2011-08-06 18:26:41
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Конфликт как феномен языка и речи



Конфликт как феномен языка и речи


Речевой конфликт (к вопросу о термине)

Оптимальный способ речевого общения принято называть эффективным, успешным, гармоничным, корпоративным и т.п. При его изучении рассматриваются пути создания речевого комфорта для участников коммуникативного акта, средства и способы, используемые коммуникантами для обеспечения или разрушения гармоничного общения.

В поле внимания исследователей включаются такие явления, как языковой конфликт, ситуация (зона) риска, коммуникативная удача/неудача (помеха, сбой, провал) и др. Наиболее общими и часто используемыми в специальной литературе терминами для обозначения конфликтного типа речевого общения являются термины «языковой конфликт» (ЯК) и «коммуникативная неудача» (КН).

При определении того или иного понятия необходимо исходить из природы данного явления. О лингвистической (языковой) природе конфликта в речевом общении говорит следующее:

1) адекватность/неадекватность взаимного понимания партнеров по коммуникации обусловливается в определенной степени свойствами самого языка;

2) знание нормы языка и осознание отклонений от нее способствует выявлению факторов, приводящих к непониманию, сбоям в общении и к конфликтам;

3) любой конфликт, социально-психологический, психолого-этический или какой-нибудь другой, получает и языковую репрезентацию.

Тем не менее, термин «языковой конфликт», по нашему мнению, не отражает всей широты и многообразия речевого поведения партнеров по коммуникации. Непонимание, недоразумения, дискомфорт или конфликт в общении, спровоцированные природой языкового знака (например, лексической или грамматической многозначностью, динамичностью значения языковых единиц, отсутствием естественной связи между «означаемым» и «означающим», между знаком и предметом и др.), можно было бы назвать следствием собственно языковых помех. Но это только один из возможных факторов, обусловливающих характер общения; в реальности действует их комплекс. Есть достаточные основания использовать термин «речевой конфликт», содержание первой части которого определяется особенностью понятия «речь». Речь - это свободный, творческий, неповторимый процесс использования языковых ресурсов, осуществляемый индивидом. Контекстность, ситуативность и вариативность - вот те признаки, которые определяют речь, но не язык. Во-первых, они связаны с тем, что речь является творением человека (автора), который имеет свои коммуникативные намерения, определенный уровень владения языком, психологическое состояние, отношение к собеседнику и пр. Во-вторых, есть еще и собеседник (слушающий или читающий), с собственной целью, ориентацией на говорящего или отсутствием ее, адекватной/неадекватной трактовкой языкового знака или высказывания адресата в целом, языковым вкусом и многими другими особенностями, определяющими характер поведения собеседников и не умещающимися в рамки языковой системы. Считаем, что область речевого поведения не может ограничиваться исследованием только собственно лингвистической его природы, а значит, и термин «языковой конфликт» неполно отражает суть данного явления.

Требует разъяснения и само понятие «конфликт» как лингвистический феномен в ряду понятий, связанных с оценкой результативности коммуникативного акта. Возникающий в процессе естественного диалогического общения различного рода дискомфорт получил разные названия: коммуникативный сбой, коммуникативный провал, коммуникативное недоразумение, коммуникативная неудача и др. Под коммуникативным сбоем (термин Е. В. Падучевой) обычно понимается возникновение в высказывании «иного смысла», не предполагавшегося субъектом речи, причиной чего является использование участниками коммуникации разного набора кодов для передачи и получения информации. Как отмечает Н. Л. Шубина, «коммуникативный сбой следует отличать от коммуникативного дефекта (ошибки), обусловленного незнанием правил коммуникации, отсутствием языковой компетенции или недостаточной культурой владения родным языком». Коммуникативный сбой и коммуникативный дефект очень близкие понятия, и одно часто обусловливает другое: незнание правил коммуникации или некомпетентность одного из участников коммуникации определяет выбор такого кода для передачи или получения информации, который не соответствует ситуации общения, провоцирует неадекватную интерпретацию высказывания (появление «иных» смыслов); что, в свою очередь, также может привести к коммуникативному сбою.

Ошибки в идентификации КА Е. В. Клюев называет коммуникативным промахом.

Т. В. Шмелева использует термин «коммуникативный провал», обращая внимание, прежде всего, на «соавторство» партнеров по коммуникации, их кооперативные действия по отношению друг к другу в диалоге, отсутствие которых приводит к безуспешности или коммуникативному провалу общения. Термин «коммуникативный провал» употребляет и В. В. Красных, понимая его как полное непонимание, в то время как «коммуникативный сбой» трактуется автором как неполное понимание.

Термин «коммуникативная неудача» (далее также - КН) наиболее часто встречается в специальных исследованиях, связанных с оценкой результата коммуникативного акта, и традиционно включает в себя следующее содержание: полное или частичное непонимание высказывания партнером коммуникации, т.е. неосуществление или неполное осуществление коммуникативного намерения говорящего. Согласно концепции О. П. Ермаковой и Е. А. Земской, к КН относятся и «возникающий в процессе общения не предусмотренный говорящим нежелательный эмоциональный эффект: обида, раздражение, изумление», в котором, по мнению авторов, и выражается взаимное непонимание партнеров коммуникации. Таким образом, термин «коммуникативная неудача» оказывается очень емким в силу широты охватываемого им явления: любое непонимание партнерами по коммуникации друг друга, любой нежелательный эмоциональный эффект являются КН. Коммуникативные недоразумения и сбои, на наш взгляд, - частные проявления КН и могут быть сняты в процессе коммуникации с помощью дополнительных коммуникативных шагов: переспросов, уточнений, пояснений, наводящих вопросов, переформулирования, в результате чего может быть осуществлено коммуникативное намерение говорящего.

Следовательно, не всякая КН является коммуникативным (речевым) конфликтом. Конфликт подразумевает столкновение сторон, состояние противоборства партнеров в процессе коммуникации по поводу несовпадающих интересов, мнений и взглядов, коммуникативных намерений, которые выявляются в ситуации общения. Речевой конфликт имеет место тогда, когда одна из сторон в ущерб другой сознательно и активно совершает речевые действия, которые могут выражаться в форме упрека, замечания, возражения, обвинения, угрозы, оскорбления и т.п. Речевые действия субъекта определяют речевое поведение адресата: он, осознавая, что указанные речевые действия направлены против его интересов, предпринимает ответные речевые действия против своего собеседника, выражая отношение к предмету разногласия или собеседнику. Эта противонаправленная интеракция и есть речевой конфликт.

В ходе конфликта речевое поведение коммуникантов представляет собой «две противоположные программы, которые противостоят друг другу как целое, а не по отдельным операциям...». Эти программы поведения участников коммуникации определяют выбор конфликтных речевых стратегий и соответствующих речевых тактик, которым свойственно коммуникативное напряжение, выражающееся в стремлении одного из партнеров побудить другого так или иначе изменить свое поведение. Это такие способы речевого воздействия, как обвинение, принуждение, угроза, осуждение, убеждение, уговор и др., выходящие за рамки понятия «языковой конфликт». Таким образом, возвращаясь к проблеме термина, считаем, что употребление термина «языковой конфликт» применимо к различного рода коммуникативным помехам, имеющим собственно лингвистическую природу. Такие помехи потенциально могут стать причиной столкновения между партнерами коммуникации. Речевой конфликт - неадекватное взаимодействие в коммуникации субъекта речи и адресата, связанное с реализацией языковых знаков в речи и восприятием их, в результате чего речевое общение строится не на основе принципа сотрудничества, а на основе противоборства. Если языковой конфликт является предметом исследования системной лингвистики, то речевой конфликт - предметом лингвопрагматики, социолингвистики, психолингвистики, коммуникативной лингвистики. Естественно, что при наличии языкового и речевого конфликта можно говорить и о существовании неречевого конфликта, который развивается безотносительно к речевой ситуации: конфликт целей, взглядов. Но поскольку репрезентация неречевого конфликта происходит в речи, то он тоже становится предметом исследования прагматики в аспекте отношений и форм речевого общения (спор, дебаты, ссора и пр.) между участниками коммуникации.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Новая урбанонимия Лондона, Москвы и Парижа
Сопоставительный анализ семантических основ урбанонимов Лондона, Москвы и Парижа
Топоним как компонент образной парадигмы
Эвристические следствия изучения жанров речи в функциональной стилистике
Концепт как объект исследования когнитивной лингвистики и лингвокультурологии
Вернуться к списку публикаций