2011-08-05 23:22:38
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Имена собственные как объект лингвистического исследования



Имена собственные как объект лингвистического исследования


Под собственным именем (онимом) мы, вслед за Н. В. Подольской, подразумеваем слово или словосочетание, служащее для выделения именуемого им объекта среди других объектов: его индивидуализации и идентификации.

В лексике каждого языка имена собственные образуют особый разряд, который противопоставляется именам нарицательным и обладает своими специфическими признаками.

Поскольку имена собственные являются лингвистическим фактом и представляют собой объект для лингвистического анализа, необходимо установить границы ономастики в лексической системе. Сложность и спорность этой проблемы доказывается самой историей изучения собственных имен, как в отечественной, так и в зарубежной лингвистике.

Разнообразные различительные признаки собственных и нарицательных имен обычно сводят к следующему.

1. Собственное имя не обозначает, а называет, «у имен собственных способность обозначать ограничена до предела». На эту особенность имен собственных указывает и А. А. Реформатский.

2. Имена собственные и нарицательные обладают различной степенью лексической абстракции. О.С. Ахманова считает, что собственное имя лишено сигнификативной функции и является «простым знаком, указывающим на известную вещь, событие, положение и т.п.». Эту точку зрения разделяет А. А. Реформатский, который пишет, что «иногда создается впечатление, что семейство собственных имен, с одной стороны, напоминает чем-то эсперанто,... а с другой стороны, даже «заумный язык». Однако ряд лингвистов считает, что имя собственное также обладает определенной способностью к обобщению.

3. Собственное имя «семантически редуцировано» и не соотнесено с понятием. Этот тезис поддерживается А. А. Реформатским, который указывал, что «превращение нарицательного имени в собственное означает, прежде всего, утрату понятия и превращение слова в кличку; наоборот, превращение собственного имени в нарицательное связано с наполнением слова новым понятием с новыми существенными признаками».

Ряд лингвистов выступает против этой точки зрения, согласно которой у имени собственного нет какого-либо значения.

Интересен подход к проблеме собственных имен академика Л. В. Щербы. Он пишет: «Поскольку собственные имена, будучи употребляемы в речи, не могут не иметь никакого смысла, постольку мы должны их считать словами, хотя бы и глубоко отличными от имен нарицательных; поскольку же они являются словами, постольку нет никаких оснований исключать их из словаря. Весь вопрос состоит в определении того, что в языке является «значением собственных имен».

Анализируя различные теории собственных имен, А. В. Суперанская отмечает, что отсутствие их единой концепции объясняется «различием исходных положений и методов их создателей, а также тем, что поиски велись порой в диаметрально противоположных направлениях». Кроме того, многие теории создавались на недостаточном фактическом материале, оторванном от живого употребления. Ряд лингвистов, исходя из положения Ф. де Соссюра, что любое слово есть знак, понимают идею знака нерасчлененно и не останавливаются на специфике имен собственных. Однако рассмотренные выше характеристики собственного имени, более тесная, чем у нарицательного, связь имени с объектом, непосредственность этой связи говорят о наличии кардинальных различий между именами собственными и нарицательными: «У имен собственных иные темпы роста по сравнению с именами нарицательными, поскольку каждое имя для нового именования (даже если при этом повторено старое, хорошо известное) создается в активе индивидуальной номинации. Таким образом, ежедневно осуществляются тысячи актов новой номинации. Темпы роста имен нарицательных значительно ниже: новое слово создается или заимствуется для новой вещи».

Большинство собственных имен целиком или частично происходят от нарицательных, вследствие чего их семантика более сложна. Создаваясь на базе нарицательных, собственные имена употребляются не в том же значении, что и последние, поэтому их нельзя рассматривать в одном ряду. Собственные имена являются скорее не грамматической, а лексической категорией, поскольку именно лексические категории проявляют тенденцию к инвариантности относительно перевода. Другой особенностью собственных имен по сравнению с другими лексическими классами является наиболее высокая устойчивость онома при лингвистических преобразованиях текста (перевод) и при экстралингвистических преобразованиях денотата (название судна сохраняется после его ремонта, имя человека не зависит от его возраста и т.д.).

В качестве еще одного формального различия между рассматриваемыми категориями слов можно указать на специфику словообразования собственного имени: «Собственные имена данного языка подчиняются, насколько это возможно, закономерностям, существующим в нём для имен нарицательных. Но, поскольку круг источников собственных имен любого языка неизмеримо шире круга источников его нарицательных имен, естественно, и круг языковых явлений, представленных в них, должен быть шире. Отсюда более широкий диапазон звучаний и менее строгие морфологические рамки собственных имен».

Итак, собственные имена входят в лексическую систему любого языка в качестве особого класса слов, обладающего рядом специфических признаков. Являясь языковым фактом, имена собственные подчиняются в принципе внутренним законам конкретного языка, вместе с тем проявляют своеобразие. Особенности этого класса слов необходимо учитывать на всех уровнях языкового анализа, как в плане содержания, так и в плане выражения. Собственное имя дается индивидуальному объекту, это «вторичное название данного предмета, дополняющее и уточняющее первичное, нарицательное, и служащее для различения известных подобных предметов друг от друга». Прежде всего, оно служит средством номинации индивидуального предмета. Собственное имя не связано непосредственно с понятием. У него нет общего значения, так же как у нарицательных отсутствует индивидуальное. Оно не существует вне его отнесенности с конкретным предметом, который всегда четко определен. Это представляется наиболее существенным в определении специфики собственных имен: «без денотата нет имени».

Интересен тезис В. Бланара о том, что «положение имен собственных в языке характеризуется двумя противоположными, но связанными тенденциями: (1) постоянным взаимодействием со всем его словарным составом и системой и (2) стремлением имен собственных поляризоваться от имен нарицательных». «Имена собственные невозможно оторвать от языка их создавшего и питающего».

Особое положение имен собственных в языке, интерес, который они вызывают у исследователей, привели к формированию ономастики, сложившейся к настоящему времени в самостоятельную лингвистическую дисциплину с четко очерченным кругом проблем и своими собственными исследовательскими методами.

Одной из актуальных задач ономастики является исследование языковых особенностей собственных имен, которые складываются, с одной стороны, с учетом системных возможностей данного языка, а с другой - с учетом потребностей и возможностей данной онимической системы.

Ономастическое пространство, в целом, практически необозримо, что вызывает объективную необходимость разделения его на определенные секторы. Так, в ономастическом пространстве могут быть выделены: антропонимия, топонимия, зоонимия, фитонимия, космонимия, астронимия с астропонимией, хрононимия, хрематонимия, мифонимия и т.д.

Известна классификация А. Баха, который делит имена собственные в связи с обозначаемыми объектами, а также классификация А.В. Суперанской (1973), которая делит имена на «имена живых существ и существ, воспринимаемых как живые» и «именования неодушевленных предметов», среди которых наиболее значительное место занимают топонимы.

Поскольку топонимы - это слова, то они, очевидно, обладают всеми теми категориями, которыми обладают слова языка вообще. Но, будучи частью словарного состава языка, топонимы вместе с тем входят в то его своеобразное подразделение, которое носит название «собственные имена».

Понимание топонимии как части ономастики является общепризнанным и никем нигде не отвергается. А если это так, то и теория топонимии неотделима от теории ономастики в целом. Между ними существует органическая связь. Единство ономастики - не абстрактное понятие и означает не только подчинение всех ее подразделов общей методологической конкретизации законов материалистической диалектики, но и наличие конкретных взаимосвязей между различными отраслями ономастики (в частности, между топонимикой и антропонимикой). Топонимы занимают особое место в лексической системе языка. Несомненно, что, представляя собой определенную группу слов, они наделены парадигматическими и синтагматическими характеристиками, свойственными слову вообще. Несомненно также и то, что категории, установленные для собственных имен, как специального подкласса лексики, распространяются и на топонимы. Вместе с тем очевидно, что топонимы не просто разновидность собственных имен, а собственные имена особого рода.

Предмет топонимики - географические названия - стабилен. Содержание же топонимики чрезвычайно динамично, т.к. оно отражает изменения в предмете, выявленные по мере его познания. Топонимика, синтезируя результаты различных исследований географических названий той или иной страны, «организует» эти данные, выявляет специфику географических названий.

Развитие топонимики на стыке топонимики, лингвистики, географии и истории определяют её интердисциплинарный характер и необходимость разработки и внедрения особых методов изучения её предмета. Можно утверждать, что изучение топонимов как части словарного состава языка, их семантики, структуры, функций, то есть всего того, что им свойственно как лингвистическим единицам, должно быть непосредственно связано с изучением истории данного народа и географии территории.

Однако, в первую очередь, топонимы, относящиеся к числу имен собственных, являются языковой универсалией, входят в состав лексики языка и должны рассматриваться как неотъемлемая часть его словарного состава. Поэтому в центре внимание топонимики должен оставаться именно языковедческий подход к топонимам как словам и их комплексным эквивалентам.

Вопрос о том, что понимать под значением топонимов, также весьма сложен. Указание на объект - естественная функция любого топонима, но кроме указания на объект во многих наименованиях прослеживаются дополнительные значения, связанные с характеристикой объекта, идеологией и эмоциональной окрашенностью имени. Номинация, т.е. называние объекта, может осуществляться только потому, что у слова, используемого как название, есть его собственная сигнификация. Кроме того, в процессе называния осуществляется не только денотация, указание на объект, но и коннотация - привнесение дополнительных обертонов, созначений. Таким образом, топоним, оставаясь названием, т.е. именем единичного предмета, оказывается нагруженным коннотациями.

Проблема значения топонимов осложняется ещё и тем, что различные планы их значения могут по-разному восприниматься. Непосредственно воспринимается лишь прямое, адресно-указательное значение топонима. Что же касается этимологического значения, условно называемого «дотопонимическим», то его восприятие не обязательно и не оказывает прямого влияния на фактическое функционирование топонима. Остается третий план значения названия, который можно назвать «посттопонимическим», т.е. восприятие тех разнообразных и многочисленных значений, которые надстраиваются над обычным топонимическим значением названия.

В данной работе под топонимом понимается обобщенное название любых топообъектов: от крупных географических и административно-территориальных районов до мелких внутригородских объектов, собственное имя как природных объектов на Земле, так и объектов, созданных человеком и зафиксированных в данном регионе. Специфика географических названий заключается прежде всего в том, что имя, формируемое под влиянием социальных и исторических факторов развития общества, должно одновременно определять и называть объект. Таким образом, топоним как бы осуществляет связь «человек - объект». Основным понятием теоретической топонимики является социально-историческая сущность имени, антропологическая направленность, которые дают возможность анализировать как топонимию одной системы, так и различных систем.

О социальном характере собственных географических имен говорит В. А. Никонов: «1) История общества отражается в топонимии не непосредственно, а преломляется сквозь внутренние законы языка, отсюда многообразие топонимических явлений...; 2) географические названия, как и язык в целом, обслуживают все общество, а не отдельные классы; 3) топонимический тип может пережить породившую его эпоху, сохраняя продуктивность».

Топонимы, указывая на отдельные единичные предметы, не называют классы однородных предметов, а являются предельно локализованными словами и теснейшим образом связаны с единичными географическими понятиями. Эти особенности топонимов позволяют им иметь значительную автономию внутри лексического состава языка.

Своеобразие географических названий вызвано вторичностью языковых элементов, которые участвуют в создании топонимов, а также большой длительностью существования многих топонимов. Находясь в тесной связи со словарным составом языка в целом, топонимы одновременно обнаруживают более частные связи с отдельными пластами лексики. Относясь в своем большинстве к числу имен существительных, топонимы противопоставлены, таким образом, всем прочим частям речи. Одновременно, принадлежа к числу имен собственных, топонимы именуют единичные объекты и противопоставлены именами нарицательными.

Противопоставляемость топонимов прочим именам собственным и, прежде всего, антропонимам, вытекает из различия в характере именуемых объектов: для антропонимов это в конечном итоге человек, для топонимов -самые разнообразные географические объекты. Отсюда и различия в принципах дальнейшего членения антропонимов и топонимов: антропонимы могут быть подвергнуты членению прежде всего по способу наименования, топонимы - в зависимости от характера именуемых объектов. Эта отличительная особенность топонимов, противопоставляющая их антропонимам, вытекает из словарных дефиниций этих разрядов имен собственных: «топоним /.../ собственное имя любого географического объекта», «антропоним /.../ любое собственное имя, которое может иметь человек...».



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Развитие орфографической зоркости
Конфликтный коммуникативный акт: варианты сценариев
Новая урбанонимия Лондона, Москвы и Парижа
Жанроведение в его отношении к функциональной стилистике
Условия выбора варианта сценария
Вернуться к списку публикаций