2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяИстория и историография — Личность, общество, история. Субъект исторического процесса.



Личность, общество, история. Субъект исторического процесса.


Социальная философия и философия истории

Для упорядочения многообразных способов связи того или иного социально-философского учения с методологией науки и возможности учета методологического сходства и тенденции к взаимной ассимиляции различных социально-философских направлений, целесообразно вычленить ряд ключевых методологических подходов, образующих, в настоящее время, систему социально-философского знания в виде некоего иерархически построенного целого, состоящего из элементов разной степени общности. Речь идет о понятии "исследовательская программа", или "научная программа".

Исследовательская программа – это философская программа развития науки. Но она не тождественна тому или иному философскому направлению, ибо не всякое философское направление служит базой развития научных теорий, иногда ряд философских ориентаций объединяются для формирования одной исследовательской программы. Исследовательская (научная) программа претендует на универсальное толкование всего существующего. Система принципов, формируемая программой, носит поэтому всеобщий характер.

В социально-философском знании генетически первой была "натуралистическая исследовательская программа", которая формировала методологические нормативы социального знания по образу естественных наук. Открытие культуры как особой реальности конституировало "культурцентристскую исследовательскую программу". Взгляд на историю, как на практическую (детерминируемую экономикой) деятельность людей, характеризует "марксистскую исследовательскую программу", претендующую на преодоление крайностей натуралистической и культурцентристской программ. Попытки создания иных программ, как правило, характеризуются тяготением к одной из названных. Предпринимались попытки создания "единой исследовательской программы" – нечто вроде синтеза прежних, однако идея такой "интерференции" оказалась нежизнеспособной.

Высказывается возможность создания еще одной исследовательской программы – "экологической". Экологическая программа выражает тенденцию развития знания – синтез общественных, естественных, математических и технических наук. Эта программа требует превращения науки из универсальной производительной силы в универсальную социально-преобразующую силу.

В рамках исследовательских программ особое место занимает теоретико-методологическая ориентация, которую можно определить как бинарную оппозицию "социологического реализма" и "социологического номинализма". Согласно социологическому реализму общество в целом, равно как и отдельные социальные институты, выступают в качестве самостоятельных сущностей – субстанций, несводимых к эмпирически фиксируемому взаимодействию отдельных индивидов. Социологический номинализм отказывается признавать за реальность как общество в целом, так и отдельные социальные институты, считая, что ею обладают лишь индивиды.

Здесь реализм и номинализм выступают в качестве эвристик. Несмотря на довольно абстрактную форму этих эвристик, выбор той или иной из них существенно предопределяет ход исследования – эвристика говорит нам, что может служить ответом на задачу, а что мы отказываемся принимать как таковой. Тем самым сужается круг поисков возможных решений.

Обе эвристики уязвимы как в теоретическом, так и в морально-нравственном отношении. Попытки их синтеза или примирения ни к чему не привели. Социальное к индивидуальному, и наоборот, без остатка не сводится. Поэтому в рамках экологической (гуманистической) исследовательской программы производится активный поиск чего-то "третьего", равно принадлежащего индивидам и обществу, в котором их изначальная противоположность была бы снята. На роль такого "третьего" – "клеточки" социальной субстанции – предлагаются различные интерпретации человеческих взаимодействий, имманентно присущих "индивидам" и "обществу".

Однако гносеолого-методологический прорыв в этом направлении еще не наступил. Необходимо помнить об онтологической несамодостаточности (вторичности) социального действия, не способного существовать автономно. На это уже указывал Гегель в своей "Философии права", подчеркивая, что человек есть самоцель, но только через опосредование другими индивидуумами, целым. Поэтому, эвристика социологического реализма (ее умеренный вариант) и сегодня является доминирующей при анализе общественных явлений.

Спускаясь по иерархической лестнице любой социально-философской исследовательской программы, обнаруживаешь ведущие гносеологические принципы, обладающие равной методологической значимостью для различных (диахронных, синхронных) философских направлений. Речь идет о принципе историзма (аисторизма, историцизма) и принципе детерминизма (индетерминизма).

Социальная философия базируется на предельно общем представлении об истории – "философии истории". История в этом случае выступает и как способ бытия объекта познания, и как ведущий принцип (метод) познания, программной установкой которого служит создание единой исторической картины мира. История, т.е. описание изменений, и сущность, т.е. нечто, остающееся неизменным в ходе изменения, выступают здесь как соотносительные понятия. Но их соотносительность имеет еще и другую сторону. В определенном смысле сущность также предполагает изменение, а тем самым – историю.

Идея мира-как-истории восходит к глубокой древности, где она (история) выступает в различных формах: то топчется на месте, то возвращается циклически к одним и тем же состояниям, то представлена в виде непрерывной линии-стрелы. Ясно, что неявной предпосылкой конфигурации мира-как-истории выступает образ "социального времени". Именно конфигурация социального времени задает картину движения социума. То оно (время) выступает в образе линии-стрелы, то круга, то волны и пр.

Разное понимание социального времени позволяет свести многообразные способы описания движения социумов к четырем основным подходам:

1. Социологический реализм: а) парадигма прогрессивно-поступательного типа движения социума. Образ социального времени – стрела. Мир-как-единая, непрерывная, целенаправленная история, характеризует онтологию моралистов всех форм общественного сознания, будь то теисты или атеисты – это И.Кант, Г.Гегель, К.Маркс и др. Обоснование всех социальных явлений – мистический, динамический или стохастический детерминизм. Методология – историцизм – теория движущей силы (закона, причины) всех перемен; изменения управляются неизменным законом (причиной). "Феноменология духа" этого мировоззрения выступает как линейная, непрерывная, всевозрастающая хронология разума;

б) парадигма чисто циклического типа движения социума. Образ социального времени – круг (замкнутый цикл). Циклическое изменение мира в целом (природы, общества и мышления) – есть, плюралистическая онтология морфологии мировой истории (Гераклит, Эмпедокл, О.Шпенглер, Л.Гумилев и др.), что элиминирует идею единой мировой истории. Обоснование всех социальных явлений – динамический детерминизм. Методология – историцизм. "Феноменология духа" этого мировоззрения выступает как эпистемологическая несовместимость и несоизмеримость различных культур;

в) парадигма волнообразного типа движения социума. Образ социального времени – волна. Волнообразное (синусоидальное) развитие социума представляет определенную направленность (тенденцию) к усложнению социальных связей и отношений посредством сменяющих друг друга волн изменений различного масштаба. Переход от одной фазы развития общества к другой актуализируется точками "бифуркации", где нарушается предопределенность развития социума. Обоснование всех социальных явлений – стохастический детерминизм. Сторонники этой точки зрения – Ф.Бродель, И.Валлерстайн, А.Шлезингер, П.Сорокин, Н.Кондратьев и др. Методология – синергетическая концепция бесцельных исторических флуктуаций. "Феноменология духа" этого мировоззрения выступает как включенность индивида в проблемное поле своей эпохи, что в широком смысле также предполагает возможную эпистемологическую несовместимость и несоизмеримость.

2. Социологический номинализм. Философская ориентация – постмодернизм. Парадигма – аисторизм. Ситуация постмодерна – недоверие к метанарративам (метарассказам, метаисториям, метадискурсам), которые выступают в качестве ведущих философских принципов Нового времени: гегелевская диалектика духа, идея прогресса, общечеловеческая эмансипация через всеобщее просвещение, строгий детерминизм и т.д. Обоснование всех социальных явлений – индетерминизм. Индетерминизм получает обоснование в отрицании принципа "иерархии сил" (природной, социальной и мыслительной действительности) прежних мировоззрений. Методология – деконструкция: ведущим гносеологическим принципом здесь является принцип "нониерархии", лежащий в основе структурирования любых постмодернистских текстов. Теория познания – гносеологический плюрализм (анархизм). Сторонники этого подхода – Ж.Делез, Ф.Гваттари, Ж.-Ф.Лиотар, поздний М.Хайдеггер и др.

Прогрессивно-поступательный образ истории (доминировавший до настоящего времени в социально-философском знании) конституируется в западной культуре с возникновением христианства. Уже Аврелием Августином, в его философско-исторической концепции, вводится идея прогресса человеческой истории. Хотя прогресс здесь истолкован чисто теологически (он возможен не в земной, реальной жизни, а лишь в расширении рамок божьего царства), однако сама идея прогресса оказалась весьма живучей в христианской культуре. Дальнейшая эволюция западноевропейского общества демонстрирует изменение образа истории, к истории как прогрессу во всемирно-историческом масштабе, что связано также с разработкой социально-философской категории "отчуждения".

Идеалистическая интерпретация "отчуждения" была развита, в частности, Гегелем, у которого объективный мир выступает как "отчужденный Дух". Движение в истории объясняется Гегелем не из прошлого, а из будущего как более высокого (прогрессивного) состояния. Телеологичность этой концепции налицо. Цель находится в конце Всемирной истории, являясь одновременно и своим началом, и двигателем. Историческое актуальное обретает свой смысл только в соотнесении с конечной целью истории – реализации самопознания "абсолютного Духа".

Материалистическая интерпретация "отчуждения", развитая К.Марксом, также ориентируется на цель – переход общества из "царства необходимости" в "царство свободы", причем этот процесс детерминирован. В основе материалистического понимания истории лежит представление о практическом (материальном) отношении людей к природе. Маркс утверждал, что "история" не есть какая-то особая личность, которая пользуется человеком как средством для достижения своих целей. История – не что иное, как деятельность преследующего свои цели человека.

В марксизме вполне сознательная деятельность каждого конкретного индивида, суммируясь в общую (общественную) деятельность в процессе отчуждения, приобретает характер "исторического бессознательного", и в этом смысле люди поистине "не ведают, что творят". "Историческое бессознательное" выступает отчужденной безличной, однако объективной силой, которая детерминирует уже на свой манер поведение индивидов. Эта детерминация и есть "царство исторической необходимости" Маркса – закономерная смена одного способа производства другим, более прогрессивным. Телеологическая идея прогресса реализовалась здесь в морализаторском преодолении отчуждения труда и возврата к собственной родовой сущности человека.

Очевидно, что космополитические тенденции (идентификация отдельного человека с человечеством) способствуют популярности концепций о цели, о прогрессе всего человеческого рода. Найди мы инопланетян очень похожих на нас, мы бы "цель" истории спроецировали и на них. Именно эти сюжеты питают воображение сторонников антропных принципов развития Вселенной.

Собственно христианский стиль (форма) мышления до сих пор не преодолен. Он является когнитивной матрицей не только обыденного, но и теоретического (научного) общественного сознания. Идея мира-как-единой, непрерывной, целенаправленной истории, берет начало в представлениях первых христианских апологетов, строивших картину мира на синтезе христианского креационизма и неоплатоновского эманационизма. Мир средневекового человека представлен как онтологический Универсум, как иерархически организованное целое, сотворенное в едином творческом акте транцендентного и в тоже время имманентного всему сущему Бога.

Иерархия, как универсальный атрибут Мира, господствует в мире небесном, земном и человеческом. Строгий детерминизм – причинная обусловленность Богом всех явлений – вот тот гештальт, сквозь призму которого средневековый человек воспринимал, познавал и действовал. Переход от господствующих представлений средневекового теизма к деизму Нового времени, хотя и принес идею всеобщего развития, пронизывающую всю картезианскую философию, однако, согласно космогонии Декарта, Вселенная есть материальный механизм причинно-самодействующий, который необходимым образом (та же идея строгого детерминизма, только в форме механицизма) пройдет все стадии развития, предопределенные Великим Мастером – Богом-Творцом.

Христианская идея сотворения мира, почти без изменений, реализовалась в современной ортодоксальной научной картине мира. Вселенная современного человека актуализируется в акте творения (не важно, что этот акт имеет расплывчатые предикаты), развивается согласно "затравке" Большого Взрыва и необходимым образом (строгий детерминизм) движется к Цели – равновесному энергетическому состоянию.

Однако сегодня набирают силу концепции философского и методологического плюрализма, исторически берущие свое начало с идеи множественности взаимонепроницаемых миров (бытий) древнегреческих атомистов. Здесь антагонистом онтологического Универсума выступает онтологический Мультиверсум – мир актуализирован как база данных, случайным образом организованных (идея, близкая исламскому и христианскому окказионализму: Вселенная – это мир случайных событий). Случайная Вселенная – Мультиверсум – отличается от детерминированной Вселенной традиционной физики, с ее линейной, непрерывной последовательностью причинно-следственных (локальных) связей. Мультиверсум – это Вселенная нелокальных связей, что отрицает идею "взаимодействия", следовательно, и принцип детерминизма.

И, как срединная в этом вопросе, примиренческая позиция – синергетическая методология, утверждающая, что мы живем в сложном мире, где все взаимосвязано, в мире неустойчивости и необратимости, линейности и нелинейности, эволюции и катастроф, хаоса и порядка, диссипации и самоорганизации, детерминизма и индетерминизма. Короче говоря, нас окружает мир, далекий от равновесия.

Если в установившемся режиме развития системы ее поведение детерминировано и будущее определяется ближайшим прошлым, то в окрестности точки бифуркации (разветвления) система ведет себя совершенно иначе. Фундаментальную роль начинают играть случайности, второстепенные факторы. Влияние незначительных воздействий может достичь огромного масштаба, поскольку им ничто не противостоит – система утратила свойства авторегулирования. Однако в точках неустойчивости может происходить не "все что угодно" – количество реальных сценариев развития событий всегда ограничено. При "выборе" системой одного из сценариев, случайные возмущения автоматически подавляются, движение системы становится устойчивым, необратимым в направлении соответствующего конечного квазицелевого состояния – аттрактора ("аттракция" означает притяжение). В этом случае, не прошлое, а будущее определяет динамику системы.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Организационные, правовые и кадровые основы прохождения службы в милиции НКВД РСФСР
Правовые основы государственной службы в РСФСР
Государство и церковь в XVII столетии
Новая интерпретация истории Киевской Руси
Общее и особенное в русском церковном управлении в эпоху великих реформ
Вернуться к списку публикаций