2010-07-04 19:16:18
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Легенды и сказания о табаке в круге чтения устьцилемов.



Легенды и сказания о табаке в круге чтения устьцилемов.


В круг произведений древнерусской литературы, привлекших внимание любознательных устьцилемов, разнообразие литературных интересов которых убедительно показал В.И. Малышев, входят и разножанровые сочинения с «никонианской» тематикой, до сих пор практически еще не изученные. Вместе тем они представляют большой интерес как литературные произведения позднего русского Средневековья, вобравшие в себя, с одной стороны, архаические дохристианские верования, с другой — новые идеи и представления, сформировавшиеся в демократической среде защитников «старой веры».

На основе изучения рукописных собраний, сформированных из памятников письменности, бытовавших на нижней Печоре, и отчетов об археографических экспедициях в этот регион можно сделать вывод о том, что устьцилемам были известны, как минимум, три разновидности сочинений о табаке.

Первую представляет повесть, имеющая вполне разработанный сюжет и достаточно устойчивое название «Сказания...о хранительном былии, еже есть траве табаце...» , указывающее источником текста некую книгу «Пандок». По предположению ряда ученых (А.Н. Пыпин, А.Н. Веселоакжий), повесть эта скорее всего русского происхождения и составлена в XVII столетии, но впитала в себя древние народные предания и приемы повествования, использовавшиеся в переводных повестях благочестивого содержания.

В настоящее время нам известны три реальных списка этой повести Усть-Цилемского бытования. Один из них ( ИРЛИ. Усть-Цилемское собр.202, перв. четв. XIX в.), был приобретен В.И. Малышевым в д. Скитской, по всей видимости у известного пижемского книжника С.Н. Антонова, в руках которого в основном была сосредоточена старинная книжность Пижемского региона и который неоднократно передавал ученому, а позднее и его посланцам, рукописные сборники. Рукопись эта имеет явно демократическое происхождение: она представляет собой типичную для Усть-Цилемского региона небольшую по объему (22 л.) тетрадку форматом в 8x50, в бумажной обложке, для которой использована часть какой-то приходской ведомости, называющей ряд печорских фамилий. По всей видимости, кто-то из местных грамотеев в начале прошлого века переписал для себя заинтересовавшую его повесть о происхождении табака в отдельную тетрадку.

Гораздо больше информации о читателях несет другой усть-цилемский список Сказания (ИРЛИ. Усть-Цилемское собр.59, перв. трети XIX в.), входящий в объемистый сборник форматом в 4x50 на 184 л., переписанный поморским полууставом нескольких почерков. Сказание о табаке читается здесь в контексте целого ряда известных памятников старообрядческой публицистики, древнерусской и переводной агиографии (сочинение выговского писателя Андрея Дениисова «Слово о чистоте», слова из Пролога, рассказы из Киево-Печерского патерика, Житие Ефросина, псковского чудотворца и др.).

Сборник этот, судя по сохранившимся на нем читательским записям, с увлечением читался несколькими поколениями печорских, пижемских, нерицких крестьян, а также их гостей из других районов края. В 1874 г. к нему обратился известный пижемский книжник из д. Степанове кой Фотий Семенович Бобрецов (запись на нижней крышке переплета), упомянутый В.И. Малышевым в числе владельцев значительных книжных собраний конца XIX — первой трети XX в.. В 1885 и 1894 гг. сборник читал другой собиратель старинной книжности, упомянутый в том же списке В.И. Малышева, — усть-цилем Семен Игнатьевич Тиранов (записи на л.З и 164 об.). В 1899 г. читателем его становится Игнатий Иванович Ермолин, также житель Усть-Цильмы, известный не только как переписчик старинных рукописей, но и как их реставратор и переплетчик. Его читательские пометы встречаются и на других усть-цилемских рукописях. Так, например, на одном из листов сборника духовных стихов (ИРЛИ. Усть-Цилемское собр. 120, поел. четв. XIX в.) он оставил свой отзыв о «Сказании о ленивом» (л.32 об.) и ряд других помет, датированных 1894 г. (л. 1, нижняя корка переплета); на другом сборнике стихов XIX в. (ИРЛИ.Усть-Цилемское собр. 121) Игнатий Иванович в 1894 г. оставил свои хозяйственные пометы. В Усть-Цилемеком собрании рукописей НВ СГУ имеется тетрадка (У-Ц р. 36) с выписками из Катехизиса, на которой имеется владельческий штамп «Игнатий Иванович Ермолин» (найдена она в 1981 г. в д.Медвежке ниже Усть-Цильмы по течению Печоры). В 1901 г. сборник №59 с повестью о табаке попадает в руки Данилы Петровича Лукина (записи на л.2, 163 об.). Сохранилась его читательская запись того же года и на другой усть-цилемской рукописи (ИРЛИ.Усть-Цилемское обр.36. Сборник поел. четв. XVIII в., содержащий популярные в старообрядческой среде эсхатологические сочинения, слова Иоанна Златоуста, повести из Скитского патерика). Из нее мы узнаем, что Д.П. Лукин — «крестьянин села Важгорты» (л.236 об.). Возможно, в 1901 г. он гостил на Печоре и ему в руки попали эти рукописные сборники, которые он с удовольствием прочитал, о чем и оставил памятные записи.

В начале XX в. повесть о табаке в составе сборника N59 читал один из самых известных переписчиков Печорского региона Андрей Михайлович Бажуков (запись полууставом на л. 169 об.). Он жил в д. Нижняя Перина, был наставником и очень деятельным писцом, отличавшимся, правда, весьма небрежным почерком. A.M. Бажуков умер в 20-х годах нашего века, оставив после себя значительное рукописное наследие. Имя его в начале XX в. даже попало в центральные издания. Читателем Сказания о табаке (записи на л.З и 163 сборника №59), а также других произведений древнерусской литературы в составе усть-цилемских сборников (например, ИР-АИ.Усть-Цилемсое собр. 22, л.250) был и Иван Яковлевич Носов— житель Усть-Цильмы, позднее переехавший в Нарьян-Мар, где в 50-е годы с ним познакомился В.И. Малышев. Ученый получил от него один из сборников, вошедших в Усть-Цилемское собрание ИРЛИ.

Третий усть-цилемский список Сказания о табаке хранится сейчас в Сыктывкаре (КРИКМ. р-49) в составе сборной рукописи (ХУШ-нач.Х1Х в., на 289 л.). Сказание о табаке находится в третьей части конволюта, написана скорописью на бумаге начала XIX в. На усть-цилемское происхождение этой рукописи указал В.И. Малышев, которому она стала известна уже после завершения работы над его исследованием об усть-цилемских рукописных сборниках.

Помимо названных трех списков Сказания о табаке в научной литературе встречаются упоминания еще о 5-ти его списках, дающие лишь весьма приблизительное представление о типе текста и характере сборников, в которых читались эти писки. Можно лишь весьма условно отнести их к рассмотренной выше разновидности произведений о табаке. Однако эти упоминания позволяют расширить наши представления о читателях произведений о табаке на Печоре.

Более всего сведений сохранилось о рукописном «Торжественнике» — сборнике-конволюте (втор, полов. XIX в.), хранящемся до сих пор в Усть-Цильме и хорошо знакомом петербургским и сыктывкарским археографам. Пять-шесть лет назад он был доступен для чтения в ходе экспедиционной работы в Усть-Цильме. Впервые об этом сборнике упомянул В.И. Малышев, видевший его в 1949 г. в составе рукописной библиотеки устьцилемки Анны Ивановны Носовой. Возможно, это та самая книжница, которая упомянута ученым в списке жителей Усть-Цильмы, имевших в начале ХХв. наиболее значительные книжные собрания. В 1969г. в очередной археографической публикации. В.И.Малышев снова упоминает этот сборник (уже без имени его владельца) в числе виденных им в Усть-Цильме в ходе экспедиций 1966 — 1968 гг. ценных рукописных книг.

Следующий владелец «Торжественника», зафиксированный археографами, — устьцилемка Екатерина Ивановна Торопова, имевшая большое собрание старинных книг и передавшая в 60-е — начале 70-х годов много рукописей в Древлехранилище Пушкинского дома. В 1973 г. в доме усть-цилемской наставницы Федосьи Ефимовны Чупровой, соседки Екатерины Ивановны, петербургские археографы Н.С. Демкова и Е.М. Шварц сделали копии с ряда текстов сборника, установив, что он переписан рукой И. С. Мяндиным и дав его краткое описание: конволют в 4x50 на 400 л., содержащий многочисленные «слова» византийских и русских авторов (в том числе Кирилла Туровского), жития византийских и русских святых (Варлаама Хутынского, Кирилла Белозерского, Иосифа Волоцкого и др.), апокрифы (Сказание Афродитиана; О Фоме апостоле, «како он строил полату индейского царя») и большое количество повестей — о Динаре царице, о царевне Персике, о Табаке и др.. Подборка текстов в сборнике и его датировка позволяют идентифицировать его с рукописью, дважды упомянутой В.И. Малышевым.

«Торжественник», по-видимому, неоднократно брался «на подержание» (как выражаются устьцилемы) разными печорскими «грамотеями». Побывал он в руках и у Степана Анфиногеновича Носова, переписчика и переплетчика второй половины XX в. (умер в 1981 г.), известного по всей Печоре под именем «Анхеныча». С.А. Носова можно считать последним печорским книгописцем, придерживавшимся традиций старинного письма, а в своих оригинальных сочинениях ориентировавшегося на повествовательные приемы древнерусской агиографии, литературы чудес и видений.

В 1986 г. в ходе новой экспедиции в Усть-Цильму сыктывкарским археографам удалось обнаружить современное место хранения «Торжественника» и поработать с ним: Б.М. Шварц (научный сотрудник отдела рукописей РНБ), принявшая участие в экспедиции СГУ, сделала копию с апокрифа об Афродитиане, входящего в сборник. К сожалению, времени для работы со сборником было мало, и со Сказанием о табаке автору этого сообщения, державшему в руках мяндинский «Торжественник», ознакомиться не удалось. Позднее по нашей просьбе Н.А. Голоскова просмотрела Мяндинский список Сказания о табаке и подтвердила его принадлежность данному типу «никоцианских» произведений. Текст Сказания явно подвергся И.С. Мяндиным переработке и нуждается в специальном исследовании.

В меньшей степени можно составить представление о двух других усть-цилемских списках Сказания о табаке, найденных В.И. Малышевым в 1937-1938 гг. на Печоре. Сборники, в составе которых они находились, весьма кратко описаны ученым в 1949 г. в перечне книг, переданных им в разные хранилища Ленинграда. Так, в Научную библиотеку ЛГУ В.И. Малышев передал сборник XVIII в., содержащий повести о табаке и хмеле, апокриф «Сон богородицы» и др. произведения (какие именно, не раскрыто). К сожалению, список этот был утерян и уже в начале 60-х гг. не значился в числе рукописей НБ ЛГУ. Второй список Повести о табаке находился в составе сборника к.XVIII в., включавшего также Сказание о взятии Соловецкого монастыря С. Денисова и другие статьи и переданного В.И. Малышевым через акад. Б.Д. Грекова в архив ЛОИИ АН СССР. Современный шифр его пока установить нe удалось.

Никаких других дополнительных сведений ни о самих этих рукописях, ни о списках Сказания о табаке, в них входящих, В.И. Малышев не приводит. Зато называет имена владельцев двух других виденных им усть-цилемских рукописей, содержавших Сказание о табаке. Одна из них в 1949 г. принадлежала известному усть-цилемскому книжнику Якову Никоноровичу Торопову, в собрании которого, помимо Сказания о табаке в списке XVIПв., хранились рукописные Устав и Минея XVI в., список XIX в. Повести об Акире Премудром.

Другой упомянутый В.И. Малышевым список Сказания о табаке (k.XVIII в.) он видел в Усть-Цильме в 1937 г. (будучи еще студентом Ленинградского университета) в собрании Т.И. Ермолина, с которым впоследствии в ходе экспедиций 50-х гг. подружился и от которого получил ряд рукописей, в том числе Лавсаик XIX в.,содержащий 133 слова (ИРАИ. Усть-Цилемское нов. собр. 1), богослужебный сборник XIX в. (ИРЛИ. Усть-Цилемское нов. собр.37). Т.И. Ермолин передал Триодь Московской печати 1650 г. с вкладной записью 1653 г. в Усть-Цилемскую церковь. Возможно, один из сборников XYIII в., переданных в 1938 г. в фонды НБ АГУ и ЛОИИ, и был сборником Т.И. Ермолина, который мог быть подарен юному исследователю владельцем во время второй их встречи в Усть-Цильме.

Тема табака (его окутанное легендами происхождение, отношение к нему официальных властей, последствия греховного приобщения христианина к курению или нюханию «проклятого Богом зелья») волновала старообрядческого читателя настолько, что в 1914 г. в Москве в «Христианской типографии» (по-видимому, это типография Преображенского кладбища) было предпринято специальное издание, объединившее несколько сочинений и документов о табаке и никонианской политике русского правительства. Книга носила название «О происхождении табака». В состав ее вошли: статья «О омраченном пьянстве» из «Книги о вере», изданной в Москве в 1648 г. (глава 15, лист 128); статья 11-я 25-й главы Соборного Уложения царя Алексея Михайловича 1649 г., определившая виды наказания курильщикам и распространителям табака вплоть до пыток кнутом и обрезания носов, и вышеупомянутое Сказание о происхождении табака. Для публикации его было привлечено первое издание Сказания по списку XVIII в.(РНБ. Погодинское собр. 1364), осуществленное Н.И. Костомаровым.

Московское издание 1914 г. попало и к Печорским старообрядцам. Возможно, один из его экземпляров привез с собой в Усть-Цильму направленный сюда в ссылку из Владимирской губернии протоиерей Троицкой Никольской единоверческой церкви Лука Андреевич Краковцев. Во всяком случае, какой-то экземпляр печатной подборки «О происхождении табака» он скопировал в 1931 г. Рукопись эта дошла до наших дней и была приобретена в 1973 г. экспедицией ЛГУ под руководством Н.С. Демковой (см. Усть-Цилемское ног,, собр. 366) . Рукопись представляет собой небольшую тетрадку на 29 л. в картонном переплете форматом в 4x50, переписанную почерком, подражающим печатному шрифту. В тексте имеются заставки пером и чернилами. На л. 28 об. после приведения выходных данных издания 1914 г. Л.А. Краковцев засвидетельствовал свою работу по его переписке: «Ныне же с вышеозначеннаго издания книжица сия написана рукою в богоспасаемом селе Усть-Цильме Архангельской губернии. А писал сию книжицу находящийся в ссылке многогрешный раб Божий и служитель олтаря Христова... протоиерей Лука Андреевичь Краковцев в 1931-м году месяца апреля в 21 день.» Каких-либо читательских помет на рукописи нет. Последним владельцем ее была устьцилемка Прасковья Семеновна Чупрова. Ее книжное собрание было известно В.И. Малышеву. В нем ученый особо выделял сборник XIX в., содержавший слова и поучения, в том числе «Слово о ленивых».

Помимо Сказания о табаке в печорских сборниках встречаются и «Запретительные статьи» против употребления этого «пагубного зелия». Они дошли, как правило, в составе поздних рукописей XIX-XX вв., чаще всего представляющих собой скромные тетрадочки в 8x50, переписанные небрежным почерком (например, ИРЛИ. Усть-Цилемское собр. 100, л. 14 об.; 128, л.8 об.). Иногда такие статьи попадаются и в объемистых сборниках к. XVIII - нач.XX вв. в окружении «душеполезных» повестей, житий и поучений (см., например: ИРЛИ, Усть-Цилемское собр., 66, л.470 об., 478-478 об.).

Активно читали устьцилемы и сатирическую поэму о табаке, представляющую своеобразное поэтическое обобщение легендарной литературы о «хранительном былии», пропущенное через призму христианских представлений о грехе и старообрядческих эсхатологических идей (ИРЛИ. Усть-Цилемское собр., 72, л.29об.; 74, л.6; 128, л.5; Усть-Цилемское новое собр. 322, л.24-26об.).

Удалось обнаружить в среде современных устьцилемов бытование и устных легенд о табаке. Так, летом 1991 г. Т.И. Бабикова записала два устных сюжета о табаке от И.В. Носовой и А.М. Бабиковой. В первом ощущается непосредственная связь с сюжетом «Сказания ... о траве табаце», второй весьма оригинален и пока не встречался нам в опубликованных материалах. Согласно версии А.М. Бабиковой, табак и чай потому являются «погаными зельями», что они «не поклонились» в момент распятия Иисуса Христа, как это сделали все остальные травы.

В ходе изучения всего комплекса печорских рукописей, сосредоточенных сейчас в нескольких хранилищах и еще остающихся в усть-цилемских крестьянских библиотеках, полевая работа в этом регионе, безусловно, выявит и новые списки старообрядческой литературной «никоцианы», и новые имена ее читателей-устьцилемов.

Т.Ф. Волкова







Интересное:


Тема «человек и природа» в науке и литературе 1920-30-х гг.
Искусство спора
Устюг Великий и Соль Вычегодская как книжные центры позднего средневековья и традиции ранних областных литератур древней Руси.
Развитие орфографической зоркости
Алгоритм конструирования гипертекстового диалектного словаря русского языка «ГОВОР»
Вернуться к списку публикаций