2013-06-24 10:12:25
ГлавнаяИстория и историография — Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина



Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина


Содержание

  1. Дискуссии о развитии советского общества (1921-1922 гг.).
    1. Две концепции новой экономической политики советской власти.
    2. Оптимизация системы управления партией, государством и народным хозяйством.
    3. Основы объединения советских республик.
  2. «Политическое завещание» как комплекс документов.
    1. «Политическое завещание»: история создания, структура и содержание.
    2. Отражение политических дискуссий в «Завещании».
    3. Проблема авторства текстов «Завещания».
  3. Авторитет Ленина как фактор новой фазы борьбы за лидерство в РКП(б) (1923 г.).
    1. Ленинский план реорганизации системы власти и управления и его противники.
    2. Национальный вопрос как поле политической борьбы против Сталина.
    3. Борьба за контроль над ЦК РКП(б).
  4. Влияние «Политического завещания» Ленина на развитие внутрипартийной борьбы в 1924-1929 гг.
    1. XIII съезд РКП(б) перед выбором: Сталин - источник опасностей или надежд на победу.
    2. «Письмо к съезду» как средство внутрипартийной борьбы.
    3. Роль последних писем, записок и статей В.И. Ленина в формировании «генеральной линии» РКП(б) — ВКП(б).
  5. Заключение

Проблема авторства текстов «Завещания».

После того, как в «Политическом завещании» установлено наличие двух блоков текстов: принадлежащих В.И. Ленину и не принадлежащих ему, можно и необходимо приступить к выяснению политических позиций и интересов автора (или авторов) текстов, сфабрикованных под ленинские документы. Это, позволит приблизиться к ответу на вопрос об истинном авторе (авторах) этих текстов и правильно учесть их реальную роль в политической борьбе и, наконец, уточнить представления о методах и приемах ведения политической борьбы.

Прежде всего, проанализируем «Письмо к съезду». Начнем с характеристики Троцкого, который является единственным положительным героем этого «Письма». Его характеристике в «Письме к съезду» посвящено немного места, но высказанные замечания оказываются очень интересными и информативными. Он был признан одним из двух выдающихся вождей ЦК партии. В «Письме к съезду» говорится, что «тов. Троцкий, как показала уже его борьба против ЦК в связи с вопросом о НКПС, отличается не только выдающимися способностями. Лично он, пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хватающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела». Отметив «небольшевизм» Троцкого, Автор «Письма к съезду» тут же заявляет, что он «мало может быть ставим» ему «в вину лично».

В контексте данной характеристики эти оценки служат, скорее возвеличиванию Троцкого, чем его критике, т.к. они определяют круг его недостатков, которые кажутся несущественными на фоне его позитивных качеств, а также недостатков других руководителей партии, удостоившихся «характеристик». Что касается замечании в «чрезмерной» «самоуверенности» «чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела», увязанных с борьбой по вопросу о НКПС, то они служат фактически для того, чтобы исполнить гимн в честь Троцкого.

Тезис о выдающихся способностях Л.Д. Троцкого, проявившихся в борьбе по вопросу НКПС, оказывается совсем не таким ясным, как это принято считать. Обычно его связывают с известной дискуссии о профсоюзах. Однако такое мнение не выдерживает критики, поскольку в центре той дискуссии, как известно, был не НКПС, а профсоюзы. Да и саму ту борьбу никак нельзя трактовать как борьбу Троцкого против ЦК, поскольку он вел за собой поначалу больше половины ЦК РКП(б). Это была борьба за партию. Кроме того, история той дискуссии, характер борьбы в ходе ее ничего не поясняют в оценке Троцкого как самого способного человека в ЦК. Наконец, отзывы В.И. Ленина о Троцком, которые он делал в связи с этой дискуссией, не дают никаких оснований считать, что он оценивал его как самого способного человека в ЦК РКП(б). Тоже можно сказать и относительно ленинских оценок работы Троцкого на посту наркома НКПС. Естественно, что Л.Д. Троцкий иначе оценивал свою деятельность в НКПС, она, конечно, могла бы стать основанием превосходной самооценки Троцким собственных способностей, собственной работы и ее результатов.

Еще одна история связана с обсуждением в Политбюро ЦК РКП(б) вопроса о закупках паровозов за границей. Нарком НКПС Ф.Э. Дзержинский внес предложение в Политбюро о создании комиссии во главе с Ломоносовым для осуществления закупок за границей, которое было принято Политбюро ЦК РКП(б). Л.Д. Троцкий выступил против предложения Дзержинского. Самостоятельного политического значения этот вопрос не имел, однако полемика в связи с ним приняла затяжной характер. Ленин знал об этом и очень волновался. Однако, он никогда не высказывал ни критики по поводу решений Политбюро ЦК, ни поддержки позиции Троцкого, ни восторгов по поводу ее.

Никакая история с НКПС не дает никаких оснований ожидать от Ленина столь хвалебной оценки Л.Д. Троцкого в своем итоговом отзыве о нем. Считаясь с Троцким, как с крупной политической фигурой, В.И. Ленин никогда не отдавал ему первенства перед другими членами ЦК РКП(б), в т.ч. и перед собой. История их отношений в 1921-22 гг. говорит против такого допущения.

Наиболее важным для выяснения отношения Автора «характеристик» к Троцкому, является тезис о его «небольшевизме. Он, как и тезис о НКПС, «вмонтирован» в текст очень «тонко»: как политический недостаток, но так, что упоминание о нем служит, скорее, не упреком, а индульгенцией ему: «мало может быть ставим» ему «в вину лично». А раз так, то, следовательно, в небольшевизме Троцкого винить нельзя. Обращает на себя внимание нарочитая неопределенность, размытость термина - «небольшевизм». Автор «Письма к съезду» полуменьшевистское и антибольшевистское прошлое Троцкого превращал в небольшевистское.

Это не характерный для В.И. Ленина прием, четко характеризовавшего «нефракционного» Троцкого, как представителя политического течения, пытающегося занять положение между меньшевиками и большевиками. Антибольшевизм Троцкого проявлялся не только и не столько в его политических акциях, заявлениях, направленных против большевиков, сколько в его теории «перманентной революции», от которой он не отказался и после вступления в большевистскую партию летом 1917 гг. Троцкизм, как политическое течение, Ленин воспринимал как политическую реальность, как ту политическую силу, с которой приходилось вести борьбу. Так, конспектируя выступление В.В. Косиора на XI съезде РКП(б), содержащее критику ЦК РКП(б) за дискриминацию бывших оппозиционеров при решении кадровых вопросов, Ленин написал для себя: «верхушка на Урале была троцкистская». Этим он объяснял и оправдывал такое отношение к троцкистам. Естественно, что Троцкий, начиная борьбу за лидерство в большевистской партии, был заинтересован, чтобы его антибольшевистское прошлое и не совсем большевистское настоящее вспоминали бы как можно меньше.

На основании всего известного нам материала о личных и политических отношениях Ленина и Троцкого в 1921-1922 г. мы имеем основания сделать вывод, что «характеристика» Троцкого, данная в «Письме к съезду» не находит в них никакой опоры.

Такие же сомнения возникают и при критическом подходе к характеристике И.В. Сталина: «тов. Сталин, сделавшись Генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью». В диктовке от 4 января 1923 г. «добавлено»: «Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека». Предлагая назначить на эту должность «другого человека», он указывал на те качества, которыми он должен отличаться от Сталина, отмечая, таким образом, серьезные, с его точки зрения, недостатки его как личности, обладающей огромной властью. Новый генсек должен быть «более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д.».

В связи с этой характеристикой возникает ряд вопросов, на которые трудно дать положительный ответ. Мог ли В.И. Ленин, не погрешив против правды, сказать, что И.В. Сталин «сделался» Генсеком, если он сам предложил учредить самую должность эту для Сталина и обеспечил его избрание на нее? Мог ли Ленин связать именно с этой должностью власть Сталина, если еще до ее учреждения в руках Сталина фактически сконцентрировалась власть, которая была не меньше, чем власть Генерального секретаря. Могли Ленин сказать, что Сталин именно благодаря должности Генерального секретаря уже обрел необъятную власть в партии, если в течение полугода после назначения на эту должность он вынужден был уступить по двум важным вопросам, связанным с образованием СССР и судьбой режима монополии внешней торговли, должен был маневрировать, чтобы разрешить должным образом конфликт в КП Грузии?

Выше было показано, что должность Генсека, сама по себе, мало, что прибавила к власти, которая уже была вы его руках. Правильнее будет сказать, что новая должность оформила и подчеркнула ту реальную власть, которая благодаря Ленину к весне 1922 г. уже сосредоточилась в руках Сталина. Политические позиции Сталина по сравнению с другими членами Политбюро упрочились гораздо больше благодаря тому, что новая должность, увенчав его своим авторитетом, выделила его среди них. Его политическое положение в партии упрочилось, поскольку теперь его особое положение — как главного должностного лица - опиралась на авторитет решения Пленума ЦК, утвержденного съездом партии. Если можно говорить о расширении властных полномочий И.В. Сталина, то лишь в связи с тем, что должность Генсека была органично вписана в новую систему руководства партией и управления страной, олицетворяя собой вершину политической системы диктатуры пролетариата. Сталин теперь мог входить в любые вопросы внешней и внутренней политики в качестве высшего должностного лица правящей партии. Однако это не дает оснований говорить о «необъятной власти» Сталина, как генерального секретаря ЦК РКП(б). Его полномочия не мешали любому члену Политбюро РКП(б) не только поставить любой вопрос на обсуждение в Политбюро, но и включиться в его решение. Воля и авторитет Ленина и других членов Политбюро могли служить препятствием для любых злоупотреблений властью со стороны Сталина, если бы они на самом деле имели место.

Надо сказать, что в самой партии тезис «Письма к съезду» о необъятной власти генерального секретаря (а, следовательно, об опасностях, с которой сопряжено пребывание Сталина на этой должности) вызывал удивление и возражения. На XII съезде партии, например, никто не сказал, что И.В. Сталин плохой генеральный секретарь; напротив, работу Секретариата ЦК под его руководством хвалили. На XIII съезде РКП(б) делегаты, обсуждая «Письмо к съезду», работу Сталина в должности Генерального секретаря ставили ему в большую заслугу. Критики работы Секретариата были, но все те же, «записные» - троцкисты, которые прежде ту же критику направляли не только против Секретариата ЦК, но и против Ленина. На XIV съезде ВКП(б) тезис о «необъятной власти» Генерального секретаря открыто оспаривали. И.С. Гусев, например, заявил: «Теперь - насчет “необъятной" власти Секретариата и генерального секретаря, - о чем говорили здесь. Вопрос поставлен так же абстрактно, как он ставился годика два тому назад, когда впервые мы услышали эти слова о «необъятной власти». Нужно учитывать опыт. Вот посмотрим, что говорит опыт на этот счет. Были ли злоупотребления этой властью, или нет? Покажите хоть один факт злоупотребления этой властью. Кто привел такой факт злоупотребления? Мы, члены ЦКК, присутствуем на заседаниях Политбюро систематически, мы наблюдаем работу Политбюро, работу Секретариата и в частности работу генерального секретаря ЦК. Видели ли злоупотребление этой самой "необъятной" властью? Нет, мы таких злоупотреблений не видели... Ни одного факта насчет злоупотреблений “необъятной" властью не было приведено, ни одного факта». Политические противники Сталина в ответ не привели никаких примеров, которые бы могли поставить под сомнение это заявление Гусева.

Другой круг проблем связан с оценкой ряда личных качеств И.В Сталина как человека. Принятая в историографии версия об изменении В.И. Лениным своего отношения к Сталину после XI съезда, оказывается лишенной серьезных аргументов. Показательно признание Д.А. Волкогонова: «У меня нет конкретных данных о намерении Ленина “разгромить" генсека», что даже в начале января 1923 г. у Ленина против Сталина не было ничего, кроме «предчувствий», наличие которых у Ленина им даже не устанавливается, а лишь предполагается. Нам также не известны документы того времени, содержащие жалобы на Сталина, как Генерального секретаря, которые бы поступали к Ленину от членов партии или беспартийных. Таким образом, вопрос о причинах разочаровании В.И. Ленина И.В. Сталиным, как и о самом факте разочарования остается совершенно непроясненным. В результате без ответа остается вопрос о причинах, которые заставили Ленина требовать переместить Сталина с должности Генерального секретаря ЦК РКП(б).

Из документов рисуется совсем иная картина отношений Ленина и Сталина в период между XI съездом РКП(б) и тем временем, когда Ленин начал диктовать «Письмо к съезду».

Наиболее ярко их личные отношения в этот период характеризует история обращения В.И. Ленина к И.В. Сталину за ядом. В конце мая у Ленина произошел первый инсульт (?), возникла угроза паралича и утраты речи. Такая перспектива пугала Ленина и он обратился к Сталину с просьбой выполнить данное прежде обещание и доставить ему яд, чтобы свести счеты с жизнью. По свидетельству М.И. Ульяновой (1926 г.) «за весь период болезни, пока он (Ленин) имел возможность общаться с товарищами, он чаще всего вызывал к себе т. Сталина, а в самые тяжелые моменты болезни вообще не вызывал никого из членов ЦК, кроме Сталина». Позднее она писала, что в 1926 г. не сказала всей правды об отношениях Ленина Сталиным, но, при этом признавала: «В.И. [Ленин] ценил Сталина. Это, конечно, верно».

В историографии прочно утвердилось мнение, что дискуссия по вопросу о сохранении режима монополии внешней торговли стимулировала усиление политической отчужденности Ленина со Сталиным. Проведенное изучение данного вопроса позволило сделать вывод, что эта версия в искаженном виде передает реальные события. Разногласия у Ленина и Сталина по этому вопросу действительно были, но они не имели ощутимых негативных последствий для личных и политических отношений Ленина к Сталину, поскольку он, ознакомившись с новыми документами, признал правильность ленинской постановки вопроса и поддержал его предложения. Более того, именно Сталин написал проект решения, который был принят декабрьским (1922) Пленумом ЦК РКП(б). Ленин был вполне удовлетворен.

Нельзя усмотреть какой-либо антисталинской направленности и в переписке В.И. Ленина с Л.Д. Троцким, в ходе которой они обменялись мнением относительно обсуждения вопроса о монополии внешней торговли на Пленуме ЦК РКП(б). Договоренность, достигнутая Лениным с Троцким не была тайной от Сталина, который был проинформирован о ней самим Лениным.

Напряженность отношений усматривают также в факте принятия Пленумом ЦК РКП(б) решения, устанавливающего ограничения на передачу Ленину информации о постановлении Пленума по этому вопросу. Однако оно имело своей причиной состояние здоровья Ленина, а не стремление Сталина установить для Ленина режим политической изоляции.

О том, что разногласия и трения, имевшие место в отношениях Ленина и Сталина, не отразились на их политических и личных отношениях, свидетельствует те меры, которые Ленин в конце 1922 г. предлагал для совершенствования работы ЦК и его аппарата. В них нет и намека на то, что он был недоволен Сталиным, ростом его политической активности, общим ходом дел в ЦК партии и его аппарате. Показательным также является то, что именно Сталину Ленин направил 15 декабря 1922 г. письмо с сообщением о том, что он закончил «ликвидацию» своих дел и может уезжать спокойно. «Осталось только одно обстоятельство, которое меня волнует в чрезвычайно сильной мере, - это невозможность выступить на съезде Советов». В этом выступлении, насколько можно судить о намерениях Ленина по подготовленным материалам и плану, он не собирался затрагивать вопросы национально — государственного строительства или монополии внешней торговли, т.е. те, по которым у него были разногласия со Сталиным. И самый факт этого письма, и поставленные в нем вопросы, и его тон говорят о том, что между ними сохранялись доверительные политические и личные отношения.

В это же время В.И. Ленин направил И.В. Сталину еще одно письмо, также свидетельствующее о сохранении близких, доверительных политических и личных отношений между ними. Это письмо, хранящееся в АПРФ, было опубликовано Д.А. Волкогоновым без указания даты. Дата письма определена на основе анализа информации, содержащейся в нем. Оно было написано не ранее 15 и не позднее 18 декабря 1922 г. Скорее всего, 16-18 декабря 1922 г. Ленин писал: «Т. Сталин! Врачи, видимо, создают легенду, которую нельзя оставить без опровержения. Они растерялись от сильного припадка в пятницу и сделали сугубую глупость: пытались запретить “политические" совещания (сами, плохо понимая, что это значит). Я чрезвычайно рассердился и отчитал их. В четверг у меня был Каменев. Оживленный политический разговор. Прекрасный сон, чудесное самочувствие. В пятницу паралич. Я требую Вас экстренно, чтобы успеть сказать на случай обострения болезни. Только дураки могут тут валить на политические разговоры. Если я когда волнуюсь, то из-за отсутствия своевременных разговоров. Надеюсь Вы поймете это, и дурака немецкого профессора и К° отошьете. О пленуме ЦК непременно приезжайте рассказать или присылайте кого-либо из участников...». Это письмо разрушает легенду об охлаждении Ленина к Сталину, о недоверии к нему и т.д.

Из воспоминания Л.А. Фотиевой и М.И. Ульяновой следует, что 22 или 23 декабря 1922 г. Сталин был у Ленина по его просьбе. Во время этой беседы Ленин опять обратился к нему с просьбой доставить ему яд.

Неотразимым аргументом в пользу изменения отношения В.И. Ленина к И.В. Сталину считается конфликт последнего с Н.К. Крупской. Принято считать, что 21 декабря 1922 г. Крупская рассказала Ленину о решении Пленума ЦК РКП(б). Тогда же она под диктовку Ленина написала Л.Д. Троцкому письмо, в котором он выражал удовлетворение своим, совместным с Троцким выступлением и предлагал ему «продолжать наступление» для чего «поставить на партсъезде вопрос об укреплении внешней торговли и о мерах к улучшению ее проведения. Огласить это на фракции съезда Советов. Надеюсь, возражать не станете и не откажетесь сделать доклад на фракции».

Это письмо воспринимается как ленинское, однако, оно вызывает ряд вопросов. Оно не подписано Лениным, что, конечно, легко объяснить болезнью. Но с другими вопросами сложнее. Во-первых, оно почему-то не зарегистрировано в ленинском Секретариате, как другие продиктованные им письма. Во-вторых, под ним стоит подпись — «Н.К. Ульянова», что удивительно, поскольку Крупская подписывалась всегда своей фамилией - «Крупская». Положение усугубляется отсутствие подлинника, в результате историки могут судить о нем только по копии с копии. Можно ли в этом случае с доверием отнестись к такому письму? Думается, нет! Во всяком случае, его нельзя положить в основу суждений, отдав ему приоритет перед совокупностью других документов, в подлинности которых сомнений нет.

Кроме того, содержание этого письма находится в явном противоречии с известными документами о подготовке обсуждения на Пленуме вопроса о монополии внешней торговли и ходом его обсуждения — не было никакого «маневрирования», Ленин вел открытый бой с противниками сохранения монополии. Не ясна озабоченность судьбой принятого решения, которую, якобы, высказал Ленин. В письме содержится предложение о переносе этого вопроса в коммунистическую фракцию съезда Советов и на съезд РКП(б). Такие мысли Ленин высказывал несколько раз в ходе переписки с Троцким, но в ином контексте - в том случае, если предложение о сохранении монополии внешней торговли Пленум не поддержит. Но Пленум поддержал ленинское предложение. Не ясно, зачем Ленину нужно было идти на союз с Троцким против своих сторонников и планировать борьбу с ЦК РКП(б) на съезде партии за сохранение монополии внешней торговли? Может быть потому, что члены его группы в Политбюро и ЦК не сразу солидаризировались с ним? Но ведь и Троцкий раньше тоже выступал в этом вопросе против Ленина.

Все эти сомнения, на первый взгляд, снимает письмо Л.Б. Каменева И.В. Сталину, в котором он сообщает о получении Троцким от Ленина письма, записанного Крупской под диктовку. «Сегодня ночью звонил мне Тр[оцкий]. Сказал, что получил от Старика записку, в которой Ст[арик] выражая удовольствие принятой пленумом резолюцией о Внешторге, просит, однако, Тр[оцкого] сделать по этому вопросу доклад на фракции съезда и подготовить тем почву для постановки этого вопроса на партсъезде. Смысл, видимо, в том, чтобы закрепить сию позицию. Своего мнения Тр[оцкий] не выражал, но просил передать этот вопрос в комиссию ЦК по проведению съезда. Я ему обещал передать тебе, что и делаю».

Письмо не датировано, не зарегистрировано ни в секретариате Каменева, ни в секретариате Сталина. Можно ли быть уверенным, что он относится именно к этому времени? Надежных доказательств нет. Более того, в тексте имеется описка - вместо слов «принятой пленумом резолюции» сначала было написано «принятой съездом резолюции». Ее трудно объяснить, если данное письмо писалось несколько дней после пленума. Но если допустить, что оно написано позднее (а это мы вправе сделать), то эта описка получает более естественное объяснение. Отсутствие регистрации объясняется тем, что его невозможно было зарегистрировать «задним числом» в документах секретариата Каменева и, тем более, в документах секретариата Сталина. Противоречивое сочетание удовлетворенности принятым решением и опасением за его судьбу, игнорирование Троцким, Каменевым и Сталиным ленинского предложения об обсуждении доклада на фракции съезда Советов и на XII съезде РКП(б) объясняются политическими потребностями подлинного автора этого документа. Примечательно, что Троцкий, часто рассказывая об этой истории, никогда не говорил о каких - либо действиях, предпринятых им во исполнение этого предложения Ленина.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910111213141516171819202122232425
26272829303132333435363738            




Интересное:


К вопросу о развале СССР
Необходимость учреждения поста Президента в РФ в начале 90-х годов - историко-теоретический аспект
Кустари в теории, стратегии и тактике большевиков от империализма до НЭПа
Общее и особенное в русском церковном управлении в эпоху великих реформ
Великая отечественная - людские потери России
Вернуться к списку публикаций