собственником земельных долей, этой минимальной собственности. Осуществлено это законодателями через фактическую ликвидацию самого понятия «земельная доля», а соответственно, и понятия «собственник земельной доли» на основе определения земельной доли (пая) как «стоимости выражения части земельного участка, приходящегося на долю члена (участника) сельскохозяйственной организации» (ст. 97). Однако крестьяне уже получили государственные свидетельства на право собственности на землю – около 11 млн., а с семьями – до 30 млн. Кроме того, 44 млн. граждан Российской Федерации получили в собственность земельные участки под строения, т.е. 60 млн. га находятся в частной собственности (84% от их наличия) [6].

Таким образом, принятый Думой и утвержденный Советом Федерации новый Земельный Кодекс вместо кодификации (сведения) имеющихся законодательных актов, регулирующих земельные отношения в России, изменяет правовое их регулирование, что изменяет весь ход аграрной реформы. Тем не менее, земля продается и покупается, зачастую, незаконно. В 1999 г. между физическими и юридическими лицами было совершено около 300 тыс. сделок. Несовершенство земельного законодательства приводит к неэффективному использованию земли – в 1999 г. землепользователи забросили 7,1 млн. га сельхозугодий, около 4 млн. га оказались невостребованными из фонда перераспределения земель [7].

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что в условиях финансового и бюджетного кризисов сельское хозяйство должно искать источники финансирования в самом себе. Во всем мире – это кредит под залог недвижимости и земли. А для этого необходим, чтобы собственник земли обладал полным набором прав собственности, на котором образуется и развивается система земледелия.


1. Чистякова Т., Харрисон Ф. Земельная рента – стратегическое оружие России. – СПб., СПб. ГУ, 1993. – С. 5.

2. Обушенков Н. Не аренда, а частное землевладение // Аграрная реформа в России. – 1996. – №10. – С. 15.

3. Scrimgeor E. G., Pasour E. C. A Public Choice Perspective on Agricultural Policy Reform: Implication of the New Zeland Experience // American Journal of Agricultural Economics. – 1996. – №2. – P. 265.

4. Серков А. В. Итоги и перспективы формирования сельскохозяйственного рынка // Экономика перерабатывающих и сельскохозяйственных предприятий. – 1996. – №10. – С. 12.

5. Львов Д. С., Моисеев Н. Н., Гребенников В. Г. О концепции социально-экономического развития России // Экономика и математические методы. Т. 32. Вып. 3. – 1996. – С. 14.

6. Гаврелюк А. Земельный вопрос «бородой оброс»… // Российская газета. – 2000. – 3 февраля. – С. 2.

7. Лещиловский П. В. Экономика предприятий и отраслей АПК. – Минск.: БГЭУ, 2001. – С. 121.







Интересное:


Нормативный метод формирования расходной части бюджета
Иностранные инвестиции в РФ и их роль в экономике региона
Земля как средство производства
Контроль за денежным обращением как одно из направлений государственного финансового контроля
К вопросу о содержании экономических понятий
Вернуться к списку публикаций