2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяИстория и историография — Ленинские декреты и создание органов руководства высшей школой



Ленинские декреты и создание органов руководства высшей школой


В Положении содержались следующие принципы, касающиеся определения состава и порядка формирования вузовских органов: выборность ряда органов, коллегиальность, участие в них представителей хозяйственных и общественных организаций и представителей студенчества. Заведывание и руководство всей учебно-научной и административно-хозяйственной деятельностью вуза по Положению принадлежит правлению вуза (3-5 человек), назначаемому Наркомпросом на один год. Профессора, преподаватели, студенты, заинтересованные в работе вуза профсоюзы, исполкомы и ГубОНО должны были представлять через Совет вуза кандидатов в состав правления в Наркомпрос [46]. Совет вуза не избирал членов правления, а лишь давал свое заключение о них. При коллегиальности правления ректор вуза, назначаемый Главпрофобром из числа членов правления, нес единоличную ответственность перед Главпрофобром. Совет вуза избирался на общих собраниях профессоров, преподавателей, научных сотрудников и студентов, причем каждая из этих категорий «избирателей» направляла своих представителей в Совет. В функции Совета входило направление всей работы, вуза и контроль над нею. Решения Совета утверждались правлением. Президиум факультета, состоящий из декана и двух членов, утверждался Главпрофобром, кандидаты в его состав намечались предметными комиссиями и студентами. Один член президиума должен быть обязательно студентом. Президиум, как и правление,- орган коллегиальный, однако декан нес единоличную ответственность перед Правлением вуза. В состав Совета факультета входили, кроме президиума и председателей предметных комиссий, представители от преподавателей, научных сотрудников и студентов, избираемые соответственно на общих собраниях, а также представители Союза работников просвещения и других профсоюзов. Совет факультета вырабатывал программу деятельности факультета, координировал деятельность отделений (предметных комиссий) и обсуждал их работу. В предметную комиссию входили все научные работники, объединенные родственными дисциплинами, а также представители студентов в числе, равном половине членов - научных работников. Предметная комиссия назначала председателя (из профессоров), его заместителя и секретаря, т.е. бюро предметной комиссии, утверждаемое правлением, распределяла курсы, разрабатывала программы этих курсов и т.п.

Коммунистическая партия в своих решениях особо подчеркивала исключительную важность партийного влияния на работу вузов. Так, первое партийное совещание рекомендовало назначать ректорами вузов «крупных партийных товарищей - организаторов, знающих высшую школу». При недостатке таких кадров предлагалось назначать, «хотя бы и менее опытных в деле высшего образования, но стойких и энергичных партийных товарищей - заместителями ректоров (при ректорах из профессоров)» [47]. ЦК РКП (б) в циркуляре от 4 ноября 1921 г. «О связи партийных организаций с органами народного образования», подчеркнув, что «дело народного просвещения в Советской республике ... есть дело глубоко коммунистическое», предложил партийным организациям установить постоянную организационную связь с органами Наркомпроса, принять активное участие в деятельности этих органов, направляя для работы в них ответственных коммунистов [48]. В циркуляре «О работе парторганизаций в вузах и рабфаках» ЦК вновь указывал, что «партия должна пропитать своим идейным влиянием самую работу школы», и обязывал парторганизации принять активное участие в подборе руководящего состава вузов - правлений, советов [49]. XII съезд партии (апрель 1923 г.) предложил усилить влияние «партии на руководящие административные и учебные органы; и профессуру вузов и рабфаков» [50].

Положение о вузах обеспечивало широкое участие в управлении вузов профессуре, преподавателям и студенчеству. Однако это не имело ничего общего с так называемой «университетской», или «профессорской», автономией. Вопрос об «автономии» вузов в этот период: поднимался неоднократно. Вначале он не приобретал еще большой остроты, и в первых декретах Советской власти, где имеется в виду привлечение всех профессорско-преподавательских сил к лояльному сотрудничеству в строительстве новой высшей школы, еще нет резко отрицательного отношения к самому понятию «автономия». Так, в составе Наркомпроса имелся «Отдел автономных высших учебных заведений». В декрете «Об учреждении Государственной комиссии по просвещению» указывалось, что работа культурно-просветительных организаций «должна обладать полной автономией как по отношению к государственному центру, так и по отношению к центрам муниципальным» [51]. При этом необходимо иметь в виду, что в декрете прямо подчеркивался классовый характер советских просветительных учреждений, т.е. само понятие «автономии» коренным образом отличалось от той буржуазной «автономии», в которой реакционная профессура видела нечто «надклассовое». Центральная идея буржуазного понимания «автономии» университетов, точнее «автономии» профессорской корпорации, состояла в том, что Совет являлся главным органом: университетского самоуправления: он выбирал ректора, деканов, проректора, инспектора и профессоров, делил факультеты на отделения, соединял или разделял кафедры, устанавливал правила для поступления и т.д. Вопрос об «автономии» высшей школы приобрел особую остроту, как только реакционная профессура стала использовать лозунг «автономии» в целях саботажа мероприятий Советской власти. В этих условиях борьба с лозунгом «автономии» являлась борьбой за политическое завоевание высшей школы. М.Н. Покровский указывал, что В.И. Ленин не выносил мысли о каких бы то ни было буржуазных автономиях и само это слово им было беспощадно «изничтожено» в представленных М. Н. Покровским тезисах о высшей школе [52]. Отрицая «автономию» высшей школы, Советское государство постоянно стремилось привлечь к строительству новой высшей школы профессоров и преподавателей. «В течение этого долгого, горького и героического периода нашей революции, - говорил А.В. Луначарский, - мы несколько раз пытались договориться относительно совершенно тесного сотрудничества между пролетарско-крестьянской государственной властью, профессурой и студенчеством. Нам отчасти это удавалось, мы часто доходили если не до единогласных решений, то, во всяком случае, до приемлемых компромиссов» [53]. Политика партии и правительства, направленная на привлечение профессуры к активному участию в работе высших учебных заведений, нашла отражение и в подписанном В.И. Лениным Положении о вузах. Эту политику партия проводила последовательно и настойчиво; ЦК неоднократно обращал внимание партийных организаций на необходимость правильной постановки работы среди просвещенцев. В письме «О работе среди работников просвещения» ЦК требовал, чтобы местные парторганизации отказались от отношения к ним, «как к саботажникам». «Мы должны понять, - указывалось в письме, - что такое отношение в настоящий момент является большой ошибкой. Работники просвещения в большинстве своем деклассированные интеллигенты, лишь по умонастроению и культурным навыкам связанные с капиталистическим режимом, социально отнюдь не заинтересованы в его возвращении, и мы должны сделать все, от нас зависящее, для того, чтобы эту высоко полезную общественную группу втянуть в интересы и творческую работу советского государства, всячески помогая ей окончательно и возможно скорее изжить то непонимание значения и смысла переживаемых событий и переживаемой эпохи, которое непосредственно после Октябрьской революции бросило часть ее в стан врагов Советской власти» [54].

Эта политика Коммунистической партии давала свои плоды. Все большее число профессоров и преподавателей вузов вставало если не на платформу Советской власти в области высшего образования, то, во всяком случае, на позиции лояльной совместной работы.

Хотя к моменту принятия Положения о вузах вопрос об «автономии» для большинства профессоров перестал быть камнем преткновения в деле их участия в работе вузов на новых, советских началах, тем не менее, он иногда всплывал, и Партия давала достойную отповедь попыткам возродить «автономию» в ее буржуазном понимании. Одним из последних проявлений старых взглядов на «автономию» высшей школы явилась «рыхлая» (по выражению А.В. Луначарского) «забастовка» части профессоров и преподавателей МВТУ, возникшая в связи с проведением в жизнь нового Положения о вузах. Политбюро ЦК РКП (б) обсудило вопрос об этой «забастовке» [55] и в опубликованном совместно с Наркомпросом обращении [56] осудило поведение группы профессоров и преподавателей МВТУ, подчеркнув, что в «государстве, переходном к социализму, ни о какой автономии столь важного органа культурной, хозяйственной и общественной жизни, как высшие учебные заведения, не может быть и речи». Вместе с тем признавалось желательным расширение участия «всех граждан» вуза в определении деталей жизни вуза, в определении хода учебной и хозяйственной жизни «без уклонения от указанных властью норм» [57].

Утвержденное В.И. Лениным Положение о вузах, как показывает его содержание и дальнейшее развитие высшей школы, обеспечивало эффективное участие профессоров, преподавателей и студентов в формировании органов и определении деятельности вузов.

Принятая VIII съездом РКП (б) Программа партии предусматривала привлечение трудящихся к активному участию в деле просвещения (развитие Советов народного образования и др.) [58]. Участие пролетарской общественности и ее органов в управлении высшей школой на первых порах в значительной мере состояло в организации контроля,, развитие которого, как указывал М.Н. Покровский, могло привести к: появлению у этих органов некоторых административных функций Советов и правлений вузов. Однако он подчеркивал, что «в учено-учебных вопросах нет никакой надобности идти дальше контроля, и собрание, состоящее из рабочих, со свойственным пролетариату здравым смыслом отказалось бы составлять учебный план или программу отдельного курса... Пролетарский орган «должен только знать, что и как читается» [59].

Первоначально одной из форм установления политического контроля было назначение политических комиссаров в вузы. Однако эта форма значительного распространения в РСФСР не получила. На Украине она существовала вплоть до перехода в начале 20-х годов к системе управления вузами, принятой в РСФСР. В отличие от РСФСР, в вузах УССР руководство высшим учебным заведением осуществлялось, ректором и политкомиссаром. Согласно «Инструкции политкомиссарам институтов», утвержденной ЦК КЦб)У и НКП УССР, ректор «совместно с политкомиссаром осуществляет всю полноту власти». Все распоряжения ректора могли отдаваться лишь с согласия политкомиссара, который являлся уполномоченным Укрглавпрофобра и назначался с согласия губкома партии [60].

Если цель привлечения представителей общественности к управлению высшей школой состояла главным образом в контроле, то привлечение представителей хозорганов имело целью связать работу последней с насущными задачами хозяйственного строительства. Все декреты о высшей школе, подписанные В.И. Лениным, в которых, последовательно проводилась линия на передачу высших учебных заведений и ведение Наркомпроса, вместе с тем не исключали участия в управлении ими заинтересованных ведомств. Наоборот, в этих декретах подчеркивалась необходимость такого участия, и определялись его правовые формы.

Указанные выше декреты о Государственной Комиссии по просвещению предусматривали сотрудничество в ней, в качестве полноправных членов, представителей хозяйственных и иных организаций (Советов, фабзавкомов, ВСНХ и др.). Декретом «О мерах к распространению профессионально-технических знаний» от 20 июня 1919 г. было предложено ввести в Секцию профессионально-технического образования представителей хозарганов [61]. При преобразовании Секции профессионально-технического образования в Главный Комитет устанавливалось, что при Главпрофобре создается Совет профессионально-технического образования в составе представителей ВСНХ, ВЦСПС, НКПС, НКЗема, НКТруда, НКПрода и других организаций [62]. Положение «О высших учебных заведениях» от 2 сентября 1921 г., устанавливая, что вузы находятся в ведении Наркомпроса (Главпрофобра), и, подчеркивая, что исключительно Наркомпросу принадлежит право производить какие-либо изменения в организации и личном составе вузов, предусматривало участие в Советах вуза и факультетов представителей профсоюзов, заинтересованных в работе вуза (факультета), а также наркоматов (и их местных органов) [63].

Заинтересованность хозяйственных и иных органов в работе высшей школы была столь очевидной, что уже в 1922 г. выдвигались предложения о передаче вузов в ведение хозяйственных комиссариатов с оставлением за Наркомпросом лишь инспекционных функций [64]. Однако такие предложения не соответствовали политике партии, направленной на укрепление Наркомпроса как органа государственного руководства высшим образованием.

Заключая рассмотрение ленинских декретов о высшей школе, следует подчеркнуть, что с их помощью была создана стройная система органов государственного руководства высшей школой и органов вузовского управления, позволившая провести всю работу по политическому завоеванию высшей школы, по превращению ее в важнейший рычаг Советского государства в деле социалистического строительства. Эта система в основных чертах просуществовала до конца 20-х - начала 30-х годов. Однако многие принципы, сформулированные в рассмотренных декретах, не потеряли своего значения и в настоящее время.


Л.А. Шилов

Рекомендована кафедрой теории и истории государства и права Ленинградского университета


[1] См.: сб. «В.И. Ленин и проблемы народного образования». Под ред. Н.К. Гончарова и Ф.Ф. Королева. М, Изд. АПН РСФСР, 1961, стр. 205, 244.

[2] См.: Клара Цеткин. Воспоминания о Ленине. М., Госполитиздат, 1955, стр.,13.

[3] СУ, 1917, № 1, ст. 1.

[4] СУ, 1917, № 3, ст. 32.

[5] В Комиссию должны были также входить представители организованного Временным буржуазным правительством Государственного Комитета по народному образованию. Советское правительство считало полезным использование знаний и опыта членов этого Комитета, имея в виду превращение его впоследствии в «Государственный институт по изготовлению законопроектов» в области народного образования. Однако наладить совместную работу с Комитетом не удалось. 23 ноября за подписью В.И. Ленина был опубликован декрет, согласно которому Комитет «данного состава» распускается в связи с тем, что многие члены Комитета, являясь представителями органов (Государственная дума и т.д.), ликвидированных революцией, утратили свои полномочия, и в связи с тем, что Комитет нуждался в большей демократизации (СУ, 1917, № 3, ст. 44).

[6] Н.К. Крупская, Год работы Народного Комиссариата просвещения. Вестник народного просвещения Союза Коммун Сев. области, 1918, № 6-8, стр. 30-32.

[7] СУ, 1918, № 46, ст. 551.

[8] См., например, декреты: «О передаче дела воспитания и образования из духовного ведомства в ведение Народного Комиссариата по просвещению» (СУ, 1917, № 9, ст. 126), «О передаче всех учебных заведений в ведение Народного Комиссариата по просвещению» (СУ, 1918, № 28, ст. 367), «О передаче в ведение Наркомпроса учебных и образовательных учреждений всех ведомств» (СУ, 1918, № 39, ст. 507), «О переходе Петроградской и Московской Консерватории в ведение Народного Комиссариата просвещения» (СУ, 1918, № 50, ст. 581), «Об учреждении Иваново-Вознесенского Политехнического института» (СУ, 1918, № 58, ст. 645), «О мерах к распространению профессионально-технических знаний» (СУ, 1919, № 27, ст. 306).

[9] СУ, 1917, № 12, ст. 183.

[10] СУ, 1918, № 71, ст. 770.

[11] СУ, 1918, № 67, ст. 730.

[12] СУ, 1918, № 71, ст. 771.

[13] СУ, 1918, № 80, ст. 836.

[14] Ф.Ф. Королев. Первые шаги Советской власти в области школьного строительства. «Советская педагогика», 1954, № 6, стр. 98.

[15] Изданный в 1918 г. «Справочник Народного Комиссариата просвещения РСФСР» (стр. 3) Государственную Комиссию по просвещению включает, наряду с Коллегией Наркомпроса, в число руководящих органов Наркомпроса. Функции ее формулируются как «общее руководство делами народного образования». В то же время в число функций Коллегии НКП включены выработка общего плана организации образования и установление его принципов, объединение просветительной работы на местах, составление общегосударственной сметы, а также иные вопросы, «имеющие принципиальное значение», т.е. функции, которые первоначально относились к Государственной Комиссии.

[16] СУ, 1918, № 46, ст. 551.

[17] СУ, 1917, № 3, ст. 32.

[18] В. Полянский. Как начинал работать Народный Комиссариат просвещения. «Пролетарская революция», 1926, № 2 (49), стр. 54.

[19] Директивы ВКЦб по вопросам просвещения. Вопросы народного просвещения в основных директивах съездов, конференций, совещаний Центрального Комитета и Центральной Контрольной Комиссии ВКП(б). Сост. А.Я. Подземский. 3-е изд. М-Л., Огиз, 1931, стр. 347-356.

[20] Ленинский сборник XXXV, стр. 179-180.

[21] Ленинский сборник XXXVI, стр. 147-148.

[22] Ленинский сборник XXXVI, стр. 164.

[23] Роль В.И. Ленина в реорганизации Наркомпроса весьма обстоятельно освещена в статье: И.С. Смирнов. В.И. Ленин и руководство делом народного образования (К истории реорганизации Наркомпроса в 1920-1921 гг.). В кн.: «В.И. Ленин и проблемы народного образования», стр. 221-243.

[24] Два месяца работы В.И. Ленина (Из хроники жизни и деятельности), январь - февраль 1921 г. М., Партиздат, 1934, стр. 42.

[25] В.И. Ленин. Соч., т. 32, стр. 99-100.

[26] Там же, стр. 101-110.

[27] СУ, 1921, № 12, ст. 78.

[28] М.Н. Покровский. Академический центр Наркомпроса. «Народное просвещение», 1921, № 80, стр. 3-5.

[29] Ленинский сборник XXXV, стр. 331.

[30] В постановлении Отдела вузов Наркомпроса от 20 января 1919 г. «О Государственном Ученом Совете» прямо указывалось, что он создается «для проведения в жизнь реформы высших учебных заведений и ученых учреждений РСФСР» (Сборник декретов и постановлений Рабоче-Крестьянского правительства по народному образованию. Вып. 2-й. М., 1919, стр. 14).

[31] Ленинский сборник XXXV, стр. 179-180.

[32] «Известия», 1921, 14 августа.

[33] СУ, 1919, № 27, ст. 306.

[34] СУ, 1920, № 6, ст. 41; декрет повторен под другим названием: СУ, 1920, № 8, стр. 51.

[35] СУ, 1920, № 6, стр. 42.

[36] Третий Всероссийский съезд Российского Коммунистического союза молодежи (2-10 октября 1920 г.). Стенографический отчет. М-Л., Изд. «Молодая гвардия», 1926, стр. 156.

[37] Вестник профтехнического образования, 1920, № 1, стр. 40-42.

[38] Там же, стр. 46.

[39] СУ, 1918, № 17, ст. 259.

[40] См., например, постановление от 11 апреля 1919 г. «О контроле над высшими учебными заведениями». Сборник декретов и постановлений Рабоче-Крестьянского правительства по народному образованию. Вып. 2-й, стр. 18.

[41] Вестник профтехнического образования, 1920, № 2, стр. 47.

[42] Там же.

[43] М.Е. Золотарев. Развитие профтехнического образования и высшей школы в период деятельности Сиббюро ЦК РКЩб) и Сибревкома (1920-1925 гг.). Труды Новосибирского медицинского института т. XXXIV, кн. I Новосибирск 1960, стр. 114-115.

[44] СУ, 1921, № 65, ст. 486.

[45] Разработанный Наркомпросом проект Положения об университетах (1918) (точнее о вузах вообще) обсуждался на двух совещаниях по реформе высшей школы (см., например: Е.Н. Городецкий. Советская реформа высшей школы и Московский университет. Вестник МГУ, 1954, № 1, стр. 121-135). Предложенная проектами, обсуждавшимися на совещаниях, структура вузов и их органов, исходившая из разделения вуза на 3 или 2 самостоятельные секции, впоследствии распространения не получила. Она нашла полное выражение лишь в подписанном В.И. Лениным положении «О Социалистической Академии общественных наук» (СУ, 1918, № 49, ст. 573) и в положении «О Московской горной Академии» (СУ, 1918, № 64, ст. 730), а также в структуре вновь возникающих в этот период вузов, например Астраханского университета (см.: Уч. зап. Астраханского университета, вып. 1-й. Астрахань, 1918, стр. 18-23).

[46] Профсоюзные организации и исполкомы использовали свое право. Так, Президиум Моссовета в декабре 1921 г. наметил кандидатуры для выдвижения в состав правления вузов, среди них В.П. Волгина (на пост ректора МГУ), М. М. Губкина (на пост ректора Горной Академии), В.А. Обручева (в члены правления той же Академии) и др. («Известия», 1921, 6 декабря).

[47] Директивы ВКП(б) по вопросам просвещения, стр. 354.

[48] Там же, стр. 118.

[49] Там же, стр. 133.

[50] КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК, ч. 1 М., Госполитиздгт, 1953, стр. 735.

[51] СУ, 1917, № 3, ст. 32

[56] «Правда», 1921, 19 апреля.

[57] Ленинский сборник XXXVI, стр. 224.

[58] КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК, ч. I. стр. 420.

[59] М.Н. Покровский. Задачи высшей школы в настоящий момент. (Письмо съезду коммунистического студенчества). «Народное просвещение», 1920, № 18-19-20, стр. 7-8.

[60] «Бюллетень Украинского Главного Комитета профессионально-технического» специально-научного образования», 1922, № 7-8-9 (17-18-19), стр. 37-39.

[61] СУ, 1919, № 27, ст. 306.

[62] СУ, 1920, № 6, ст. 41.

[63] СУ, 1921, № 65, ст. 486.

[64] «Правда», 1922, 21 сентября.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Правовое положение и организационная структура воспитательных и кадровых служб (аппаратов) в НКВД РСФСР
Государство и церковь во второй половине XVI-XVIII
Великая отечественная - людские потери России
К истории исполнительной власти в России
Британский парламентаризм в оценке Московских ведомостей (60-80-е 19 века)
Вернуться к списку публикаций