2013-06-24 10:12:25
ГлавнаяИстория и историография — Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина



Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина


Содержание

  1. Дискуссии о развитии советского общества (1921-1922 гг.).
    1. Две концепции новой экономической политики советской власти.
    2. Оптимизация системы управления партией, государством и народным хозяйством.
    3. Основы объединения советских республик.
  2. «Политическое завещание» как комплекс документов.
    1. «Политическое завещание»: история создания, структура и содержание.
    2. Отражение политических дискуссий в «Завещании».
    3. Проблема авторства текстов «Завещания».
  3. Авторитет Ленина как фактор новой фазы борьбы за лидерство в РКП(б) (1923 г.).
    1. Ленинский план реорганизации системы власти и управления и его противники.
    2. Национальный вопрос как поле политической борьбы против Сталина.
    3. Борьба за контроль над ЦК РКП(б).
  4. Влияние «Политического завещания» Ленина на развитие внутрипартийной борьбы в 1924-1929 гг.
    1. XIII съезд РКП(б) перед выбором: Сталин - источник опасностей или надежд на победу.
    2. «Письмо к съезду» как средство внутрипартийной борьбы.
    3. Роль последних писем, записок и статей В.И. Ленина в формировании «генеральной линии» РКП(б) — ВКП(б).
  5. Заключение

В неотправленном письме Г.Е. Зиновьева и Н.И. Бухарина И.В. Сталину от 10 августа 1923 г., о котором говорилось выше, содержится дополнительная содержатся дополнительная информация о причинах этой активности Зиновьева и Бухарина. Свои предложения они аргументировали так: «Суть: Ильича нет. Секретариат ЦЕКА поэтому объективно (без злых желаний В[аших]) начинает играть в ЦК ту же роль, что секретариат в любом Губкоме, т.е. на деле (не формально) решает все. Это факт, который отрицать нельзя... действительное (а не фиктивное) существование «группы» и равноправное сотрудничество и ответственность при нынешнем режиме невозможны... А положение (и с Тр[оцким] и с разными «платформами») осложняется и недовольств [о] в партии растет (не смотрите на поверхность). Отсюда - поиски лучшей формы сотрудничества».

Характер этих оценок и предложений позволяет с уверенностью говорить, что те проблемы, о которых говорится в «письме Ильича о секретаре», возникли лишь после XII съезда РКП(б), а само это письмо отразило недовольство его Автора (или Авторов) итогами политической борьбы на съезде, сформированным на съезде составом органов ЦК РКП(б) и его органов, сложившейся в Политбюро ЦК расстановкой политических сил.

Еще определеннее говорил об этом Зиновьев на XIV съезде РКП(б): «Без Владимира Ильича стало всем ясно, что Секретариат ЦК должен приобрести абсолютно решающее значение. Все думали, как бы это сделать так... чтобы мы имели известное равновесие сил и не наделали больших политических ошибок... В это время назревали уже кое-какие личные столкновения и довольно острые столкновения — с тов. Сталиным...».

Получается, что Сталин, как Генеральный Секретарь, в качестве фактора, осложняющего дружную работу Политбюро и ЦК РКП(б), стал рассматриваться не ранее окончания XII съезда партии. До этого времени никто, ни в выступлении на съезде партии, ни в других документах не фиксировал эту опасность. Отсюда вывод: «письмо Ильича о секретаре («дополнение» к «характеристикам»), в котором фиксируется данная угроза, как исходящая от Сталина, не могла появиться ранее окончания XII съезда РКП(б), т.е. 25 апреля 1923 г. Иначе говоря, она не могла принадлежать В.И. Ленину. Значит, Г.Е. Зиновьев и Н.И. Бухарин осознанно и по собственной воли, или неосознанно по воле какой-то «третьей» политической силы участвовали в политической интриге, своим острием направленной против Сталина. Значит, «письмо Ильича о секретаре («дополнение» к «характеристикам» от 4 января 1923 г.) является документом, рожденным в ходе внутрипартийной борьбы и предназначенным для обеспечения победы в ней. Характер этой борьбы говорит о том, что это была борьба за лидерство в партии.

Никакого решения участники «пещерного совещания» не приняли, однако, самый факт обсуждения вопроса о необходимости реформирования ЦК РКП(б) и, в первую очередь, его Секретариата был доведен до сведения Сталина, который в это время находился в Москве.

Вот та политическая ситуация, в которой «письмо Ильича о секретаре» стало открыто использоваться, в качестве средства политического давления на Сталина. И.В. Сталин о нем узнал из рассказа Г.К. Орджоникидзе, который проездом из Тифлиса в Москву останавливался в Пятигорске уже после «пещерного совещания» и которого Зиновьев и Бухарин просили передать Сталину на словах свои предложения и аргументацию в пользу их. Одновременно в письмах, которые Зиновьев и Бухарин направили Сталину и Каменеву, они подвергли критике отдельные решения Политбюро, с которыми не были согласны, но, что примечательно, о методах работы Сталина, которым они недовольны, ничего конкретного сказать не смогли. Это указывает на определенный тактический расчет, возможно, на желание сначала посмотреть на реакцию Сталина и не «связывать» себе руки прежде времени.

В вину Сталину, как организатору работы Политбюро ЦК РКП(б), они ставили то, что протоколы Политбюро производят «удручающее впечатление». Их возмутило то, что Политбюро отстранило от работы в редакции газеты «Правда» Е.А. Преображенского и назначило до возвращения Бухарина из отпуска временную редколлегию, не согласовав с ним этого вопроса. Они выражали недовольство тем, что Сталин, не спросив их, назначил «уполномоченными ЦК (инструкторами)» «по национальным делам» «людей противоположной линии», т.е. тех, с кем прежде вели борьбу именно по национальному вопросу. Тем, что без согласования с Зиновьевым и Троцким была подписана с Турцией конвенция о проливах Босфор и Дарданеллы, что в вопросах Коминтерна Сталин прислушивается к мнению Троцкого и Радека, а не Зиновьева и Бухарина.

Кроме этих конкретных примеров в письмах содержится много общих упреков и эмоциональных оценок. По мнению Зиновьева и Бухарина, секретариат ЦК РКП(б) «о главном» не думает, его политика - «политика “рыцаря на час"», «так дальше дело идти не может». Многие из этих упреков и оценок перекликаются с теми, что имеются в «письме Ильича о секретаре»: Сталин «меня вывел из терпения», он «прямо издевается», «он назначает» уполномоченных ЦК, «своя рука владыка», «пришел, увидел и разрешил», «нас даже не удосуживают ответом». Он не может «так обращаться» с Бухариным. Установилось «единодержавие Сталина». Он нас «надувает», «водит за нос». Действия Сталина -«свинство». Налицо «диктатура Сталина». «Мы давно уже недовольны», «все обижены», «нужно коренное изменение “оргметодов"».

Как видно, Сталин подвергается критике, прежде всего, в качестве Генерального секретаря ЦК РКП(б). До этого времени никто, в т.ч. и Троцкий, не подвергал его критике за работу именно на этой должности. О том, что историкам до сих пор не известны документы Ленина, содержащие подобную критику Сталина, как Генерального секретаря, говорилось выше. Таким образом, первопроходцем в этой критике Сталина выступили именно Г.Е. Зиновьев и Н.И. Бухарин. Они же первыми попытались представить его деятельность на этой должности в виде определенной системы, опасной для партии. Опасной угрозой разрушения дружной работы в рамках «тройки», устойчивости ЦК и, даже, раскола в партии. Как могли, они попытались аргументировать свою критику и свои оценки. Получилось не очень конкретно. Многословнее, чем в «письме Ильича о секретаре», но не убедительнее.

Зато конкретно прозвучала угроза: если ситуация не изменится, придется поднять «знамя протеста». Это не была пустая угроза. О серьезности своих намерений Зиновьев 30 июля писал Каменеву: «Мы этого терпеть больше не будем.

Если партии суждено пройти через полосу (вероятно, очень короткую) единодержавия Сталина - пусть будет так... Во всех платформах говорят о «тройке», считая, что и я в ней имею не последнее значение. На деле нет никакой тройки, а есть диктатура Сталина... Либо будет найден серьезный выход, либо полоса борьбы неминуема».

Как видно, о «миротворческих» устремлениях Г.Е. Зиновьева говорить можно лишь условно: иди на уступки, иначе... Это больше похоже на ультиматум, чем на миротворческую деятельность.

Чтобы подтолкнуть Л.Б. Каменева занять более решительную позицию, Г.Е. Зиновьев прибег к дезинформации: «Но что меня удивило - так это то, что Ворошилов], Фрунзе и Серго думают почти так же. Напиши, пожалуйста, что ты об этом думаешь... Твое хладнокровие - прекрасная вещь. Но не до бесчувствия. Право». Зиновьев обманывал Каменева, т.к. К.Е. Ворошилов не разделял планы Зиновьева и Бухарина, а Г.К. Орджоникидзе и М.В. Фрунзе не участвовали в «пещерном совещании».

В ответ Л.Б. Каменев написал Г.Е. Зиновьеву, что они с Бухариным «преувеличивают», следовательно, отказал им в своей поддержке. Против предлагаемой ими реформы высказались также Секретарь ЦК РКП(б) Я.Э. Рудзутак и Председатель Президиума ЦКК РКП(б) В.В. Куйбышев.

И.В. Сталин также выступил против проекта политизации Секретариата ЦК. В критике Зиновьева и Бухарина, переданной ими через Г.К. Орджоникидзе, он справедливо усмотрел критику его работы именно как генерального секретаря ЦК РКП(б). 3 августа 1923 г. он писал им: «не пойму, что именно я должен сделать, чтобы вы не ругались, и в чем, собственно, тут дело? Не думаю, чтобы интересы дела требовали маскировку. Было бы лучше, если бы прислали записочку, ясную, точную. А еще лучше, если переговорим при первой возможности. Все это, конечно, в том случае, если вы считаете в дальнейшем возможной дружную работу (ибо из беседы с Серго я стал понимать, что вы, видимо, не прочь подготовить разрыв, как нечто неизбежное). Если же не считаете ее возможной, - действуйте, как хотите, - должно быть, найдутся в России люди, которые оценят все это и осудят виновных».

Получив письмо Зиновьева и Бухарина от 31 июня, И.В. Сталин 7 августа 1923 г. ответил им новым письмом. В нем он дал короткие пояснения относительно обстоятельств, в которых Политбюро ЦК принимало решения по проливам, Германии и др. вопросам, а также отповедь по поводу замечаний, направленных лично против него. Сталин утверждал, что все решения санкционируются «той или иной инициативой ЦК» и он готов документально подтвердить это. «Не правы вы, говоря, что секретарь единолично решает вопросы». Повестка дня Политбюро ЦК составляется «на основании всех поступивших вопросов на заседании Секретариата (Сталин, Молотов, Рудзутак) плюс Каменев (председательствовавший в П.Б.), плюс Куйбышев (председатель]. ЦКК)... Ни один вопрос не может быть “положен под сукно" не только потому, что на это есть инструкция, но и потому, что указанные лица представляют достаточную против этого гарантию».

Сталин дал понять, что он не обманывается относительно истинных намерений Бухарина и Зиновьева и рассматривает «письмо Ильича о секретаре» как средство политического давления. «Одно из двух: либо дело идет о смене секретаря теперь же, либо хотят поставить над секретарем специального политкома. Вместо ясной постановки вопроса, вы оба ходите вокруг да около вопроса, стараясь обходным путем добиться цели (!!!) и, рассчитывая, видимо, на глупость людей. Для чего понадобились эти обходные пути, если действительно существует группа и если есть минимальная доза доверия? Для чего понадобились ссылки на неизвестное мне письмо Ильича о секретаре, - разве не имеется доказательств тому, что я не дорожу местом и, поэтому, не боюсь писем? Как назвать группу, члены которой стараются запугать друг друга (чтобы не сказать больше)? Я за смену секретаря, но против того, чтобы был учинен институт политкомов (политкомов и так не мало: Оргбюро, Политбюро, Пленум)».

10 августа Зиновьев и Бухарин написали Сталину еще одно письмо, но, по неизвестным причинам, оно не было отправлено адресату. Для нас оно важно, во-первых, тем, что в нем раскрыто содержание «письма Ильича о секретаре», а, во-вторых, тем, что оно проливает свет на историю вспыхнувшего конфликта. Эта информация была нами использована выше. Кроме того, оно свидетельствует о начале ими открытой атаки против Сталина, как Генсека, с использованием всех имеющихся средств давления. Но при этом опять «лукавство» с целью успокоить и дезориентировать противника: «О “разрыве" зря говорить. Его партия не допустит. Мы его не хотим. Максимум - отойдем в сторонку. Другого ядра нет. И оно вполне справится, если Вы захотите. Без Вас его себе не мыслим... Ни минуты не сомневаемся, что сговоримся». Таким образом, у Зиновьева и Бухарина, как и у Автора «письма Ильича о секретаре», речь идет о «перемещении» Сталина в рамках руководящего ядра ЦК. О выведении его из Секретариата, Оргбюро или Политбюро речи нет. Этим связь между «письмом Ильича о секретаре» (диктовкой от 4 января 1923 г.) и предложениями Зиновьева - Бухарина по реорганизации Секретариата не ограничивается. Главная фигура, ради политических интересов которой предлагается реформировать ЦК -Троцкий, главной политической жертвой, которая должна быть принесена ради интересов Троцкого — Сталин.

Кроме того, в письмах Г.Е. Зиновьева и Н.И. Бухарина проявилось их стремление обсудить вопрос о реорганизации ЦК РКП(б) в рамках группы единомышленников - членов ЦК, объединить их на базе своих предложений и оказать давление на других членов ЦК РКП(б), с тем чтобы потом провести соответствующее решение об изменении состава Секретариата через Пленум ЦК РКП(б).

Их письма Л.Б. Каменеву и И.В. Сталину являются средством политического давления на них с помощью «письма Ильича о секретаре» с целью получения согласия на проведение реформы ЦК РКП(б). Предлагаемая ими реформа вела к ослаблению позиций в Политбюро и ЦК РКП(б) не только Сталина и Каменева, и, соответственно, к усилению позиций Троцкого, а также Зиновьева и Бухарина. В политическом отношении это означало бы ослабление позиций сторонников Ленина в большевистской партии и укрепление позиций его оппонентов и противников.

Между «письмом Ильича о секретаре» и предложениями Зиновьева - Бухарина по реорганизации Секретариата ЦК имеются не только совпадения, но и различия. Однако они касаются деталей. В «письме Ильича о секретаре» упор делается на личных качествах Сталина в органической связи с должностью Генерального секретаря, а в предложениях Зиновьева и Бухарина акцент делается на должности Генерального секретаря и сопряженных с ней опасностях, исходящих от Сталина, в виду отхода Ленина от дел. Однако одна постановка вопроса не исключает другой и, возможно, мы имеем дело с дополнением и развитием первоначального тезиса. В «письме Ильича» в общем виде, сформулирована задача «обдумать» способ перемещения Сталина с поста Генсека, что позволило бы лишить его «необъятной власти». В предложениях Г.Е. Зиновьева и Н.И. Бухарина предлагается вариант реализации этой общей установки: благодаря введению в Секретариат ЦК РКП(б) Троцкого и Зиновьева (или вместо последнего Каменева или Бухарина), должность Генерального секретаря ЦК РКП(б) теряла свое прежнее политическое значение. В новой политической комбинации Сталин неизбежно утрачивал бы изрядную долю своей политической власти.

Успех не сопутствовал Г.Е. Зиновьеву и Н.И. Бухарину. Позиции И.В. Сталина в ЦК РКП(б) оказались сильнее, чем они думали. Он не поддался на шантаж. В середине августа 1923 г. Сталин приехал в Кисловодск, обсуждение предложений и претензий Зиновьева и Бухарина было продолжено с его участием. Зиновьев на XIV съезде ВКП(б) рассказывал, что в Кисловодске «состоялось у нас несколько разговоров. Было решено, в конце концов, что Секретариат не будем трогать, а для того, чтобы увязать организационную работу с политической, введем в Оргбюро трех членов Политбюро. Это тоже не особенно практическое предложение внес тов. Сталин, и мы на него согласились».

Следовательно, начавшийся конфликт был урегулирован на основе предложения И.В. Сталина, а не Бухарина. Произошла «политизация» не Секретариата, а Оргбюро, которая ничего не изменила в распределении власти в руководстве ЦК. 25 сентября 1923 г. Пленум ЦК РКП(б) пополнил Оргбюро ЦК РКП(б) Г.Е. Зиновьевым и Л.Д. Троцким, а число его кандидатов И.И. Коротковым и Н.И. Бухариным». Зиновьев признавался: «Я посетил заседание Оргбюро, кажется, один или два раза, т.т. Бухарин и Троцкий как будто не были ни разу. Из этого ничего не вышло. И эта попытка оказалась ни к чему».

Такое отношение Зиновьева и Бухарина к произведенной по их инициативе реформе, выдает истинные намерения их. Они хотели расширить сферу своей деятельности за счет организационно-партийной работы. Такая возможность, хотя и не совсем в той форме, в какой они хотели, им была предоставлена. Но работать они не стали. В Оргбюро надо работать — через него проходило огромное число вопросов. Желание участвовать в ней, выраженное в их письмах Г.Е. Зиновьева и Н.И. Бухарина, оказалось, на поверку, не более чем камуфляжем истинных намерений — укрепить собственные позиции во власти.


Вывод: решения XII съезда РКП(б), не удовлетворившие Троцкого и упрочившие позиции его политических противников, стимулировали его к продолжению борьбы. Введенные в политический оборот «характеристики» и «письмо Ильича о секретаре», как нельзя более, отвечали его намерениям и интересам.

История введения в политический оборот «характеристик» и «письма Ильича о секретаре» разрушает ряд принятых в историографии версий: о том, что эти документы представляют две части «Письма к съезду» - «характеристики» и «дополнение» к ним; о распоряжениях Ленина относительно предназначения «Письма к съезду»; о том, что Крупская точно знала волю Ленина относительно этих документов и точно выполнила ее; о времени и обстоятельствах передачи «Письма к съезду».

История введения в политический оборот «характеристик» выдает стремление Крупской и Троцкого добиться публикации этого документа и, таким образом, оказать политическое и морально-психологическое давление с помощью этого псевдоленинского документа не только на членов Политбюро, но и на общественное мнение партии. Это могло создать предпосылки для постановки на очередном Пленуме ЦК РКП(б) вопроса о персональном составе Политбюро, Оргбюро и Секретариата. Можно также говорить о тактически расчетливом поведении Крупской при передачи «характеристик» вместе с рядом ленинских документов.

Столь же расчетливо и также в соответствии с политическими и личными интересами Троцкого, было осуществлена Н.К. Крупской передача ленинских записок, посвященных Госплану.

«Письмо Ильича о секретаре» (оно же «добавление» к «характеристикам») было использовано Зиновьевым и Бухариным в ходе групповой борьбы против Сталина. Тот факт, что в случае ее успеха именно Троцкий оказывался в наибольшем политическом выигрыше, может служить косвенным аргументом в пользу вывода о том, что он был, как минимум, причастен к введению этого документа в политический оборот, а, возможно, и к его созданию.

«Письмо Ильича о секретаре» использовалось в качестве средства политического давления на Сталина, Каменева и других членов ЦК и ЦКК РКП(б) и' объективно служило изменению расстановке и баланса сил в Политбюро ЦК и ЦК РКП(б), и в итоге к ослаблению позиций сторонников Ленина и укреплению позиций его противников и оппонентов, прежде всего, Троцкого.

Ожидаемого политического эффекта эти псевдоленинские документы во время введения в политическую борьбы не дали. Организация деятельности ЦК РКП(б) осталась в руках Сталин.


Выводы по главе.

Общие идеи, оценки и конкретные предложения, сформулированные Лениным в его последних письмах, записках и статьях, были использованы в ходе подготовке XII съезда и нашли в них свое отражение. Борьба по ним очередной раз проявила существующий фронт борьбы между сторонниками и противниками Ленина, а также персональный состав наиболее активной части противостоящих политических групп в руководстве РКП(б). Сторонники Ленина активно использовали его авторитет для ведения политической борьбы против Троцкого и других оппозиционеров.

Прекращение Лениным сначала активной, а затем и всякой политической деятельности создало условия для использования его имени и связанного с ним политического авторитета не только теми политиками, которые являлись ближайшими сторонниками его, но и его противниками. Одним из них был Троцкий. В процессе борьбы накануне XII съезда РКП(б) он не раз пытался поставить себе на службу авторитет Ленина, т.к. без него не мог рассчитывать на победу против сторонников Ленина и ленинского политического курса, на победу в борьбе за лидерство в партии.

Появление документов сфабрикованных под ленинские тексты «Завещания» продолжило традицию использования для борьбы с Лениным документов, сфабрикованных под ленинские. Наиболее известным и политически значимым было т. н. «Письмо Ленина одному из своих старых знакомых от 10-го июня 1921 года». Нельзя исключить, что оно сыграло определенную роль в истории возникновения плана создать псевдоленинский(е) документ(ы) и использовать его (их) для борьбы против руководящей группы в ЦК, за лидерство в партии и обретение возможности определять политику и проводить ее.

Введение в политический оборот текстов «Политического завещания» не принадлежащих Ленину было органично увязано с борьбой по актуальным политическим вопросам и подчинено интересам ведения борьбы за лидерство в РКП(б). Политически эти псевдоленинские документы отвечали интересам различных сил в партии («национал-уклонисты», Зиновьев, Бухарин и др.), которые стремились использовать их с пользой для себя. Но более всего они отвечали интересам борьбы за лидерство, которую вел Троцкий. Это обстоятельство, а также активное участие его в процессе введения неленинских текстов «Завещания» в политический оборот, позволяют предположить его причастность к их созданию.

Главным объектом атаки всех, кто пытался использовать во внутрипартийной борьбе неленинские тексты «Завещания», был Сталин, являвшийся главным препятствием на пути к власти всякого, кто стремился к ней. Первые попытки использовать политический авторитет Ленина для нанесения политического поражения Сталину ни Троцкому, ни Зиновьеву и Бухарину успеха не принесли.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910111213141516171819202122232425
26272829303132333435363738            




Интересное:


Британский парламентаризм в оценке Московских ведомостей (60-80-е 19 века)
Борьба группировок в придворном окружении Николая II
Кустари в теории, стратегии и тактике большевиков от империализма до НЭПа
К вопросу об истории становления и развития государственных финансовых институтов в России
Традиции и новаторство местного самоуправления в России
Вернуться к списку публикаций