2013-06-24 13:03:59
ГлавнаяИстория и историография — Н. Чемберлен и формирование внутренней и внешней политики Великобритании в 1916-1939 годах



Н. Чемберлен и формирование внутренней и внешней политики Великобритании в 1916-1939 годах


«Прогрессивный торизм» в действии.

Начало парламентской деятельности Н. Чемберлена.

Н. Чемберлен колебался насчет своих дальнейших планов. Пост лорд-мэра Бирмингема был занят, места в важнейших городских комитетах - потеряны. Еще в 1917 г. он отказался от места в парламенте и приобрел искреннюю неприязнь к политиканам. Его любящая мачеха годами позже напишет, что боязнь оказаться по разные стороны баррикад со своим братом удержала Невилла от парламентского кресла.

Его сестра мудро заметила, что Невилл не был человеком, который вот так просто мог отойти от политической борьбы и заняться исключительно бизнесом, он не мог полностью отказаться от общественной работы. «И, хотя две трети того, что говорит Энни - явное преувеличение, я всегда думал, что могу сделать больше, если захочу. И теперь я могу смело заявить, что решился баллотироваться в парламент». Однако, хотя мистер Д. Коллингз, старый друг Чемберлена, который вот уже тридцать лет представлял один из избирательных округов Бирмингема, Бордесли, в парламенте, был готов уйти на покой, преемник был уже найден и не собирался уступать дорогу.

Возможно, испытывая собственную вину за неудачу Невилла на посту директора национальной службы, Остин в письме выразил свое негодование по поводу обращения военного Кабинета с Невиллом. «Я все больше и больше думаю над твоим избранием в парламент. Я не буду распространяться о том, какая тяжелая и нудная работа ждет тебя, надеюсь, что ты все понимаешь сам». Остин также пообещал проспонсировать первую избирательную кампанию Невилла из средств фонда, находящегося под его контролем.

Невилл ответил, что его не волнует вопрос, займет ли он снова министерский пост. Однако, парламент мог стать местом, где его «энергия могла найти применение на благо страны». Он также добавил, что в первую очередь собирается, став членом парламента уделить внимание следующим вопросам, имеющим стратегическое значение для Империи: Доминионы, функции палаты лордов и ирландский вопрос; кроме того - вопросы имперской обороны; сельскохозяйственная проблема, включая расселение в сельской местности; финансы, включая пошлины на импорт; заработная плата и условия работы в промышленности, где он был инициатором создания совместных комитетом предпринимателей и рабочих; вопросы имперской собственности, включая улучшение состояния и работы каналов; расширение полномочий местного самоуправления, включая вопросы расселения в городах. Стоит заметить, что так или иначе все эти программные установки были затронуты Н. Чемберленом впоследствии. Как напишет Остин: «Я никогда не был силен в вопросах философии политики, ... здесь я считаю специалистом тебя». И это пишет умудренный опытом министр своему младшему брату, который только что потерпел неудачу!

Н. Чемберлен вскоре с головой окунулся в руководство «Хоскинс и сын», «Эллиотс Метал Компании» и БиЭсЭй (бирмингемской компании по производству стрелкового оружия), стал заместителем мэра, активно поддерживал бирмингемский университет и сберегательную кассу взаимопомощи. Значительное время уходило на решение социальных вопросов в БиЭсЭй (Н. Чемберлен гордился отсутствием рабочих выступлений на своих предприятиях). «Я хочу дать этим людям возможность почувствовать, что они не просто придаток к станку, механическая его часть». Когда осенью небольшое выступление рабочих все-таки произошло, он осознал необходимость укрепления действующих профсоюзов в пику «революционному движению шоп-стюардов», как он его называл. Его инициатива награждать старых работников БиЭсЭй именными сертификатами и знаками отличия получила широкое одобрение в совете директоров.

В конце 1917 года в жизни Н. Чемберлена произошло событие, навеки отвратившее его от, и без того нелюбимого им, насилия и войны. С фронта во Франции пришло известие, что горячо любимый кузен Невилла, Норман Чемберлен, пропал без вести. Это известие подкосило здоровье не только Невилла, но и всей его семьи. Надежда постепенно угасала. Через два месяца тело Нормана Чемберлена было найдено на ничейной территории. Как оказалось, его подразделение во время очередной рекогносцировки попало под перекрестный огонь немецких пулеметов. В живых не осталось никого. Смерть Нормана ошеломила Невилла. Он всегда надеялся, что после война они возобновят сотрудничество. Он дал себе зарок сохранить все бумаги и письма Нормана в единственной книге своей жизни «Норман Чемберлен: Воспоминания». Но даже этот замечательный труд не мог отразить все то, что чувствовал Невилл. Его письма и дневники показывают, как он был разбит: «Каким то образом я всегда ассоциировал Нормана со своим будущим. Он был мне как младший брат. И вот теперь его нет».

Окончательный выход России из войны, нестабильное состояние на континентальных фронтах, неудача с национальной службой, и, более всего, гибель Нормана ввергли Н. Чемберлена в глубокую депрессию, продолжавшуюся несколько месяцев 1918 г. Энни и дети болели, а у самого Невилла всего за несколько месяцев случилось несколько приступов подагры, ветряной оспы и ишиаса (воспаление седалищного нерва). В этот период Чемберлен начал сомневаться в своих возможностях на выборах в парламент. Больной, сидя в кресле на веранде и любуясь на ореховое дерево, посаженное собственными руками, он вспоминал афоризм Гладстона о том, что у человека в сорок лет одинаковые шансы стать членом парламента и балериной.

Вскоре выяснилось, что возможность баллотироваться появится только на следующих выборах, а их сроки во многом определяются событиями на фронте. Прошел слух, что призывной возраст могут поднять до пятидесяти лет. В этом случае Чемберлен мог быть призван. Генерал Геддес, который постоянно отвергал предложения Н. Чемберлена о призыве по возрасту, вдруг резко изменил свое мнение. Он даже выступил с публичной благодарностью своему предшественнику на посту главы национальной службы.

Так как в тот момент никто еще не предполагал времени окончания войны, Энни заявила, что их личное хозяйство должно участвовать в национальной продовольственной программе. Последовало предложение разводить кроликов, затем коров. Несмотря на все увещевания Невилла, была куплена корова, аппарат для производства масла и прочее сельскохозяйственное оборудование.

Невилл понимал необходимость постоянной работы и вновь вплотную занялся бизнесом, в основном его социальной составляющей. Кроме того, он постоянно помогал бирмингемскому университету. Здесь он предложил создать курсы для рабочих промышленных предприятий, которые они могли бы посещать после работы два-три раза в неделю. Основными предметами должны были стать английский язык, история, экономика, местное самоуправление, организация производства и работа с кадрами. По окончании обучения должен был вручаться диплом. Обучение должно было быть бесплатным. Благодаря обширным связям в среде тред-юнионов Чемберлену удалось добиться открытия курсов осенью 1917 г.

В середине 1918 г. правительством был принят новый акт о народном представительстве. Благодаря введенным изменениям в количестве представителей Бирмингема в парламенте, (количество мест увеличилось с семи до двенадцати) у Н. Чемберлена появилась возможность баллотироваться от округа Ледиууд, так как сэр Эдвард Паркс, один из представителей Бирмингема в Вестминстере, объявил о своем уходе на покой после очередных выборов. Округ, от которого собирался выбираться в Парламент Невилл, Ледиууд, был в процессе реформирования выделен из центрального избирательного округа Бирмингема. Негативом было обилие в этом районе трущоб, позитивом - близость к Эдгбастону и наличие промышленного предприятия, во главе которого стоял Н. Чемберлен.

В ноябре 1917 г. он отверг предложение вновь занять пост лорд-мэра и решил продолжить борьбу за место в парламенте, благо шансы попасть туда стали больше. В свете военного компромисса между партиями актуальным стал вопрос о слиянии консервативной ассоциации и ассоциации либерал-юнионистов средней Англии. В этом процессе Н. Чемберлен решил занять лидирующую позицию.

Пожалуй, одной из основных причин по которой Невилл проявил столь твердое намерение продолжать политическую деятельность, несмотря на недавнюю неудачу, являлось желание не отставать от Остина, не обрывать семейной традиции в политике.

Перед выборами юнионисты-консерваторы и либералы получали «купоны» подписанные Бонар Лоу (глава консервативной партии) и Ллойд Джорджем. Эти документы обеспечивали кандидатов поддержкой действующего правительства. Н. Чемберлен как зарегистрированный кандидат также получил подобный «купон», но отказался использовать его. Этот жест, скорее всего, был вызван продолжавшейся личной неприязнью Невилла к Д. Ллойд Джорджу. Предвыборная программа нового кандидата состояла из множества пунктов. Они включали в себя положения о необходимости не просто поднятия заработной платы промышленным рабочим, а наделения их правом получения значительной доли прибыли. Протекционистской составляющей было требование борьбы с демпингом иностранных товаров. Ключевые отрасли промышленности должны были быть закреплены за британскими владельцами. Провозглашалась необходимость сокращения рабочего дня и свободы преференций для полнокровного использования ресурсов империи. Радикальной составляющей плана были пункты, провозглашавшие необходимость претворения в жизнь обширной программы городского и сельского жилищного строительства и расселения, пересмотра размера подоходного налога с целью стимулирования рождаемости. Все эти пункты подразумевали масштабное финансирование государством. Труд и капитал должны работать вместе во имя процветания британской экономики. Все обещания, данные профсоюзам должны выполняться в полной мере.

Множество пунктов этой программы не совпадали с установками консерваторов, однако, и с планами лейбористского конкурента Чемберлена, Нишоу они также имели мало общего. Его программа была куда более радикальной. В ней выдвигались требования обязательного трудоустройства для всех желающих, национализации земли, железных дорог, шахт, промышленных предприятий и ликвидации Палаты Лордов. В отличии от своего либерального конкурента, миссис Корбетт Эшби, Нишоу был весьма известным в своем округе деятелем и одним из яростных борцов антивоенного движения. После победы в войне подобные убеждения были, скорее, на руку Н. Чемберлену. У. Дэвис, генеральный секретарь национального общества работников металлургии и металлообработки, в свое время работавший с Н. Чемберленом в составе лейбористского консультативного комитета и бывший председателем британского конгресса тред-юнионов, в письме Чемберлену однозначно заявлял о том, что «теперь те, кто вопил о необходимости сесть за стол переговоров с немцами и просить мира, должны спрятать головы в плечи».

Энни также с головой погрузилась в предвыборную работу. Позаимствовав автомобиль из гаража «Эллиотс» она целый день занималась агитационными поездками по округу, а по вечерам сидела на телефоне, вербуя все новых и новых агитаторов. «Она всех заражала своим энтузиазмом, говорила, что в день выборов все должны пойти голосовать «не дожидаясь завтрака»». Самому Чемберлену вновь приходилось преодолевать свою давнюю нелюбовь к публичным выступлениям.

Несмотря на то, что избирательный округ Невилла, Ледиууд, относился к беднейшим в городе, на выборах Невилл Чемберлен победил с огромным отрывом в более чем 6 тыс. голосов. Будучи почти пятидесяти лет от роду младший из клана Чемберленов становится членом Парламента на первых послевоенных всеобщих выборах, не воспользовавшись поддержкой правительства. Эти выборы выявили тенденции дальнейшего развития партийной борьбы в Британии. Ллойд-джорджевские либералы получили 137 мест, сторонники Асквита - 34, лейбористы - только 60. Таким образом, консерваторы обладали подавляющим большинством в 374 места. С учетом того, что представители радикальной ирландской организации Шинн Фейн, получившие представительство, отказались заседать в английском парламенте, перестановка сил оказалась еще более выгодной для консерваторов во главе с Бонар Лоу. Война была окончена и позиции коалиционного правительства во главе с либералом Ллойд Джорджем дрогнули. Теперь ему еще в большей степени приходилось считаться с консервативной составляющей палаты общин. Наметились тенденции к возвращению английского парламентаризма к реставрации традиционной двухпартийной системы, впервые за долгие годы.

Став парламентским деятелем, пока еще заднескамеечником, Н. Чемберлен был убежден в том, что консервативная партия не должна более ассоциироваться с каким-либо классом английского общества, а следовать по пути демократизации и практических преобразований. Война убедила его в том, что в политике должно быть меньше «политики» в смысле закулисных интриг и противостояния государственных учреждений, призванных работать для достижения общих целей. Эта установка в значительной мере характеризует политические убеждения самого Н. Чемберлена. Несмотря на то, что временами его слова и действия производили впечатление сепаратиста от политики, он не уставал подчеркивать необходимость национального единства. По его мнению, настоящая граница в политических убеждениях и программах лежала между леворадикальными представителями лейбористов и остальным политическим истэблишментом. Между теми, кто призывал к революции, и теми, кто готов был шаг за шагом достигать поставленной цели, учитывая ошибки и отступая там, где это было необходимо. Он всегда полагал, что именно государство должно быть инициатором заботы о беднейших слоях общества. Поэтому Н. Чемберлен был убежден, что любая партия заслуживает поддержки только в том случае, если она играет роль национальной, объединяющей, и действует в интересах нации, является более инструментом правительства, нежели партией в изначальном смысле слова.

Победа Невилла в выборах была омрачена смертью его любимой сводной сестры, Беатрис. Любимица всего клана Чемберленов и Кенриков, умерла от гриппа, эпидемия которого в тот год унесла множество жизней: «она была очень одаренной женщиной блестящего ума и чистого нрава. У нее было доброе сердце, а любовь к детям делала ее всеобщей любимицей. Это ужасная потеря для нашей семьи. Больше писать у меня нет сил».

Тем временем Ллойд Джордж принял решение о реформировании Кабинета. Нужды в военном Кабинете более не было и было принято решение изменить его состав, влить «новую кровь». Остин Чемберлен согласился стать канцлером казначейства, однако этому предшествовали бурные дебаты с Ллойд Джорджем и Бонар Лоу. Дело в том, что вопрос о введении канцлера казначейства в Кабинет все еще обсуждался. Чтобы положить конец дискуссии и однозначно определить свою позицию, О. Чемберлен заявил, что не представляет себе министра финансов вне Кабинета, потому, что «канцлер казначейства берет на себя все тяжкое бремя зарабатывания денег, а его коллеги - все удовольствие и почет их тратить». Стоит заметить, что его младший брат принял известие о новой должности Остина без энтузиазма, ведь именно канцлер казначейства должен был стать его основным оппонентом в претворении в жизнь программ по расселению и расширению системы муниципальных сберегательных касс. Кроме того, памятуя свои недавние поражения, он боялся, что Бонар Лоу излишне уверен в своем влиянии на Ллойд Джорджа. Сам же Остин впоследствии должен был мириться с тем, что премьер в любой момент может «пригласить на завтрак» одного из его коллег и начать оперировать за его спиной. Он был убежден, что ни Ллойд Джордж, ни Бонар Лоу не хотят видеть Остина в действительно влиятельном положении. Так или иначе, Остин Чемберлен стал канцлером казначейства и вошел в Кабинет. Он с азартом взялся за новую работу, несмотря на плохое самочувствие, длившееся всю весну и лето, во многом управляя государством, так как Ллойд Джордж часто отсутствовал в стране, занимаясь вопросами послевоенного устройства мира в Париже.

Попав в Палату Общин, Н. Чемберлен также с головой окунулся в работу. Он не был сторонником «государственного социализма», так как тот, по его мнению, предполагал чрезмерную централизацию управления, что осложняло функционирование государства в целом. Но он ратовал за национализацию отраслей, в которых иной способ управления был неэффективен. Особенно это касалось внутренних водных путей сообщения. Система работала неудовлетворительно из-за постоянных склок между собственниками и местными властями. Дело, кроме того, осложнялось враждебностью управляющих железнодорожной отраслью. Он полагал, что полномочия местных властей должны быть расширены, но без ущерба свободной торговле, а британская промышленность должна была быть защищена от демпингующих иностранных конкурентов. Короче говоря, он ратовал за усиление как Уайтхолла, так и властей на местах, но с обязательным условием внимательного предварительного изучения потребностей страны. Рынок, по его мнению, должен был быть контролируемым, но не «карманным». Кроме того, следующее поколение британцев не должно было расплачиваться по счетам предыдущего, а прибыли должны были быть справедливо распределяемы.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789101112131415161718




Интересное:


Новая интерпретация истории Киевской Руси
Государственное обеспечение и охрана социальных прав работников милиции НКВД РСФСР
Правовое положение и организационная структура воспитательных и кадровых служб (аппаратов) в НКВД РСФСР
Организационные, правовые и кадровые основы прохождения службы в милиции НКВД РСФСР
Государство и церковь в XVII столетии
Вернуться к списку публикаций