2012-03-17 13:06:52
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Теоретические предпосылки изучения образных средств, содержащих топонимы



Теоретические предпосылки изучения образных средств, содержащих топонимы


Образность языковая и речевая.

Основные этапы развития образа

В теории образности имеет место противопоставление образности языковой и образности речевой, в основе которого лежит принцип дихотомии язык - речь. Как отмечает А.И. Полторацкий, несмотря на то, что термины парадигматический или ассоциативный, и синтагматический, или линейный, рассматриваются как создание новейшего языкознания, необходимость разграничения парадигматического и синтагматического рядов молчаливо понималась и принималась уже древними. Об этом свидетельствует и сам язык: «язык и речь не мыслятся как тождество и в силу этого имеют разные названия, что прослеживается в различных языках мира», эти названия имеют в индоевропейских языках разную семантикоэтимологическую природу: «язык» - неотчуждаемый орган человека, «речь» - слово, речение, высказывание, передаваемое другому».

Языковая образность является объектом изучения лексикологии, речевая — лингвостилистики.

Языковая образность рассматривается как факт языка, как семантическое свойство, присущее единицам языковой системы (О.И. Блинова, Г.Н. Скляревская, Е.А. Юрина). Языковые образные средства зафиксированы в словаре и воспроизводятся в речевых высказываниях без изменений.

Языковая образность определяется как структурно-семантическое свойство слова, которое характеризуется семантической двуплановостью и метафоричностью внутренней формы слова. Образное слово выражает внеязыковое содержание посредством целостного, наглядного, общего для данного языкового коллектива образа, поскольку обозначает предмет в его ассоциативной связи с другим предметом, выражает качественно-количественную характеристику называемого явления».

Выделяется ряд условий, которым должен удовлетворять закрепленный в языковой форме образ. Во-первых, языковой образ должен иметь глубину, то есть он не должен быть элементарным обобщением двух-трех признаков; во-вторых, он должен осознаваться носителями языка как узуальное содержание языкового знака; в-третьих, образ есть не средство, а цель использования слова, цель сообщения.

Образное значение слова определяется как «уровень значения, передающий интерпретированное сознанием говорящего коллектива на основании ассоциативно-образных стереотипов конкретно-чувственное представление о предмете посредством метафорического воплощения признака этого предмета».

В структуре образного значения выделяются три основных структурных компонента, коррелирующие с тремя структурными элементами образа - референтом, агентом и основанием: «денотатов образного значения», «ассоциатив образного значения», «символ образного значения».

Языковые образные средства рассматриваются как в структуре контекста, так и вне контекста. Они служат предметом изучения лексикологов, лексикографов, фразеологов. Их также не обходят вниманием и в лингвостилистических исследованиях (И.Р. Гальперин, С.Г. Ваняшкин и др.).

В отличие от узуально закрепленной языковой образности, речевая образность контекстуально обусловлена; она ситуативна.

Речевая образность подразделяется на нехудожественную, ориентированную на определенную ситуацию, и художественную (литературную) образность.

Художественная речевая образность «возникает на пересечении двух систем: эстетической, надъязыковой (художественный вымысел) и лингвистической (языковое оформление), манифестируя «единство объективного (предметно-логического) и субъективного (эмоционально-отношенческого) моментов в процессе отражения сознанием человека окружающего мира предметов и явлений». Речевая образность определяется как «разновидность художественного отражения действительности языковыми средствами», возникающая «в случае установления особого рода семантической связи между двумя языковыми единицами, когда материальный знак одной языковой единицы ассоциируется со значением другой». Подобные ассоциации носят окказиональный характер. Речевой образ актуален лишь в пределах определенного лингвистического или экстралингвистического контекста и, как правило, невоспроизводим - «метафора для данной минуты».

Различия в структуре языкового и речевого образов отмечаются многими лингвистами (И.Р. Гальперин, А.И. Федоров, И.В. Арнольд, В.Н. Телия и др.). Они обнаруживаются на семантическом, номинативном, функциональном уровне. Так, в структуре метафоры семантическое различие заключается в том, что языковая метафора, как правило, объективна, отражает предметно-логические связи, в то время как художественная метафора субъективна, в ней «происходит сближение самых отдаленных сущностей». Различие в номинативном плане определяется воспроизводимостью языковой метафоры и отсутствием такой способности у художественной метафоры. Функциональное отличие заключается в том, что языковая метафора служит коммуникативным целям, а художественная — эстетическим целям.

Семантические и номинативные особенности образа определяют степень интенсивности его воздействия: большая степень интенсивности речевых образов, в сравнении с языковыми, обусловлена дистантностью сопоставляемых в них понятий и их новизной. Также она обусловлена высокой степенью предметности агента образа и большим числом совпадающих в сопоставляемых предметах признаков.

Непривычность и почти неограниченное разнообразие речевых образов в отличие от языковых образов, представляющих собой «ходовую монету в языковом обиходе», определяет высокую степень их экспрессивности. Несовпадение понятий, соответствующих референту и агенту речевого образа ведет к созданию «напряжения», выражающегося в «запаздывании» процессов декодирования сообщения, что обусловливает высокий стилистический эффект (В.Н. Телия, Э.С. Азнаурова, Н.Э. Алова, С.Г. Ваняшкин и др.).

Кроме семантических, номинативных, функциональных и стилистических различий языкового и речевого образа, имеют место чисто грамматические различия. Языковой образ, как правило, выражен словом, словосочетанием, реже - простым предложением. Речевой образ редко ограничивается рамками простого предложения, для него характерны различные определения, причастные обороты, придаточные предложения.

В целом, речевой образ традиционно характеризуется оригинальностью, свежестью, яркостью, красочностью, картинностью, выразительностью, а языковому образу приписываются такие свойства, как шаблонность, стереотипность, конвенциональность, блеклость, малая степень выразительности.

Ряд современных исследований подтверждает тот факт, что речевая образность первична по отношению к языковой образности. Подобно тому, как «отображение языка в сознании человека происходит только путем выделения единиц языка из реально-звуковой речи», языковая образность «выкристаллизовывается» из речевой образности.

Речевой образ, возникающий как нечто обусловленное конкретной ситуацией, в силу точности ее отображения может запоминаться и воспроизводиться представителями определенной языковой общности, и тем самым закрепиться в языке, перейти в разряд языковых.

Степень узуальности, языковой закрепленности образов различна. В развитии образа имеют место этапы, переходные от уровня речи к уровню языка. Традиционно степень узуальности образов оценивается по трехступенчатой шкале.

Шкала степени узуальности образа, предлагаемая в одних исследованиях (Ю.Л. Лясота, Л.А. Коралова), не совпадает в полной мере со шкалой, предлагаемой другими авторами (И.Р. Гальперин, В.Г. Гак и др.). Различают три основных этапа развития образа, на которых сохраняется семантическая двуплановость: речевой, переходный и языковой (Ю.Л. Лясота, Л.А. Коралова). В качестве основных этапов эволюции образа выделяют речевой, языковой и знаковый.

На начальном этапе образ представляет собой единицу речи, индивидуально-авторское образование, выражающее субъективное видение индивида. Подавляющее большинство речевых образов остаются единичными актами номинации, не переходят на следующую ступень развития.

На переходном этапе образ рассматривается как узуально-окказиональное явление. Такой образ уже не единичен, он постепенно входит в речевое употребление, однако, он еще не настолько устойчив, чтобы войти в словарь. Застать образ в процессе его превращения из языкового в речевой - задача трудноосуществимая.

Третий этап «эволюции» образа начинается с момента его фиксации в словаре. Образ становится достоянием языка, переходит в узус.

С переходом образа в разряд языковых образность постепенно угасает. «Степень образности обратно пропорциональна степени распространенности значения». От постоянного употребления образы постепенно стираются и превращаются в новые значения старых слов (С.Г. Ваняшкин, Б. Н. Головин, Э.С. Азнаурова и др.).

Заключительный, знаковый этап характеризуется полной утратой образности.

Основным критерием сохранения образности слова является возможность употребления этого слова как в прямом, так и в переносном значении. Для метафоры необходимо, чтобы осознавалась ее двойственность. Если слово употребляется только в одном значении, то образ перестает быть образом и превращается в знак, этимологическая метафора утрачивает всякую образность.

На примере метафоры М. Блэк отмечает, что если образность возникает с целью «покрыть лакуны в словаре буквальных наименований», то, оказываясь удачной, она быстро исчезает, превращаясь в буквальное значение. Подобные образования, полностью утратившие образность, принято называть мертвой метафорой. Дж.Р. Серль отмечает, что «используя оксюморон, можно сказать, что мертвые метафоры - это те метафоры, которые выжили. Они умерли от постоянного употребления, но именно оно свидетельствует о том, что они удовлетворяют некую семантическую потребность». М. Блэк выступает против термина «мертвая метафора», ибо это уже не метафора. Он предлагает свою классификацию метафор по степени образности: активная, действующая [active], «дремлющая», потенциальная [dormant], потухшая, угасшая [extinct]. Данная классификация соответствует трем стадиям развития образа в теории Ю.Л. Лясоты и Л.А. Кораловой.

«Умирание» образа — процесс обратимый. «Мертвый» образ, по сути переставший быть образом, можно оживить, а потухший, потенциальный образ можно активизировать. Еще Ш. Балли говорит о «переработке и возрождении мертвого образа», об «обновленных образах».

Основной целью оживления мертвого образа, перевода языкового образа в разряд речевых, является повышение экспрессивности, увеличение эффективности воздействия. Механизм оживления стертого образа понимается как восстановление и усиление слабо ощущаемой семантической двуплановости языкового образного средства за счет создания таких контекстуальных условий, в которых реализуется и переносное, и первоначальное значение языковой единицы. В качестве основного приема оживления образности выделяется использование языковой метафоры в составе развернутого образа. «Развернутая метафора чаще всего используется в целях оживления стершейся или начинающей стираться образности». На примере газетных текстов С.Г. Ваняшкин выделяет пять основных способов оживления стертого образа. К ним относятся следующие приемы: 1) употребление языковой метафоры в составе развернутого образа; 2) выбор языковых образных средств, принадлежащих одному семантическому полю; 3) выявление исходного значения языковой метафоры путем противопоставления ей необразного синонима; эксплицитное указание на то, что используемая лексическая единица является метафорой; 4) применение экстралингвистических приемов: фото и карикатуры, иллюстрирующие буквальное значение языковой метафоры. Перечисленные приемы, за исключением экстралингвистического, широко используются и в художественной литературе.

Итак, языковая и речевая образность способны к взаимопереходу. «Автология и образность взаимопроникаемы: метафоризация порождает новые языковые единицы, а речевая практика порождает новую образность».

Важным свойством образности является ее динамический характер, который выражается в метафоризации, т.е. образовании новых образов, ре- метафоризации, т.е. переосмыслении образных единиц, и деметафоризации, т.е. утрате образности.

В исследовании рассматриваются как речевые, так и языковые образы. Мы исходим из положения, что принципиального различия между стереотипными, вошедшими в систему языка явлениями и творческим использованием тропов не существует; те и другие строятся по одной логической схеме.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456




Интересное:


Диалог культур в творческом сознании И.С. Тургенева
Проблема переименований внутригородских объектов
К вопросу о многофункциональности песенно-игрового фольклора (на материале усть-цилемской фольклорной традиции)
О некоторых принципах выявления поэтизмов в прозаическом тексте (Гиппократов Корпус)
Речевые жанры научного академического текста
Вернуться к списку публикаций