2012-08-07 18:44:37
ГлавнаяКультурология — Межличностный конфликт как столкновение культурных стереотипов



Межличностный конфликт как столкновение культурных стереотипов


Влияние стереотипов на самоидентичность и ее трансформацию

Наши наблюдения за употреблением термина «стереотипы» в популярной печати и на телевидении (речь идет, разумеется, о конвенциональном, а не научном значении слова, отражающем специфику его бытования в массовом сознании) свидетельствуют о следующем. Стереотипными позиции и поступки называют тогда, когда человек в своей деятельности руководствуется либо обычаем, либо воспринятыми в процессе воспитания моральными принципами. Этому активно противопоставляется идея индивидуального самовыражения таким образом, словно она никогда не носит стереотипного характера. Утверждается, например, что «стереотипные позиции никогда не приводят супругов к взаимопониманию». В противовес этому предлагается активно выражать «ваши подлинные чувства». Естественность и непринужденность общения выдаются за панацею от всех внутренних и межличностных конфликтов. Таким образом, стереотип выступает как фактор культурного насилия над личностью. Утверждается, что достаточно осознать свое поведение как свое, чтобы стать свободным.

Как показывает наше исследование, индивидуальные чувства не только могут, но очень часто носят именно стереотипный характер, что современному человеку зачастую бывает трудно понять именно это: чего хочет он сам, а чего хочет реклама. О миметичности (подражательности) и массовидности желаний современного человека писали Ж. Делез, Ф. Гватари, Р. Жерар, Б. Хюбнер, П. Слотердайк и другие философы. Наиболее сложно стало обрести твердую уверенность внутренней самоидентичности «Я — это Я», поскольку старая дилемма между склонностью и долгом заменилась новой — между моим собственным и другим, тем, что мной не является, но между тем живет во мне.

Согласно наблюдениям Р. Гвардини, «постепенно исчезает чувство собственного бытия человека и неприкосновенной сферы «личного», составляющее прежде основу социального поведения». Для человека массового общества есть два возможных пути. «Либо отдельный человек растворяется без остатка в целостных системах и становится простым носителем функций... либо же человек, включившись в большие системы жизненного и трудового уклада, откажется от свободы индивидуального развития и творчества, чтобы всецело сосредоточиться на своем внутреннем ядре и попытаться спасти хотя бы самое существенное». Апелляция массовой культуры к самым примитивным желаниям так же инфантилизирует индивида, как и описанное нами выше подавление его воли к индивидуации.

Таким образом, системообразующим противоречием становится противоречие между личным и массовым внутри индивидуального сознания. При этом личное мышление и поведение по-прежнему остается рискованным, сопряженным с индивидуальной ответственностью, тогда как массовидное — защищенным, верифицированным или, как минимум, социально оправданным. Стереотипное поведение негативно для личности, когда оно осуществляется помимо намерений и в расхождении с целями. Стереотип навязывает нам модели массового поведения, выдавая их за индивидуальные, личные смыслы. (Смысл деятельности в данном случае понимается как отношение мотива к цели). Он легко может использоваться для манипулирования сознанием, что и происходит, в частности, в практике PR-технологий и других формах целенаправленной апелляции к массовому в индивиде.

Однако это никоим образом не упрощает задачу понимания современного человека, а, напротив, усложняет ее. «В нем и в его жизни фактически существующее не может совпадать с идеальной сущностью. Поэтому в нем... жизненная правда и истина сущности также должны расходиться между собой. Отсюда нетрудно заключить, что именно в этом коренится значительная часть конфликтов». Если реальный конфликт интересов может быть сведен к неравному доступу к различным ресурсам, то конфликт ценностей — это всегда борьба за господство своего образа мира. Наиболее первичен в личности именно культурно-заданный способ переживания реальности, воспринятый на самых ранних стадиях формирования личности.

Совокупность «освоенных» и принятых личностью элементов — общественных требований, норм, оценок, идеалов и стереотипов - составляет «своеобразную призму», которая, сформировавшись на первичной стадии социализации, «впоследствии преломляет все внешние воздействия на личность и объясняет индивидуальные различия в реакциях личности на общественные воздействия, а также автономность личности по отношению к непосредственным условиям ее бытия и деятельности». Конкретное содержание упомянутой «призмы» (в нашем понимании - селектора, посредством которого будет в дальнейшем осуществляться ценностный отбор) непосредственно связано с характеристиками того типа культуры, в котором происходит первоначальное формирование личности. Культура может быть ориентирована преимущественно на труд или на досуг, на индивидуальные достижения или на сильно развитые формы группового контроля над поведением индивида, она может быть моностилистической или полистилистической и т.д.

В процессе социализации личностью усваивается мораль того конкретно-исторического общества, в лоне которого происходит ее формирование. «Но любая конкретная мораль имеет свои глубинные стандарты, по которым резоны действия оцениваются как более или менее адекватные, концепции того, как качества характера соотносятся с качествами действий, суждения относительно того, как должны быть сформулированы правила». Таким образом постепенно формируется круг культурных ценностей, с которыми впоследствии личность отождествляет себя. Этот круг непосредственно связан с ранними эмоциональными переживаниями. «С чего начинается Родина? С той песни, что пела нам мать. С того, что в любых испытаниях у нас никому не отнять», - поэтическое выражение этого процесса. Далее в известной песне перечисляются образы, такие как «проселочная дорога, которой не видно конца», «старая отцовская буденновка» и др., которые являются культурными маркерами, отсылающими к ценностям конкретного поколения. И это тоже верно, поскольку первичный процесс усвоения личностью культурного опыта отражает «темпоральные особенности системы нравственных ценностей, фиксирующей перспективную направленность социального и личностного времени».

Все это объединяется понятием идентичности, охватывающим и субъективное время, и личную деятельность, и национальную культуру. Как справедливо отмечал А. Турен, «местом пребывания идентичности являются одновременно индивиды, общности и государства».

В данном исследовании будем понимать под идентичностью соответствие между внешним многообразием и внутренним миром личности, глобальным и локальным, общественным и частным, коллективным и индивидуальным, искусственным и естественным в развитии человека. Как утверждает М.В. Заковоротная: «Идентичность - модель жизни, позволяющая разделить «Я» и окружающий мир, определить соотношение внутреннего и внешнего для человека, конечного и бесконечного, адаптации и самозащиты, упорядочить разнообразие в целях самореализации и самоописания».

Основатель теории идентичности Э. Эриксон развивая идеи эго-психологов, рассматривал циклы развития Я, те кризисы, через которые проходит Я на пути к зрелой автономии и продуктивности. Идентичность - это социализованная часть Я. Она реальна, только если она подтверждается другими. Для нашего исследования представляют наибольшую важность следующие положения Э. Эриксона. Во-первых, он утверждал, что становление личности не заканчивается в подростковом возрасте, но растягивается на весь жизненный цикл. Во- вторых, «эго» отличается от Я. В последнее включается персональность, роли в жизни. Оно состоит из различных «само». Ведь существующие способы направленного внимания человека на себя самого включают семейство умножающихся понятий: самоуважение, самоутверждение, самообладание, самоопределение, самосознание, самовоспитание, самопознание, самоорганизация, самолюбие и т.д. «Эго» — компонент, осуществляющий синтез впечатлений, эмоций, памяти. Именно «эго- интегральность» обеспечивает человеку ощущение себя неизменным независимо от ситуации, дает возможность воспринимать прошлое, настоящее и будущее как единое целое.

В-третьих, эта целостность понималась Э. Эриксоном как ансамбль частей, совмещенных в продуктивную организацию, границы которой открыты и гибки. Поэтому путь в будущее для индивида - внутренняя реформа, а не внешнее изменение. Структура идентичности была представлена как организация трех порядков. Соматический порядок — организм стремится сохранить свою целостность в постоянном взаимодействии с внешним миром. Личностный порядок - интегрирует внешний и внутренний опыты в сознании и поведении. Социальный порядок — совместно поддерживаемые людьми и их поддерживающие социокультурные условия.

Идеи о том, что идентичность не есть автономия, что Я как непрерывная самость формируется во взаимоотношениях с внешней социокультурной средой, оказали влияние на последующие разработки темы идентичности в социальной психологии. Так, американский психолог Дж. Марсия утверждал, что идентичность — это структура «эго», внутренне самосозидающаяся, динамическая организация способностей, убеждений и индивидуальной истории. Проявляется структура «эго» через решение проблем, через способы выхода из кризиса. В нашей работе этот кризис понимается как внутренний конфликт, имеющий внешнее выражение, либо как интериоризованный внешний конфликт, который связан с саморазвитием личности в социокультурном пространстве и времени.

Другой американский автор А. Ватерман исследовал ценностные аспекты феномена идентичности. Ее элементы, согласно А. Ватерману, четкое самоопределение, выбор целей, ценностей и убеждений, которым человек следует в жизни. Для формирования идентичности наиболее значимы четыре сферы: выбор профессии, принятие и переоценка моральных и религиозных убеждений, выработка политических взглядов, принятие набора социальных ролей.

Весьма важными для нашего исследования конфликтного развития межиндивидуальной коммуникации являются идеи символического интеракционизма Дж. Мида. Согласно ему, социальное взаимодействие не является процессом одностороннего приспособления, а представляет собой взаимодополнительность двух относительно автономных систем - личности и общества. Самость - результат свойств, возникших в ходе взаимодействия. Дж. Мид утверждает, что изучение социума должно происходить на микроуровне, и что центральным понятием микроуровня является самость, которая представляет собой синтез истории общества и биографии конкретной личности.

Мид различает два типа идентичности: осознаваемая — человек размышляет о своем поведении, он не автономен, но свободен выбирать цель и тактику поведения; неосознаваемая — человек нерефлексируемо принимает нормы поведения, привычки, ритуалы. Существуют стереотипные модели поведения, когда мы ожидаем от человека определенной реакции, без обдумывания последней. Социальная идентичность обеспечивает формирование содержательной и ценностной структур личности. Структура идентичности развивается на протяжении всей жизни.

С одной стороны, общество определяет идентичность индивида, задавая нормы, законы существования, с другой стороны, индивид сам задает собственное определение в выборе цели, ценностей. Исключительное значение имеет символическая коммуникация: вербализованная и невербализованная. Именно символичность коммуникации есть результат эволюции человека и содержание развития отношений общества и личности. Символизация конституирует объекты в социальном взаимодействии. В современную эпоху, по утверждению Дж. Мида, происходит избавление мира от четко определяемых сообществ, создание пространства для большей дифференциации, в котором индивиды способны к самоопределению в более универсальных терминах.

Задачу изучения индивидуального и социального в человеке, устойчивого и изменчивого в его внутреннем мире по своему решает такое направление американской социальной мысли как когнитивная психология. Ее представители Х. Тэджфел, Дж. Тернер, Г. Брейкуэлл определяют идентичность как когнитивную систему, которая выполняет роль регуляции поведения и имеет две подсистемы: лингвистическую (самоопределение в терминах физических, интеллектуальных, нравственных) и социальную (принадлежность к расе, полу, национальности).

При этом структура идентичности определяется следующими компонентами: биологический - является сердцевиной идентичности, однако со временем становится все менее значимым; содержательный - включает характеристики, определяющие уникальность личности; ценностный — дает положительные или отрицательные оценки принципов, ситуаций, личностей; хронологический - предполагает развитие идентичности в субъективном времени. Это направление установило, что становление идентичности осуществляется с помощью двух процессов: ассимиляции, отбора новых компонентов и их приспособления к структуре путем определения значения и ценности компонентов, новых и старых.

Значимость временного аспекта в формировании идентичности, ее процессуальность привели к появлению термина «идентификация», отражающего постоянную изменчивость идентичности в современном мире. Чем в большей степени повседневная культурная жизнь строится на противоречии локального и глобального, тем больше индивиды должны выбирать свои жизненные пути из многообразия перспектив.

Изменения коснулись не только всех сторон повседневной жизни человека, но и традиционных способов трансляции культуры.

Классический тип образования нацеливал на самосовершенствование, культивирование природных задатков, нахождение своего смысла и экспликацию его. Поэтому была важна ценностная определенность, т.е. «твердая» самоидентичность. В современном же мире важнее мобильность, ситуационность и контекстность, функциональность, способность быстро измениться. Свобода понимается не как отчет в своих основаниях, а как спонтанность. Основным признаком современной культуры является отсутствие четкой целеориентированности на этапе возникновения и развития новых культурных образцов.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567




Интересное:


Типологические составляющие духовной жизни дворянской усадьбы
Понимание Добра и Зла в русской культуре
Культурный стереотип как способ освоения действительности
Особенности суфизма на Северном Кавказе
Становление и этапы русского религиозного Возрождения
Вернуться к списку публикаций