2011-11-18 00:19:17
ГлавнаяПолитология — Причины германского и советского тоталитаризма



Причины германского и советского тоталитаризма


Вопрос о причинах возникновения тоталитаризма в зарубежной и отечественной науке является, пожалуй, одним из самых сложных и дискуссионных. Это проявляется в отсутствии единого подхода к его разрешению и наличии различных концепций, теорий, так или иначе, объясняющих причины происхождения данного феномена.

Авторы «психологической» интерпретации тоталитаризма - В. Райх и Э. Фромм - возникновение тоталитарных режимов объясняли с позиций социальной психологии. Фашизм представлен ими в качестве итога всего предшествующего развития европейской цивилизации Нового времени, буквально провоцировавшей на всем протяжении возникновение невротических реакций и психических патологий. Появление тоталитаризма, согласно Э. Фромму, было обусловлено формированием на стадии перехода от традиционного к современному типу общества так называемого «синдрома бегства от свободы», нашедшего свое яркое проявление в тоталитарных движениях первой половины XX века. Если средневековое общество было жестко структурировано, что придавало человеку ощущение уверенности, то на рубеже Нового времени жесткая социальная структура оказалась разрушенной. Это обстоятельство открыло дорогу значительным изменениям в психологической атмосфере. «...Жизнь стала насыщаться духом беспокойства... Средневековая социальная система была разрушена, а вместе с ней и та стабильность и относительная безопасность, которые она давала индивиду... Все классы общества пришли в движение. Индивид стал одиноким: все теперь зависело не от гарантий его социального статуса, а от его собственных усилий». Наряду с насыщением психологической атмосферы духом беспокойства, постепенно трансформировалось и само мироощущение человека. Итогом данного процесса явилось массовое распространение в обществе черт «авторитарной личности».

Ф. Хайек, видел зародыш тоталитаризма в любой форме коллективизма. Поэтому, согласно его убеждению, любая попытка подчинить индивида, его индивидуальные устремления чему-то общему, заставить следовать неким коллективистским, социалистическим идеям, как и стремление планировать экономическую и социальную жизнь общества в целом, неизбежно оборачивается тоталитаризмом. В качестве же «главных движущих сил» тоталитаризма (помимо социалистов и интеллектуалов левой ориентации) Ф. Хайек указывал «две крупные группы: профсоюзы и объединения предпринимателей».

Уже во время войны Ф. Хайек предупреждал весь «демократический» Запад, считая, что тот, сам того не подозревая, вступил на «дорогу к рабству». Подтверждением этому было повальное увлечение государственным регулированием военной экономики, дававшее хорошие результаты. Ф. Хайек считал, что продолжение такой практики после войны, усиление планового регулирования экономики, неизбежно обернется ростом социалистических идей и явится первым шагом на пути к тоталитаризму. Как справедливо отмечает П.Е. Студников, «Ф. Хайек не видит разницы между возможностью и действительностью тоталитаризма; между его опасностью, связанной со многими сторонами общественной жизни (в том числе и государственным регулированием и коллективизмом, подчиняющим индивида общему совместному), но не порождающей все же тоталитаризм, и его действительностью, когда его абстрактная возможность по мере накопления опасных предпосылок, черт сначала превращается в реальную возможность, а затем - только при определенных обстоятельствах - в действительный тоталитаризм».

К. Поппер возникновение тоталитаризма рассматривал как результат шока, вызванного переходом от племенного или «закрытого общества» к европейской цивилизации («открытому обществу», освобождающему критические способности человека). Именно этот шок «стал одним из факторов, сделавших возможным возникновение реакционных движений, пытавшихся и все еще пытающихся опрокинуть цивилизацию и возвратить человечество к племенному состоянию».

По мнению X. Арендт, истоки тоталитаризма коренятся в антисемитизме и национализме. В этой связи X. Арендт в своей работе «Истоки тоталитаризма» выделяет два типа национализма. Один - это конкретный национализм, то есть привязанный к положительным, реально существующим ценностям - обжитой территории, институтам, историческим достижениям; укорененность в своей культуре и истории и т.д. Другой национализм - абстрактно-метафизический национализм. Он весьма аморфен и конституируется по принципу враждебности, основываясь на идее борьбы и захвата. Судьба этого второго - агрессивного - национализма в разных странах Европы разная. Из одних обществ (скажем, британского) он был экспортирован за океан. В других обществах - где подобного экспорта не было - развивался «континентальный» национализм, идейной формой которого был пангерманизм и российский панславизм. Если же говорить об антисемитизме (другом истоке тоталитаризма), то он постоянно индуцировал отношения к определенной группе населения - к евреям - как «чужакам».

В целом, X. Арендт так и не удалось дать исчерпывающего ответа на вопрос о первопричинах тоталитаризма. Тем не менее, она впервые в западной политологии на основе убедительного социально- политического анализа природы тоталитаризма, связала воедино кризисные явления в обществе, его атомизацию, появление массовых тоталитарных партий и движений, с одной стороны, и возникновение тоталитаризма, с другой.

Известны и другие подходы зарубежных авторов к объяснению причин возникновения тоталитаризма, однако «при попытке последовательно применить каждый из этих подходов к конкретному анализу исторических реалий XX века, - как справедливо отмечает О.Ю. Ярцева, - вновь и вновь обнаруживается, что главный вопрос - почему же все-таки тоталитаризм рождается в одних странах и отсутствует в других - так и остается открытым».

Как нам представляется, тоталитаризм, как сложное политико-правовое явление, возникает в результате коренных изменений в самом обществе, над которым затем и устанавливается тоталитарное господство органов государства. Поэтому при объяснении причин возникновения феномена тоталитаризма в том или ином обществе на определенной стадии его развития необходим их комплексный анализ с обязательным учетом конкретной исторической обстановки, в рамках которой тоталитаризм появляется и функционирует. К числу указанных причин следует отнести: 1) социально-экономические, 2) политико-правовые и 3) психологические. Только при их наличии и органическом единстве тоталитарные тенденции в обществе могут принять реальное содержание.

На наш взгляд, глубокий экономический кризис, и как его следствие - кризис политический (кризис власти), выступают одними из главных причин и предпосылок возникновения тоталитаризма. В условиях кризиса общество стоит перед выбором: или разработать и реализовать комплексную и научно обоснованную систему антикризисных мероприятий, как, например, «новый курс» Ф. Рузвельта в США, сохраняя при этом демократический характер самой общественно-политической системы, пусть и с некоторыми временными ограничениями (например, усиление вмешательства государства в экономические интересы частных лиц), или пойти по диаметрально противоположному пути - пытаться решить экономические проблемы (провести форсированную индустриализацию, совершить экономический рывок и так далее), делая ставку на «сильную власть», подавляя рыночные отношения и заменяя их отношениями командно-административной системы, мобилизуя население с помощью идеологических мифов и насилия на совершение экономического чуда. Такая гонка, при определенных условиях, как показывает история, разрушает традиционные социальные институты, ведет к бюрократизации и милитаризации общества и, в конечном счете, заводит его в тупик.

Ряд российских исследователей проблемы тоталитаризма при объяснении причин его возникновения исходят именно из проблемы «вызова», проблемы «выхода» из экстремальной ситуации с помощью тоталитаризма. В 1989 году A.Л. Миллер, выступая на дискуссии «Тоталитаризм - явление XX века?», говорил: «Тоталитаризм всегда возникает в «ситуации вызова» и именно этот «вызов» отсутствует для архаичных тотальных обществ. И если мы посмотрим на тот механизм, который исторически всегда приводил к крушению тоталитарных режимов, то это именно неудача ответа на «вызов», в том числе в виде военного поражения. Что имеется в виду, когда говорят о ситуации «вызова»? Это необходимость ускоренной модернизации, форсированного догоняющего развития, когда общество испытывает очень сильные перегрузки...».

Аналогичного мнения придерживается и А.П. Бутенко, считающий, что «тоталитаризм становится возможным и действительным в тех условиях и странах, которые в ходе своего развития по тем или иным причинам (часто весьма неодинаковым) объективно оказываются перед исключительными, экстремальными задачами (типа: или - или), для решения которых необходима чрезвычайная мобилизация энергии, усилий всего населения. И граждане, понимая ситуацию, идут на это за «спасителями» нации, вождями народа».

Несомненно, что такая «ситуация вызова» присутствовала и в Германии, и в Советском государстве накануне и в период установления в них тоталитарных политико-правовых режимов, что подтверждает правильность данного подхода.

В период экономического кризиса многократно усиливается нищета и бедствие масс и как следствие - резко возрастает психологическая неудовлетворенность населения своим существующим положением, а значит и негативная мотивация его действий. Кризис ускоряет процесс массовой атомизации общества (в Германии данный процесс обозначился на стадии перехода от традиционного общества к индустриальному - XIX - начало XX века), способствует его маргинализации, причем, чем выше этот уровень, тем вероятнее скатывание общества к тоталитаризму. Именно маргинальные группы выступают наиболее решительными сторонниками тоталитаризма. «Для представителей маргинальных групп, - пишет И.Н. Рассоха, - особенно характерны культурная неукорененность и связанное с этим острое чувство социальной неполноценности и отчуждения, гремучая смесь забитости и агрессивности, болезненно-извращенное («обиженное») восприятие окружающего мира, вера в чудеса».

Когда происходит ломка традиционных общественных структур, разрыв привычных экономических, политических, социальных, идеологических, культурных и даже родственных связей между людьми, отдельный индивид оказывается полностью изолированным, лишенным возможностей четкой самоидентификации; остается один на один с миром и потому ощущает утрату своего места в социуме, потерю самого смысла существования. Ситуация усугубляется отсутствием устойчивых демократических традиций в сфере государственного управления. В этих условиях созревание социальных предпосылок тоталитаризма - появление больших по численности и влиянию нестабильных в политическом отношении групп населения, объединенных общими чертами, которые Т. Адорно обозначил как «синдром авторитарной личности» - идет ускоренными темпами.

Не имея четкой политической ориентации, человек готов пойти за кем угодно и на какие угодно политические и социальные авантюры ради достижения скорейшего «земного рая». При данных обстоятельствах тоталитаризм воспринимается значительной частью населения как некая панацея, как наиболее простой и действенный способ с помощью «сильной власти» раз и навсегда разрешить все имеющиеся в обществе противоречия. Поэтому далеко не случайно, что усиление привлекательности тоталитарных лозунгов и движений приходится на годы кризисов. «Тоталитаризм, - отмечает А. Кара-Мурза, - всегда приходит как соблазн. Как соблазн ложного единения, «сильной власти», как соблазн простого решения... Социальные и экономические трудности порождают всплеск эсхатологических представлений (о «возможности конца света в одной, отдельно взятой стране»), стимулирующих, в свою очередь, поиск средств «коллективного спасения».



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Демократический политический режим
Договорная природа правового государства Джона Локка
Жажда идеологии
Учение Цицерона об идеальном государстве
Власть как основа политической системы
Вернуться к списку публикаций