2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяИстория и историография — К вопросу об истории становления и развития государственных финансовых институтов в России



К вопросу об истории становления и развития государственных финансовых институтов в России


По мнению В.О. Ключевского, первая попытка создания в России учреждения банковского типа была предпринята еще в 1665 г. в Пскове. Она была обусловлена острой потребностью русских купцов в дешевом кредите в связи с ростом объемов внешней торговли и усилением конкуренции с иностранными купцами. Попытка Афанасия Лаврентьевича Ордин-Нащокина, бывшего тогда псковским воеводой, использовать городскую управу в качестве своеобразного ссудного банка для купцов была негативно воспринята и незамедлительно пресечена центральным правительством, расценившим подобные действия Ордин-Нащокина как стремление Пскова жить «по своему уставу». [1]

Необходимо отметить, что зарождение кредитных операций в России произошло в 1729 г., когда по указу Петра II при монетных и денежных дворах была организована особая Монетная контора; прообраз государственных установлений. Впервые было разрешено осуществлять кредитные операции с частными лицами на короткие сроки под залог золотых и серебряных вещей. В 1733 г. из-за усилившегося спроса на займы у частных лиц правительство расширило обороты Конторы и разрешило ей банковские операции с движимым и недвижимым имуществом купечества. В 1734 г. Монетная контора была переименована в Монетную канцелярию. Расширение влияния Монетной конторы, а потом канцелярии требовало усиления надзора со стороны государства. Необходимо отметить, что отсутствие «удобных для обращения денег (ходячей монетой была медная), с одной стороны, и непомерная высота; в 20% и выше; частнаго кредита, с другой, заставили правительство уже во второй половине XVIII века озаботиться основанием кредитных учреждений». [2] Вследствие этого дальнейшим заметным шагом в развитии структуры кредитной системы стали государственные кредитные учреждения. Первые открылись в 1754 г. в Петербурге и Москве по указу Елизаветы Петровны: для дворян; при сенате и сенатской конторе, а для купцов; в Петербургском порту при коммерцколлегии. [3] Эти банки были собственностью Российского правительства и проводили политику, которая отвечала его интересам. Банки активно кредитовали земельную аристократию и казначейство и просуществовали около 30 лет. В дальнейшем они были закрыты, а их капиталы переданы Государственному заемному банку, основанному в 1786 г.

В 1757 г. был издан указ «О мерах вексельного производства». Эти меры, направленные на облегчение обращения медных денег, заменили их пересылку движением вексельных ассигнаций, что помогло удерживать в казне серебряные деньги. В 1758 г. для производства этих операций были учреждены в Санкт-Петербурге и Москве специальные Банковские конторы вексельного производства для обращения медных денег, получившие название Медного Банка, главное назначение которого заключалось в обслуживании казны. Кроме того, ему была предоставлена возможность принимать казенные и частные капиталы. В 1760 г., ввиду недостатка медных денег, в помощь Медному Банку был организован Банк артиллерийского и инженерного корпусов с капиталом, образованным из сумм, поступивших от переделки в деньги медных пушек. Деятельность Медного Банка не дала ожидаемых результатов, так как векселя использовались для казенных платежей и главным образом в двух столицах.

Новая эра в организации кредитного дела началась при Екатерине Великой. С 1 февраля 1769 г. в российское денежное обращение вошли ассигнации; первые бумажные деньги. В Москве и Петербурге под ассигнации были созданы два депозитных банка. Эти бумажные деньги стали приниматься «во все государственные сборы за наличные деньги без малейшего затруднения» [4]. 28 июня 1786 г. вышел манифест, который объявил об учреждении единого Ассигнационного банка. Предполагалось, что новый Ассигнационный банк займется следующими операциями: учетом и выдачей ссуд под товары, для чего он должен был открыть особые конторы; «Учетную», «О продаже и покупке меди», «По иностранным оборотам» и «По банковскому Монетному двору».

Развитие кредитного дела в России в период царствования Екатерины II связано с возникновением разнообразных форм кредитных учреждений. Манифестом от 20 ноября 1722 г. в Санкт-Петербурге и Москве при опекунских советах были учреждены новые кредитные учреждения; сохранные и ссудные казны, [5] которые своими операциями должны были дать средства на содержание воспитательных домов. В то же время казна нуждалась в новых средствах. Поэтому 23 декабря 1786 г. был утвержден устав Заемного банка, которому были переданы капиталы упраздненных Санкт-Петербургской и Московской контор Государственного банка для дворянства, учрежденного в 1754 г., и Ассигнационного банка. Заемному банку предоставлялось право принимать вклады от частных лиц с выдачей вкладчикам билетов. Эти вклады должны были служить источником не столько для выдачи ссуд частным лицам, сколько для подкрепления Государственного казначейства (своеобразная форма внутренних государственных займов).

Интересной является точка зрения российского ученого Е.И. Ламанского, который в своей работе «Исторический очерк денежного обращения в России с 1650 по 1817 г.» писал: «Постоянно возраставшие с величием государства новые потребности заставляли изыскивать источники чрезвычайных финансовых средств: займы внешние были бы весьма затруднительны и стоили огромных пожертвований, в то время когда государственный кредит пока не окреп; займы внутренние были бы не понятны частным капиталистам и потому были невозможны. Оставалось одно: учреждая банки для развития частной промышленности, вместе с тем обратить их пользу казначейству». [6]

В указе Петра III от 26 июля 1762 г. работа этих банков нашла свою оценку в следующих словах: «Учрежденные для дворянства и купечества здесь и в Москве банки имели служить для вспоможения всему обществу, но Нам известно, что следствие весьма мало соответствовало намерению, банковые деньги остались по большей части в одних и тех же руках, в кои розданы с самого начала; сего ради повелеваем: в розданных в заем деньгах отсрочек больше не делать, но все оные надлежало собрать и ожидать Нашего дальнейшего Указа». [7]

В целях предоставления дворянству возможности выкупить свои родовые имения из залога в 1779 г. было учреждено еще одно специализированное кредитное учреждение; Вспомогательный для дворянства банк, выдававший долгосрочные ипотечные ссуды не деньгами, а банковскими билетами, которые, будучи обеспечены ипотекой и дополнительно гарантированы правительством, являлись обязательными к приему как частными лицами, так и казной по нарицательной стоимости и приносили определенный годовой доход.

Вместе с тем «главный недостаток этого кредитного учреждения заключался в том, что банковым билетам был придан принудительный курс, так что, явившись как бы замаскированным выпуском ассигнаций, они не могли приобрести себе доверия самостоятельных, реально обеспеченных кредитных обязательств». [8] Поэтому в 1802 г. Вспомогательный для дворянства банк был присоединен к Заемному банку под названием «Двадцатипятилетняя экспедиция».

Следует заметить, что, стараясь усилить приток денежных средств к землевладельцам, правительство Екатерины II организовало ряд других учреждений ипотечного кредита. В 1786 г. дворянские банки были преобразованы в один Государственный заемный банк, который должен был выдавать ссуды землевладельцам, а прежние два ассигнационных банка были слиты в один Государственный ассигнационный банк, при котором в 1797 г. были учреждены учетные конторы. В их уставе говорилось, что они учреждаются «к усилению и вспоможествованию ремесел и торговли преимущественно российским купцам, заводчикам и фабрикантам». [9] Учреждение учетных контор должно было положить начало организации краткосрочного кредита. Однако вследствие неудовлетворительного состояния денежного обращения эта попытка не могла в то время иметь большого успеха. Правительство, с одной стороны, было заинтересовано в устойчивом курсе ассигнаций, с другой; не могло отказаться от выпуска новых эмиссий. Поэтому все меры, которые предпринимались правительством на протяжении 1797; 1799 г.г., не приносили желаемого результата.

В 1817 г. правительство провело новую финансовую реформу, содержание которой свелось к следующим основным направлениям:

- во-первых, был полностью прекращен дальнейший выпуск ассигнаций, новые ассигнации выпускались лишь для замены старых;

- во-вторых, был организован новый банк краткосрочного кредита; Государственный коммерческий банк;

- в-третьих, создана Комиссия погашения государственных долгов, в дальнейшем; Совет государственных кредитных установлений, под наблюдением которого находились три государственных банка: Ассигнационный (эмиссионный), Заемный (ипотечный) и Коммерческий (краткосрочного кредитования);

- в-четвертых, всем кредитным учреждениям дана большая самостоятельность и независимость от Министерства финансов, они поставлены под наблюдение Особого совещания государственных кредитных установлений. Было принято решение о публикации отчетов всеми кредитными учреждениями.

Достаточно узкий круг операций, которые оказывались кредитными учреждениями в течение рассматриваемого периода, был обусловлен господствующим помещичьим крепостным хозяйством и низким уровнем развития промышленности. Поэтому только на завершающей стадии этого периода начинается более интенсивное «промышленное учредительство». [10]

Следует заметить, что многие исследователи выделяют еще один фактор, наложивший отпечаток на развитие банков этого времени,; крайне реакционные взгляды тогдашнего министра финансов Е.Ф. Канкрина, занимавшего этот пост с 1823 по 1844 г.г.

Возникновение банков он находил опасным, потому что «они порождают умственный капитал, могущий быть употребленным для разных предприятий и оборотов. Против сего, однако, можно сказать, что всякое умственное богатство ведет за собой большие опасности, ибо увлекает, так сказать, в горячку предприятий». [11] По его мнению, частные банки, выпускающие какие бы то ни было кредитные бумаги, не должны быть даже терпимы правительством, подобно шарлатанам, универсальным врачебным средствам и прочим художествам, спекулирующим на легковерии публики. [12]

Общая народнохозяйственная обстановка и связанная с ней политика правительства определили направления работы кредитных учреждений в России, в частности Государственного коммерческого банка. Банку было предложено совершать следующие операции: принимать вклады под проценты, осуществлять хранение денег для переводов, выдавать ссуды под российские товары на основании устава бывших учетных контор и принимать к учету векселя. Банку предоставлялось право открывать конторы в городах, где производилась значительная торговля и была развита промышленность.

Политика сокращения операций Коммерческого банка вошла составной частью в общую финансовую программу Министерства финансов, которая вылилась в желание использовать через Заемный банк вклады Коммерческого банка как для выдачи ссуд дворянству, так и для удовлетворения нужд казначейства без обращения к внутренним займам. Подобные действия превратили Заемный банк в центральное кредитное учреждение. Центральной роли Заемного банка соответствовали и размеры его баланса.

Городские общественные банки, учреждаемые на средства, пожертвованные купцами-благотворителями, желавшими увековечить свои имена, не оказывали сколько-нибудь существенного влияния на экономическую жизнь в этот период.

В 1839 г. манифестом «Об устройстве денежной системы» и указом правительствующему сенату об учреждении при Коммерческом банке «Депозитной кассы серебряной монеты» серебряная монета российской чеканки была установлена главной государственной платежной монетой, а серебряный рубль; главной законной мерой обращающихся в государстве денег. Ассигнации были оставлены с установлением для них постоянного курса.

В период с 1841 г. по 1843 г. в Российской империи из обращения были изъяты ассигнации и выпущенные к тому времени депозитные билеты. Взамен выпускались новые денежные знаки; государственные кредитные билеты.

Подводя некоторые итоги, автор отмечает два важных обстоятельства.

Первое. В 1843 г. новые денежные знаки, государственные кредитные билеты, выпускались не банком, а Экспедицией государственных кредитных билетов; учреждением, находившимся непосредственно в ведении Министерства финансов.

Второе. Несмотря на хаос, в котором находилось денежное обращение того времени, курс ассигнаций на серебро и золото держался в течение этих 20 лет практически на одном уровне, с колебаниями в несколько процентов. Таким образом, при помощи искусственных мер, таких, как, например, запрещение в течение долгого времени уплаты податей серебром и др., в 40-е годы удавалось сохранить довольно устойчивую денежную систему.

Однако было ясно, что необходим иной подход к организации денежного рынка в новых условиях экономики. В то же время в связи с подготовкой отмены крепостного права была неизбежна реформа ипотечного кредита. Назревала реформа, которая должна была существенно преобразовать казенные кредитные учреждения.

И.И. Кауфман следующим образом оценивал влияние, которое должна была оказать на старые банки предстоящая отмена крепостного права: «Раз стали возникать толки об упразднении крепостного права, деловой мир не мог ведь не истолковать их в смысле наступающей зари некоторой свободы и для него. Ведь закрепощен был в пользу казны и помещиков не только труд, но и капитал. Система Екатерининских казенных банков, особенно в том виде, как она усовершенствована Канкриным, только то значение и имела, что она была превосходно приспособлена к особенностям русского государственного и народного хозяйства: казенные банки были искусственными банками для закрепощения капитала,; для принуждения его служить главнейшим образом, даже почти исключительно, нуждам казны и помещиков. Это свое назначение они исполняли очень хорошо, пока под ними была прочная почва: пока крепостное право стояло незыблемо. Но раз основание начало расшатываться, банки неминуемо должны были рухнуть». [13]

В 1859 г. были приняты решения, положившие начало новому этапу развития кредитно-банковской системы России. Реформа банковского дела была проведена указами от 10 июля, 1 сентября, 26 декабря 1859 г. и 31 мая и 10 июня 1860 г. Содержание ее сводилось следующему:

- были ликвидированы все существующие государственные кредитные учреждения;

- прекращен прием вкладов в Заемный банк, сохранные казны и приказы общего призрения, которые были переведены в подчинение министра финансов; с 1 января 1860 г. прекратился прием вкладов до востребования в Коммерческий банк;

- образована комиссия для разработки проекта устройства земских банков, которая просуществовала лишь до начала 1860 г., а разработанный ею проект положения о земских кредитных обществах так и не был официально утвержден.

Еще до принятия перечисленных решений Комитетом финансов по указу от 31 мая 1860 г. был упразднен Заемный банк, а Коммерческий банк преобразован в Государственный банк с новым уставом.

Пункт 4 указа, завершившего банковскую реформу, гласил: «Государственному коммерческому банку, согласно утвержденным нами уставом, дать новое устройство и наименование Государственного банка, с передачей в ведение оного всех существующих контор и временных отделений Коммерческого банка, и руководствоваться существующими уставами впредь до изменения их устройства соответственно уставу Государственного банка, о чем министр финансов имеет войти с особым представлением, установленным порядком». Пункт 8 того же указа повелевал: «На устройство Государственного банка и его контор отделить в основной капитал оного 15 млн. рублей из капиталов Заемного и Коммерческого банков и, сверх того, отчислить 1 млн. рублей в резервный капитал Государственного банка». [14] Министру финансов было приказано проводить работу по открытию новых банковских контор в городах, имеющих важное значение для внутренней торговли и промышленности.

Такими были первые меры, направленные на организацию Государственного банка на новых началах. Что же касается собственно этих начал, то новыми в уставе Государственного банка являлись статьи, предусматривавшие стабилизацию денежной системы и регулировавшие вкладные операции. С учетом негативного опыта работы бывших кредитных учреждений устав Государственного банка провозглашал прежде всего то, что «вклады, вверенные Государственному банку, не подлежат ни описи, ни отчуждению по каким бы то ни было взысканиям» и что вклады эти, как и собственные капиталы банка, основной и резервный, «не могут быть обращаемы на государственные расходы». Прежние кредитные установления оперировали исключительно бессрочными вкладами, по которым Государственный банк выплачивал 3%, для срочных вкладов была установлена повышенная ставка: 4% для вкладов на срок 5 лет и 4,5%; на срок 10 лет.

Устав Государственного банка 1860 г. содержал свыше 200 статей, составляющих две главы: «Устройство банка и его операции» и «Управление Госбанка». К уставу прилагались «Правила о предоставлении векселей к учету в Госбанк», Правила о текущих счетах в банке, Правила о приеме в Госбанк частных вкладов для обращения из процентов, Форма удостоверения, требуемого для испрошения права на предъявление векселей к учету на открытие текущего счета в банке, а также Форма № 1; заявление о приеме на счет вкладов, и Форма № 2; заявление о снятии денежных средств и их переводе на другие счета.

Кроме учета векселей, Государственному банку было предоставлено право выдавать под процентные бумаги и под разного рода обеспечение, за исключением недвижимости, а также производить покупку и продажу за свой счет золота и серебра. Количество процентных бумаг было ограничено требованием о том, чтобы суммы принадлежащих банку ценностей не превышали собственных его капиталов.

В 1860 году при утверждении первого устава Государственного Банка предусматривалось, что банк, независимо от производства коммерческих операций, должен упрочивать денежную кредитную систему. Здесь уместно указать, что в 1910 году регулирование денежного обращения страны, т.е. так называемая эмиссионная операция, было полностью возложено на Государственный Банк. [15]

Согласно пункту 7 устава, к Государственному банку была присоединена Экспедиция государственных кредитных билетов, на него возлагались все обязанности Экспедиции, которые заключались в обмене кредитных билетов, размене их на звонкую монету, приеме монеты и слитков с выдачей за них кредитных билетов.

В выполнении обязанности упрочения денежной системы и функции бывшей Экспедиции государственных кредитных билетов Государственный банк был подотчетен Министерству финансов. Вопросы выпуска или изъятия из обращения кредитных билетов, распоряжение разменным фондом находились в руках названного министерства, использовавшего банк лишь как технический аппарат. Следовательно, Государственный банк, поскольку ему не было предоставлено право выпуска банковских билетов, играл в вопросах денежного обращения лишь второстепенную роль. Для обеспечения большего доверия новому банку со стороны общественности был введен институт выборных депутатов по одному от санкт-петербургского дворянства и купечества, избираемых Советом государственных кредитных установлений для проведения проверок в течение года. Девизом банка служили слова первого параграфа устава: «Государственный банк учреждается для оживления торговых оборотов и упрочения денежной кредитной системы». [16]

Оставляя эмиссионный источник в распоряжении министра финансов, устав банка провозглашал, что собственные и привлеченные средства банка будут обращаться на операции, разрешенные уставом, и не будут использоваться для покрытия государственных бюджетных дефицитов.

Согласно ст. 20 устава Государственного банка, Государственное казначейство было обязано предоставлять банку необходимые денежные средства для осуществления платежей за счет казначейства. Это положение реализовано не было, и долг Государственного казначейства, явившийся тяжелым бременем для Государственного банка, составил на 1 января 1865 г. 162, 3 млн. руб. [17]

Медленное развертывание сети Государственного банка нередко объясняли недостаточностью собственных капиталов. Открытие новых отделений должно было увеличить приток средств в Государственный банк. Многие исследователи указывают на то, что, независимо от своей бюрократической неповоротливости, банк сознательно не стремился играть активную роль в торгово-промышленной жизни страны, оставляя поле деятельности для частных банков.

Нельзя не отметить в качестве одного из факторов, ослаблявших развитие деятельности Государственного банка заключаемые правительством внутренние государственные облигационные займы. Затруднения, которые банку приходилось испытывать вследствие выполнения поручений Государственного казначейства и операций с займами, оказывались иногда настолько велики, что банк вынужден был прибегать к временным выпускам кредитных билетов для подкрепления своих контор и отделений.

В учетно-ссудных операциях Государственного банка интересы казны находили весомое отражение.

Ввиду значительной роли, которую играли процентные бумаги в операциях Государственного банка, необходимо отметить, что по уставу 1869 г. и утвержденным в том же году министром финансов правилам банку было предоставлено право принимать в залог не только государственные бумаги, но и акции и облигации компаний, пользующихся гарантией правительства, а также облигации существующих в то время земских кредитных обществ. Кроме того, ссуды могли выдаваться под оплаченные акции обществ, компаний и товариществ, приниматься в залог по казенным порядкам и откупам и под не полностью оплаченные свидетельства на акции и облигации компаний, пользующихся гарантией правительства, однако с дополнительным обеспечением и с особого разрешения правления банка. Следовательно, в рассматриваемый период преобладали операции банка с государственными ценностями.

Известный исследователь банковского дела того времени А. Гурьев писал: «Государственный банк, имевший по уставу 1860 г. ближайшим своим назначением оживление торговых оборотов и упрочение денежной кредитной системы, мог лишь в слабой степени удовлетворять поставленной ему задаче.

Таким образом, главной причиной, стеснявшей деятельность Государственного банка в рассматриваемый период времени, был недостаток денежных средств. Так как значительная часть средств банка, которая могла бы быть обращена на оживление торговых оборотов путем развития коммерческих операций, затрачивалась на операции за счет казны, прежде всего на ликвидацию долгов старых казенных кредитных учреждений» [18].


В. МНИШКО, соискатель кафедры государственного строительства и права Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации

[1] Ключевский В.О. Сочинения в 9 т. Т. 3. Курс русской истории. М., 1988. С. 314; 327.

[2] Евзлин З. Банки и банкирские конторы в России. СПб., 1904. С. VII.

[3] Толстой Д. История финансовых учреждений России. СПб., 1848. С. 234; 236.

[4] Мигулин П.П. Русский государственный кредит (1769; 1899). Опыт историко-критического обзора. (Т.1). Харьков, 1899. С. 16; 27.

[5] Бимман А.Б. История банков. Историческое развитие банков в России и за границей с древнейших времен до наших дней. СПб., 1914. С. 116.

[6] Ламанский Е.И. Исторический очерк денежного обращения в России с 1650 по 1817 г.//Сборник статистических сведений о России. СПб., 1854. С. 99.

[7] Там же. С. 137.

[8] Гурьев А. Очерк развития кредитных учреждений в России. СПб., 1904. С. 9; 10.

[9] Там же. С. 10.

[10] Левин И.И. Акционерные коммерческие банки в России. Т. 1. Петроград, 1917. С. 115.

[11] Судейкин В.Т. Государственный банк. Исследование его устройства, экономического и финансового значения. СПб., 1891. С. 114.

[12] Левин И.И. Указ. сочинение. С. 51.

[13] Кауфман И.И. Государственные долги России//Вестник Европы. 1882. Т. 2. С. 584.

[14] Судейкин В.Т. Государственный банк. СПб., 1891. С. 264.

[15] Тайнов И.Г. Золотое обращение и центральные банки главнейших государств. СПб., 1910. С. 39.

[16] Курсель-Сенеля. Банки, их устройство, операции и управление. СПб., 1862. С. 630..

[17] Каценеленбаум З.С. Учение о деньгах и кредите. Ч. 2. М., 1927. С. 434; 435.

[18] Гурьев А. Указ. сочинение. С. 70; 71.







Интересное:


Борьба группировок в придворном окружении Николая II
Психоисторическая характеристика жизненного пути П.А. Столыпина
Н. Чемберлен и формирование внутренней и внешней политики Великобритании в 1916-1939 годах
Ленинские декреты и создание органов руководства высшей школой
Общество соединенных славян и его участие в выступлении черниговского полка в 1825 г.
Вернуться к списку публикаций