2010-07-13 20:31:49
ГлавнаяРусский язык и культура речи — «Эстетика землепользования» в Западной Европе



«Эстетика землепользования» в Западной Европе


Вынесенное в название доклада сочетание «эстетика» и «землепользование» может вызвать недоумение в нашем, большей частью насквозь технократизированном сознании. Ведь «польза» и «эстетика» — взаимоисключающие понятия!

И тем не менее, взгляд на историю «духовно-материального» освоения природы в странах Запада позволяет по-новому посмотреть на подобные парадоксы. Достаточно хотя бы напомнить, что, например, М. Пришвин, наш великий поэт природы, учился на агрономическом отделении... философского факультета Лейпцигского университета и, кстати, написал книгу о выращивании картофеля.

Знание традиций хозяйствования и его, так сказать, «философии» крайне необходимо сегодня не только историкам, культурологам, философам и т.д., но и хозяйственникам и «землепользователям» — геологам, аграриям, строителям, лесозаготовителям, мелиораторам, то есть « улучшателям» (от фр. meilleur — лучший).

Итак, «использование» земли и красота... На протяжении всего XIX века в странах Запада, прежде всего в Германии, но также и в промышленной Англии, проблема отношения человека и общества к характеру и результатам землепользования занимала умы не только узких специалистов, но и философов, мыслителей мирового ранга, таких, например, как А.Гумбольдт, Дж.Рёскин. При этом наблюдалось «движение» специалистов, работавших «на земле», к проблемам эстетическим (блестящий пример — немецкий геолог А.Г.Вернер (1749-1817), а также встречное движение людей, казалось, далеких от хозяйствования, к практике (выдающийся английский философ Дж.Рёскин (1819-1900)). А в лице горного инженера и поэта-мистика Новалиса (1772-1801) эта встреча дала блестящие и поучительные результаты. Значение союза «горного дела» и «поэта» в одном человеке огромно. Проблема «физиков» и «лириков» сегодня должна решаться только как гармония, единство, синтез этих двух начал. То, что теперь называют гуманитаризацией образования, и должно дать это единство. Не узкий профессионал, «технарь», «технократ», «спец», для которого все окружающее, да и сам человек имеет лишь «инструментальное» значение {«винтик»), но человек широкого кругозора, способный подняться над узко-утилитарным подходом, видящий за деревьями лес — вот модель специалиста будущего. Экологическое сознание, «экологический стиль мышления», и предполагает обязательную нравственную и эстетическую оценку всей деятельности по преобразованию окружающей среды, Мощный гуманистический импульс в отношении человека к природе дала культура немецкого романтизма, особенно школа йенского романтизма. Она «цвела» недолго, но дала результаты непреходящего значения, обогатив, практически, все сферы духовной, а в перспективе и материальной жизни. Н.Бердяев видел в культуре йенского романтизма колоссальные возможности духовного развития человечества. Мне кажется, что феномен П.Флоренского удивительно совпадает с тем, что говорил Новалис .

На фоне кризиса рационализма XVIII столетия и бурного развития наук, практической деятельности (вспомним «Фауста» Гёте) формируется новый тип личности, соединяющий в себе жадный и пытливый интерес к новейшим открытиям в области естественных наук с этическим творчеством и философствованием... Таков был Ф.Шеллинг.

Блестящий пример такой личности демонстрирует нам Новалис. Пожалуй, именно у него «горное дело» стало «поэзией». Новалис (за которым стояла давняя традиция) гениально предвидел экологическую этику и эстетику.

Поставленная проблема (которая когда-то дискутировалась как проблема «физиков» и «лириков») буквально стучится в двери постсоветского земледелия.

Смею сослаться и на ряд русских мыслителей. Например, практически неизвестный ныне И.Д.Лукашевич (1863-1928) говорил о человеке как «о новом геологическом, факторе». Собственно, пафос моей заметки заключается в следующем:

— к Земле («матери») нужно подходить как к живому существу. Неважно, что перед тобой; Арал, Байкал, Волга, Парма, тундра, пустыня...;

— и мыслители (верующие, неверующие, дзен-буддисты, христиане, романтики, «зеленые» и т.д.) пытались внушить технократизированному человечеству эту мысль;

— не случайно современный американский философ Л.Уайт, представляющий «суперцивилизацию», обращается к личности св. Франциска Ассизского (1182-1226), который обращался к природным стихиям как к родственникам: «брат волк, ветер», «сестра река, трава» и т.д.

Св. Франциск, «величайший» революционер духа в западной истории, выдвинул альтернативный христианский взгляд на природу и на место человека в ней, попытавшись заменить идею безграничного господства человека над тварью другой идеей — равенства всех тварей, включая и человека.

Он потерпел неудачу... Я — за Франциска как святого покровителя для экологов!

В.С. Манаков







Интересное:


Характеристика лица формулой какой (каков) на что в русских говорах Республики Коми
Языковые маркеры дисгармонии и конфликта в КА
Проблема переименований внутригородских объектов
Имена собственные как объект лингвистического исследования
Концепт как объект исследования когнитивной лингвистики и лингвокультурологии
Вернуться к списку публикаций