2013-06-12 20:15:22
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Стереотипность шлягера как текста массовой культуры



Стереотипность шлягера как текста массовой культуры


Содержание

  1. Стереотип и шлягер
    1. Понятие стереотипа
      1. Стереотип в социально-философских науках
      2. Стереотип как лингвоментальный феномен
    2. Стереотипность как характерный признак текстов массовой культуры
      1. Шлягер как явление массовой культуры и синтетический текст
      2. Общая характеристика вербального текста шлягера
      3. Стереотипность текста шлягера
  2. Стереотипы-ситуации в текстах шлягера
    1. Понятие стереотипа-ситуации. Параметры стереотипа-ситуации
    2. Основные стереотипы-ситуации в текстах шлягера
    3. Структура стереотипа-ситуации РАЗЛУКА и ее словесная реализация
      1. Параметр обозначения стереотипа-ситуации
      2. Параметр действий и деятельности героев
      3. Параметр чувств и состояний героев
      4. Параметр фона
      5. Параметр атрибутов
      6. Устойчивые представления о разлуке и их отражение в ассоциативных связях лингвокультурного сообщества
  3. Стереотипы-образы в текстах шлягера
    1. Понятие стереотипа-образа
      1. Стереотипное в художественном тексте
      2. Стереотип-образ шлягера и его виды
    2. Стереотипы-образы лирических персонажей в шлягере
      1. Общие параметры стереотипов-образов героя и героини
      2. Стереотип-образ героя
      3. Стереотип-образ героини
    3. Стереотип-образ предмета в шлягере
      1. Ключевые слова как основа стереотипов-образов предметов
      2. Характеристики стереотипов-образов
      3. Взаимодействие стереотипов-образов
      4. Стереотипная модель
      5. Стереотипы-образы шлягера в контексте поэтической традиции
  4. Реализация концепта «Любовь» в текстах шлягера
    1. Концепт и стереотип
    2. Концепт ЛЮБОВЬ в русской языковой картине мира и текстах массовой культуры
    3. Вербализация содержания концепта ЛЮБОВЬ в шлягере
      1. Любовь как чувство-отношение к единственному человеку противоположного пола
      2. Любовь как сложное противоречивое чувство
      3. Любовь как неподвластное человеку стихийное чувство
      4. Любовь как прекрасное романтизированное чувство
      5. Любовь как непреходящее чувство
      6. Любовь как потребность в полном единении с любимым
      7. Любовь как стремление к интимной близости с любимым человеком
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Реализация концепта «Любовь» в текстах шлягера

Организующим началом, которое координирует стереотипы-ситуации и стереотипы-образы в шлягерном тексте, является стереотипная реализация концепта ЛЮБОВЬ, который предстает, таким образом, как ценностно­-семантический центр шлягера.

Концепт и стереотип

Ряд выделенных нами ключевых слов шлягера (таких как любовь, душа, судьба, сердце, сон, счастье) тождественны именам ключевых концептов русской культуры, и в контекстах употребления этих имен формируются стереотипы-образы.

В когнитивной лингвистике концепт понимается как «оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга, всей картины мира, отраженной в человеческой психике» (КСКТ, с. 90), как «дискретная содержательная единица коллективного сознания, которая отражает предмет реального или идеального мира и хранится в национальной памяти в вербально обозначенном виде» (А.П. Бабушкин, 1996, с. 36). Важно, что концепт существует в мире культуры, являясь «сгустком культуры», «основной ячейкой культуры в ментальном мире человека» (Ю. С. Степанов, 1997, с. 40-41). Исследованию концепта посвящена огромная литература, он неоднозначно трактуется, как уже это видно из приведенных дефиниций, в современной отечественной лингвистике. Исследователи выделяют в качестве важнейших черт концепта константность, универсальность, динамическую природу, многокомпонентность, аксиологичность. Одно из магистральных направлений - исследование культурных концептов на уровне обыденной, научной и художественной картины мира, разных типов сознания, а также коллективного и индивидуального опыта.

Как отмечает В.Н. Телия, концепт - это все, что известно об объекте; в концепте отражены не просто существенные признаки, а все знание, культурно обусловленное представление об объекте, бытующее в данном языковом коллективе (см.: В.Н. Телия, 1996, с. 96). Концепт включает в себя свободные ассоциации, «охватывает все множество коннотативных элементов имени, проявляющихся в его сочетаемости», которая показывает «и логические, рациональные связи его денотата с другими, и алогичные, иррациональные, отражающие эмоционально-оценочное восприятие мира человеком» (Л.О. Чернейко, 1997, с. 287). Объем концепта различается у отдельных носителей языка, поскольку зависит от индивидуальных особенностей их мышления, психики, жизненного опыта, социального статуса и уровня культуры. Таким образом, концепт подразумевает всю содержательную многоаспектность понятия, богатство ассоциаций и представлений, связанных с ним в национально-языковой картине мира.

Стереотип, напротив, уже в процессе «рождения» переживает определенную минимизацию, стандартизацию и схематизацию формирующих его представлений. Поэтому стереотип-образ, соотносимый с ключевым концептом культуры, отражает самые общезначимые для массового сознания признаки, запечатленные в концепте. Далее, если границы концепта принципиально неопределимы, то стереотип - структура ограниченная и схематизированная. Наконец, в отличие от концепта, который является сущностью высокого уровня абстракции, основанной на обобщении мыслей, эмоций, оценок, стереотип - единица достаточно конкретная, поскольку является «ментальной картинкой», образом- представлением, и проявляется в стандартных и предсказуемых реализациях. Таким образом, стереотип, соотносимый с одноименным концептом, представляет собой его существенную редукцию. Концепты предстают в шлягере в стереотипном преломлении типичных признаков, которые осознаются особенно важными для массового сознания. Поскольку шлягер апеллирует не только к обыденной картине мира, но и к поэтической (в ее массовом преломлении), он ориентируется на художественные концепты, сложившиеся в поэзии, романтической лирике и скорректированные в соответствии с ценностями и установками современного массового сознания.

Концепт ЛЮБОВЬ в русской языковой картине мира и текстах массовой культуры

Как справедливо отмечает В.В. Колесов, толкование значения концепта ЛЮБОВЬ сопряжено с рядом трудностей, что обусловлено историей развития концепта: на одно славянское слово любы, любовь наложились несколько значений, восходящих к греческим αγ?πη, φιλ?α, ?ρως, что и «создало тот неопределенный его смысл, который в своих контекстных вариантах постоянно видоизменяется». Поэтому «современный словарь представляет заключительный результат всех смысловых наслоений, начиная с древних времен включенных в содержание слова любовь» (В.В. Колесов, 2001, с. 247). Отсюда и заключение ученого: «В своей содержательной форме слово любовь - это с и м в о л», которому невозможно дать определение, и «какие бы толкование ни предложил словарь, перед нами всегда будет метафорическое описание» (В.В. Колесов, 2001, с. 247). Концепт ЛЮБОВЬ, один из важнейших метафизических концептов русской культуры, функционирует в массовом тексте как стереотип и определяет концептуально-ментальную, тематико-ситуативную и вербально-образную стереотипность шлягера, организуя вокруг себя другие стереотипные единицы.

В текстах массовой культуры отразился устойчивый образ- представление о любви между мужчиной и женщиной, который свойственен социуму вне зависимости от индивидуальной картины мира каждого из его членов. Проблема заключается в том, что именно стереотип ЛЮБОВЬ берет из поля концепта и κ?κ именно трактуется тема любви в шлягере. Любовь, важнейшая душевная и нравственная потребность человека, являет главную тему массовой культуры, а герой массовых текстов - это Homo Amans, «человек любящий», стремящийся через любовное переживание преодолеть экзистенциальный конфликт и обрести себя в мире.

Подробнейшее лингвофилософское исследование концепта ЛЮБОВЬ в историко-этимологическом аспекте принадлежит В.В. Колесову (2001, с. 235-261), который показал этапы развития любовного чувства в русской ментальности. Ключевой концепт ЛЮБОВЬ в сопоставлении с одноименным концептом в романских и финно-угорских языках рассматривает Г.А. Макарова (2001), его лингво-культурологическую специфику раскрывает Л.Е. Вильмс (1997). Большое значение для исследования концепта ЛЮБОВЬ в русской культуре имеют работы Ю.Д. Апресяна и А.Д. Шмелева (Ю.Д. Апресян, 2002, с. 180 -185; А.Д. Шмелев, 2002, с. 170-175).

Анализируя концепт ЛЮБОВЬ, авторы разводят семантику основного и производного значений русского глагола любить. Глагол любить 1 указывает на чувство, которое субъект испытывает по отношению к объекту; при этом возможно: любить 1.1 - чувственная любовь (на первом плане желание быть вместе с объектом любви); любить 1.2. - альтруистическая любовь (желание делать объекту любви добро). Любить 2, напротив, соответствует общей установке на получение удовольствия (любить прогулки по лесу, пиццу и пр.) и, следовательно, относится в русской языковой картине мира к сфере низкого.

Глагол любить 1 семантически соотносится с существительным любовь, называющим «то положительное чувство-отношение, которое рассматривается как главная созидающая сила жизни» (Ю.Д. Апресян, 2002, с. 180). На основе анализа многообразных, часто взаимно исключающих друг друга образов любви, представленных в языковых клише, пословицах и поговорках, художественной прозе и поэзии, в НОСС выводится толкование одного из фундаментальных концептов русской языковой картины мира - идеальной любви, которая «мыслится в русском языке как исключительно сильное и глубокое чувство, во многом необъяснимое и драматическое, испытываемое однажды в жизни по отношению к единственному человеку другого пола и сопровождаемое уверенностью субъекта, что в мире нет другого человека, который любил бы его предмет с такой же силой, как любит он сам, связанное с наличием физической близости или стремлением к ней и обычно взаимное, поднятое над бытом и способное дать человеку ощущение счастья» (Ю.Д. Апресян, 2002, с. 180).

Е.Е. Каштанова на материале текстов русского философского ренессанса подробно исследовала представления, формирующие концепт ЛЮБОВЬ, и выявила парадигматические отношения концепта ЛЮБОВЬ с важнейшими словами-понятиями (идеями), выделив пять сфер таких отношений (Любовь - Бог, Любовь - Семья, Любовь - Свобода, Любовь - Страсть, Любовь - Смерть), которые сопоставила затем с представлениями о любви, отраженными в текстах массовой культуры (см.: Е.Е. Каштанова, 1997). В результате сопоставительного анализа исследователем был сделан ряд важных выводов. 1) Концепт ЛЮБОВЬ функционирует во всех типах сознания и реализуется «в языковых формах, имеющих константные содержательные признаки»: «глубокое, обычно иррациональное, интенсивное чувство, переживаемое человеком и направленное чаще всего на другого человека, рассматриваемого носителем обыденного сознания прежде всего по отношению к себе; преимущественно половое, вызывающее сильные переживания; связанное с требованиями верности, предполагающее проявление уважения, заботы и нежности». 2) Будучи глобальной человеческой ценностью и одним из универсальных человеческих чувств, «любовь воспринимается на фоне национально­культурных стереотипов, ментальных предпочтений этноса». 3) Стереотипность ментальных представлений о любви отчетливо прослеживается, прежде всего, в текстах массовой культуры, но «тиражирование стереотипов массовой культуры не может разрушить эмоциональный концепт ЛЮБОВЬ, поколебать его функциональные основания» (Е.Е. Каштанова, 1997, с. 5-6, 15, 23). Наш материал позволяет проанализировать функционирование стереотипа ЛЮБОВЬ в мегатексте шлягера и сопоставить полученные результаты с выводами Е.Е. Каштановой.

Вербализация содержания концепта ЛЮБОВЬ в шлягере

Стереотип выступает как совокупность устойчивых смыслов, которые устойчиво воспроизводятся определенными речевыми средствами. Стереотипные представления о любви получают в шлягере стереотипные и вместе с тем вариативные вербальные реализации.

Вербальные реализации устойчивых представлений, формирующих стереотип ЛЮБОВЬ, сводятся к следующим типам: 1) типичная атрибутивная и предикативная сочетаемость, атрибутивные и предикативные связи - характерные эпитеты и глаголы, описывающие действия и состояния влюбленного субъекта, показывающие многообразие проявлений любви, а также оценку героем переживаемого чувства-состояния; 2) наиболее частотные образные модели, отражающие типичные тропеические преобразования и раскрывающие те устойчивые смыслы, которые сформировались в поэтической традиции и вошли в массовую культуру и сознание; 3) «фигуры любовного дискурса», клише, с помощью которых влюбленный субъект обозначает свои переживания; (см.: Р. Барт, 1999) (многочисленные клише-гиперболы типа Я не могу без тебя жить, Я умираю без тебя, Ты лучше всех и под.); существование любовного дискурса обусловлено развитием всей человеческой культуры, он насквозь традиционен; это культурно-языковая рамка, в которую каждый влюбленный помещает свои индивидуальные переживания; 4) стереотипные суждения и сентенции в форме предложения. Стереотипное суждение реализуется как «стандартное умозаключение в стандартной ситуации» (И.С. Кон, 1966, с. 187). Подобные стереотипные отвлеченные общие суждения в тексте нередко приобретают форму афоризмов, представляющих собой функционально-семантический тип высказываний со значением вневременного обобщения действительности (см.: Е.Е. Иванов, 2001, с. 18- 22). Афоризмы, являющиеся вербальными реализациями ментальных стереотипов и репрезентирующие познавательный процесс на уровне обыденного сознания, житейского опыта, представляют собой небольшую, но довольно заметную часть афористической фразеологии, традиционно обозначаемую как прописные истины».

Итак, концепт ЛЮБОВЬ реализуется в шлягере как стереотип, формируемый совокупностью устойчивых представлений и их вариативных вербальных реализаций.

В текстах шлягера в абсолютно подавляющем числе случаев речь идет о любви земной (в противоположность любви небесной), понимаемой исключительно как чувство к человеку противоположного пола. Любовь в шлягере подчеркнуто секулярная, актуальные для традиционного русского сознания христианские смыслы (самопожертвование, милосердие, стремление к истине) отсекаются.

Для текстового пространства мегатекста шлягера показательна недифференцированность «высокой любви» (соотносимой с ключевым концептом русской культуры «идеальная любовь») и влюбленности, увлечения. Однако принципиально то, что оба типа любви описываются в шлягере одними и теми же вербальными средствами, актуализирующими по большей части схожие представления. Например, ситуация представляет мгновенное увлечение и последовавшую за ней страсть именно как любовь, которая должна продлиться всю жизнь и одарить счастьем. В очень многих случаях текст преподносит случайную связь как вечную истинную любовь, однако это становится понятным только после нескольких прочтений или прослушиваний: Ты ко мне в эту полночь постучала сама, / Ты сказала, что хочешь быть со мной до утра, / Ты сказала, что в жизни не хватает огня, / И решила ты выбрать почему-то меня <...> Ты говорила, что любишь меня, / Что без меня ты не сможешь и дня, / Ты говорила, что чувствуешь боль, / Если я только не рядом с тобой. / Ты говорила: так будет всегда, / Над нашей любовью не властны года <...> Но, как только забрезжил новый день за окном, / Ты сказала: «Забудем, что мы были вдвоем / Ты ушла, за собою закрыла дверь, / И я понял: тебя не вернуть теперь (А. Губин). Мимолетное увлечение тоже называется любовью, происходит размывание и утрата смыслообразующих долей концепта, подмена смыслов, что и проявляется в недифференцированности вербальных средств. Характерное для массовой культуры неразличение любви и влюбленности влечет к массовому когнитивному конфликту, при котором говорится одно, а имеется в виду совсем другое.

Наиболее важными для шлягера являются представления о любви, рассмотренные в нижеследующих параграфах.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789101112131415161718




Интересное:


Стереотипность шлягера как текста массовой культуры
Жанры речи как функционально-стилистический феномен (вопросы теории)
Концепт как объект исследования когнитивной лингвистики и лингвокультурологии
Базовые характеристики управленческой коммуникации: управленческий дискурс
Искусство спора
Вернуться к списку публикаций