2011-11-17 20:45:21
ГлавнаяПолитология — Влияние естественно-правовых идей Локка на французских просветителей



Влияние естественно-правовых идей Локка на французских просветителей


Ш. Л. Монтескье.

Во времена жизни и творчества Дж. Локка (XVII в.) социально-политическая обстановка во Франции была относительно спокойной. Развитие наук, искусств и производства еще связывалось с идеей просвещенного абсолютизма, поэтому в это время интерес к политико-правовой проблематике был невелик.

В XVIII веке ситуация меняется. В политико-юридической области концентрируется феодально-абсолютистское насилие.

Оно проявляется в таких акциях, как уничтожение большинства традиционных институтов сословного представительства, усиление фискальной политики, введение различного рода чрезвычайных комиссий вместо обычных судов и использование ими инквизиторских приемов расследования. Так, А.Ф. Кистяковский отмечал, что в это время государство не брезгует фабрикацией политических преступлений, например, измышлением антимонархических заговоров, и взвинчивает до предела возможного карательные меры.

Таким образом, обострение социально-классовых противоречий, резкое проявление анахронизмов дворянского сословия, вступившего «в фазу нравственно-социального вырождения», перевели интерес французских просветителей с чисто метафизических проблем на социально-политические.

В XVIII веке они «открывают» для себя Локка и Англию, как государство достойное подражанию. Дж. Локк становится идейным источником политико-правовой мысли Франции, как и источником оправдания революционной практики.

Д, Аламбер во введении известной Энциклопедии с восхищением пишет о Локке, и тот факт, что английский просветитель был отмечен во введении говорит о его большом влиянии на энциклопедистов. Вольтер пишет, что он после долгих «странствий» и заблуждений возвратился к Локку «как блудный сын... к своему отцу». Интерес был направлен не только к его философским взглядам, но, в большей степени, к политикоправовым.

Одним из самых ярких представителей Французского просвещения, продолжавшего разработку государственно-правовых идей Локка, был Шарль Луи Монтескье. Его главное произведение «О духе законов» было написано под непосредственным впечатлением от пребывания в Англии и изучения английской государственности. Политико-правовым идеалом Монтескье стала английская конституция, которая благодаря разумному равновесию сил и разделению властей не давала монархии выродиться в деспотическую тиранию. И, в силу этого, свой интерес он концентрирует больше на формах правления, нежели на теории естественного права. Б.Н. Чичерин справедливо заметил, что Монтескье «...не развивал теории естественного права, а имел в виду главным образом проявление закона в общественной жизни».

Действительно, если проанализировать структуру его работы «О духе законов», то можно обнаружить, во-первых, в 13-ти первых книгах освещается теория трех форм правления и только в первой книге этой части затрагивается тема «естественного состояния» и «естественного закона», во- вторых, содержание книг с XIV по XIX посвящено анализу материальных и физических факторов и влияния их на политические структуры и, в-третьих, в разделе с XX по XXVI книги рассматриваются влияние на нравы, обычаи людей и их законы социальных факторов, торговли, денежной системы, численности населения и религии.

Таким образом, Монтескье проводит анализ «причинных факторов, как физических, так и моральных, воздействующих на общественное устройство», но не занимается обоснованием естественного права. Для него уже неопровержимо существует определенный набор естественных прав и свобод человека и главным теперь является определить адекватную форму общественного устройства, обеспечивающих их нерушимость.

Данное изменение взгляда можно объяснить тем обстоятельством, что у французского философа меняется метод рассмотрения проблем общества, государства и права и принцип историзма становится ведущим. Суть этого принципа заключается в том, чтобы установить тщательное наблюдение за самими вещами, а затем описать результаты наблюдения «в гладких, нейтральных и надежных словах». В силу этого мы не обнаруживаем у Монтескье метода мыслительного эксперимента, используемого английскими просветителями до него как теоретико-легитимационный инструмент в обосновании институтов государства и права. Ему уже представляется не серьезным вопрос о причинах происхождения человеческой кооперации. В «Персидских письмах» он пишет: «Вот если бы люди не создали общества, если бы они избегали друг друга и рассеивались в разные стороны, тогда следовало бы спросить о причинах такого явления и искать причину отчужденности. Но люди с самого рождения связаны между собой; сын родился подле отца и подле него остался: вот вам и общество и причина его возникновения». Из этого следует, что Монтескье трактует вопрос о происхождении гражданского общества и государства как результат естественно - исторического процесса. Монтескье изменяет взгляд на «естественного» человека (естественное состояние). Для него естественное состояние это уже не «право войны» (Т. Гоббс) и не равенство перед «законом природы», (Дж. Локк) а равенство в слабости человека. Монтескье пишет по этому поводу, что в естественном состоянии «каждый чувствует себя низшим, каждый едва равняет себя с другим…». Подобное суждение не является результатом мыслительного эксперимента, а есть суждение о наблюдаемых фактах. Нигде и никогда мы не обнаруживаем людей живущих вне общества, нигде и никогда не было зафиксировано, что человек может выжить в одиночку. В силу естественной слабости человек вынужден объединяться с собой подобными и «как скоро люди соединяются в общество, то теряют чувство своей слабости». Общество дает дополнительные силы человеку, которых нет у него в «естественном состоянии» и только на этом этапе возникают условия для войны, тогда как первично - «...люди бы не стали нападать друг на друга» в силу своей естественной слабости. Поэтому не случайно, что состояние войны у Монтескье наступает в начале в отношениях между обществами (внешние войны), а уже затем люди могут пережить и состояние гражданской войны.

На наш взгляд здесь важно обратить внимание на то, что при подобном взгляде на «естественное состояние» изменяется трактовка институтов государства и права. Данные институты устанавливаются не самой «природой», а есть искусственные инструменты, придающие дополнительные силы человеку. (Эта мысль еще четче звучит у Руссо). Поэтому эти искусственные инструменты есть результат человеческой деятельности в истории и могут принимать различные формы, которые зависят «как от физических, так от моральных факторов». Действительно, у Монтескье можно обнаружить формулировки, в которых отражен рационалистический подход всеобщего порядка, и одновременно формулировки, где акцент делается на многообразии обычаев и исторических общностей людей. В данном случае задача будет заключаться в согласовании исторического и рационального, то есть в том, чтобы найти такую форму государственного устройства - историческую по сути, - которая наиболее эффективно решает задачу сохранения естественных прав человека, чтобы, как пишет В.С. Нерсесянц, «...обеспечить их политическую свободу, сделать право подлинным регулятором отношений между гражданами и правительством».

И Монтескье проводит такую работу. Он собрал огромный эмпирический материал, исследуя конкретные формы государственного устройства и подвергая синхронному и диахронному анализу политико-правовые учреждения стран Европы и Азии: Франции, Англии, Испании, Германии, Италии, Польши, России, Персии, Турции, Китая, Японии, Индии.

Это широкомасштабное исследование позволило ему сделать вывод о том, что природа каждой формы правления зависит от трех факторов. Во-первых, от того в чьих руках находится верховная власть: одного человека, «всего народа или части его». По этому критерию Монтескье выделяет монархию и деспотию как правление одного человека и республику, где власть либо у всего народа (демократия), либо у части (аристократия). Во-вторых, природа власти зависит и от того, каким образом эта власть осуществляется. Придерживается ли власть твердо установленным законам или нет. К первому случаю у него относится республика и монархия, ко второму деспотия. И, наконец, в-третьих, каждая форма правления характеризуется чувством на котором она держится. Республика опирается на добродетель, основанной на уважении к закону и преданности индивидуума коллективу; монархия - на сословной чести, то есть на том чему обязан человек по своему социальному положению, а деспотизм держится на чувстве страха. К. Маркс впоследствии высказывал критическое замечание в адрес третьего пункта. Он, в частности, писал: «...Монтескье был не прав, когда объявил честь принципом монархии. Он старается выйти из этого затруднения, проводя различие между монархией, деспотией и тиранией; но все это - обозначение одного и того же понятия, в лучшем случае они указывают на различие в нравах при одном и том же принципе». Замечание Маркса справедливо, но следует учесть, что именно в этом заключалась иновационность мысли французского просветителя - влияние нравов на форму правления. Эта идея стала впоследствии исходным пунктом воззрений представителей исторической школы права (Г. Гуго, К. Савиньи, Г. Пухты и др.). Влияние нравов, в большей степени, чем что-либо другое, придает форме правления исторический характер и «один и тот же принцип» - (правление одного) - может быть реализован как в монархии, так и в деспотии. Несомненно, что данный подход ведет к социально-культурному детерминизму - зависимости форм правления от жизненного пространства людей. У Монтескье в «Духе законов» налицо колебания между иерархическим подходом в оценке форм правления и детерминистическим.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Избирательная система и политическая фрагментация
Учение Цицерона об идеальном государстве
Демократический политический режим
Корпоративный, традиционный и международный режим
К.П. Победоносцев как державный идеолог
Вернуться к списку публикаций