2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяИстория и историография — Большая общеевропейская война и финансово-экономический потенциал России 19-20 век



Большая общеевропейская война и финансово-экономический потенциал России 19-20 век


В ведущих странах Старого Света 90-е годы XIX века были ознаменованы всплеском интереса военных теоретиков, экономистов и политиков к надвигавшейся обще-европейской войне, которая, казалось, рано или поздно должна была вспыхнуть в результате прогрессировавшего обострения экономического и политического соперничества между крупнейшими державами Европы, их ускоренной внешнеполитической поляризации, невиданного роста милитаризма. На несколько десятилетий, вплоть до августа 1914 года, прогнозы, расчеты и рассуждения, связанные с будущей "большой" войной, стали одним из заметных направлений в развитии военной, экономической и общественно-политической мысли Германии, Великобритании, Франции, Австро-Венгрии. Более того, задолго до начала первого глобального военного конфликта посвященные ему сюжеты заняли прочные позиции даже в художественной литературе [1].

Глубокая озабоченность по поводу вероятной "большой" войны в Европе наблюдалась и в Российской империи. Наиболее ярко и рельефно об этом свидетельствовала развернувшаяся с конца 90-х годов XIX столетия теоретическая дискуссия о готовности народного хозяйства России к общеевропейскому военному конфликту и его финансово-экономических последствиях.

Впервые важнейшие аспекты данной проблемы нашли свое отражение в опубликованном в 1898–1899 годах семитомном сочинении с весьма характерным названием –"Будущая война в техническом, экономическом и политическом отношениях". Автором этого фундаментального труда был член Ученого комитета Министерства финансов, действительный статский советник Иван Станиславович Блиох (1836–1901). К тому времени он был широко известен в России и за рубежом не только как имевший значительное влияние в правительственных кругах банкир и железнодорожный магнат, один из лидеров борьбы за права еврейского населения империи, но и в качестве крупного исследователя, перу которого принадлежало более десятка оригинальных книг по экономике и статистике железнодорожного транспорта, сельскому хозяйству, теории государственных финансов и кредиту [2].

Сочинение Блиоха по существу стало первой работой, где на основе анализа обширного фактического материала и огромного массива разнообразных статистических данных была убедительно показана гибельность для европейской цивилизации курса на безудержное наращивание милитаризма, неизбежность колоссальных людских и материальных потерь в случае начала "большой" войны. Вызвав широкий резонанс в России, труд Блиоха в короткие сроки был издан целиком или в извлечениях на всех ведущих европейских языках. Примечательно, что именно знакомство с этой книгой, а также продолжительная личная встреча с ее автором, который "пропагандировал очень сильно" идею всеобщего мира и разоружения [3], окончательно убедили Николая II в необходимости обратиться к правительствам ведущих держав с призывом отказаться от дальнейшей гонки вооружений [4]. Более того, материалы труда Блиоха активно использовались российским правительством при подготовке к первой Гаагской мирной конференции [5].

Вопросам, связанным с экономической стороной общеевропейского конфликта, посвящены несколько отделов второго и, главное, четвертый том сочинения Блиоха, где автором предпринимается попытка спрогнозировать развитие ситуации в сфере экономики и финансов под воздействием "большой" войны, рассмотреть особенности ее влияния на народное хозяйство России и других крупнейших держав. Осознавая беспрецедентные масштабы и характер надвигавшейся трагедии, Блиох был убежден, что она нанесет сильнейший удар по экономическим системам захваченных в ее орбиту стран, вызовет радикальные изменения в международных хозяйственных связях.

"Нелегко даже себе представить, – писал автор, – какие экономические потрясения вызовет сама война при современном сложном действии народнохозяйственного механизма и разделении труда, доведенном до крайнего предела" [6].

Говоря о силе удара, который нанесет война по экономическим системам, Блиох утверждал, что "чем выше культура данной страны, чем сложнее ее экономический аппарат, тем большее потрясение произведет перерыв во многих ее функциях и тем огромнее будут потери, какие понесет народное хозяйство. Эти потери, несомненно, будут более велики в тех государствах, где большинство населения занято трудом фабричным и ремесленным, а также торговлей, и менее значительны в странах с населением преимущественно земледельческим" [7].

Таким образом, вопрос об особенностях влияния будущей войны на экономику вовлеченных в нее государств Блиох во многом соотносил с уровнем развития в них капитализма, масштабами и характером участия конкретных стран в международном разделении труда. При этом он исходил из предположения о том, что сложность и многоплановость структуры внутри- и внешнеэкономических отношений, глубокая взаимосвязь и взаимозависимость различных элементов хозяйственной системы капитализма является в конечном итоге фактором, усиливающим степень отрицательного воздействия войны, особенно – на ее начальном этапе.

Опираясь на указанные положения, Блиох подчеркивал, что в случае участия России в общеевропейском конфликте она будет иметь ряд существенных преимуществ перед державами Запада в экономическом и финансовом отношениях.

Главным из них он считал, выражаясь современным языком, продовольственную безопасность, которой, по его мнению, не будет у Германии и, тем более, Англии. Наличие в России необходимого количества продуктов питания Блиох оценивал как условие, позволяющее "выдержать войну в течение более продолжительного времени без опасения внутренних осложнений" [8]. В этой связи экстенсивный характер российского сельского хозяйства он рассматривал, как своего рода гарантию того, что массовые мобилизации крестьянского населения не смогут решающим образом повлиять на объемы производства продовольствия в империи, в то время как, например, в Германии с ее интенсивной системой земледелия "урожай последующего года значительно уменьшится". "…Низкий уровень, на котором стоит развитие в России земледелия, – писал Блиох, – увеличивает ее оборонительную силу. Заброшенные поля не истощатся, потому что и так их не обрабатывали, как следует, искусственная мелиорация не испортится, потому что ее нет. Работник, возвратясь с войны, найдет все по-прежнему" [9]. Тем не менее, война, которая, как указывал Блиох, могла бы продлиться не более двух лет [10], "тяжело отразится" на экономическом положении крестьянского хозяйства. Во-первых, в результате сокращения несельскохозяйственных доходов крестьян, а во-вторых, из-за уменьшения спроса на хлеб и падения цен вследствие прекращения его экспорта. Причем, как отмечал Блиох, "усиленные покупки хлеба для войск" не смогут компенсировать падение спроса, вызванное свертыванием внешней торговли. Наконец, "замешательство" вызвало бы и прекращение экспорта других традиционных сельскохозяйственных товаров.

Положительным моментом Блиох считал и то, что "в России все экономические недостатки, малая степень общественного образования, низкое развитие культуры, промышленности, торговли – все это способствует меньшим убыткам в случае войны" [11]. Однако это не означает, уточнял автор, что "чем страна беднее, тем легче ей перенести войну". Более того, по мнению Блиоха, "есть известный минимум благосостояния (при том не только материального, но и нравственного), который помогает народу или отдельной области легче перенести испытания войны и скорее оправиться от ее последствий".

К "преимуществам" России автор относил и длительный период обращения в стране неразменных бумажных денег, их привычность для населения. Следует подчеркнуть, что Блиох не питал иллюзий относительно устойчивости финансовой системы государства и длительности эры золотого монометаллизма в империи. Учитывая структуру российского бюджета, преимущественно аграрный характер экономики страны, относительную "слабость" рынка финансовых капиталов, низкий уровень доходов подавляющей части населения, трудность заключения в период войны крупных внешних займов, наконец, огромные объемы предстоящих военных расходов, Блиох предполагал, что важнейшим источником финансирования боевых действий для России, как, впрочем, и для других ведущих держав, станет бумажно-денежная эмиссия. Указанное же "преимущество", отмечал Блиох, позволит, по крайней мере, избежать в начале войны сильной паники и ажиотажа в связи с прекращением золотого размена.

В то же время он предупреждал, что "огромный выпуск бумажных денег" может привести в России к сильнейшему экономическому кризису и "упадку самих производительных сил", на преодоление которого империи потребуется длительный период.

Вообще, финансовой стороне будущего общеевропейского конфликта Блиох отводил одно из приоритетных мест в своей работе. Так, рассуждая по поводу влияния начала войны на кредитно-денежную сферу, он писал, что объявление мобилизации спровоцирует "безденежье, сильный упадок курсов процентных бумаг, истребование вкладов из кредитных и иных учреждений, невозможность производить уплаты по выданным обязательствам, прекращение сделок в кредит" [12]. События июля–августа 1914 года подтвердили справедливость этих слов.

Одним из наиболее пагубных следствий начала боевых действий Блиох считал биржевой кризис, который, по его мнению, должен был охватить все европейские страны. В России, указывал автор, "война сразу понизит курс ценностей, находящихся в обращении внутри государства, приблизительно на 1100 миллионов рублей", "реализовывать их придется с убытком" [13]. Однако Блиох не исключал радикального изменения состояния фондового рынка в случае затягивания войны. Он предполагал, что в результате значительного обесценения кредитных билетов из-за прогрессирующей бумажно-денежной эмиссии публика захочет от них избавиться и "предпочтет вновь покупать фонды, курс которых, быть может, даже значительно повысится, особенно тех, ценность которых опирается на недвижимость или на доходы, не могущие значительно пострадать от войны" [14]. Заметим, что развитие ситуации на фондовом рынке России в 1915–1917 годах шло именно по этому сценарию.

Биржевой кризис в начале войны, а также падение покупательной способности бумажных денег Блиох рассматривал и как наиболее серьезные препятствия для проведения военных займов. Тем не менее, утверждал автор, "ни одно из государств не будет в состоянии обойтись без заключения внутренних займов" [15]. Более того, "в странах, втянутых в омут войны, свободные капиталы будут направлены преимущественно в займы, заключаемые для целей войны" [16]. Практика Первой мировой войны и, в частности, опыт России показали, насколько правильным оказался и этот прогноз Блиоха, хотя вплоть до 1914 г. большинство как отечественных, так и западных финансистов довольно скептически относилось к возможности активного использования потенциала внутреннего государственного кредита для финансирования "большой" войны.

Касаясь внешнего кредита, Блиох писал, что "предвидение опасностей, то есть возможности несостоятельности государств и переворотов, сделают заключение займов и всяких других операций крайне убыточным" [17]. И, тем не менее, подчеркивал автор, правительства все равно будут предпринимать различные меры с целью превращения внешнего кредита в один из главных источников покрытия военных расходов.

Обращаясь к вопросу о перспективах финансирования войны крупнейшими европейскими государствами, Блиох делал в целом правильный вывод, когда писал, что "наиболее обеспеченной будет Франция; за ней идет Германия. России же гораздо труднее будет покрывать расходы, Австрии почти невозможно, а в Италии, наверное, уже с первых месяцев окажется недостаток" [18]. Касаясь других финансовых аспектов будущего конфликта, Блиох указывал, что все вступившие в войну державы неизбежно столкнутся с необходимостью пересмотра бюджетной политики, активного поиска новых источников доходов, усиления косвенного и прямого налогообложения.

По расчетам Блиоха участие в войне будет ежедневно обходиться России в десять с половиной миллионов рублей [19]. Насколько верными оказались эти исчисления можно судить по следующим данным: в 1914 году среднесуточные расходы на войну составили 9,5 миллионов, а в 1915 году – уже 24,1 миллиона рублей [20].

Определенное внимание в своем сочинении автор уделил анализу возможных изменений в состоянии российской промышленности. По его мнению, ориентированная на "внутренний сбыт", она "не утратит своего рынка вследствие прекращения сообщений, как английская, германская и французская". Однако в результате трудностей в транспортировке заокеанского хлопка, обеспечении предприятий углем, а также из-за снижения доходности сельского хозяйства и, соответственно, падения покупательной способности крестьянства многие отрасли промышленности будут вынуждены "значительно сократить производство". Это в свою очередь приведет к тому, что "рабочие, живущие в бедности и необеспеченности, окажутся в не менее тяжких условиях, чем на Западе" [21].

Несмотря на неоднократные указания на затяжной и "окопный" характер грядущей войны, многомиллионную численность воинских контингентов [22], Блиох не смог приблизиться к реальной оценке будущих потребностей армии в вооружениях и боеприпасах. Ориентируясь преимущественно на опыт русско-турецкой войны 1877–1878 годов и явно преувеличивая значение темпов роста в 90-х годах выплавки чугуна и стали в России, он полагал, что крупная промышленность без какого-либо серьезного напряжения сил сможет обеспечить фронт всем необходимым.



[1] См.: Кошелев А. Без конца печаль: Предостережения и прогнозы Первой мировой войны // Родина. 2001. № 8. С. 71–72.

[2] Блиох И.С. Русские железные дороги. СПб., 1875; Он же. Исследование по вопросам, относящимся к производству, торговле и передвижению скота в России и заграницей. СПб., 1876; Он же. Влияние железных дорог на экономическое состояние России. Т. 1–5. СПб., 1878; Он же. Устройство финансового управления и контроля в России в их историческом развитии. СПб., 1881; Он же. О сельскохозяйственном мелиоративном кредите в России и за границей. СПб., 1882; Он же. Финансы России XIX столетия. Т. 1–4. СПб., 1882 и др. Учитывая "солидные" объемы и периодичность появления все новых сочинений Блиоха, некоторые современники выражали сомнение в его действительном авторстве. В частности, Витте в своих воспоминаниях указывал, что многотомный труд о будущей войне Блиоху "писали, а он издавал под своей фамилией". См.: Витте С.Ю. Избранные воспоминания 1849–1911 гг. М., 1991. С. 223.

[3] Там же.

[4] Масси Р. Николай и Александра. М., 1996. С. 80–81; Милюков П.Н. Воспоминания. Т. 2. М., 1990. С. 38. Более подробно о пацифизме и миротворческих усилиях Блиоха см.: Dungen P. The Making Peace Jean de Bloch and First Hague Peace Conference. Los-Angeles, 1983.

[5] См.: "Для облегчения вооруженного мира" / Публ. И. Рыбаченок // Источник. 1996. № 2. С. 33.

[6] Блиох И.С. Будущая война в техническом, экономическом и политическом отношениях. СПб, 1898. Т. 4. С. 6.

[7] Там же.

[8] Там же. С. 313.

[9] Там же. С. 6.

[10] Там же. С. 264.

[11] Там же. С. 395.

[12] Там же. Т. 2. С. 642.

[13] Там же. Т. 4. С. 169, 165.

[14] Там же. Т. 4. С. 377.

[15] Там же. Т. 4. С. 369.

[16] Там же. С. 374.

[17] Там же. Т. 2. С. 638.

[18] Там же. С. 586.

[19] Там же. Т. 4. С. 359, 361.

[20] Каценеленбаум З.С. Война и финансово-экономическое положение России. М., 1917. С. 19.

[21] Блиох И.С. Указ. соч. Т. 4. С. 260–261.

[22] Возможную численность русской армии Блиох оценивал в 2,8 млн. человек. См.: там же. С. 349.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Государство и церковь во второй половине XVI-XVIII
Личность, общество, история. Субъект исторического процесса.
Мобилизация населения в красную и белую армию в период гражданской войны - сравнительный анализ
Корректность применения понятия губернаторская власть в исследования истории аппарата государственного управления российской империи
Правовые основы государственной службы в РСФСР
Вернуться к списку публикаций