2012-08-09 16:22:13
ГлавнаяЛитература — Поэтика парных конструкций в романе И.А. Гончарова «Обломов»



Поэтика парных конструкций в романе И.А. Гончарова «Обломов»


Спутники Обломова: Захар, Тарантьев.

Слуга Обломова Захар и его «земляк» Тарантьев — лица, сопутствующие главному персонажу с первых глав романа и до последних. Они являются второстепенными героями, их «типические» образы нарисованы Гончаровым необычайно живо и естественно. Их изображение в «Обломове» в полной мере можно считать претворением в жизнь задуманного Гончаровым проекта символического представления России в типических портретах.

Однако, учитывая специфику вопросов, решаемых в рамках исследования, нас, прежде всего, интересует, какое место занимают эти образы в системе персонажей романа. Безусловно, это «парные» персонажи: Захар и Тарантьев — и двойники и антагонисты.

Характеры Захара и Тарантьева, казалось бы, настолько просты, внутренне непротиворечивы и самодостаточны, что не требуют пары для их полного раскрытия. Однако мы постараемся показать, как они взаимно дополняют друг друга в сопоставлении с антагонистом, и как эти образы «резонируют» с главным героем — Обломовым.

В романе Захара и Тарантьева в первую очередь объединяет причастность к миру Обломова и Обломовки, оба они — обломовцы. В формальном плане они, действительно, связаны с Ильей Ильичом узами землячества: Захар родился и вырос в одной деревне со своим барином, Тарантьев происходит из тех же мест, поскольку он именует Обломова «земляком». Оба героя играют сходную роль в судьбе Обломова: они — каждый по-своему — отвлекают его от активной жизни. Это можно сказать и о Захаре, изо дня в день умывающем Илью Ильича и натягивающем на него чулки, что в изображении Гончарова является символическим действием, означающим истоки обломовской лени. Захар «ассоциируется со своим господином, так как он находится в симбиозе с ним. Он гротескный двойник Обломова, стоящий на низшем социальном уровне». То же, безусловно, можно сказать о Тарантьеве, который находит для Обломова квартиру на Выборгской стороне, у «кумы», где тот окончательно утвердится в сознании того, что истинный идеал его жизни — покой и бездействие. Образы Захара и Тарантьева позволяют Гончарову подчеркнуть такую черту Обломова как потребность в опеке, которую не могли дать Илье Ильичу ни Штольц, ни Ольга, и которую он, наконец, обретает у Пшеницыной.

С этой точки зрения, образы Захара и Тарантьева повторяют образ главного героя романа за счет определенного сходства характеров: они так же неспособны к делу, не могут реализовать себя в деятельности, как и сам Обломов. У Захара, едва лишь он переборет свою обломовскую лень и примется за работу, все валится из рук: «Не дай бог, когда Захар воспламенится усердием угодить барину и вздумает вдруг всё убрать, вычистить, установить, живо, разом привести в порядок! Бедам и убыткам не было конца <...> Начиналась ломка, падение разных вещей, битье посуды, опрокидывание стульев; кончалось тем, что надо было его выгнать из комнаты, или он и сам уходил с бранью и проклятиями». Тарантьев проявляет ту же неумелость в делах и способность «все изгадить» уже на более широком поприще, чем Захар: «Тарантьев мастер был только говорить; на словах он решал все ясно и легко <...>; но как только нужно было <...> применить им же созданную теорию к делу и дать ему практический ход, оказать распорядительность, быстроту, — он был совсем другой человек: тут его не хватало <...> там недоглядит, тут не знает каких-нибудь пустяков, там опоздает и кончит тем, что бросит дело на половине или примется за него с конца и так все изгадит, что и поправить никак нельзя, да еще он же потом и браниться станет».

Оба героя — Захар и Тарантьев — существуют за счет Обломова, можно сказать, паразитируют на нем. И в этой роли они оказываются непримиримыми соперниками. В Тарантьеве и Захаре мы можем увидеть олицетворение прохиндея новой эпохи и во втором — олицетворение традиций прошлого в отношении к статусу барина.

Тарантьев — откровенный жулик, он не скрывает своих планов воспользоваться ленью Обломова и его неспособностью вести дела. Тарантьев начинает с того, что на правах «земляка» нагло требует у Обломова подачек, бесцеремонно выдавая себя за благодетеля и бесценного советника: «— Ничего не умеешь сам сделать, — говорит он Обломову. — Всё я да я! Ну, куда ты годишься? — Шампанское за отыскание квартиры: ведь я тебя облагодетельствовал, а ты не чувствуешь этого, споришь еще; ты неблагодарен!...». Эта линия в изображении характера Тарантьева получает логическое продолжение в четвертой части романа, когда именно он становится инициатором шантажа, предложив Ивану Матвеевичу пригрозить Обломову свидетелями и вытребовать у него кабальное заемное письмо.

Захар при всей своей лености и нечестности — верный слуга, который чтит в Обломове барина. Захар берет мелочь и оправдывается своим бедственным житьем. «Как не приберешь гривен и пятаков к рукам, так и табаку не на что купить, и куму нечем попотчевать! Чтоб тебе пусто было!», - негодует он на Обломова. Захар сам ворует, но выступает как верный и бдительный страж имущества Обломова, оберегая его добро от Тарантьева. Захар через Илью Ильича связан с дорогой его сердцу Обломовкой, он тоскует о прошлом, о славных временах барского рода, сожалеет, что «предания о старинном быте и важности фамилии всё глохнут». Обворовывая Обломова по мелкому, грубя ему и ворча на него, Захар тем не менее не мыслит своей жизни без барина: «Захар не умел представить себе другого барина, кроме Ильи Ильича, другого существования, как одевать, кормить его, грубить ему, лукавить, лгать и в то же время внутренно благоговеть перед ним».

Захар, хоть и ленив, заботится об Обломове, Захар напоминает Обломову детские годы и — главное — Захар свято оберегает статус барина, с которым Обломов не мог бы расстаться, и в связи с этим мы еще вернемся к значению образа Захара для романа в целом. О Тарантьеве Гончаров говорит, что Обломов терпит его присутствие, ибо он «делал много шума, выводил Обломова из неподвижности и скуки». Однако мы видим, что Тарантьев не имел реального влияния, не мог по-настоящему расшевелить Обломова, поскольку его роль в жизни Ильи Ильича сводилась к тому, что тот «мог слушать, смотреть, не шевеля пальцем, на что-то бойкое, движущееся и говорящее перед ним».

Надо отдать должное прозорливости Тарантьева и его пониманию сути натуры Обломова: подметив способность Ильи Ильича довольствоваться немногим, он смело строит планы на будущее, рассчитывая безнаказанно обобрать «земляка» до нитки, надеясь, что тот и не заметит, как обеднеет. Тарантьев также демонстрирует, насколько глубоко он постиг характер Обломова, когда успокаивает Ивана Матвеевича, уверяя, что Илья Ильич никак не сможет оказать сопротивления шантажу.

После эпизода с пощечиной Тарантьев исчезает из жизни Ильи Ильича, поскольку уже исчерпаны возможности этого образа для раскрытия характера Обломова. Захар же остается с Ильей Ильичом до последней минуты, продолжая, как подчеркивает Гончаров, вести в миниатюрной «Обломовке» тот самый образ жизни, к какому привык еще в имении. На Выборгской стороне не только барин, но и слуга находит воплощение своего идеала, словно бы укрываясь от перемен, охвативших в те поры Россию. Тем самым скромная и простая фигура Захара придает финалу романа трагическое социальное звучание: не только помещик Обломов боится утратить свой статус, но и его «раб» Захар не жаждет освобождения, он «еще более Обломов», чем его господин, и, верный идеалу патриархальной старины, он презирает все веяния новой эпохи, чурается всякой деятельности и предпочитает просить милостыню и со слезами превозносить покойного барина. Об этом пишет В.Г. Одиноков: «Гончаров создал в романе систему «проекций» героя, которые подчеркивали его положительный морально-нравственный потенциал. Вместе с тем писатель наметил и социальную перспективу Обломова как определенного общественного типа: она завершается образом Захара, олицетворяющего в сгущенном виде все характерные признаки «обломовщины». Таким образом, Захар, не способный разлучиться с могилой Обломова, может считаться в «портретной галерее» Гончарова символом русского «народа», который иначе никак в произведениях этого автора не участвует. «Идейно-художественный суд, касающийся Обломова, вершится в финале над Захаром, ибо тот является квинтэссенцией обломовщины, всех ее темных, паразитических сторон». И хвала Обломову, произнесенная в заключение романа Захаром перед Штольцем, имеет большее значение, чем просто заупокойный плач старого слуги по умершему «благодетелю»: ситуацию проясняет тяжкий вздох Захара: «пропадает барство!». Этот вздох говорит о том, что уходит целая эпоха в истории национальной души, что идеал покоя от «полноты удовлетворенных желаний» отныне будет навсегда недоступен для России.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


«Живые лица» З. Гиппиус: портреты-встречи
Герои и автор в кругу вопросов и ответов в романе «Война и мир»
«Дневник» Вареньки Доброселовой в контексте романа Ф.М. Достоевского «Бедные люди»
Античная биография и автобиография
Диалог в литературной критике
Вернуться к списку публикаций