2011-11-18 00:19:17
ГлавнаяПолитология — Причины германского и советского тоталитаризма



Причины германского и советского тоталитаризма


Сегодня в отечественных социально-гуманитарных науках продолжается спор относительно случайности или закономерности появления левого варианта тоталитаризма в нашей стране. Полагаем, что сама постановка этого вопроса является, мягко говоря, не совсем корректной. Сталинский тоталитаризм не был случайным явлением в советской истории (выше уже говорилось о том, что тоталитаризм как сложное политико-правовое явление, возникает в результате коренных изменений в самом обществе, над которым затем и устанавливается тоталитарное господство), но не был он и безусловно закономерным. Как справедливо отмечает П.Е. Студников, «смешно утверждать, будто курс И. Сталина, навязанный партии и осуществленный в 30-е годы, был единственно возможным, то есть фатально неизбежным... На любой этапе общественного развития существуют альтернативы, варианты развития. Ведь история - это процесс, в котором люди являются и авторами и актерами собственной драмы - исторического развития. Само направление, ход развития истории - это равнодействующая поступков миллионов и миллионов индивидов. В свою очередь, эти поступки определяются материальными интересами больших масс людей - социальных групп, классов, их союзов. Исходя из этого было бы логической ошибкой полагать, что во всякий отдельно взятый момент существует некий интерес (групповой, классовый), на основе которого так или иначе развертывается ход истории. Соотношение классовых сил, перевес одних над другими - переменная величина: ведь каждую секунду в это соотношение вмешиваются новые, вчера еще пассивные силы, меняется сознание, степень воздействия разных интересов на ход истории. В связи с этим предсказать исход борьбы разных сил можно лишь на сравнительно длительном отрезке времени. Причем предсказуем лишь общий исход борьбы: буржуа одержат верх над помещиками, трудящиеся над буржуа и так далее, а когда и как это случится, сказать трудно. В отечественной и зарубежной политической литературе давно доказано, что развитие советского общества и в 30-е годы имело ряд вариантов социалистического развития: варианты Л. Троцкого, Н. Бухарина, наконец, возможно было при определенной корректировке продолжить ленинский НЭП».

Прежде чем перейти к анализу причин и предпосылок возникновения советского тоталитаризма, отметим, что тоталитарные режимы в Германии и СССР сформировались в весьма неодинаковых условиях. На наш взгляд, можно выделить два принципиальных отличия в условиях их формирования: во-первых, если германская модель тоталитаризма сформировалась на экономическом фундаменте монополистического капитализма, то ее советская модель - в условиях государственной собственности на орудия и средства производства; во-вторых, если нацистский режим вырос из массового фашистского движения в рамках Веймарской республики, то сталинский - в результате реорганизации И.В. Сталиным и его окружением авторитарной большевистской диктатуры

В.И. Ленина, соответственно, советский тоталитаризм не был прямым порождением массового коммунистического движения. «Сталинский «брюмер», - указывают авторы монографии «Тоталитаризм. Из истории идеологий, движений, режимов и их преодоления», - явившийся как бы продолжением «термидора», произошел не в ходе какого-либо одномоментного акта и формально без разрыва преемственности, поскольку для поддержания легитимности собственного правления те, кто стоял у власти, продолжали ссылаться на революцию 1917 года, авторитет Ленина и большевистскую диктатуру. ...Сталинская диктатура была установлена «сверху» и затем приступила к созданию тоталитарных механизмов на основе перетряхивания и реорганизации уже существовавших авторитарных институтов большевизма - партии, огосударствленных профсоюзов, молодежных, женских и т.п. организаций. Все они превращались в элементы тоталитарной структуры, в приводные ремни сталинского государства. Иными словами, если фашизм вводил свое движение в государство, то сталинизм трансформировал партию и другие организации в государственные институты».

Выше уже говорилось о том, что тоталитаризм возникает в «ситуации вызова». В чем же конкретно состояла эта ситуация, отвечая на которую и появился в Советском Союзе в 30-е годы левый тоталитаризм?

А.П. Бутенко «ситуацию вызова» объясняет «историческим забеганием» советского государства после 1917 года: «Первопричиной формирования левого тоталитаризма является вся совокупность социально- политических условий, связанных с историческим забеганием. Именно оно - историческое забегание, желание построить социализм там, где для этого нет необходимых объективных и субъективных условий, что и ставит такое общество перед «неразрешимой дилеммой» и приводит к тому, что установленная в подобной стране революционная власть шаг за шагом вырождается, превращается в тоталитаризм».

Действительно, захватив в октябре 1917 года политическую власть, большевики провозгласили курс на построение социализма. «Когда же в сумятице неотвратимо последовавшей Гражданской войны социалистический порядок не возник сам по себе, - пишет американский советолог М. Малиа, - историю пришлось подстегивать введением милитаризированной экономики «военного коммунизма» и первыми попытками «планирования». Однако эти начинания превысили пределы того, что могло выдержать разоренное войной общество, и потому первая попытка построения социализма сменилась в 1921 году временным отступлением к полурыночной, полукапиталистической экономике НЭПа. В этом чередовании «социалистического наступления» и частичного отступления к более нормальному обществу и содержится основной ритм советского эксперимента».

В обстановке «военного коммунизма» главным инструментом удержания политической власти в руках большевистской партии, основным средством решения задач социально-экономического развития страны стало государственно-административное принуждение, прямое физическое и идеологическое насилие. Как отмечает С. Куртуа, «главная цель Ленина заключалась в том, чтобы удержаться у власти как можно дольше. Уже через полтора месяца, когда был перекрыт срок пребывания у власти парижским коммунаров, Ленин позволил себе помечтать о будущем, и его желание не уступать власть многократно возросло. У истории могло быть несколько путей, но русская революция, оседланная большевиками, двинулась по самой неизведанной тропе. Почему сохранение власти оказалось настолько важным, что оправдывало применение любых средств и забвение элементарнейших требований морали? Потому что только так Ленин мог претворить в жизнь свои идеи построения «социализма». Этот ответ выявляет подлинную движущую силу террора; ленинскую идеологию и совершенно утопическое стремление воплотить в жизнь доктрину, абсолютно расходящуюся с реальностью».

В целом, ни политика «военного коммунизма», ни новая экономическая политика» не смогли преодолеть историческое забегание, возвратиться из него на нормальный путь естественноисторической эволюции. И.В. Сталин в 30-е годы еще больше подстегнул тоталитарным режимом это забегание, лишив тем самым советскую экономику возможности обрести устойчивые темпы прогресса.

В 20-е годы завершается оформление советского однопартийного режима. «Начало 20-х годов и введение НЭПа, - пишет А.Л. Литвин, - усилило наступление большевиков на социалистические партии. Это было связано с утверждением однопартийной системы в стране, с ликвидацией политических соперников». О методах, используемых большевиками для борьбы со своими политическими противниками, свидетельствует судебный процесс, организованный над партией правых эсеров. Процесс проходил в Москве с 8 июня по 7 августа 1922 года. Как явствует из обвинительного заключения, партия правых эсеров в лице членов ее ЦК явилась инициатором гражданской войны, вступала в связь с белогвардейскими организациями различного типа и представителями «международного капитала», вела вооруженную борьбу с Советской властью в Поволжье, Сибири и на Севере, устраивала восстания, содействовала Кронштадтскому мятежу. В 1922-1923 годы аналогичные процессы были проведены над левыми эсерами, петлюровцами и другими партиями.

Тогда же, в 20-е годы, завершается и процесс преобразования большевистской партии в партию тоталитарного типа - запрещается какая-либо фракционность внутри РКП (б), начинается и активно ведется борьба с внутрипартийной оппозицией. Размышляя над проблемой послеоктябрьского перерождения партии, Л. Троцкий писал: «Большевистская партия имела монопольное положение и в первый период советской эры. ... Запрещение оппозиционных партий было временной мерой, продиктованной условиями гражданской войны, блокады, интервенции и голода. Правящая партия ... жила полнокровной внутренней жизнью: борьба группировок и фракций до некоторой степени возмещала борьбу партий... Партия всецело находилась в состоянии то открытой, то замаскированной борьбы с бюрократией. Историческая роль фракции Сталина состоит в том, что она уничтожила это раздвоение, подчинив партию ее собственному аппарату и слив этот последний с аппаратом государства».

По уровню общей и политической культуры населения советское государство 20-х годов во многом уступало Германии того же времени. На 1 тысячу жителей в 1920 году в Европейской России было всего 330 человек грамотных, в 1926 году число неграмотных в стране составляло 43 % в возрасте девяти - сорока девяти лет и большинство старших возрастов. Даже к началу 40-х годов почти пятая часть населения СССР все еще оставалась неграмотна.

Советский Союз в конце 20-х годов представлял собой страну преимущественно аграрную, находясь на начальных этапах индустриализации. В крупной промышленности к началу первой пятилетки производилось лишь 20-25 % национального дохода, тогда как в сельском хозяйстве, лесоводстве, рыболовстве - около 50 %. В аграрном производстве было занято едва ли не 80 % работающего населения страны, а велось оно почти исключительно домашним способом. По темпам народнохозяйственного развития советская экономика значительно уступала экономике развитых капиталистических государств. Объем промышленной продукции, выпускавшейся в нашей стране в то время, даже по абсолютной величине был намного ниже соответствующих показателей ведущих индустриальных держав: в СССР производилось ежегодно 3-4 миллиона тонн чугуна, 4-5 миллионов тонн стали, 35-40 миллионов тонн угля, 5-6 миллиардов киловатт-часов электроэнергии - в 2-3 раза меньше, чем в Англии и Франции, и во много раз меньше, чем в США. Уровень производства советской промышленности в расчете на душу населения был в 5-10 раз ниже душевого производства в индустриально развитых странах. «Если сопоставить наши показатели за 1927/28 год, - писали составители первого пятилетнего плана, - по национальному доходу и мощности капитала с Соединенными Штатами, чтобы дать представление о том, какое расстояние нас отделяет в настоящее время от передовых стран, то окажется, что мы отстаем от Соединенных Штатов на 50 лет».

Доля сельских жителей в общем составе населения в 20-е годы в 4 раза превышала долю горожан, а доля крестьян в 6-7 раз была выше доли рабочего населения. В крестьянской среде были сильны феодально-патриархальные пережитки, преобладала традиционно-коллективистская психология. Несмотря на это, большинство членов правящей партии во второй половине 20-х годов были представлены именно выходцами из крестьян: в 1927 году в рядах ВКП (б) состояло всего 30 % рабочих, только к 1937 году рабочие составляли немногим более половины состава партии.

Однопартийная политическая система, господство коммунистической идеологии, значительное отставание советской экономики, низкий уровень общей, политической и правовой культуры советского общества, верноподданнический стиль мышления значительный части населения страны, преобладание командно-административных методов в сфере государственного управления и управления народным хозяйством - все это, вместе взятое, во многом предопределило дальнейшее развитие советского государства по пути тоталитаризма.

Сложившаяся к концу 20-х годов диспропорция между промышленностью и сельским хозяйством и между отдельными отраслями, увеличение инфляции, безработицы (достигавшей 1,5 миллиона человек и более), обнищание широких слоев населения свидетельствовали о кризисе советской экономики. Общий кризис был усилен кризисами хлебозаготовок 1927/1928 и 1928/1929 годов. Это, в свою очередь, привело к усилению недовольства в стране, к забастовкам, принявшим массовый характер. Экономический кризис постепенно перерастал в кризис политический. Над большевистским режимом вновь, как ив 1921 году, нависла серьезная угроза. Ситуация усугублялась нахождением СССР в международной изоляции, что исключало возможность получения помощи извне.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Л.А. Тихомиров как теоретик монархизма
Общая характеристика политической системы современного российского общества
Демократический политический режим
Понятие, признаки и разновидности власти как основы политического режима
Гражданское общество и модернизация России
Вернуться к списку публикаций