2009-07-08 00:32:02
ГлавнаяИстория и историография — Правление Октавиана Августа



Правление Октавиана Августа


Роль армии в формировании монархии

Принципат возник в результате гражданских войн, Август победил, опираясь, прежде всего, на легионы, армия оставалась и в дальнейшем его опорой. В этом Тацит видел «тайну императорской власти» (arcana imperii). Как отмечает М.И. Ростовцев, материальной опорой Августа было войско (наряду с крупными денежными средствами), а залогом длительной устойчивости власти были мир и порядок. Причина повышенного внимания, уделяемого Августом войскам, была одна - армия придавала его власти силу, необходимую для управления обществом. Очевидно, что еще во время гражданской войны он понял то, что через две тысячи лет лаконично сформулирует русский мыслитель И.А. Ильин: «Власть социально бессильная - источник крушения». Установление мира и порядка в условиях Рима I века до н.э. было невозможно без поддержки войска. Огромная роль войска в решении государственных вопросов обусловила вывод Н.А. Машкина о том, что принципат являлся своего рода военной диктатурой. Таким образом, значение армии в политической жизни Рима не взывает сомнений, но необходимо проследить ее влияние на процесс изменения формы правления.

Степень влияния войска на государственные дела в отдельные периоды могла быть различной. Войско служило опорой власти и во времена второго триумвирата, когда армия противостояла почти всему гражданскому населению, но такая опора была опасна и для самих властителей, так как во многих случаях не вожди распоряжались армией, а армия диктовала своим командирам те или иные условия, и тем приходилось искать способы удовлетворения интересов огромной взрывоопасной массы солдат. На это, в частности, указывает Аппиан, рассказывая, что Октавиан был вынужден уступить требованиям солдат о полном и безусловном прощении их товарищей. Важно, что в период принципата Августа войско не ставило перед собой никаких политических целей. Даже во время восстания 14 года (сразу после смерти Августа), которое во многом было обусловлено наличием в войске большого количества отпущенных на волю несколько лет назад рабов, требования восставших солдат носили исключительно профессиональный характер, причем пределом этих требований было уравнивание положения всех войск с положением преторианских когорт. Однако, ни Августу, ни его преемникам не удалось изгнать корпоративный дух, позволявший войскам в некоторых случаях диктовать свои условия высшим командирам. Это сказалось в 68 - 69 гг., когда более или менее значительные войсковые соединения выдвигали своих кандидатов на императорский трон.

Начало формирования военной власти Октавиана Августа относится к 44 г. до н.э., когда он предпринял мобилизацию ветеранов Цезаря с целью завладения его наследством и достижения единовластного положения в государстве. Обращает на себя внимание факт создания армии по инициативе самого полководца и на его средства. Как частное лицо, он не имел на подобные действия никаких прав.

Во время гражданских войн Октавиан по необходимости учитывал и по возможности выполнял разнообразные требования солдат. После победы над Антонием встал вопрос о реорганизации армии с тем, чтобы превратить ее в надежную опору, всецело подчинить воле императора. Августу удалось этого достичь. Прежде всего он уменьшил армию: из 50 легионов после битвы при Акции осталось лишь 25 легионов. В RGDA Август говорит, что под его знаменами сражалось около 500 тысяч человек, из них было выведено в колонии или распущено по муниципиям 300 тыс. Главная масса отпущенных солдат приходится на 29 год. Кроме того, учитывая опыт гражданских войн, которым содействовало скопление воинов в Италии и соседних с ней провинциях, Август принял все меры к тому, чтобы не только сократить количество солдат до минимума, но и сосредоточить войска главным образом в пограничных провинциях.

В Риме и Италии оставалась только преторианская гвардия, состоявшая из девяти когорт (по 900 пехотинцев и 100 всадников), из которых две находились в самом Риме, остальные - в пределах Италии. Для охраны особы императора существовал еще отряд германцев. Преторианская когорта появилась в давние времена и должна была защищать полководца, его палатку (praetorium). Собственно, это и была всего лишь личная охрана полководца, так как в республиканские времена войско не могло находиться в черте города. Первоначально эту службу несли союзники, но уже Сципион составил преторианскую когорту из римлян всаднического сословия. Облеченный высшей военной властью, Август пользовался охраной, составлявшей, в сущности, не когорту, а почти два легиона. Как отмечает Ю.А. Ушаков, при Августе когорты претория еще являются слепым орудием для устрашения сенатской оппозиции и расправы с другими потенциальными врагами империи. Во всяком случае, поставленные в лучшие по сравнению с другими войсками условия, преторианцы должны были быть верными защитниками императора.

Для охраны города Рима были организованы особые городские когорты (cohortes urbanae), которые должны были охранять в городе порядок в течение дня. С 6 г. н.э. были созданы также cohortes vigilum, которые должны были заниматься тушением пожаров. Впоследствии они были милитаризованы и наблюдали за порядком в городе в ночное время.

Гарнизона в 13 - 14 тыс. человек было достаточно для охраны Августа и поддержания порядка в Риме и Италии. Остальные войска были распределены по провинциям. К 9 г. н.э. было двадцать пять легионов, которые распределялись таким образом: в Нижней и Верхней Германии стояли по 4 легиона, в Паннонии - 3 легиона, в Мезии и Далмации - по 2 легиона, в Сирии - 4 легиона, в Египте - 2 легиона, в Африке - 1 легион и в Испании - 3 легиона. Численность и дислокация войск менялись в зависимости от внешнеполитических условий, но лишь в редких случаях войска находились в сенатских провинциях, так как такое их расположение усиливало реальное значение сената в ущерб принцепсу.

Каждый легион при Августе состоял из 5 или 6 тысяч человек и разделялся на 10 когорт. Наряду с основными войсками существовали вспомогательные (auxilia), которые придавались обычно какому-либо легиону, подчиняясь, таким образом, тем же командирам. Легион был подчинен легату в звании пропретора (legatus pro praetore) или особому легату (legatus Augusti legionis), назначавшемуся непосредственно Августом. К высшему командному составу легиона принадлежали военные трибуны. И легат, и трибуны принадлежали к сенаторскому сословию, исключение составляли только египетские легионы, находившиеся под командой префектов легионов из всадников. Кроме военных трибунов, к высшему командному составу принадлежали префекты. Praefectus fabrum ведал оружием, распоряжался ремесленниками, находившимися в войске, и руководил всеми работами; praefectus castrorum заботился о лагерях и продовольствии. В отличие от военных трибунов префекты принадлежали к всадническому сословию. Средний командный состав состоял из центурионов. Старший центурион, командовавший первым отрядом, носил звание примипилярия (primipilarius). До центуриона мог дослужиться каждый солдат; должность центуриона-примипилярия давала ему всадническое кольцо.

Георг Вебер считает, что «по сану императора» Октавиан имел под своей властью все легионы. Считая такое утверждение излишне категоричным, все же отметим, что в действительности командный состав находился в зависимости от Августа, решающего вопросы карьеры каждого офицера. Очень часто практиковались переводы командиров из одного легиона в другой; центурионы иногда переводились из провинций в Рим и становились командующими преторианскими когортами. Переводы и назначения были и средством борьбы против самостоятельности легионов и корпоративности воинов. Кроме того, всякий поступивший в войско был связан присягой на верность Августу.

Большой интерес представляют монеты, которые можно отнести к серии «император и армия». Можно указать на несколько монет этой тематики. Еще в 32 году был выпущен денарий, на котором изображался Октавиан в виде легионера в полном вооружении, воюющего за установление мира и согласия в Италии. Другой пример - денарий с изображением императора, сидящего на возвышении, которому протягивают оливковые ветви два офицера. Победа Октавиана над армией Антония и Клеопатры ознаменовалась выпуском нескольких типов денариев: типом ростральной колонны со стоящей на ней фигурой Октавиана, типом морских и воинских трофеев, типом Виктории. Были выпущены монеты по случаю возвращения в Рим утерянных ранее священных значков и военных знамен, таким образом, прославлялись любые успехи армий, даже если военные кампании не были доведены до победного конца.

Принцепсу удалось поднять дисциплину в армии и тем самым добиться ослабления и почти полного устранения своей зависимости от войск. Август и внешне стремился подчеркнуть, что он для солдат «император», главный полководец, а не сотоварищ по оружию. Он отказался от того фамильярного обращения с солдатами, которое имело место при Цезаре и в годы гражданских войн. Август не называет сам и не позволяет своим близким называть легионеров товарищами, соратниками; в обращении к ним он употребляет слово «milites» - «солдаты», «воины». Это уже было нарушением полисно-республиканских традиций.

Изменения коснулись и финансирования легионов. Удачный исход войн, богатая добыча позволили Августу рассчитаться с ветеранами и теми солдатами, в услугах которых не было необходимости. Расселенные по Италии и по провинциям солдаты оказались верной его опорой, но в дальнейшем колонии не выводились. Были приняты меры к установлению регулярной оплаты легионерам и к материальному обеспечению ветеранов после отставки. В 6 г. н.э. учреждена особая касса - aerarium militare, выплачивавшая ветеранам отпускные суммы. При ее организации Август внес 170 млн. сестерциев, а для ее пополнения был введен 5%-ный налог с наследств и 1%-ный с аукционов. В распоряжении военного ведомства находился штат чиновников, главой которых считался сам император.

Новобранцы поступали на службу добровольно, но принятый в армию уже не мог покинуть ее ряды до получения законной отставки. Срок службы составлял 25 лет, но иногда доходил до 30 и даже до 40 лет. Таким образом, воин фактически терял связь с той средой, из которой был принят в войско. В 6-9 гг. н.э. вследствие паннонского восстания и войн с германцами потребовались большие пополнения легионов. Наборы, проводившиеся среди свободных, не дали значительных результатов, так как многие уклонялись от военной службы (причины такого уклонения аналогичны рассмотренным в предыдущей главе). Бывали случаи, когда в войска попадали не римские граждане, но, вступив в легионы, они также получали права гражданства. Август стал записывать в войска даже рабов, которые, поступив в войско, объявлялись свободными и в качестве вольноотпущенников записывались в легионы; тем самым они приобретали права римского гражданства. Вспомогательные войска пополнялись в большинстве случаев жителями тех мест, где войска эти стояли. В качестве командиров (префектов) зачисляли примипиляриев или племенных старшин. Таким образом, в легионах были представлены все слои римского общества. По мнению Н.А. Машкина, сам по себе вопрос, откуда и из каких слоев комплектовалась армия, не имеет особенного значения, ибо служба в армии с ее корпоративным духом, обособленной жизнью, в условиях строжайшей дисциплины отрывала людей от того общественного слоя, из которого они вышли. Т. Моммзен же видел в провозглашении императора войском юридически правомерный акт - волеизъявление народа. Не соглашаясь с мнением знаменитого немецкого ученого, все же можно сказать, что состав войска в критических ситуациях имел значение, так как солдаты выражали те идеи, которые были заложены в них воспитанием и окружением до призыва на службу. И армия, со времени кризиса Республики ставшая решающей силой в политической жизни Рима, действительно отражала, хоть и косвенно, настроения в обществе.

В республиканские времена внешней политикой государства, в сфере которой и необходима в первую очередь армия, почти исключительно ведал сенат. В компетенции народных собраний находилось только объявление войны и заключение мира, сводившиеся к формальному утверждению различных сенатских постановлений. С развитием экстраординарных магистратур некоторые из римских полководцев стали от лица народа полновластно решать чрезвычайно сложные и ответственные вопросы внешней политики. Деятельность республиканских магистратов, наделенных чрезвычайными полномочиями, явилась прецедентом обширных и неограниченных внешнеполитических полномочий Августа. Как известно, в 23 г. сенат направил парфянских послов к Августу, поручив ему вести переговоры и заключить договор. Но это сенатское решение, по существу, было формальностью: Август мог принимать иностранных послов и в силу imperium maius, с получением которого (в том же, 23 г.) уже фактически изменился порядок решения внешнеполитических вопросов. Подтверждение этому мы можем найти в законе, принятом сенатом по поводу власти Веспасиана (lex de imperio Vespasiani), где есть указание, что новый император может заключать договоры, с кем он захочет, «как это позволено было божественному Августу»: «...foedusque cum quibus volet facere liceat ita, uti licuit divo Aug(usto)».

В RGDA Август говорит о своем принципате - «me principe», только тогда, когда речь идет о сношениях с другими народами: «Паннонские племена, до которых ранее моего принципата никогда не доходило войско... я подчинил власти римского народа». Выражение «me principe» встречается и в главе, обобщающей внешнеполитические успехи Августа. Таким образом, в этом документе нашло отражение фактическое отнесение вопросов внешней политики к единоличной компетенции принцепса, и император сам утверждал о своем главенстве во внешнеполитической сфере. Фактическим основанием этого главенства явилась подчиненность ему армии в силу принесенной воинами присяги и зависимости от принцепса карьеры командиров.

Итак, нарушения республиканских норм в сфере организации военного дела могут быть сведены к следующему: войска создавались по инициативе самого полководца и на его средства, принцепс имел возможность жесткого контроля над легионами, армия могла влиять на государственные дела.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011




Интересное:


Государство и церковь в XVII столетии
К вопросу об истории становления и развития государственных финансовых институтов в России
Общее и особенное в русском церковном управлении в эпоху великих реформ
Корректность применения понятия губернаторская власть в исследования истории аппарата государственного управления российской империи
Государство и церковь во второй половине XVI столетия.
Вернуться к списку публикаций