2013-01-31 14:33:41
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Общая характеристика дискурса СМИ



Общая характеристика дискурса СМИ


возможен также агглютинатив: «Я считаю, что Путин очень достойно провел этот год. Единственное, что было много пиар-ошибок, это было и с «Курском», но это не его ошибки, а его окружения, команда непрофессионально сработала» (И. Хакамада. Персона грата. РТР. 30.03.2001) (этот агглютинатив - один из речевых признаков прозападной ориентации говорящего; отметим, что Хакамада соединяет таким образом не два иноязычных слова, а создает языковой гибрид, навязывая русскому языку чуждую словообразовательную модель; что трагедия «Курска» для Хакамады — повод для «пиара» — это особый вопрос).

Очень характерен жаргонизм — рейтинг, также имеющий прямое отношение к миру массовых манипуляций: «Мне кажется, что низкий рейтинг канала «Культура» не очень высокий профессионализм, отсутствие практически такого серьезного финансирования» (Эхо Москвы. 17.12.2001).

Весьма частотно слово пакет (в значениях «совокупность» и «система»). Например, «Русский пакет» передач на НТВ; «Кроме того, там сильно развито кабельное телевидение, в США, и в среднем это пакет из 80 с лишним каналов, поэтому, можете себе представить, какая там конкуренция» (Эхо Москвы. 17.12.2001).

Кроме широкоупотребительных, встречаются и редкие слова, иногда экзотические жаргонизмы — как правило, у ведущих с яркой индивидуальностью, презирающих стадность: «Есть каналы общедоступные, так называемые ear channals, то, что у нас называется метровый диапазон», «если любая наша программа берет «шэр?» — то есть часть аудитории (аудитория как бы делится на 100%), и программа может взять определенное количество аудитории из тех людей, которые в данный момент смотрят телевизор). И, если бывают программы на ОРТ или НТВ, которые берут «шэр» до 50-60, это значит, что 50% тех, кто включил телевизор, смотрят эту передачу. В США это невозможно» (обратим внимание на синтаксис) (А. Гордон. Эхо Москвы. 17.12.2001).

В целом, подобная лексика создает любопытный лингво-эстетический эффект: СМИ как бы разоблачаются. Особенно это относится к телевидению, которое любит показывать себя и рассказывать о себе: о своих проектах и пакетах, о своих технологиях и о том, «как это делается». Поэтому следует внести коррективы в представление о телевидении как о манипуляторе. Оно постоянно различными способами подчеркивает, что занято созданием новой - виртуальной — реальности, в которую зритель не обязан верить. Его многократно в различных формах предупреждают об этом — возможно, только для того, чтобы переложить на него ответственность за решения, которые провоцируются тем же ТВ.

Назовем некоторые новые слова — реалии, входящие в широкое употребление, а также вызывающие их причины:

«1) они возникают как наименования новой реалии, нового предмета, нового понятия, появившегося в общественной жизни (маркетинг, паблисити, брэнд);

2) новые слова обозначают явления, которые и ранее присутствовали в нашей жизни, но они не имели соответствующего обозначения, так как их существование замалчивалось. Это слова типа мафия, рэкет, отказник (тот, кто отказывается от исполнения своих обязанностей, в частности, от службы в армии);

3) новое слово является более удобным обозначением того, что прежде называлось при помощи словосочетания (рейтинг — положение фирмы, политического деятеля, передачи в списке себе подобных, имидж — образ «себя», который создает тележурналист, политический деятель, фотомодель и другие);

4) новые слова возникают в результате необходимости подчеркнуть частичное изменение предмета в меняющемся социуме (офис - контора, служебное помещение, Сбербанк — прежде сберкасса);

5) появление новых слов обусловлено влиянием иностранной культуры, диктуется просто-напросто модой на иностранные слова».

Для настоящего времени очень характерна конфессиональная лексика, в том числе много актуализированных фразеологизмов. «Стилизация под тексты конфессионального типа является излюбленным приемом, используемым в современной (...) публицистике. Воспроизводя языковые модели прошлого, автор массово-коммуникативного текста использует устаревшие элементы языка как средство юмора, иронии и сатиры. Составители текстов при этом обращаются как к редко используемым фразеологизмам, так и к фразеологизмам, уже давно вошедшим в обиход. Среди таких «стандартных» экспрессем следует назвать выражения ничтоже сумняшеся, притча во языцех, на круги своя, злоба дня, иже с ними и др.: «Верните все на круги своя» («Подмосковье», 12.06.99); «Ничтоже сумняшеся Зюганов называет договор ударом по обороноспособности России» (Радио России, 04.05.2000); «Президент Латвии ничтоже сумняшеся заявила...». Добавим: «Оппозиционер в белых одеждах» (Березовский) (Однако. ОРТ. 15.07.2002); «Д. Дибров. Вот смотрите, как работает Святой дух: «В преддверии праздника этим замечательным дамам оформлю кассету и компакт-диск бесплатно». Некоторый Андрей Правдин» (Антропология НТВ. 5 марта 1998 года) (здесь важно почувствовать общий развязный тон речи);

«Д. Дибров: А Вы думаете, действительно, что рано или поздно Вы получите сполна, то, что заслуживаете от мира?

О. Арефьева: В Библии сказано: если бы вы были от мира - мир бы вас любил, но вы не от мира — и мир вас возненавидел... Не нужно... Это не совсем нужно, вообще... Не полезно. Известно, что поэт должен страдать - тогда он будет правдив» (Антропология. НТВ. 1 октября 1997 г.).

В последнем случае Арефьева не иронизирует, но Дибров сохраняет свой обычный тон.

Из экзотических слов чаще всего употребляются тюркизмы: туркмен-баши («глава туркменов» - неофициальный титул президента Туркмении Сапармурата Ниязова, образованный по аналогии с псевдонимом Мустафы Кемаля — «Ататюрк», отец турок), слово с арабским корнем ваххабиты (исламские экстремисты, последователи Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба), арабизмы талибан, талибы (тоже наименование исламского экстремистского движения талибан). Например: «Б. Немцов: Объективно Северный Альянс защищает Россию от талибов, это правда» (Программа С. Доренко, телеканал «ТВ-Московия», 01.10.2001).

«Заимствования из чеченского языка чрезвычайно немногочисленны (в исследованных нами материалах нам встретилось лишь слово «тейп»), но занимают совершенно особое место в ряду новых заимствованных слов общественно-политической лексики. Русский язык имеет несравнимые с чеченским распространение, письменную и устную традиции, коммуникационное значение и так далее, однако младописьменный язык малой народности оказался языком- источником заимствования для великого русского языка в связи с серьезным и затяжным военным конфликтом в Российской Федерации, центр которого локализуется на территории компактного проживания носителей чеченского языка. Слово «тейп» обозначает род, родовую общину у чеченцев, являющуюся важнейшим элементом традиционной общественной организации чеченского народа»:

«Б. Немцов: Я предлагал генералу Трошеву стать генерал-губернатором и снять, между прочим, с себя погоны, чтобы никто не думал, что он там военную операцию собирается продолжать. Он родом с Кавказа...

Ведущий: Никто бы не ревновал из тейпов, что это не наш человек сидит на хозяйстве и прочее» (Программа С. Доренко, телеканал «ТВ-Московия», 01.10.2001).

Добавим и другие слова-ориентализмы: «Представим себе, что какие-то неприятного вида люди с криками «Аллах акбар!» пытаются прорваться на водопроводную станцию или на химический завод. На морде у них не написано, что они федеральные агенты, а охране некогда разбираться, кто они такие: то ли посланцы Бен Ладена с джихадом, то ли посланцы Джорджа Буша с проверкой. Долг охраны — сперва положить их всех до единого, а потом уже выяснять кто, чего и зачем. Отсюда два варианта. Либо проверяющих федеральных агентов бдительные охранники будут периодически отстреливать, и кто же тогда в агенты пойдет. Либо охранники при самых явных признаках террористического нападения совсем не будут спешить с применением оружия — а вдруг это агенты с проверкой. При такой неразберихе заниматься джихадом будет гораздо удобнее» (М. Соколов. Однако. ОРТ. 16.07.2002); «Там (в поселке), по совету местного имама, подобрали группу (террористы)» (Человек и закон. ОРТ. 26.07.2002);

«В. Мельникова: Ну, так же, как и не контролируют сейчас федеральные войска, так же, как не контролирует милиция. Для Кадырова, я думаю, найдется место.

Ведущий: Нет, вообще занято... У нас же все должны ехать...

В. Мельникова: Он у нас хаджи.» (Программа С. Доренко, телеканал «ТВ-Московия», 01.10.2001).

Ориентализм в эвфемистическом значении: «А уж если капельку подумать о том, как поднять доходы граждан, чтобы «средние русские» умножились в числе и окрепли достатком — так и вообще ну ее к аллаху, эту самую нефть, без нее проживем» (А. Привалов. Однако. ОРТ. 18.07.2002);

Л. Китаев-Смык, социопсихолог: «Есть еще очень важная психологическая причина, препятствующая прекращению войны в настоящее время: это то, что были разрушены адаты кровной мести. У чеченцев за последние 150 - 200 лет практически не было убийств друг друга. И вот на протяжении первой чеченской войны, несмотря на старания, я уж не знаю какого, чеченцы, как правило, не воевали друг с другом и не убивали друг друга. Во время второй чеченской войны началась проливаться чеченцами чеченская кровь. В значительной мере виноваты в этом были ваххабиты. Придя в Чечню со своими законами, согласно которым можно убивать и мусульманина, если он не выполняет ваххабистских установлений, можно будто бы убивать чеченцу чеченца, если он не поддерживает ваххабитов. Из- за этого крови пролилось очень много. И сейчас тейпы одни мстят другим чеченским тейпам. Чеченцы убивают дальше чеченцев (Другое время. ОРТ. 04.11.2002). «Раис по-арабски начальник, но здесь так называют своего президента» (в Ираке) (Вести. РТР. 23.10.2002) — это, собственно, не тюркизм, а ориентализм (в данном случае - семито-хамитское слово).

Приведем еще один примечательный пример: «Сведений из Афганистана много, и они противоречивые. «Наши» душманы из Северного Альянса то вдруг подходят к Кабулу, то вдруг отступают до самых границ с Таджикистаном. Сердце простого гражданина то ликует от того, что «хорошие» душманы вот-вот победят «нехороших», то вдруг сердце обрывается, что «плохие» душманы опять давят «наших». С душманами теперь как с российским футболом: мы знаем, что наши проиграют, в душе знаем, но надеемся на чудо и болеем» (Программа С. Доренко, телеканал «ТВ-Московия», 01.10.2001).

Слово «душманы» уже воспринимается как архаизм:

«Б. Немцов: И душманы, как вы их называете, Северного Альянса, и талибы воевали...

Ведущий: Так их называли русские солдаты. Это слово придумал не я, да» (Программа С. Доренко, телеканал «ТВ-Московия», 01.10.2001).

Из других ориентальных слов в СМИ нередко встречаются японизмы:

«Ведущий: Как вы реагируете на прямое оскорбление?

И. Хакамада: Ну здесь помогает правило самурая. То есть, если вас оскорбляют жестоко и грязно, ваша ответная реакция не должна быть такой же жесткой, потому что тот, кто вас оскорбил, недостоин вашего внимания.

Ведущий: А правило камикадзе в каких случаях вы могли бы использовать?

И. Хакамада: Камикадзе — это фанатизм. Я против фанатизма в каком-либо деле, потому что это пороговая ситуация, это работает только в условиях войны. Пока политика будет полем войны, у нас будут камикадзе и у нас будет слишком много трупов» («Деловая лихорадка», Телеканал «ТВ-Центр», 26.08.2001).

Украинизмы: «Прелесть воззвания в том, что и Мушкетик и Павлычко — это старые, проверенные радяньские письменники, видные представители секретарской литературы»; «Нам наконец-то объяснили, в чем истинное злодеяние Кучмы: на российскую сторону поглядывал и периодически заводил шашни с клятыми москалями. Поэтому Кучму - геть, и немедленно, от москалей отгородимся, и на Запад, на Запад!» (М. Соколов. Однако. ОРТ. 12.11.2002).

В качестве экзотизмов в передаче «Умницы и умники» (ОРТ) используются древнегреческие слова: «высокий ареопаг» (жюри), «агон» (состязание), причем ведущий — Ю. Вяземский (Симонов) — постоянно их переводит, начиная очередную передачу.

В последнее десятилетие русский язык засоряется американизмами. «Распад СССР, перестройка экономики на рыночной основе привели к неконтролируемому государством культурному обмену. А в условиях коммерциализации отечественных средств массовой информации, в том числе и электронных СМИ, этот неконтролируемый обмен сочетался с заинтересованностью органов электронных СМИ в получении оплачиваемой рекламы из западных стран. В результате культурный обмен превратился в «улицу с односторонним движением», по которой в Российскую Федерацию хлынул поток «непереводимых» слов, преимущественно, из английского языка, сформировавшегося в США. Этот поток ворвался в ткань русского языка не в качестве естественных заимствований при нормальном международном культурном обмене, а как фактор коммерческой заинтересованности в значительной степени приватизированных электронных СМИ». Заимствования — в основном, англо-американского происхождения - активно употребляются в СМИ как жаргонизмы, например, «Очень приятно, что вот Медведева, Желанная - сёстры по цеху присылают мэссиджи. Это мне очень радостно слышать. А имидж новый - это хорошо забытый старый» (О. Арефьева. Антропология НТВ. 5 марта 1998 года).

По мнению С.Г. Кара-Мурзы, утверждение заимствований вместо отечественных синонимов ведет к идеологическому искажению смысла. Например, секретарь компартии Испании Хулио Ангита писал в начале 90-х годов: «Один известный политик сказал, что, когда социальный класс использует язык тех, кто его угнетает, он становится угнетен окончательно. Язык не безобиден. Слова, когда их произносят, прямо указывают на то, что мы угнетены или что мы угнетатели». Далее он разбирает слова руководитель и лидер и указывает, что неслучайно пресса настойчиво стремится вывести из употребления слово руководитель, потому что это слово исторически возникло для обозначения человека, который олицетворяет коллективную волю, он создан этой волей. Слово лидер возникло из философии конкуренции. Лидер персонифицирует индивидуализм предпринимателя. Удивительно, как до мелочей повторяются в разных точках мира одни и те же методики. И в России телевидение уже не скажет руководитель. Нет, лидер Белоруссии Лукашенко, лидер компартии Зюганов...». Иными словами, ученый считает такие подмены средством манипулирования. С этим можно было бы согласиться, если бы обыватели были способны осознавать такие тонкости, как происхождение слова «лидер» из философии конкуренции.

Арготизмы, сленгизмы встречаются в информационных передачах даже первых каналов, причем как в речи интервьюируемого:

«По словам директора Чкаловского автобусного завода Касымова, на дорогах творится таможенный беспредел» (Вести. РТР. 26.02.1999), «люди не желают полуполицейского государства с постоянными разборками» (Г. Явлинский. Глас народа. Эхо Москвы. НТВ, 14 марта 2000 года), так и в речи дикторов: «Важно, чтобы ситуация беспредела уголовного не сменилась ситуацией беспредела правового» (Время. ОРТ. 29.11.1998); «Дерзость и цинизм (преступников) превращают уже ставшее привычным [!] понятие беспредел в запредел» (Вести. РТР. 02.12.1998). «Весёлая тусовка актёров» (Вести. РТР. 01.03.1999) и телеведущих: «узаконенный рэкет в одной из столичных академий» (Человек и закон. ОРТ. 18.07.2002); «США и их подельники по НАТО» (Американские «герои»: как они появляются. Русский Дом. Московия).

Сказанное относится и к стилистике радиопередач, ведущихся в интерактивном режиме. «Характер речи «запрограммирован» 1) на «неподготовленность»: именно непредсказуемость коммуникации оказывается психологическим актуализатором внимания радиослушателей, 2) на «неофициальность», разговорно-доверительную тональность: высказывание обращено к каждому слушателю (радиоаудитория рассредоточена и психологически, и пространственно). Ведущий одной из коммерческих радиостанций отметил, что его разговор со слушателями или с приглашенными гостями должен напоминать общение со старыми друзьями на кухне».

Арготизмы используются чаще всего без необходимости — не в уголовном и даже (в случае с Арбатовой) почти не в метафорическом значении: «Лариса посадила меня на этот спорт (хоккей); она в молодости как бы играла» (муж Л. Долиной. Доброе утро, Россия. 22.09.1998); «Когда я училась в школе, был такой приём опускать учеников: напоминать им, что Аркадий Гайдар в пятнадцать лет командовал полком» (М. Арбатова. Я сама. ТВ-6. 28.06.1998).

С другой стороны, даже в конце 1990-х гг., когда арготизмы и сленг вошли в широкий речевой обиход, продолжается дистанцирование от них (которое было распространено в «перестроечный» период): «Никто вас не кинет, как сейчас принято говорить» (Н. Травкин. Парламентский час. РТР. 06.12.1998). «Он (актёр Ю. Каморный) жил, поддаваясь волне, тусовке, как теперь говорят» (З. Корогодский, режиссёр. Чтобы помнили. ОРТ. 26.11.1998); «А. Пиманов: Не люблю я ссылаться на опыт Америки, но мне кажется, нужно было бы сейчас подумать о том, что американцы после 11 сентября хоронили людей, сплачивались каким-то образом, ощущали себя единой нацией, они потом начали уже все, извините за сленг, «разборки» и все остальное: мог самолет долететь — не мог самолет долететь, сбивать — не сбивать и так далее» (Свобода слова. Четвёртая власть? НТВ. 01.11.2002); митрополит Кирилл: «Человек не имеет права выплескивать всю свою чернуху, простите за грубое слово» (Слово пастыря. - ОРТ. — 08.02.2003) (причем митрополит Кирилл употребляет это словечко еще и неправильно, следовало бы сказать: «черноту»; «чернуха» — это продукция СМИ, литературы, кинематографа и тому подобного, обладающая негативным содержанием).

Вульгаризмы - неотъемлемая часть дискурса современных СМИ, причем даже в речи образованных телеведущих, проявляющих таким образом высокомерное отношение к объекту и/или к аудитории: «Наши заокеанские друзья-демократы точно с цепи сорвались, обвиняя наших заокеанских друзей-республиканцев в чем ни попадя. Сначала поносили президента Буша (...) Теперь добрались и до бушева заместителя» (А. Привалов. Однако. ОРТ. 15.07.2002).

К сожалению, в СМИ проникает и обсцентная «лексика» (причем она в некоторых случаях не заглушается). Для этого даже находятся «обоснования»: «Некоторые лингвисты, изучающие непристойную лексику в русском языке, склонны подходить узкопрофессионально, объективистски. Они делают теоретико-методологические ошибки в оценке матерных слов, чрезмерно односторонне подходят к этому явлению, преувеличивают «ценность» данной лексики, считая даже ее явлением культуры в обществе, в отношениях людей. Но скорее всего ненормативная лексика — это коррозия языка, та ржавчина, то «изъязвление» языка и культуры общения, буквально «разъедание» культурной ткани общения, которая не может быть терпима и подлежит не только профилактической «очистке», но и безусловному искоренению в общении людей в коллективе, в средствах массовой информации, в литературе, в театре». Непристойная лексика была темой многих ток-шоу, причем в большинстве случаев, например, в «Большой стирке» (ОРТ. 2001) и «Принципе домино» (НТВ. 2002), она обсуждалась крайне безграмотно (цитаты из последней использованы в данной диссертации). Исключение составила, по-видимому, только передача А. Гордона (НТВ. 4 сентября 2002 г.), в которой участвовали квалифицированные филологи А. Баранов и В. Беликов.

Наряду с намеренными элементами вульгаризации, распространена неосознанная лексическая небрежность: «А. Тулеев. Спасибо. Еще раз добрый вечер, Евгений Алексеевич, я рад вас видеть живьем, давно не виделись» (Глас народа. Эхо Москвы. 14.03.2000).

В передачах разной стилистики и разного интеллектуального уровня встречается сленг: «Е. Киселев. Что-то, как говорится, я не совсем въехал в вашу схему» (Глас народа. Эхо Москвы. 14 марта 2000 г.); «Скажем, в утренние часы для аудитории 70% информации, которые они получают из «ящика» — это звуковая информация» (А. Гордон. Эхо Москвы. 17.12.2001) — нередко в сочетании с другими средствами. Например, сленг и использование иноязычного варианта (русского слова) с негативной коннотацией (коннотация у иноязычного варианта, который фигурирует в качестве астеизма) - «шок» вместо «потрясения»: «Полный кайф. Я завидую тем людям, которые сейчас слышат Ольгу Арефьеву и группу «КОВЧЕГ» впервые. Завидую шоку первого открытия» (Д. Дибров. Антропология. НТВ. 3 апреля 2000 г.).

Сленг частотен в составе эклектической речи (например, разговорно-книжной): «Будет много возвышенных, сложных, запутанных и навороченных песен, всяческих женских слёз и контактов с небесами. А сегодня мы таким образом контачим» (О. Арефьева. Антропология. НТВ. 3 апреля 2000 г.); «Только годы труда безо всяких папиков, без всяких лифтов на небеса» (О. Арефьева. Антропология. НТВ. 5 марта 1998 года).

Либерализация языка СМИ фактически узаконила арготизмы. Их употребление логично, когда речь идет о криминализованном постсоветском обществе и, в частности, о либеральной экономике, узаконившей нормы уголовной «этики»: «Тебе понравилось предприятие, ты его заказываешь, спецы его банкротят — и оно твое» (А. Привалов. Однако. ОРТ. 28.02.2002).

Разумеется, специфические арготизмы употребляются в передачах на юридические темы. Они бывают «терминологическими», например, «бегунки», «рысаки», «утюги», «шефы», «купцы» — разряды фарцовщиков (Приказано — расстрелять. Лубянка. ОРТ. 2002), а также смешанными (отчасти терминологическими, отчасти жаргонными): «мамочки», «сутенеры», «путаны», «ночные бабочки» (Человек и закон. ОРТ. 26.07.2002); там же: «она «процентщица»: выходит на панель, когда нужны деньги, время от времени отстегивает свой процент сутенеру». Интересно, что арго злоупотребляют люди, не имеющие отношения к уголовному миру, не знающие его, тогда как работники юридических органов обычно дистанцируются от блатной речи, например, «На языке наших клиентов, Головлев был беспредельщиком (...) Он мог обмануть, подставить» (Документальный детектив. След Белого орла. 02.10. 2002).

Как и в других подобных случаях, делаются попытки оправдать вульгаризмы тем, что журналисты, как истинные профессионалы, соответствуют «стилю эпохи», чего, конечно, нельзя воспринимать всерьез. «Мнение о том, что высокий уровень криминализации общества отражается в речи журналистов, не выдерживает критики. Что же тогда журналисты должны противопоставить разгулу криминала, как не разъяснение своей позиции в сложившейся ситуации? Но ведь сделать это, используя уголовный жаргон, невозможно. Получается объяснение криминальной ситуации «по понятиям зоны». Слово «авторитет» со значением «руководитель преступной группировки» сегодня используется в репортажах без закавычивания и без семантических замен. Спрашивается, чью систему ценностей отражает такой репортаж?».

Важное значение для СМИ имеет номинирование: «В студии программы - Евгений Киселев (...) По мнению многих, есть единственный серьезный претендент, абсолютный и безусловный фаворит — Владимир Путин (...) И все-таки сегодня нам удалось пригласить в нашу студию - и они согласились - двух очень заметных участников этой предвыборной гонки (...) Это Григорий Явлинский и Аман Тулеев. Я прошу вас, Григорий Алексеевич, Аман Гумирович. Здравствуйте, Григорий Алексеевич! Здравствуйте, Аман Гумирович!» (сначала модель «имя + фамилия» соответствует официальному тону, затем модель «имя + отчество» соответствует пиететному тону) (Е. Киселев. Глас народа. Эхо Москвы. НТВ, 14 марта 2000 года).

При этом возможно употребление фамилии в более позитивном контексте, чем имени с отчеством: «У меня нет личных претензий к Путину. Это совсем другое дело и вовсе не Борис Николаевич» (сдержанно-холодное отношение к первому, ироническое ко второму) (Г. Явлинский. Глас народа. Эхо Москвы. НТВ, 14 марта 2000 года); «Ведь его поддерживали Старовойтова, Юшенков, Ковалев, Якунин. Калугин был народным депутатом СССР, а по существу это негодяй, который ставит личные интересы превыше всего. Только сейчас, когда стало видно его абсолютно бескрайнее падение, пресса перестала писать о нем. А ведь раньше он был кумиром демократов, «духовным сыном» Яковлева Александра Николаевича» (презрение ко всем, но к Яковлеву — наиболее сильное)» (Н.С. Леонов. Руский Дом. 2002).

Не часто, но встречаются прозвища персонажей: «Шеварднадзе пытался сторговать американцам услуги по поджогу российского Кавказа. И того не понимает «белый лис», что это и есть прямое основание для российского вмешательства» (М. Леонтьев. Однако. ОРТ. 27.02.2002).



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011




Интересное:


Прагматические маркеры ККА
Гармонизирующее речевое поведение в конфликтных ситуациях
Макро- и микротопонимия. Урбанонимы как вид топонимов
Речевые жанры научного академического текста
Сопоставительный анализ семантических основ урбанонимов Лондона, Москвы и Парижа
Вернуться к списку публикаций