2012-11-15 11:31:57
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Эвристические следствия изучения жанров речи в функциональной стилистике



Эвристические следствия изучения жанров речи в функциональной стилистике


«Стиль речи», «стиль высказывания» и «жанровый стиль» (к проблеме единства предмета функциональной стилистики)

Приведенные в названии термины-понятия не принадлежат единой концепции: за ними обнаруживаются, на первый взгляд, трудно согласуемые теоретические положения. Между тем обоснование совместимости этих понятий, их взаимодополнительности представляется весьма важным для дальнейшей разработки лингвостилистической теории.

Ниже мы охарактеризуем генезис проблематики стилей речи и стилей высказывания и основные современные точки зрения по этому вопросу, отмечая наиболее значимые расхождения во взглядах ученых и подробно рассматривая общие моменты разных исследовательских подходов. После этого сопоставим анализируемые термины-понятия, определяя их на единой функциональностилистической основе.

Как известно, в отечественной лингвистике вопрос о «стиле речи» и «стиле высказывания» стал объектом оживленного обсуждения после публикации Ю.С. Сорокиным статьи «К вопросу об основных понятиях стилистики», положившей начало дискуссии середины 1950-х гг. по проблемам этой научной дисциплины. Отрицая существование в русском литературном языке со времени Пушкина стилей языка как соотносительных участков языковой структуры, Ю.С. Сорокин писал: «И художественная литература, и публицистика, и научная литература представляют сейчас столь развитые области человеческой деятельности, имеющие такое большое количество разнообразных задач, касающиеся столь различных сторон действительности и в таких различных аспектах, что ограничить их стиль какими бы то ни было изолированными элементами языка нет никакой возможности... Правильнее было бы говорить не о публицистическом, литературно-художественном, научном и т.д. стиле языка, а о различных принципах выбора и объединения слов в художественно-литературных, публицистических, научных произведениях данной эпохи. Или иначе говоря, если и выдвигать общие понятия литературно-художественного, публицистического, научного стиля, то нужно помнить, что... с точки зрения языковой они обнаруживают исключительное разнообразие и изменчивость». И далее в развитие этой мысли исследователь писал: «...каждое высказывание, каждый контекст обладает стилем; в речи мы находим всякий раз определенный выбор слов, форм, конструкций, порядок их расположения и определенное их сочетание, которые зависят как от содержания и назначения речи, так и от общих законов, правил и возможностей языка. В этом смысле мы и должны говорить о стилях речи».

Не рассматривая сколько-нибудь подробно последовавшее в ходе дискуссии обсуждение этих положений, отметим лишь два наиболее важных для дальнейшего изложения момента.

В предложенных Ю.С. Сорокиным формулировках «стиль высказывания» (иначе, «стиль контекста», «стиль речи») был понят оппонентами как сугубо индивидуальный. В.В. Виноградов отмечал, что в статье Ю.С. Сорокина не поставлен вопрос об устойчивых, коллективных правилах и особенностях целенаправленного использования языковых средств. Это замечание носило принципиальный характер, поскольку в 1940 - 1950-е гг. в основание функциональной стилистики закладывалось представление о ее предмете как о коллективных, общественно осознанных приемах отбора и использования средств речевого общения. Примечательно, что и в чешской лингвистике утверждалось представление о стиле как о языковой организации высказывания, которая, «как правило, не является исключительной, но подчинена обычаю и условностям»; категория функционального стиля (в отличие от стиля индивидуального, субъективного) определялась с опорой на понятие «надындивидуального вкуса».

Другое важное для последующего развития стилистики положение, разделявшееся большинством участников дискуссии, - утверждение о существовании, вопреки мнению Ю.А. Сорокина, основных стилей современного русского литературного языка (научного, официально-делового, публицистического и др.), хотя их онтология и принципы выделения оставались не вполне ясными.

Идеи Ю.С. Сорокина, несмотря на остро критическое их восприятие исследователями, судя по всему, послужили импульсом к уточнению В.В. Виноградовым своей позиции (выразившемуся, в частности, в определении стиля - 1955) и в дальнейшем заметно повлияли на характер новых концепций. С одной стороны, оказалась плодотворной мысль о необходимости изучения научного, публицистического, литературно-художественного и других стилей в плане определения специфических для них принципов отбора слов, форм, конструкций, порядка их расположения и сочетания. Эта мысль, высказывавшаяся и другими учеными, стала ключевой в разработанной в 1960-1970-е гг. теории функциональных стилей речи. С другой стороны, были востребованы представления о неисчерпаемом разнообразии задач и ситуаций общения в различных его сферах и об особом стиле каждого отдельного высказывания (Т.Г. Винокур, К.А. Долинин и др.). При этом в обоих случаях применялся деятельностный подход к изучению языка и подчеркивался социальный характер речи. Ср.: «... только “сугубо социальное”, коллективное в речи “рождает” закономерно употребляемое в ней». Область интересов узуальной стилистики - «сложившиеся в данном говорящем коллективе навыки языкового употребления».

По мере формирования новых концепций понятия «стиль речи» и «стиль высказывания» постепенно переставали восприниматься как синонимичные: они входили в состав различных понятийных систем, в них отражались разные стороны коммуникативно целесообразного употребления языка. Изучение указанной проблематики отражено в работах многих ученых (Будагов, 1967; Винокур, 1968; 1972; Гальперин, 1958; 1965; Гельгардт, 1968; Головин, 1971; 1977; Горнунг, 1965; Долинин, 1973; 1978; Кожина, 1962; 1968; Мурат, 1957; Ризель, 1961; 1975; Сиротинина, 1969; 1974; Степанов, 1965; 1971; Федоров, 1971 и др.). В дальнейшем мы уделим основное внимание исследованиям М.Н. Кожиной, Т.Г. Винокур и К.А. Долинина, так как, на наш взгляд, в них теоретическая разработка рассматриваемых вопросов (в последнее время в кругу проблем, связанных с изучением целого текста, а также речевого поведения) представлена наиболее полно.

Какие задачи решались авторами создававшихся концепций?

Предметом функциональной стилистики, первоначально формировавшейся как теория макростилей, стала речевая системность произведения, представляющего определенную сферу общения (научную, административно-правовую, художественную и др.). Иначе говоря, в соответствии с задачами этой теории стали целенаправленно изучаться тканево-речевые особенности текстовых массивов, отражающих единство вида деятельности и формы общественного сознания; в дальнейшем предусматривалось исследование внутри- стилевой дифференциации речевых разновидностей и синкретичных образований, осложненных межстилевыми влияниями. При этом функциональные стили, как уже отмечалось, получили последовательно речеведческую трактовку: «Функциональный стиль речи - это своеобразный характер речи той или иной социальной ее разновидности, соответствующей определенной сфере общественной деятельности и соотносительной с ней форме сознания, создаваемый особенностями функционирования в этой сфере языковых средств и специфической речевой организацией, несущей определенную стилистическую окраску». В близкой по общему подходу концепции Б.Н. Головина речевые стили дифференцируются, кроме того, в соответствии с жанрами литературы, ситуациями общения, личностями авторов.

Между тем стилистическое исследование высказывания решает иной круг вопросов: оно сосредоточено на общественных навыках выразительного употребления языковых единиц, природе стилистического значения, механизмах его образования, содержании стилистической информации. Здесь отчетливо проявляется традиция изучения экспрессивной стороны речевых фактов, восходящая к работам Ш. Балли, и концентрируется внимание на социально-психологических закономерностях речевого общения. Согласно определению К.А. Долинина, стиль - это свойство высказывания, «возникающее в результате выбора данной совокупности способов передачи предметно-логического содержания (т.е. данных лексикограмматических структур и фонетических реализаций) из ряда денотативно и десигнативно равнозначных; стиль отражает... принадлежность субъекта речи к определенной социальной группе, ролевую (позиционную) структуру коммуникации и личностное отношение субъекта к адресату и предмету речи».

Итак, понятия стиля речи и стиля высказывания, хотя оба они и относятся к плану употребления языка, стали тем не менее осмысляться как объекты разных стилистик: функциональной, с одной стороны, и узуальной (Т.Г. Винокур) или характерологической (К.А. Долинин) - с другой. Более того, исследователи, придерживавшиеся разных точек зрения, в работах 1970-1980-х гг. подчас оценивали свои концепции как несовместимые.

Показательно, например, мнение Т.Г. Винокур, писавшей о понятии функционального стиля речи: «...представление о стиле как о сумме определенным способом соотносящихся элементов языка, которые особенностями своего соотношения (мотивированного экстралингвистически) обособляют какой-либо вид реальной языковой деятельности, снимает вопрос о самостоятельности категории стиля. Разница между стилем и текстом отсутствует. Между тем разница очень велика: всякий текст принципиально разностилен. Средства одного стиля не могут обслужить ни одну речевую действительность».

Не соглашаясь с этим мнением, М.Н. Кожина подчеркивала, что стиль речи - это не текст, а определенная сторона речевой ткани текста, которая создает и выражает характерную для данной речевой разновидности стилевую черту или единство нескольких стилевых черт.

Приведем еще одну иллюстрацию резкого расхождения позиций стилистов, истоки которого прослеживаются в спорах середины 1950-х гг.

В трактовке К.А. Долинина функциональные стили речи - «это не что иное, как обобщенные речевые жанры, т.е. речевые нормы построения определенных, достаточно широких классов текстов, в которых воплощаются обобщенные социальные роли - такие, как ученый, администратор, поэт, политик, журналист и т.п.». При этом, считает указанный автор, выделенные по основным классам ролей функциональные стили представляют собой слишком широкое обобщение: под одной рубрикой оказываются объединенными весьма разнородные речевые ситуации. Это не помогает вскрыть многообразие использования языка в различных целях, социальных условиях и в зависимости от различного содержания речи (задача, ставившаяся Ю.С. Сорокиным). Поэтому, пишет К.А. Долинин, в конкретных исследованиях, по-видимому, «методологически целесообразнее исходить не из «больших» функциональных стилей, а из более дробных речевых жанров... Во избежание терминологической путаницы, может быть, даже было бы полезно также отказаться от самого термина “функциональный стиль” - “речевой жанр” во всех отношениях предпочтительнее».

Между тем, по мнению М.Н. Кожиной, классификация функциональных стилей речи на социально-ролевой основе идет не от сущностных характеристик языка, а от говорящего индивида (при всей важности данного аспекта). Социальные роли - это и роль клиента, пассажира, покупателя, отца, учащегося, влюбленного, зрителя и т.д. Каждая из них «может быть “сыграна” разными людьми по- разному - в смысле характера речи, т.е. стиля».

Как видим, в процессе формирования стилистических концепций, объектом которых становились, с одной стороны, социально значимые речевые разновидности (функциональные стили речи), а с другой — возможности выразительного использования единиц языка, а также высказывания, их коннотативные свойства, во взглядах ученых обнаруживались серьезные расхождения. Они касались в первую очередь вопросов: рассматривать ли в качестве основных стилеобразующих факторов виды деятельности в единстве с соответствующими формами общественного сознания, типы мышления и содержания речи или параметры коммуникативной ситуации? Считать ли наиболее значимой для лингвистической стилистики проблему специфики и системности основных речевых разновидностей или же проблематику речевой реализации стилистического потенциала языка, особенностей коннотативного содержания высказывания в разнообразных коммуникативных ситуациях? Эти вопросы не утратили актуальности и сегодня.

Представляется, что обращение современной лингвистики к целому речевому произведению (и текстотипу, жанру) как сложноорганизованной, гетерогенной единице общения и осознание необходимости многостороннего изучения стиля как способа интеграции текста (Hausenblas, 1972) создает предпосылки для разрешения ряда сохраняющихся противоречий.

Прежде чем продолжить анализ соотношения рассматриваемых стилистических концепций, кратко остановимся на предшествовавших их разработке спорах о связях стиля и жанра.

Как известно, В.В. Виноградов в исследовании, посвященном истории русского литературного языка XVII-XIX вв. (1946), высказывал восходящую еще к теории трех стилей Ломоносова мысль о соответствии стилей языка (семантически замкнутых, экспрессивно ограниченных и целесообразно организованных систем средств выражения) определенным жанрам литературы и письменности. В тех или иных вариациях это положение использовали также А.Н.Гвоздев, А.И. Ефимов, Э.Г. Ризель и др. Между тем основной смысл указанной статьи Ю.С. Сорокина как раз и состоял в обосновании неправомерности экстраполяции представлений, справедливых по отношению к литературному языку XVIII в. времени Ломоносова, на современный русский литературный язык.

В стилистике складывалась ситуация, требовавшая углубленного изучения речевых жанров. На это указывал М.М. Бахтин в статье, написанной в первой половине 1950-х гг., но опубликованной лишь четверть века спустя. Еще раз обратимся к его теории и попытаемся проанализировать некоторые ее положения в их отношении к указанным спорным вопросам современной лингвистической стилистики. Особый интерес для нас будут представлять высказанные ученым еще в конце 1920-х гг. мысли о социальных жанрообразующих факторах.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456




Интересное:


Конфликтный коммуникативный акт: варианты сценариев
Русский язык в региональном аспекте
Стереотипность шлягера как текста массовой культуры
Характеристика и конститутивные признаки дискурса СМИ
Импорт концепта «management» в русскую лингвокультуру
Вернуться к списку публикаций