2009-07-07 21:59:56
ГлавнаяКультурология — Духовная культура Древней Руси



Духовная культура Древней Руси


Христианство на Руси подверглось во многих отношениях языческому переосмыслению - такова позиция многих авторов. В.Я. Петрухин считает, что для русского средневековья было характерно «синкретическое мировоззрение, сочетающее христианскую идеологию с пережитками язычества». О «двоеверии» в народной среде заявляет и А.Ф. Замалеев.

Здесь следует обратить внимание на то, что термин «двоеверие» первоначально не означал христиан, сохраняющих языческие обряды. Он впервые был употреблен в Поучении Феодосия Печерского - «Слове о вере христианской и латинской» (1069 г.) - в отношении христиан, которые колебались в выборе между греческим и латинским обрядами. В другом древнерусском Поучении - «Слове некоего христолюбца и ревнителя по правой вере» - понятие «двоеверие» связывается с идолопоклонством. «Двоеверно живущими» объявляются «попы и книжники», не соблюдающие церковных предписаний, прежде всего касающихся трапезы. В современной науке термин «двоеверие» употребляется для обозначения «синкретического» мировоззрения русского средневековья. В этом значении он будет использован и нами.

П.А. Флоренский придерживается мнения, согласно которому русское православие образовало взаимодействие трех сил:

1. греческой веры, принесенной нам монахами и священниками Византии,

2. славянского язычества, которое встретило эту новую веру,

3. русского народного характера, который по-своему принял византийское православие и переработал его в своем духе.

Достаточно оригинальной является концепция Н.М. Толстого и С.М. Толстой, которые считают, что применительно к Древней Руси можно говорить о троеверии. Согласно им, само византийское христианство, придя на Русь, уже несло в себе наследие всевозможных языческих влияний - дионисийских и других малоазийских и балканских культов. Поэтому «средневековая традиционная духовная культура у славян состояла из трех генетически различных компонентов:

1. христианства, связанного с церковной догматикой,

2. язычества, унаследованного от праславянского периода,

3. «антихристианства», чаще всего опять-таки язычества, но неславянского происхождения, проникшего в славянскую народную среду вместе с христианством или иным... путем».

Учитывая все вышесказанное, следует отметить, что культура всей Руси после принятия византийского православия претерпела существенные изменения. Как отмечает В.Я. Петрухин, на рубеже X-XI вв. происходит своеобразный «культурный переворот». Выразился этот переворот в том, что после крещения Руси на всей территории государства развернулся процесс трансформации традиционной языческой культуры. В частности, произошла трансформация погребального обряда.

На рубеже X-XI вв. обычай кремации умерших повсюду сменяется обрядом ингумации. Причем эти перемены затрагивают не только городские некрополи, где языческий обряд погребения под курганом исчезает сразу после крещения Руси, но и сельскую глубинку, где курганный обряд сохраняется, но умерших уже хоронят, а не сжигают. Распространение обряда ингумации трупа было облегчено тем, что традиционная «языческая» ориентировка покойника головой на Запад (в том числе и на погребальном костре) совпадала с христианской. Однако первоначально ингумация в могильных ямах головой на Запад распространяется в Среднем Поднепровье, с центрами в Киеве, Чернигове и Переяславле (в пределах Русской земли в узком смысле). Что касается других районов, то здесь христианизация обряда была замедленной. Сначала умерших стали хоронить не в могилах, а на поверхности земли, под курганами; с XII в. распространяется обряд погребения в могильных ямах, а к концу этого столетия начинают исчезать курганные насыпи.

Эволюция погребального обряда свидетельствует о том, что христианские идеи, связанные с представлениями о посмертном будущем и спасении душ, распространяются среди населения Древней Руси ненасильственным путем. Здесь следует обратить внимание на следующий факт. Да, языческое сожжение было вытеснено захоронением в землю. Но вместе с тем в могилу продолжали класть и пишу. Это является явным признаком сохранения языческих представлений о душе и потустороннем мире.

В меньшей степени христианизация затронула общинные обряды - календарные и семейные, связанные с «посюсторонним» бытием. Как отмечает В.Я. Петрухин, эти обряды - «пиры и игрища» - и были главным «предметом обличения» в древнерусских поучениях против язычества, основанием для обвинения в «идолопоклонстве» и двоеверии.

В христианских культах древний славянин находил аналогии своим прежним обрядам и воззрениям: в культе «чудотворных» мощей, икон, реликвий - черты фетишистского почитания предметов, в культе «святых мест» - поклонение загадочным объектам природы, в таинственных церковных обрядах - магические действия волхвов, в образах православных святых - старых богов-покровителей.

Из старых языческих ритуалов в православие вошло особое отношение к предкам, дедам. Вплоть до начала XX в. в коренных русских семьях старики пользовались особым почетом и уважением, их мнение считалось решающим во многих повседневных делах. С принятием христианства культ предков был приурочен к «родительским дням», когда совершались поминки по усопшим.

Первостепенное значение приобрел культ Богородицы. В основу его легли традиционные представления о благодетельном женском существе -прародительнице славянского Рода - Рожанице.

С крещением Руси разрушается языческое строение мира. Теперь раздвоенный мир оказывается безмерным Божьим творением, в котором есть все: и добро, и зло; и богатые, и бедные; и мир, и война и т.д. Христианство «уставляет» новый мир, разделенный на божественный и сотворенный. Христос порождает веру, преодолевающую смерть. Появляется новый способ воскресения - личная вера в Бога. Бог спасает к вечной жизни лишь любящих, добродетельных, послушных, покорных. «Бог пути кажет», пути спасения.

С именем Бориса и Глеба в русскую культуру входит новый, христианский, тип смерти как утверждения вечной жизни. Смерть Бориса - это не мрачная жертва, а осознанно выбранный подвиг, повторяющий муки Христа. Смысл подвига Бориса заключается в попытке преодолеть смерть, соединить земную жизнь с вечной. Подвиг Бориса и Глеба состоит не только в необычайной покорности воле старшего брата, выразившейся в непротивлении убийцам, но и в осмыслении своего поведения как добровольного подражания смерти Иисуса Христа. Г.П. Федотов замечает: «Думается, в полном согласии с древним сказанием мы можем выразить предсмертную мысль Глеба: всякий ученик Христов оставляется в мире для страдания, и всякое невинное и вольное страдание в мире есть страдание за имя Христово... Подвиг непротивления есть национальный русский подвиг, подлинное религиозное открытие новокрещенного народа... Через жития святых страстотерпцев, как через Евангелие, образ кроткого и страдающего Спасителя вошел в сердце русского народа навеки как самая заветная его святыня...».

Преодоление смерти воскресением к вечной жизни оказалось очень сложным для восприятия и явилось самым труднодоступным для языческого мира. Но, несмотря на это, утверждение христианской идеи вечной жизни привело к преодолению языческой противопоставленности жизни и смерти.

Иное толкование в христианстве получила языческая связанность души и тела: теперь душа и тело разделились. Забота о теле, его скорейшем погребении являлась для язычника одновременно и заботой о душе умершего, т.к. душа и после смерти оставалась с телом. Если же имел место обряд кремации, то, по поверьям славян, душа и после сожжения тела сохраняла связь с материальным: она либо принимала образы ветра, огня, пара, облака, дыма и т.п., либо вселялась в новое тело - в бабочку, летучую мышь, в какое-нибудь животное или растение, наконец, в планеты или звезды. Христианское разделение души и тела «по смерти» меняет отношение не только к душе - забота о ее спасении до смерти праведными делами есть залог «радости» после смерти, - но и к телу. Оно, оставленное душой, - не страшно, более того, сакрализуется - способно творить чудеса. В этом и есть проявление воли Божьей. Свидетельства боязни мертвеца, страхов перед возможным возвращением умершего (вера в оборотней) - это наследие языческого мира. Христианство же принесло на Русь иное отношение к мертвому, его телу и к его душе. Таким образом, христианизация древнерусского народа разрушает представление древних русичей о двоичности мира.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789




Интересное:


Историческая динамика феномена кича и его восприятия
Музыка в структуре мира
Культура ХХ века - от модерна к постмодерну
Арабо-мусульманская культура как целостный феномен
Христианская этика как основа русской этической системы
Вернуться к списку публикаций