2012-03-16 23:59:06
ГлавнаяРусский язык и культура речи — Топоним как компонент образной парадигмы



Топоним как компонент образной парадигмы


В основе данного исследования лежит положение о том, что каждый образ существует не сам по себе, а в ряду других, иногда внешне различных, но в глубинном смысле сходных образов, и вместе с ними реализует некий закон, модель, правило или парадигму. Образная парадигма понимается как некий инвариант, состоящий из двух устойчивых смыслов, связанных отношением отождествления.

Внутри образной парадигмы наблюдается сложный комплекс гипо- гиперонимических отношений — отношений включения. Макропарадигмы включают в себя большие парадигмы, состоящие из малых парадигм. Малые парадигмы включают в свой состав микропарадигмы, в рамках которых выделяются частные модели. При рассмотрении образных парадигм применяется дедуктивный метод: от макропарадигмы к микропарадигме.

В работе предпринята попытка подробного рассмотрения наиболее частотных образных парадигм, в состав которых входит топоним. В ходе исследования выделены три образные макропарадигмы с компонентом - топонимом:

1) макропарадигма с топонимом — левым компонентом;

2) макропарадигма с топонимом — правым компонентом;

3) макропарадигма с топонимом — левым и правым компонентами.

Деление на большие и малые, микропарадигмы и частные модели определяется семантикой нетопонимического компонента.

Топоним - левый компонент образной парадигмы

Макропарадигма с левым компонентом-топонимом объединяет в своем составе образы, выражающие характеристику топообъекта (Т). В рамках данной макропарадигмы наиболее частотны большие парадигмы с правым компонентом «живое существо», «часть тела», «помещение», «географический термин», «рай». Более углубленно эту тему Вы можете рассмотреть, изучая английский по скайпу или английскую лингвистику.

Топообъект - живое существо

В нашем материале наиболее многочисленно представлена образная парадигма «Т - живое существо» с правым компонентом - топонимом и левым компонентом - одушевленным существительным (собственным или нарицательным). «Человек стремится одухотворить все, что его окружает», в том числе и топообъекты.

Большая парадигма «Т - живое существо» включает три малых парадигмы: «Т — человек», «Т - животное», «Т - растение».

Наиболее частотны антропоморфные образы «Т — человек». Топообъект значительно чаще сопоставляется с человеком, чем с животным или растением, это обусловлено антропоцентричностью человеческого мышления. В составе малой парадигмы «Т - человек» выделены наиболее частотные микропарадигмы «Т - родственник», «Т — царственная особа», «Т - участник экономических отношений», «Т — соперник».

Приоритет семьи и родственных отношений в жизни человека обусловливает высокую частотность микропарадигмы «Т — родственник», правый компонент которой выражен существительными со значением родства (mother, father, grandmother, child). Наиболее частотны образы с правыми компонентами mother и father. В основании образа, как правило, лежит характер отношений описываемого топообъекта к другим топообъектам или к человеку.

Выявлено, что правый компонент father коррелирует с левым компонентом — гидронимом. Таким образом, в рамках микропарадигмы «Т - родственник» можно выделить частную модель «река — отец». Корреляция референта-потамонима с агентом, выраженным существительным, обозначающим лицо мужского пола, обусловлена языковой традицией — соотносить водную стихию (реки, моря, океаны), воплощающую силу и энергию, с мужским родом. Она узуально закреплена, отражена во фразеологии как британского, так и американского варианта английского языка, например: Father Thames - Темза, Father of Waters, the Old Man River — Миссисипи.

But what words shall describe the Mississippi, the great father of rivers, who (praise be to Heaven) has no young children like him (Dickens, Ch.).

В рамках вышеприведенной метафоры-приложения крупнейшая река североамериканского континента Mississippi уподобляется отцу всех рек father of rivers. В основании образа лежит идея превосходства описываемой реки над другими реками как по ширине и протяженности, так и по силе течений. Другие реки имплицитно уподобляются детям, которые не могут сравняться со своим отцом ни по росту, ни по силе: the great father of rivers... has no young children like him.

Правый компонент mother традиционно коррелирует с левым компонентом, выраженным названием населенного пункта, хоронимом - названием страны, географического района или ойконимом. Это связано с языковой традицией, заключающейся в корреляции по роду между некоторыми типами существительных и заменяющими их местоимениями. «В частности, традиционные названия стран соответствуют местоимению женского рода (England / Australia and her people), тогда как официальные, политические или географические наименования соответствуют местоимению среднего рода (The United Kingdom and its peoples...)». В основании образа «страна/город - мать» лежит отношение топообъекта к человеку и положительная оценка. Англия традиционно уподобляется матери: Mother England (Ср. в русском языке - Россия-матушка - «страна - мать», НО: Волга- матушка - «река — мать»). Подобные примеры характерны как для Шекспира, так и для современных авторов:

... You, bloody Neroes, ripping up the womb

Of your dear mother England, blush for shame!

(Shakespeare, W.).

В основании образа dear mother England лежит отношение топообъекта к людям и положительная оценка.

В основании образа «город/страна - мать», наряду с отношением топообъекта к человеку и положительной оценкой, может лежать отношение описываемого топообъекта к другим топообъектам, например:

Cordoba was, in the words of one observer, ‘the mother of towns’ (NG. 1999. № 8.).

В основании уподобления Кордовы «матери городов» mother of towns лежит превосходство описываемого города над другими городами по возрасту, по красоте, по количеству жителей, улиц, домов, храмов и пр. и положительная оценка (Ср. Киев — мать городов русских).

Относительно высокая частотность микропарадигмы «Т — царственная особа» (monarch, king, queen, prince, sultan) определяется иерархической структурой человеческих отношений. Образ с правым компонентом «царственная особа» подчеркивает исключительные качества топообъекта.

Если царственной особе уподобляется населенный пункт, в основании образа лежит признак «главный», «занимающий привилегированное положение», например:

Manhattan will continue to gleam and shine and beckon as the prince of cities, welcoming acolytes who can make their contribution to it (Brook, St.).

В приведенном сравнении центральный район Нью-Йорка - Манхеттен уподобляется принцу prince, окруженному слугами acolytes. В основании образа лежат признаки «главный», «привилегированный».

Если царственной особе уподобляется природный объект, в основании образа лежит признак «превосходящий все другие подобные объекты по какому-либо характерному для них параметру», например:

Mount Everest... proud monarch of the roof of the world (NG. 1963. № 5).

Эверест, самая высокая вершина Гималаев и высочайшая вершина земного шара, назван «повелителем «крыши мира» (Гималаев). В основании образа лежат признаки «высота» и «абсолютное превосходство».

Образ с правым компонентом «царственная особа» также может подчеркивать отношение людей к топообъекту, например:

‘The Euphrates is a sultan,' the Syrians say of their historic river and the power of its floods (NG. 1978. №9.).

Отождествление Евфрата с султаном не только подчеркивает исключительность реки по таким параметрам как глубина, протяженность, сила течений power of its floods, но и отражает отношение людей к реке. Благоговение и преклонение сирийцев перед рекой сравнимо лишь с их преклонением перед султаном, люди также зависимы от реки, как от воли султана.

Высокая частотность образных парадигм «Т — участник экономических отношений» и «Т - соперник» обусловлена важной ролью торговли в жизни людей, а также неизбежным наличием конкуренции, как между группами людей, так и между отдельными индивидами, на разных уровнях. Топоним — левый компонент вышеназванных парадигм, как правило, употребляется в метонимическом значении «люди», таким образом, отношения между группами людей «упрощаются», сводятся к отношениям между двумя лицами.

Левый компонент микропарадигмы «Т — участник экономических отношений» выражен хоронимом — названием страны, употребленным в метонимическом значении «группа людей», правый компонент — именем нарицательным, обозначающим участника торгово-экономических отношений:

The United States therefore became both banker and creditor of a bankrupt world (Duche, J.).

Левый компонент приведенного квазитождества, хороним the United States, реализует метонимическое значение «правительство США». Внешнеэкономические отношения сводятся к отношениям между двумя лицами: правительство США, где после первой мировой войны сконцентрировалась большая часть мирового капитала, уподобляется банкиру, предоставляющему на выгодных для себя условиях кредит остальному миру, который, в свою очередь, уподобляется банкроту, вынужденному брать этот кредит.

Левый компонент микропарадигмы «Т — соперник» выражен ойконимом или хоронимом в метонимическом значении «люди». Образ может отражать как сам факт соперничества (rival, contestant), так и степень успешности субъектов (leader, victor, loser), что сопровождается оценкой:

Its (Singapore's) astonishing growth made it a rival of Batavia (Duche, J).

China has emerged as a leader in a grand experiment in the management of population and natural resources (NG. 1988. № 12.).

В первом примере топонимы Singapore и Batavia коррелируют с агентом rival, в основание образа положены отношения соперничества между двумя субъектами. Во втором примере левый компонент — топоним China, употребленный в метонимическом значении «народ Китая», коррелирует с агентом leader. В основании образа лежит признак «успешность» и положительная оценка.

Примеры сопоставления топообъекта с животным или растением единичны. В рамках малой парадигмы «Т — животное» выделены микропарадигмы «Т — реально существующее животное» и «Т — гипотетическое существо (monster)». Микропарадигма «Т — monster» представляет собой один из способов выражения отрицательной оценки топообъекта, в основании образа лежат признаки «большой», «уродливый», «страшный», «опасный» и отрицательная оценка, например:

...the Moorgate Tube Station seemed like a monster sucking them [people] down into its hot rank inside (Priestley, J. B.).

Станция метро на улице Мургейт (the Moorgate Tube Station), куда в вечерний час пик стекается множество народа, уподобляется чудовищу monster, пожирающему людей. В основании образа лежат признаки «большой», «уродливый», «способность вместить множество людей» и отрицательная оценка.

При сопоставлении топообъекта с животным (eagle, dog, possum) в основание образа кладется либо характеристика этого животного: внешний вид, повадки, либо качество, традиционно приписываемое этому животному:

‘...Atlanta’s in a bag and the strings of the bag are at Jonesboro. And if the Yankees can take the railroad there, they can pull up the strings and have us, just like a possum in a poke' (Mitchell, М.).

Левый компонент приведенного образа - топоним Atlanta употреблен в метонимическом значении «жители и защитники Атланты», окруженные противником со всех сторон, оказавшиеся в таком же безвыходном положении, как опоссум, пойманный охотником в мешок. Сравнение основано на признаках «слабый», «неспособный к реальному сопротивлению».

Фитоморфные образы «Т - растение» основаны на признаках «рост», «регенерация», «цветение», которые имплицируют положительную оценку:

Atlanta in these days was like a giant plant, which had been cut to the ground but now was springing up again with sturdier shoots, thicker foliage, more numerous branches (Mitchell, М.).

Восстанавливающийся после войны город уподобляется гигантскому срезанному под корень растению, которое не погибло, а снова пошло в рост и стало еще сильнее, крепче, лучше, чем раньше. В основании образа лежат признаки «рост», «регенерация» и положительная оценка.

В целом, образная парадигма «Т — живое существо» может быть представлена схематично:


образная парадигма «Т — живое существо»

Наиболее часто олицетворяются, персонифицируются города. Вероятно, это связано с узуальным характером метонимии по модели «Т - группа людей», вследствие чего на топообъект переносятся человеческие качества.

В нашем материале наиболее многочисленно представлены образы, левый компонент которых выражен ойконимами London, New York, Paris, Venice. С каждым городом связаны свои, определенные ассоциации.

Топоним Paris нередко употребляется в значении «тот, к кому испытывают нежную любовь, влюбленность». Французам традиционно приписываются утонченность чувств, влюбчивость. Францию, особенно Париж, связывают с понятиями «любовь», «влюбленность», «чувственность»: His beloved Paris... (Fowles, J.). Paris I encounter, but as one encounters a loved one in the end and dumbly, and can scarcely speak a word (Murdoch, I.). Париж уподобляется человеку, к которому испытывают самые нежные чувства, в основании подобных образов лежит положительная оценка и признак «тот, кого любят».

Нью-Йорк традиционно ассоциируется с силой, жизненной энергией, активностью, бешеным темпом жизни и непрерывными изменениями: With cannibalistic delight New York consumes itself, tearing down the old and then creating... a new structure on its place (Brook, St.). ...the rush of New York (Galsworthy, J.). Кроме того, Нью-Йорк ассоциируют с агрессивностью, враждебностью, неприятием любого проявления слабости: New York had taken on a new and sinister aura for him...(Shaw. I.). ...stony hostility of New York (Shaw, I.). Подобные ассоциации обусловлены особенностями условий жизни в Нью-Йорке.

Лондону приписываются холодность и равнодушие, традиционно считающиеся типичными чертами англичанина: ...London was not knowing, not caring... (Priestley, J. B.). London neither knew, nor cared... (Priestley, J. B.).

Венеция традиционно уподобляется особе женского пола, невесте или возлюбленной: ‘...Ah, Venice, Venice, her name is written in all our hearts, the immoral bride of the Adriatic’ (Aldington, R.). ... Venice is wed to the sea called Mediterranean... (Travel in Vogue). Как видно из примеров, Венецию «связывают узами Гименея» как с Адриатическим морем (значительно чаще), так и со Средиземным морем, что обусловлено смежностью их координат.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Эвристические следствия изучения жанров речи в функциональной стилистике
Речевые жанры научного академического текста
Характеристика и конститутивные признаки дискурса СМИ
Конфликт как феномен языка и речи
Жанры речи как функционально-стилистический феномен (вопросы теории)
Вернуться к списку публикаций