2009-07-08 00:32:02
ГлавнаяИстория и историография — Усиление монархических тенденций при преемниках Августа



Усиление монархических тенденций при преемниках Августа


Нарушение традиционного республиканского порядка получения и прохождения магистратур выражалось в неоднократном занятии одной и той же должности без надлежащего перерыва, в получении должности без прохождения предварительных ступеней (младших магистратур), в заочном избрании, замещении должности ранее достижения необходимого возраста, и даже в получении магистратур вследствие применения силы. Игнорирование одними должностными лицами решений других стало нередким явлением политической жизни, продолжением которого явилось во многих случаях сведение на нет реальных полномочий и фактическая зависимость магистратов от принцепса. Общей проблемой было процветающее взяточничество, а значит, осуществление функций магистратов во многих случаях переставало восприниматься как почетное право управлять государством, а стало, вместо этого, источником дохода. В период принципата магистратуры начали изменять свою сущность (в основе которой лежали выборность, срочность, коллегиальность и безвозмездность), сближаясь с императорским аппаратом.

Роль сената в рассматриваемый период в целом была сохранена, а иногда даже возрастала, но и здесь обнаруживаются негативные явления, свидетельствующие о кризисе: коррупция и абсентеизм. До принципата сенат в идее своей был учреждением совещательным при магистратах, затем он превратился в высшее законодательное и судебное учреждение римского государства - юридически; фактически же все более приобретал роль совещательного органа при принцепсе. Регулярные «чистки» сената приводили к тому, что он становился послушным орудием «первых лиц» государства. Кроме того, был создан новый совещательный орган - consilium principis, как связующее звено между принцепсом и сенатом.

Итак, показателем трансформации формы правления в Риме во второй половине первого века нашей эры стали структурно-функциональные изменения публичной власти и динамика отношений традиционных (комиций, сенат, магистраты) и новых субъектов властвования. Все элементы государственного строя Рима в силу объективных причин претерпели определенные изменения. Социально-экономическое развитие привело сначала к заметному снижению значения комиции, а затем и к полному выпадению их из политической жизни Рима. Тем самым политический баланс между традиционными властными органами был нарушен. Как следствие, произошло разрушение системы ординарных магистратур со свойственными им признаками выборности, срочности, коллегиальности, подотчетности сенату. Параллельно начался процесс падения значения сената как самостоятельного республиканского органа власти.

Принцепс, бесспорно, занимал главенствующее положение по отношению ко всей классической римской триаде властных органов. По отношению к должностным лицам это выражалось в возможности влиять на их избрание, праве, пользуясь jus intercessionis, запрещать магистратам любые их действия, а также возможности на основе трибунского jus coercitionis принимать в отношении их карательно-принудительные меры, а также и в том, что он устанавливал и изменял правила относительно порядка замещения должностей и полномочий должностных лиц. Решения принцепса (сначала только фактически, а затем и юридически) обладали более высокой юридической силой, чем решения магистратов. Принцепс мог несколькими способами влиять на народные собрания: он имел право созывать их, ставить вопросы на голосование, снимать вопросы, поставленные другими магистратами, и, наконец, предлагать кандидатов, обязательных для избрания. Возможность принцепса воздействовать на сенат заключалась, прежде всего в праве на relatio, равном с консулами праве созывать сенат и председательствовать в нем, возможности на основании своих трибунских правомочий заявить интерцессию против предложений консулов, что вынуждало их предварительно согласовывать с ним свои relationes.

Одним из направлений в изменении структуры государственного управления явилось формирование императорского бюрократического аппарата, в частности, многочисленного корпуса чиновничества - officia. Бюрократический аппарат складывался, в основном, из прокураторов, вольноотпущенников, клиентов и рабов императора, но в его состав входили и представители высших сословий. Необходимо отметить, что при формировании бюрократического аппарата первый римский император в большой мере стремился следовать установившимся традициям, и нарушения республиканского порядка здесь прослеживались, главным образом, в суммарном увеличении влияния чиновничества на государственное управление. Дальнейшее развитие бюрократического аппарата шло по пути расширения его функций и увеличения роли в нем вольноотпущенников и провинциалов, которые и стали надежной опорой новой власти. При этом большая степень бюрократизации государственной жизни позволяет провести параллель с монархией.

Таким образом, ко второй половине первого века нашей эры фактически сложилась пирамидальная организация государственной власти. Вершиной пирамиды являлся, безусловно, принцепс, сосредоточивший в своих руках огромное количество полномочий, имеющий в подчинении бюрократический аппарат, в зависимости - магистратуры, сенат, комиций и армию.

Особый интерес представляет порядок вручения верховной государственной власти как один из наиболее ярких и бесспорных показателей трансформации формы правления. Получение власти каждым очередным принцепсом было обусловлено, главным образом, поддержкой воинов (преторианской когорты или легионов), а также, в определенной мере, и династическим фактором. Фактический материал не подтверждает представление о ярко выраженной династической политике «Юлиев-Клавдиев». Во-первых, принцепсы не были монархами в формально-юридическом смысле, а династия предполагает передачу именно монархической власти; во-вторых, их браки, даже заключенные по политическому расчету, обычно не обнаруживают «династических» целей; в-третьих, не подтверждает наличие таких целей и выбор преемников принцепсов, он далеко не во всех случаях определялся степенью родства. Права наследования верховной власти в период раннего принципата не существовало. Флавий Веспасиан не имел родственных связей с предшествовавшими ему правителями, однако, сам он явился родоначальником новой династии, что осознавалось как самим принцепсом, так и римским обществом в целом.

Системообразующий принцип формы правления изменился от абсолютного децентрализма, присущего республике, до централизма принципата Юлиев-Клавдиев и Флавиев, который, правда, не был еще в достаточной степени подкреплен юридическими нормами. Сложилась ситуация, когда фактически сформировавшаяся форма правления не соответствовала существующему государственному праву. И закон о власти Веспасиана (lex de imperio Vespasiani) положил начало процессу сознательного юридического закрепления монархии.

Постепенность государственно-правовых преобразований, неопределенность формы правления в I в. до н.э. - I в. н.э. не позволяют провести четкую грань между «республиканским» и «монархическим» Римом. Формирование монархии шло по несколькими линиям: увеличение полномочий принцепса, уменьшение роли республиканских учреждений, создание внесенатского аппарата, изменение роли армии, формирование монархической идеологии, в чем заметную роль играли «неюридические» элементы «монархизации» (auctoritas, титулы, присяга, императорские культы). По всем линиям очевидно влияние республиканских традиций и большая степень преемственности. Тем не менее, ко времени правления Флавиев форма правления Римского государства фактически приобрела необходимые черты монархии и юридически была ближе к монархической, чем к республиканской. Но наращивание монархических элементов опиралось на римские государственно-правовые традиции республиканских времен, и эта преемственность определила специфику римской монархии.

Для формы государственного устройства Рима в течение всего периода оставался характерным централизм. Этому выводу не противоречит определенная автономия муниципий, - то был переходный этап: структурно четко оформленные полисы объединялись, и прежние центры по инерции сохраняли на какое-то время свою роль, если этому не препятствовал новый, единый центр. Управление всей территорией государства осуществлялось из Рима. Основным фактором, которым определялась динамика отношений Римского государства как целого с его составными частями, являлся существенный рост территории. С возрастанием территории и последующим увеличением роли провинций начала проявляться тенденция к децентрализму, что оказывало определенное деструктивное влияние на форму государственного устройства.

Изложенное позволяет сделать вывод о сущности принципата как государственно-правового феномена. Принципат представляет собой исторически особую форму государства, для которой характерно состояние перехода формы правления от республики к монархии, неразрывно связанное с тяготением политического режима к авторитаризму, и унитарная форма государственного устройства.

Для принципата характерны практически идентичные системообразующие принципы формы правления, формы государственного устройства и политического режима. Стабильность формы государства при этом не достигалась, так как все три ее компонента были неустойчивы: для формы правления и политического режима оставался незавершенным централизм, к которому они объективно тяготели, тогда как форма государственного устройства, напротив, претерпевала тенденцию отхода от принципа централизма. Вместе с тем, сама эта внутренняя неустойчивость являлась необходимым фактором дальнейшего развития государства.

Формирование монархии - всего лишь одна, но самая существенная с точки зрения юридических последствий - сторона развития системы принципата. Трансформация формы правления осуществлялась, в первую очередь, через изменение политического режима. Именно в политическом режиме сначала произошел поворот к централизму. Изменение формы правления было обусловлено этим поворотом: авторитарные методы государственного управления влекли изменение в построении верховной государственной власти и диктовали необходимость ее концентрации в одних руках, поскольку наличие одновременно многих авторитарных центров было бы абсолютно губительным для государства.

Форма государственного устройства в данных конкретно-исторических условиях оказалась слабее связана с другими элементами формы государства. Ее влияние на форму правления и политический режим было косвенным и проявлялось, в основном, в росте значения провинций в политике центра. Обратное же воздействие было более явным; преобладание централизма в двух составляющих формы государства стало сдерживающим фактором для тенденций к децентрализму в третьей ее составляющей. В результате наличия сильного политического центра и применения методов жестко централизованного руководства форма государственного устройства Рима ко времени правления Флавиев осталась унитарной.

Все шаги в направлении преобразовании формы правления в Риме, отмечаемые в течение первого века до нашей эры и первого века нашей эры, не были случайны, они диктовались изменяющимися социальными и экономическими условиями жизни. Монархия в Риме являлась и порождением, и условием объективного процесса интеграции полисного мира. Республиканская форма правления не могла обеспечить единство складывающегося государства. И потому, несмотря на ошибки правителей и вопреки всем попыткам сохранить республику, формирующаяся монархия находила поддержку в различных слоях римского общества, что явилось основой для последующего окончательного ее оформления.

В результате всех объективно обусловленных преобразований к концу периода отмечается фактическое наличие всех основных признаков монархической формы правления: пирамидальности построения государственной власти, полноты власти главы государства, его несменяемости и неответственного положения, наследственного принципа передачи верховной власти. Фактическое приближение вплотную к монархической форме правления ко времени династии Флавиев нуждалось лишь в дальнейшем юридическом закреплении, отражении в государственно-правовых институтах.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910




Интересное:


Конституционные взгляды и реформы Сперанского
Великая отечественная война в исторических исследованиях 1960-1990
К истории исполнительной власти в России
Государство и церковь в XVII столетии
К вопросу об истории становления и развития государственных финансовых институтов в России
Вернуться к списку публикаций