2012-08-15 18:00:22
ГлавнаяКультурология — Особенности городской свадьбы конца XIX - начала XX вв.



Особенности городской свадьбы конца XIX - начала XX вв.


Свадебные обряды в городе были так же разнообразны, как и среда, в которой они бытовали. В городском обряде можно выделить те свадебные элементы, которые имелись у всех социально-сословных групп города: обычаи дарить «женихову шкатулку», устраивать дорогу из цветов от церкви до свадебного поезда, украшать свадебный поезд цветами лишь после венчания, объезжать свадебным поездом город по кругу, встречать новобрачных музыкой (в языческие времена это означало ввести в заблуждение злые силы и отогнать их громкими звуками) и некоторые другие.

Также прослеживается и общая терминология свадебных образов и действий: свадебное веселье называлось «балом», который обязательно открывался «вальсом молодых». Торт, который приносили матери молодой, у всех социально-сословных групп назывался «именным тортом молодых». Общим для всех жителей города был и порядок угощения на «балу» - сначала чай и сладкое, затем десерт, после этого ужин. В зависимости от социальной среды и достатка эти традиционные угощения устраивались более или менее пышно.

Вместе с общегородскими традициями выделяются и такие, которые наблюдались лишь на свадьбах определенных групп населения - «визитные недели», купеческий «постельный поезд» со строгой регламентацией действующих лиц, определенным порядком в распределении приданого по подводам и обязательной его описью.

Продолжали сохраняться традиционные названия свадебных чинов, связанных с их функциями - «дружко», «сваха», «блюдник», «повозник», «постельная сваха» и другие.

В городской среде конца XIX - начала XX вв. браки заключались по воле родителей и по сватовству. Для городов, где в основном расселялись крупные чиновники, купцы, богатые промышленники и зажиточные мещане, наиболее типичным было сватовство с помощью свах-профессионалок. Так, в Калуге самой ловкой свахой была Топориха, которая обслуживала исключительно купеческое сословие. Сваха хорошо знала всех женихов и невест «своего» круга, их брачный возраст, брачные условия, которые ставила та или другая сторона, а также помнила росписи приданого, которое давали за невестой. В росписи приданого перечислялось все, что давали за девушкой, включая движимое и недвижимое имущество. Сваха обычно передавала эту роспись отцу жениха во время сватовства.

В среде ремесленников, рабочих, мелких торговцев, поденщиков о приданом договаривались в устной форме (так как приданое было небольших размеров), тогда как в купеческих и зажиточных чиновничьих семьях применялась роспись.

Большие надежды на свах-профессионалок возлагали в подыскании женихов для невест, засидевшихся «в девках», а также когда преследовали определенные цели.

В случае, если дело «связывалось», сваха получала вознаграждение, размеры которого зависели от зажиточности семьи, в которой происходило сватовство. Как правило, вознаграждение было не меньше 10 рублей, а в купеческих семьях доходило до 25 рублей. Кроме того, заинтересованная в сватовстве сторона дарила свахе кашемировую шаль, которая со временем приобрела символическое значение. Так, о свахе говорили: «К ней пойдешь, не пропадешь, у нее сундук шалей высватан». Чем больше было у свах «высватанных шалей», тем популярнее она была в городе и большим уважением пользовалась среди свах.

Среди поденщиков, ремесленников, мелких торговцев функция сватовства принадлежала исключительно родственникам жениха по мужской линии.

В первый день сватовства в случае согласия начать дело договаривались о дне «смотрин», которые, как правило, устраивали через неделю после сватовства в доме невесты. Смотрины в различной социально-сословной среде не были одинаковыми - они различались по значению, составу участников и процедурной стороне.

В купеческой и зажиточной мещанской среде смотрины распадались на две части - знакомство жениха и невесты и торг свахи с отцом невесты.

На смотринах обязательно присутствовали невеста со своими родителями, жених и сваха. Начинались смотрины с чаепития, во время которого происходило знакомство жениха с невестой. После «чаепития» отец невесты и сваха переходили в другую комнату, где проходил торг. На «торгу» сваха договаривалась с отцом невесты о приданом и особенно о той денежной сумме, которую давали за невестой. В купеческих семьях это была значительная сумма, доходившая до 1000 рублей. Недаром на этот счет существовала поговорка: «Невесту замуж отдать, надо дом продать».

Обо всем, что должна была выторговать сваха, она заранее сговаривалась с отцом жениха. Дело расстраивалось, если «роспись приданого» и денежная сумма не соответствовали желаниям отца жениха.

На городских окраинах смотрины проходили иначе, в традиционной форме, характерной для деревень. Так, невеста в течение всего вечера была главным действующим лицом, сохраняя по традиции молчание и переодеваясь в лучшие платья до трех раз. Соблюдался обряд «испытания невесты». Мать жениха спрашивала: «А ловка ли девка?» - тогда невеста брала веник и делала вид, что метет пол. Если невеста была кружевницей, то перекидывала из руки в руку коклюшки, а затем выносили кружева, сплетенные для венчального полотенца.

Кроме того, на смотринах сохранился обычай, по которому жених и его родители обязательно выходили в сени или на крыльцо, чтобы обменяться мнениями о невесте, даже если хорошо ее знали.

Торг в этом варианте «смотрин» отсутствовал, зато соблюдались традиционные «невестины дары» для жениха и его ближайших родственников. Для жениха невеста должна была приготовить определенное количество рубашек, две пары белья, брюки, для матери жениха — ткань на платье, для отца жениха - рубашку, остальных родственников одаривала платками. Все эти вещи невеста покупала в магазинах, а не шила сама, как это было в крестьянской среде.

Договорившись о невестиных дарах, все обычно переходили к выпивке, кроме жениха и невесты. Вино для выпивки приносил обязательно отец жениха как глава семьи.

В купеческих и зажиточных мещанских семьях в день официального знакомства родителей жениха и невесты совершался обряд благословения. В купеческих семьях жениха и невесту благословлял священник. Он присутствовал и при передаче выговоренных за невестой денег, которые отец невесты передавал отцу жениха сразу же после совершения обряда благословения. Затем происходил традиционный обмен хлебом-солью и «пропой» невесты. Иногда «пропой» продолжался и на следующий день, тогда приглашали и дальнюю родню.

Большое значение в городской среде имело «церковное оглашение». Совершалось оно обычно недели за две до свадьбы. В церкви по окончании литургии священник объявлял имена желающих вступить в брак. Делалось это для того, чтобы выявить, не существует ли каких-нибудь помех для брака.

В отличие от крестьянской свадьбы, в городской девичник был распространен меньше, хотя в некоторых местах устраивали традиционный девичник накануне свадьбы. Подруги невесты нанимали отдельный дом, пекли там сладкое печенье в виде перевитых колец и угощали парней, те в свою очередь приносили им баранки и орехи. Иногда на девичнике украшали елочку (символ девичества и невестиной «красоты»). После девичника жених уносил елочку к себе домой. В некоторых местах символом девичества служило кружевное полотенце, сплетенное невестой. На протяжении всего девичника невеста сидела покрытая этим полотенцем. По окончании девичника самая близкая подруга невесты дарила это полотенце жениху, говоря при этом: «Была «красота» наша веселая да игривая, теперь будет ваша, любите ее так же, как мы ее любили, живите с нею так же дружно, как мы жили». Жених прятал полотенце за пазуху, кланялся и уходил в сопровождении друзей. Таким образом, сохранялся обряд с традиционной символической «красотой», широко известный среди крестьянского населения.

В городском свадебном обряде важное место занимал перевоз приданого и постели невесты в дом новобрачных. Так, в купеческой среде приданое перевозили женщины, которых возглавляла сваха-профессионалка или тетка невесты. Из мужчин к этому делу допускали только «мужиков- ломовиков», нанятых для переноски тяжелых вещей.

Перевозили приданое обязательно на пяти крытых подводах. Этот поезд назывался «постельным». На первой подводе везли икону и самовар, около которого сидел мальчик-«блюдник» (это мог быть и младший брат невесты или ближайший родственник) и держал в руках поднос с огромной «головкой» сахара, украшенной лентой, и пачкой чая, завернутой в шелк, на второй подводе везли серебряную солонку, которую держала в руках крестная мать, и фарфоровую посуду, третья подвода предназначалась только для перевозки постели невесты, например: пуховая перина, два атласных одеяла, четыре подушки больших, четыре маленьких, шесть простыней, шесть пододеяльников и т.д. На четвертую подводу укладывали плюшевый ковер и мебель, на пятой подводе ехала тетка невесты, а иногда мать, которая везла «роспись приданого». Рядом с ней сидела сваха, державшая в руках живую индюшку, украшенную ленточками и чепцом.

Встречала приданое мать жениха или его старшая сестра (обязательно замужняя). Той, которая встречала «постельный» поезд, полагалось дарить материю на платье, а сваха вручала и ряженую индюшку. Иногда мать жениха принимала приданое по росписи, проверяя каждую вещь. Постель, как правило, стелила для молодых тетка или сваха, пряча под перину яйцо (вареное или деревянное /расписное), «чтобы у молодых детки родились».

У населения окраин городов приданое было меньших размеров, так что перевозили его на одной подводе или переносили на руках. Зато перевоз или перенос постели в дом жениха сопровождался множеством игровых моментов: выкуп постели, пляска свахи с ряженой курицей, пение любовных частушек и т.п. традиции, характерные для крестьянской среды.

Самым важным в свадебном обряде горожане считали венчание. По обычаю в день венчания жених присылал невесте через сваху или свою тетку шкатулку, в которой лежали фата, восковые цветы, венчальные свечи, белые перчатки, гарнитур гребенок, иголки, булавки и т.п.

Купцы и крупные чиновники покупали для невесты дорогие резные музыкальные шкатулки, те, кто победнее, - простые деревянные. После того как приносили шкатулку, тетка невесты - «снарядиха» начинала одевать невесту к венцу, она же причесывала ее, делая так называемую греческую прическу (волосы поднимались вверх, стягивались на затылке и укладывались жгутом, вокруг которого вкалывали многочисленные гребенки и к которому прикрепляли фату). Сохранился обычай, согласно которому невесту обувал обязательно мальчик (брат или ее близкий родственник). В купеческих семьях в туфлю невесты вкладывали золотой. Существовал обычай опоясывать пряжей невесту, собирающуюся к венцу, чтобы уберечь ее от порчи.

Во всех социально-сословных городских группах сохранялась традиционная роль дяди при одевании к венцу жениха: он вкладывал в правый сапог или ботинок жениха монету, в купеческих семьях вручали также жениху плетку в знак власти над будущей женой.

В крестьянской среде огромную роль играли обычаи, связанные с приездом свадебного поезда жениха в дом невесты: преграждение дороги женихову поезду, запирание ворот отцом невесты, продажа ворот, откуп места для жениха около невесты, а также плач подруг невесты перед отправлением ее к венцу и т.д. Невеста и жених ехали к венцу обычно одним свадебным поездом, но на разных подводах. Обычно «дружка» со своими «полудружками» или «поддружьями» украшал свадебный поезд цветами и обязательно колокольчиками, чтобы их звон отпугивал «нечистую силу».

По городской традиции жених и невеста ехали разными поездами и порознь. Невеста ехала в пролетке в сопровождении свахи или тетки, за ними в коляске ехали девушки «провожатки», вслед за ними шаферы невесты. Жених со своими шаферами и друзьями приезжал раньше и ждал невесту около церкви. Шаферами обычно были холостые парни, они держали в церкви венцы над новобрачными. Иногда роль шаферов исполняли девушки, которых называли шаферицами.

Обряд венчания был пышен и торжествен.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Взаимообусловленность характера и национальной культуры
Культурные основы и содержание русской народной свадьбы в XIX в.
Вещь в системе темпорального слоя универсума
Традиции и новации в русском свадебном обряде
Духовная культура Древней Руси
Вернуться к списку публикаций