2012-08-26 14:23:28
ГлавнаяЛитература — Теоретические аспекты проблемы свободы воли и ее отражение в творчестве В.С. Высоцкого



Теоретические аспекты проблемы свободы воли и ее отражение в творчестве В.С. Высоцкого


Некоторые аспекты видения проблемы свободы в творчестве В.С. Высоцкого

Заявленное нами исследование было бы невозможным без определенной теоретической базы, которая составляет его основу и содержит в себе исходные рамки будущих исканий. Поэтому считаем необходимым обозначить круг понятий, ставших опорой в нашей работе, а также изложить основные принципы нашего труда.

1. Первой проблемой (задачей) вставшей перед нами, явилась проблема принципов отбора текстов B.C. Высоцкого для анализа. Эта проблема была естественной, ибо в рассмотренном нами труде А.В. Скобелева и С.М. Шаулова выводы о концепции проблемы свободы строятся лишь на отдельных текстах, принцип их отбора неясен. Это и придает работе двух авторов некую долю бессистемности и отсутствие целостного взгляда на проблему. Перед нами стояла задача: придать своему исследованию системность и целостность, что определит в конечном итоге рождение концепции свободы в творчестве B.C. Высоцкого, выявленной в нем тех граней проблемы свободы, которые ранее не были замечены и изучены. Работая в данном направлении, мы пришли к выводу о том, что при отборе текстов следует учитывать три существенных принципа: тематический, семантический и принцип «развивающегося» текста. Именно сочетание и интерпретация этих принципов в процессе анализа позволяет, на наш взгляд, отобрать основной массив текстов, в которых наиболее остро и обнаженно встает и решается автором проблема свободы.

Тематический принцип подразумевает под собой отбор тех художественных текстов, в которых в той или иной мере присутствует тема свободы. Этот принцип напрямую выполняет главную задачу предложенного исследования - проанализировать тексты, в которых имеется в наличии проблема свободы и описать концепцию свободы в творчестве В.С. Высоцкого. Остальные принципы вскрывают особенности поэзии Высоцкого на внутреннем уровне и обнаруживают проблему свободы в более конкретных пространственно-временных рамках. Тематический принцип распространяется на все проанализированные нами песни. Он реализуется в рамках тематики противостояния «Я» «Другой», определяющей ракурс рассмотрения темы свободы в каждом отдельном тексте. В той или иной мере герой поэта постоянно противостоит «Другому», обнаруживающему себя в той или иной ипостаси. На этом соотнесении себя и другого возникает и получает свое развитие проблема свободы.

Сущность семантического принципа заключается в отборе художественных текстов, объединенных общей смысловой семой. В поэтическом мире B.C. Высоцкого круг текстов, входящих в тот или иной семантический цикл, довольно широк. Выбор семы играет для поэта определяющую роль и ведет к раскрытию важных, животрепещущих проблем человека и бытия на разных уровнях человеческого и авторского восприятия. В основу некоторых из семантических циклов поэта легли такие важные темы как: война, игра (карточная), тема противостояния «Я» и «Другого», любовь, спорт, альпинизм и т.д. Эти циклы в высоцковедении отдельно не выделяются, однако вся поэзия Высоцкого, на наш взгляд, рождается из определенных «пучков смысла», сем, лежащих в основе целых циклов. В процессе творческой эволюции те или иные темы волнуют поэта в большей или меньшей степени. И весь его творческий опыт состоит из неравномерного переплетения произведений, развивающих определенный семантический аппарат. Выбор семы очень важен для Высоцкого. От него зависит круг проблем, которые он сможет поднять в своем художественном тексте. Основная семантика в какой-то мере определяет и предполагает сюжет и проблематику. Остальные детали поворачивают план повествования в ту или иную сторону, акцентируют или приглушают те или иные мотивы и проблемы.

В нашем исследовании по семантическому принципу отобраны для анализа песни, в основе которых лежат семы «тюрьма» и «полет». Именно эти семы, как показало наше исследование, содержат в себе наиболее широкий потенциал для развития и разработки проблем свободы, воли и свободы воли. Точнее было бы определить их как семы, где указанные проблемы являются единственными, очевидными, и в то же время определяющими и основополагающими. Так, тюрьма, в первую очередь, осознается как лишение свободы в том или ином ее значении. С этих позиций нами проанализированы следующие песни поэта: «Я был душой дурного общества», «Зэка Васильев и Петров зэка», «Вот раньше жизнь...», «Так оно и есть», «Весна еще в начале», «Город уши заткнул», «Я в деле», «За меня невеста отрыдает честно», «Ребята, напишите мне письмо», «Вот - главный вход, но только вот...», «Был побег на рывок». Песни, имеющие в своей основе семантику полета, открывают в себе возможность многомерной и разветвленной интерпретации проблем свободы, воли и свободы воли в силу того, что в каждой из них меняется ракурс рассмотрения указанных проблем за счет новых дополняющих реалий. Так, в рамках семантической модели «полет» нами были проанализированы следующие песни поэта: «Две песни об одном воздушном бое» (1. «Песня летчика», 2. «Песня самолета-истребителя», 1968), «Я еще не в угаре» (1975), «Песня о погибшем летчике» (1975).

Доминирование одной определенной структурно - содержательной семы в нескольких песнях у B.C. Высоцкого является для поэта определенным средством создания, отображения многогранного бытия, попыткой отразить его с максимально возможных точек зрения с максимально возможными отношениями и проявлениями, то есть стремлением создать полное, разностороннее, многоаспектное бытие.

Другим основным принципом отбора анализируемых текстов стал принцип «развивающегося» текста. Термин «развивающийся» текст прозвучал в выступлении С.М. Шаулова на московской конференции «Владимир Высоцкий: взгляд из XXI века» в марте 2003 г. Литературовед применил этот термин в отношении всей художественной литературы, отметив, что вся литература - это развивающийся текст. В нашем исследовании мы относим это понятие только к поэзии B.C. Высоцкого, утверждая, что все его поэтические произведения - это развивающийся текст. Думается, никакое другое определение не сможет так точно и метко определить сущность структурно-семантической организации текстов B.C. Высоцкого. Под самим термином «развивающегося» текста в приложении к поэзии B.C. Высоцкого мы подразумеваем наличие в различных художественных произведениях поэта одинаковых или несколько видоизмененных фрагментов текста, служащих для создания диалогического единства с предыдущим текстом и получающих в новой словесно-образной структуре новые смыслы и подтексты. Коротко можно охарактеризовать эти переходящие текстовые фрагменты как «выражения», переходящие из одной песни в другую и создающие общий фон, одну ситуацию. Но решение этой общей ситуации, ее воплощение в каждом отдельном случае оказывается различным.

Этот принцип явно обнаруживает себя в нескольких случаях. В связи с этим можно выстроить несколько определенных диалогических цепочек произведений поэта, в которых решаются проблемы свободы воли:

1) «Терпенью машины бывает предел...» («Песня самолета- истребителя») - «У него есть предел - у меня его нет...» («Я еще не в угаре») - «Узнай, а есть предел - там, на краю земли...» («Горизонт»);

2) «Когда собаки близко - не беги! / Псы покропили землю языками - / И разбрелись, слизав его мозги» («Был побег на рывок») - «Идет охота на волков, идет охота - / На серых хищников, матерых и щенков! / Кричат загонщики, и лают псы до рвоты, / Кровь на снегу - и пятна красные флажков.» («Охота на волков») - «Свора псов, ты со стаей моей не вяжись, / В равной сваре - за нами удача. / Волки мы - хороша наша волчая жизнь, / Вы собаки - и смерть вам собачья!» («Конец "Охоты на волков", или Охота с вертолетов»);

3) «Вот - главный вход, но только вот / Упрашивать — я лучше сдохну, / Вхожу я через черный ход, / А выходить стараюсь в окна» («Вот - главный вход, но только вот...») - «Эй вы, задние, делай как я! / Это значит - не надо за мной, / Колея эта - только моя, / Выбирайтесь своей колеей!» («Чужая колея») - «Я скачу, но я скачу иначе, - / По камням, по лужам, по росе, - / Бег мой назван иноходью - значит: / По-другому, то есть - не как все.» («Бег иноходца»).


2. Видение заявленной нами темы исследования определяется несколькими исходными аспектами.

2.1. Понимание художественного творчества B.C. Высоцкого с позиций философии поступка. Выше нами было отмечено, что противостояние «Я» «Другой» выступает в качестве бинарной оппозиции, организующей поэтический мир B.C. Высоцкого. Действительно, множество текстов поэта строится вокруг этой оппозиции. В этом плане мы подходим к ее анализу с точки зрения «философии поступка», обоснованной М.М. Бахтиным: «Два принципиально различных, не соотнесенных между собой центра знает жизнь: себя и другого, и вокруг этих центров распределяются и размещаются все конкретные моменты бытия». В этом положении, как видим, ученый определяет оппозицию «Я» - «Другой» в качестве важнейшей организационной структуры бытия. Проблема отношений «Я» и «Другого» встает перед каждым человеком. И с этой точки зрения творчество Высоцкого реалистично, так как отображает реальные коллизии человеческой личности. Отношение «Я» и «Другого», по Бахтину, всегда выливается в поступок, действие. Этот поступок не только физический, но и мыслительный, на уровне мысли, языка: «Каждая мысль моя с ее содержанием есть мой индивидуально-ответственный поступок, один из поступков, из которых слагается вся моя единственная жизнь как сложное поступление, ибо вся жизнь в целом может быть рассмотрена как некоторый сложный поступок». В приложении к поэзии B.C. Высоцкого приведенные высказывания М.М. Бахтина оказываются бесценными в том смысле, что в них раскрывается глубинная сущность большей части художественных текстов поэта. Ведь эти тексты являются, по сути дела, ситуационными: поэт реализует свои идеи посредством описания определенных ситуаций и их вариантов. Каждая ситуация предполагает своих неотъемлемых участников: субъект («Я») и его оппонент («Другой»). В определенной ситуации оба героя совершают тот или иной поступок, и в этом поступке отражается личность и индивидуальность каждого из них, а вместе с тем и концепция мировидения в целом: «весь содержательно-единый мир, соотнесенный со мной или с другим, проникнут совершенно иным эмоционально-волевым тоном, по-разному ценностно значим в своем самом живом, самом существенном смысле».

Таким образом, с позиции философии поступка поэтический мир В.С. Высоцкого мы воспринимаем как ситуативный мир, мир поступков «Я» и «Другого». Вокруг этих центров группируются все действия произведения и рождаются философские проблемы, касающиеся человека и бытия. В контексте оппозиции «Я» - «Другой» на наш взгляд, особенно остро встает проблема свободы и воли каждого отдельного человека. В каждой отдельно представленной ситуации в зависимости от обстоятельств и внутреннего потенциала действующих субъектов рождаются новые аспекты решения проблем свободы и воли.

2.2. Соотношение интерпретации и анализа в изучении художественных текстов весьма различно. В связи с этим считаем необходимым обозначить свои подходы к данной проблеме. В «Литературном энциклопедическом словаре» дается следующее определение интерпретации: «Интерпретация (от лат. interpretation - истолкование, объяснение), истолкование литературного произведения, постижение его смысла, идеи, концепции». Анализ произведения в литературоведении предполагает «исследовательское прочтение художественного текста, противостоящее, с одной стороны, интуитивному «вчувствованию» и иллюстративному цитированию, а с другой - описательному вычленению приемов литературной техники». Нас прежде всего интересует литературоведческая интерпретация, связанная с толкованием художественного текста. И с этой позиции интерпретация является переводом художественного содержания на «понятийно-логический» язык. В процессе этого перевода нас интересует, прежде всего, проблема объективности полученных выводов и результатов. Ведь, перефразируя известную мудрость «Сколько людей - столько и мнений», можно предположить, что интерпретаций одного и того же текста может быть множество. Эта проблема издавна поднималась в литературоведении. Коснулась она и высоцковедения, в частности, так как изучение наследия поэта потребовало конкретного обращения к текстам с последующей выработкой концепций автора. И это обращение ученых- высоцковедов к одним и тем же художественным произведениям рождает различные, порой противоположные точки зрения на те или иные проблемы в творчестве поэта. Отдельного внимания заслуживает точка зрения на поставленную нами проблему Л.Я. Томенчук, хотя она не без погрешностей. Людмила Яковлевна Томенчук считает, что эффективным способом работы с текстами Владимира Высоцкого должен стать «метод "прямопонимания"». Автор утверждает, что метод прямопонимания, освобожденный от литературоведческих условностей, позволит наиболее глубоко проникнуть в сам текст и открыть истинный его смысл. Сознание интерпретатора при этом должно быть tabula rasa, незамутненным общепринятыми и затверженными мнениями. Текст должен восприниматься по принципу «как в первый раз». Концепция Л.Я. Томенчук была подвергнута критике в диссертационном исследовании С.В. Свиридова «Структура художественного пространства в поэзии В. Высоцкого», который отметил неправомерность отказа исследовательницы от теории литературоведческого анализа. Действительно, замена термина «интерпретация» на «прямопонимание» не снимает самой проблемы, встающей перед интерпретатором: как достичь объективности в толковании текста и избежать субъективизма. Ведь порой интерпретатор не анализирует текст, не выявляет авторскую позицию, а просто вкладывает в него свои мысли и идеи, касающиеся той или иной тематики.

Обе точки зрения, на наш взгляд, достаточно обоснованы и имеют полное право на свое существование. Интерпретация художественного произведения с позиций теоретического литературоведения, с применением основных принципов анализа и синтеза кажется, на первый взгляд, наиболее правильной, однако, в этом случае существует опасность автоматизма, схоластичности в понимании текстов, что будет придавать интерпретации сухость и недостаточную глубину постижения смысла. С другой стороны, отвлеченный взгляд на произведение, безотносительно к тем или иным теоретическим аспектам создает не меньшую опасность, так как в этом случае толкование текста полностью опирается лишь на индивидуальный личностный потенциал исследователя, в зависимости от уровня развития личности и притязаний текста. Думается, в этой дилемме выход следует искать в «золотой середине». И хотя «читательское переживание и исследовательский анализ - это два принципиально различных вида деятельности», однако «всякий исследовательский анализ в конечном счете строится на непосредственном читательском восприятии». В данном исследовании мы придерживаемся той точки зрения, что анализ и интерпретация (в частности, прямопонимание) должны вместе сосуществовать при рассмотрении текстов исследователями. На первом этапе существенную роль следует отвести анализу, пускай схематическому. Это позволит вычленить основной каркас произведения, который на следующих этапах толкования текста обрастет индивидуальными смыслами благодаря интерпретации. Интерпретация, на наш взгляд, позволяет увидеть индивидуальное, уникальное в общем. Однако заметим, что здесь сохраняется опасность разнотолка, бесчисленности мнений. Учитывая этот факт, считаем необходимым отметить, что, вероятней всего, этой опасности в полной мере избежать не удастся никогда. Но именно в этом и кроется путь к истинному пониманию текста: индивидуально-авторские точки зрения интерпретаторов, вступая в спор между собой, образуют один текст о тексте, в котором и рождается истина. Эта сумма различных точек зрения создает многомерное поле мнение и порождает диалогизм в восприятии текста.


Солнышкина Елена Ивановна



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Диалог в литературной критике
М. Волошин и В. Брюсов на страницах журнала «Весы»
Русская поэзия «Серебряного века» в оценке Владимира Соловьева
Полемический подтекст романа Ф.М. Достоевского «Бедные люди»
Диалог В. Брюсова и М. Волошина о современниках
Вернуться к списку публикаций