2013-06-24 10:12:25
ГлавнаяИстория и историография — Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина



Борьба за лидерство в РКП(б) - ВКП(б) и Политическое завещание В.И. Ленина


Содержание

  1. Дискуссии о развитии советского общества (1921-1922 гг.).
    1. Две концепции новой экономической политики советской власти.
    2. Оптимизация системы управления партией, государством и народным хозяйством.
    3. Основы объединения советских республик.
  2. «Политическое завещание» как комплекс документов.
    1. «Политическое завещание»: история создания, структура и содержание.
    2. Отражение политических дискуссий в «Завещании».
    3. Проблема авторства текстов «Завещания».
  3. Авторитет Ленина как фактор новой фазы борьбы за лидерство в РКП(б) (1923 г.).
    1. Ленинский план реорганизации системы власти и управления и его противники.
    2. Национальный вопрос как поле политической борьбы против Сталина.
    3. Борьба за контроль над ЦК РКП(б).
  4. Влияние «Политического завещания» Ленина на развитие внутрипартийной борьбы в 1924-1929 гг.
    1. XIII съезд РКП(б) перед выбором: Сталин - источник опасностей или надежд на победу.
    2. «Письмо к съезду» как средство внутрипартийной борьбы.
    3. Роль последних писем, записок и статей В.И. Ленина в формировании «генеральной линии» РКП(б) — ВКП(б).
  5. Заключение

Хотя статья и не подписана Лениным, но сомневаться в его авторстве ее нет оснований, т.к. она была опубликована 4 января, т.е. в то время, когда Ленин был работоспособен и о публикации без его согласия какой-нибудь его статьи в газете «Правда» не могло быть и речи. Тем более, не мыслима была публикаций не ленинского текста в качестве ленинской статьи.

Выше было сказано о том, что работа над ней заняла больше времени, чем принято считать (1-2 января 1923 г.). Если учесть реальное время работы Ленина в эти дни, надо признать, что вся работа над статьей была завершена за 2-3 часа медленной диктовки и 2-3 часового чтения. Между тем, сохранившиеся варианты статьи, говорят о значительном объеме работы, проделанной, как минимум, в два этапа, между которыми секретарями по указанию Ленина была проделана работа связанная с подбором и первоначальной обработкой фактического материала. Удлинение срока работы могло произойти только за счет 31 и 30 декабря 1922 г.

Работа над статьей «Странички из дневника» отметила важный рубеж в работоспособности Ленина и в процессе его работы над «Завещанием»: улучшение состояния здоровья (оно фиксируется записями в «Дневнике дежурных секретарей) позволило ему перейти от беглых диктовок предыдущего периода к более систематической работе над проблемами, поставленными в «записках», продиктованных ранее.

В этой статье В.И. Ленин от частных проблем (итоги переписи) перешел к некоторым важным практическим социально-политическим вопросам (шефство, проблемы образования) и в конце ее вышел на более общие вопросы строительства социализма. Намечая задачи партии в деревне, он писал, что начать «следует с того, чтобы установить общение между городом и деревней, отнюдь не задаваясь предвзятой целью внедрить в деревню коммунизм. Такая цель не может быть сейчас достигнута. Такая цель несвоевременна. Постановка такой цели принесет вред делу вместо пользы». Отметив недостаточность помощи деревне со стороны государства, он поставил задачу поиска действенных форм отношений между городом и деревней и связывал с ее решением успехи в деле социалистического строительства в деревне: «Мы только тогда начнем двигаться вперед... когда подвергнем изучению этот вопрос, будем основывать всевозможные объединения рабочих», нацеленные на установление прочных связей с деревней.

Такая постановка вопроса выводила В.И. Ленина на проблему следующей диктовки, посвященной кооперации, которая, как известно, была в это время одной из основных форм экономической смычки города и деревни. Через проблематику «культурной революции» эта статья связана и с последовавшими за ней записками «О нашей революции». Можно предположить, что Ленин надеялся сделать серию статей, посвященных этим важным вопросам развития революции.

Считается, что 4 и 6 января 1923 г. Ленин продиктовал текст записки, посвященной кооперации. Интерес к ней у Ленина был давний. После перехода к НЭПу он много работал над ее развитием, рассматривая ее как форму государственного капитализма. В ноябре 1922 г. в процессе работы над бюджетом страны на 1923 г. и подготовкой обсуждения вопроса о финансировании кооперации, председатель Правления Центросоюза Л.М. Хинчук посчитал, что интересы кооперации в нем не получили должного отражения и 14 ноября направил

Ленину «Заключение» по вопросам кредитования и налогообложения кооперации. В нем указывалось на недостаточное выделение кредитов на 1923 г., а также на необходимость установления для кооперации льготного налогообложения. 18 ноября в Финкомитете (три заместителя председателя СТО РСФСР и Наркомфин) состоялось обсуждение вопроса «О финансировании Центросоюза», Хинчук опять остался недоволен размерами и условиями финансирования. 21 ноября 1922 г. он направил Ленину еще одно письмо с просьбой о помощи, поскольку в принятом решении он усматривал препятствие для развития кооперации. Ленин был знаком с письмами Хинчука.

Вот та ситуация, в которой В.И. Ленин решил поделиться своими соображениями и конкретными предложениями по вопросам развития кооперации. В декабре 1922 г. он планировал затронуть эту проблему в своем выступлении на X Всероссийском съезде Советов («Центросоюз: его особое значение»), но болезнь расстроила его планы. В январе 1923 г. по требованию Ленина ему были подобраны и присланы книги по кооперации. Считается, что 4 и 6 января 1923 г. Ленин работал над «записками» о кооперации, в которых признал основные требования Центросоюза правильным, как с точки зрения решения актуальных экономических и политических задач, так и с точки зрения перспектив социалистической революции, и предложил не жалеть денег на поддержку кооперации.

«Дневник секретарей» записей за эти дни не имеет, врачи сообщают о том, что Ленин 4 и 5 января диктовал и читал, а о работе 6 января они умалчивают. Секретарская запись, имеющаяся на второй части текста «О кооперации», а также две записки Володичевой говорят о том, что Ленин продиктовал вторую часть текста «О кооперации» 6 января. Как можно объяснить это противоречие? Убедительный ответ на этот вопрос дать в настоящее время не представляется возможным. Можно предположить, что текст ее был продиктован 5-го, а отпечатан - 6-го, этим же числом и датирован.

Записи диктовок представляют собой машинописные тексты, Лениным не подписанные, не имеющие никаких следов работы над ними и не зарегистрированные в ленинском секретариате и Архиве. Запись 4 января завершается пометой: «записано Л. Фотиевой», кто записывал вторую — не известно.

На обоих текстах имеются очень интересные пометы. Текстам диктовок от 4 и 6 января предшествуют надписи, говорящие о том, что записки, датированные 4 и 6 январем, представляют собой не две части одного текста (как считается), а 1-й и 2-й варианты записок, посвященных проблемам кооперации. О том же говорит и хранящаяся с этими текстами записка (сделанная рукой М.А. Володичевой?): «2 варианта о кооперации, написанные - один 4-го января, другой - 6-го янв[аря] [19]23 г.».

Получается, что никакой записи «О кооперации», состоящей из двух частей В.И. Ленин не готовил. Он предпринял две попытки разработать эту проблему, которыми остался неудовлетворен. Уже самый факт диктовки второго варианта указывает на неудовлетворенность первым вариантом. Но и вторым вариантом он остался недоволен. Об этом говорит, хранящаяся в архивном деле записка, содержание которой представляет для исследователей ленинского политического и теоретического наследия огромный интерес: «Ни один вариант неудовлетворителен, ибо оба содержат в себе часть неверно формулированных] положений, неверных теоретически и обе требуют т[аким] обр[азом] переделки. 7/1 — 23». Можно предположить, что 7 января Ленин решил приостановить работу над проблемой кооперации.

Что именно не удовлетворяло Ленина? Об этом мы можем только догадываться. Фактом остается то, что В.И. Ленин не довел работу над этой проблемой до конца. Вместе с тем, мы можем утверждать, что содержание записок «О кооперации» во все своих положениях и оценках, отнюдь не противостоят, как считается, мыслям и взглядам, которые он высказывал прежде, а вполне соответствует им, являясь лишь повторением или развитием их. Если так, то прекращение работы могло быть вызвано осознанием того, что не удается выйти за рамки давно сформулированных соображений. И это обстоятельство не удовлетворило его. Он искал каких-то ответов на волновавшие его вопросов, и не нашел их.

В конце записок «О кооперации» В.И. Ленин поставил те проблемы, которые связывают ее с последующими «записками» по поводу воспоминаний Н.Суханова (опубликованы под названием «О нашей революции (по поводу записок Н. Суханова)»): реформа госаппарата и культурная революция. «Нам наши противники не раз говорили, что мы предпринимаем безрассудное дело насаждения социализма в недостаточно культурной стране. Но они ошибались в том, что мы начали не с того конца по теории (всяких педантов), и что у нас политический и социальный переворот оказался предшественником... культурному перевороту». Таким образом, записки «О кооперации», являющиеся как бы продолжением статьи «Странички из дневника», в свою очередь, выступают в качестве связующего звена между этой статьей и записками по поводу воспоминаний Н. Суханова («О нашей революции»).

Даты, проставленные на текстах записок «О нашей революции», позволяют считать, что Ленин работал над ней 16 и 17 января. Врачи отмечают в эти дни чтение и диктовку, но не сообщают о ее продолжительности и, как обычно, не раскрывают содержания. Секретари не дают никакой информации о работе над текстом «О нашей революции». Таким образом, и в отношении этой диктовки у нас нет надежных свидетельств работы Ленина над ней в эти дни, хотя также нет ничего, что ставило бы эту работу под сомнение.

Архивный вариант статьи «О нашей революции» представляет собой машинописный текст Лениным не подписанный, не имеющий заглавия, со следами правки чьей-то рукой (ясно, что не ленинской). Правка незначительная и не может быть оценена как серьезная работа над текстом. Подписи секретаря, производившего записи («Записано В.М.») исполнены на пишущей машинке. В оригинале отсутствуют римские цифры («1» и «11»), разделяющие текст в публикации. Последнее обстоятельство указывает, что записки «О нашей революции», как и записки «О кооперации», в реальности представляет собой два наброска, посвященные одной проблеме. Поскольку своим содержанием они связаны не только между собой, но и с диктовками о кооперации, то это дает дополнительные основания для предположения, что тексты, объединенные в статью «О нашей революции» представляет собой продолжение работы над проблемами, на которые Ленин вышел в диктовках, посвященных кооперации. Очевидно, в «статьи» «О кооперации» и «О нашей революции» отдельные тексты были сведены при подготовке их к публикации.

В записках «О нашей революции» ряд фундаментальных проблем революции, поставленных в диктовках о кооперации, получил дальнейшее развитие, но уже под иным углом зрения. В ней В.И. Ленин развивает свою аргументацию о путях, способах, методах строительства социализма в условиях капиталистического окружения и о перспективах социалистической революции в России. Ленин обосновывает закономерность социалистической революции в России как бы от противного: события заставили большевиков взять власть раньше, чем думали. Это обстоятельство затрудняет ход революции и решение стоящих перед Советской властью задач, но не делает их неразрешимыми, более того, оно позволяет ускорить процесс создания культурных предпосылок для проведения социально-политических преобразований. Сформулированная здесь точка зрения вполне согласуется с тем, что не раз писал и говорил Ленин, с тем, что мы встречаем в его последней статье - Лучше меньше, да лучше». Последнее обстоятельство может служить еще одним косвенным аргументом в пользу вывода о ленинском авторстве записок «О наше революции».

Ленин не дал распоряжения относительно публикации этих записок. Почему? Возможны два варианта ответа. Либо он был чем-то неудовлетворен, либо он не успел завершить работу над этой проблемой, поскольку нашел решение политически более актуальной и более важной практической задачи - реорганизации центральных органов партии и Наркомата рабоче-крестьянской инспекции (РКИ), которой он отдал свои последние силы. Поскольку именно в это время работа над проблемой реорганизации ЦК и ЦКК, а также НК РКИ входит в решающую фазу, то второй вариант ответа нам представляется более предпочтительным.

В середине января 1923 г., в период между окончанием работы над проблемой кооперации и началом диктовки записок о «нашей революции», В.И. Ленин обращался к проблематике реорганизации ЦК РКП(б) и РКИ, но вновь приостановил работу над ней. Видимо, что-то не получалось у него. Он начинал разработку одной темы (о ЦК и РКИ), не доведя ее до конца, откладывал, брался за другую (о кооперации), потом откладывал работу над ней и возвращался к прежней проблеме (о ЦК и РКИ), прекращал работу над ней и начинал работу над новой проблемой (по запискам Н. Суханова), не завершив ее, снова обратился к проблеме реорганизации ЦК и РКИ. Очевидно, это свидетельствует о том, что в ходе этой работы он сталкивался со значительными трудностями.

Вновь вернуться к работе над проблемами, поставленными в записках «О нашей революции» и «О кооперации» В.И. Ленин уже не смог, в результате они так и остались незавершенными.

9 (?) января 1923 г. Ленин продиктовал «План статьи “Что нам делать с Рабкрином"». В архивном варианте он представляет собой машинописный текст без каких-либо подписей, помет и следов регистрации. В этом плане нашли отражение идеи, сформулированные в диктовках 26 и 29 декабря 1922 г. Так, в нем закреплено положение о необходимости уменьшить влияние личного момента в работе ЦК. Вместе с тем, прослеживается развитие прежних идей. В пункте 13-ом сформулировано положение о том, что новые члены ЦК отдаются под опеку Секретариату ЦК, которому вменяется в обязанность «организация обучения новых членов ЦК всем деталям управления». Кроме того, в плане появляются идеи (п. 12 ), созвучные с предложением Ленина, которое он сформулировал еще 2 ноября 1922 г., после обсуждал проблемы реорганизации РКИ со Сталиным и Каменевым - «сделать его (т.е. НК РКИ) сильным и независимым (от органов власти на местах) при сохранении прежних функций». Возможно, что в тот же день, 9 января 1923 г., Ленин продиктовал первый фрагмент текста статьи «Что нам делать с Рабкрином?» По причине плохого самочувствия работа была прервана и возобновлена лишь 13 января, когда было продиктовано еще два фрагмента текста. Затем Л.А. Фотиева свела три фрагмента в один текст.

Известно, что этот вариант статьи В.И. Ленину не понравился. 14 и 15 января были нерабочими днями, работа возобновилась 16 и 17 января, когда были продиктованы записки «О нашей революции». Возможно, переключение на другую тему было связано с тем, что нужного решения проблема реорганизации ЦК партии пока что не удавалось найти. Однако вскоре Ленин, видимо, нашел его. Во всяком случае, вернувшись 19 января к этой теме, он дал иное решение проблемы главной проблемы, чем предлагал сначала. Работа в напряженном режиме продолжалась до 23 января и завершилась созданием нового варианта статьи о реорганизации центральных органов партии и РКИ, получившей название «Как нам реорганизовать Рабкрин (Предложение XII съезду партии)». 25-го статья уже была отправлена для публикации.

Окончательный вариант статьи представлен четырьмя машинописными экземплярами. Все они датированы 23 января 1923 г. Один из них зарегистрирован при поступлении в Архив Ленина 10 марта 1923 г. На каждом и них перед текстом статьи напечатано: «Опубликовано в «Правде» 25.1.23 г. в № 16». Один экземпляр имеет в верхнем поле отверстия, сделанные дыроколом, благодаря которым листы с помощью тесьмы крепились к специальной папке, чтобы Ленину было удобнее работать. Это обстоятельство указывает на то, что данный экземпляр был отпечатан до того, как статья была отправлена Лениным для публикации и что он, вероятно, знакомился именно с этим текстом. Об этом же говорит и хранящаяся вместе с этой статьей записка, которую М.А. Володичева написала для М.И. Ульяновой: «Просьба предупредить Владимира Ильича, что вся статья прикреплена к одной папке с начала до конца». Имеются также два экземпляра гранок этой статьи, а также два экземпляра вырезок из газеты (Правда, 25 января 1923 г.) со статьей «Как нам реорганизовать Рабкрин» (полосы газетных листов с текстом наклеены на листы бумаги). Один газетный вариант статьи также имеют на верхнем поле отверстия от дырокола, что позволяет предполагать, что Ленин читал газетный вариант статьи.

Во всех этих текстах отсутствует тезис о генсеке, имеющий принципиальное значение как для понимания хода ленинской мысли, так и для исследования всего комплекса последних писем и статей В.И. Ленина. В Полном собрании сочинений В.И. Ленина этот фрагмент выглядит так: «члены ЦКК, обязанные присутствовать в известном числе на каждом заседании Политбюро, должны составить сплоченную группу, которая, «невзирая на лица», должна будет следить за тем, чтобы ничей авторитет, ни генсека, ни кого-либо из других членов ЦК, не мог помешать им сделать запрос, проверить документы и вообще добиться безусловной осведомленности и строжайшей правильности дел». Объективно, этот тезис о генсеке играет важную роль в системе аргументации ленинского авторства «Письма к съезду». Однако ни в одном из указанных выше текстов статьи, датированных 23 января 1923 г., в гранках и в газетном варианте статьи нет тезиса о генсеке. В них данное предложение выглядит так: «...чтобы ничей авторитет не мог помешать им сделать запрос» и далее по тексту. Следовательно, от В.И. Ленина в редакцию «Правды» и в Политбюро текст статьи поступил без тезиса о Генсеке. Не было тезиса о генсеке и в первоначальном варианте статьи - «Что нам делать с Рабкрином». Отсутствовал он и в публикациях этой статьи во 2-м, в 3-м, в 4-м изданиях собраний сочинений В.И. Ленина. Тезиса о генсеке в статье «Как нам реорганизовать Рабкрин» до конца 1950-х годов не было!!! Он «вдруг» появился в начале 1960-х годов в Полном собрании сочинений В.И. Ленина, размножившись вслед за этим в массе других публикаций, сделанных на основе этого издания.

В Полное собрание сочинений В.И. Ленина этот тезис, видимо, попал из копий этой статьи, которые были обнаружены в 1949 г. «копийной группой» и которые хранятся в отдельном деле. Все они имеют тезис о генсеке, причем в одном из них он вписан в машинописный текст рукой.

Необходимо учесть, что, во-первых, время и обстоятельства создания этих копий, а также их предназначение не известно, что, во-вторых, тезис о генсеке находятся в противоречии с теми текстами статьи, с которыми В.И. Ленин работал (или мог работать), наконец, в-третьих, что ни В.И. Ленин, ни Н.К. Крупская, ни ленинские секретари, ни участники обсуждения статьи в Политбюро 25 января 1923 г. не подымали вопрос об искажении ленинского текста при публикации. Все это позволяет утверждать, что В.И. Ленин не был автором тезиса о генсеке, который был включен в текст его статьи неизвестным редактором позднее ее создания и без ведома Ленина.

Материал по истории создания этой статьи фиксирует разные стадии работы над ней, а также органическую связь ее с ленинскими документами предыдущего периода. Эти обстоятельства, а также время ее публикации (в период сохранения Лениным работоспособности) и факт знакомства Ленина с газетным текстом статьи служат достаточным основанием для признания ленинского авторства ее. Именно того варианта, в котором нет предупреждения об опасности, исходящей для ЦК РКП(б) от генерального секретаря ЦК.

В истории создания последней ленинской статьи - «Лучше меньше, да лучше» - много неясного. Показателен уже тот факт, что статья является единственным текстом ленинского «Завещания», который не имеет комментария в Полном собрании сочинений В.И. Ленина. Точно не известно, ни когда началась работа над ней, ни когда она завершилась. Начало работы над ней нельзя отнести ко времени до 2 февраля, первое конкретное указание на работу Ленина над ней имеются в записях за 2, затем в записях за 4, 6, 7, 9 и 10 февраля. 9 февраля, возможно, уже имелся первоначальный текст статьи, хотя это нельзя считать установленным фактом. После перерыва в работе, с 18 февраля В.И. Ленин возобновил работу над каким-то текстом (возможно, над статьей «Лучше меньше, да лучше») и вел беседы с Л.А. Фотиевой. По свидетельству врачей 3 марта Ленин «начал читать корректуру своей новой статьи, но, прочтя 2 страницы, сказал, что устал и больше читать не может». 4 марта статья была уже опубликована. Вот и все, что известно о работе В.И. Ленина над своей последней статьей.

Оригинал статьи представляет собой машинописный текст. Сохраняются четыре машинописных экземпляра статьи. Указание на секретаря, записавшего текст отсутствуют. Один из тестов зарегистрирован при поступлении в Архив, другой имеет отверстия от дырокола — очевидно, он был подготовлен для работы Ленина с ним. Возможно, он читал его (на это указывают записи дежурных врачей). Имеется также газетный вариант статьи — вырезанные колонки текста, наклеенные на листы бумаги.

Работа над статьей зафиксирована в документах делопроизводства маленькой запиской, хранящаяся в деле вместе с ее текстами. Она адресована «Наде» («для архива»), подписана одним инициалом «В». Можно предположить, что ее автор - М.А. Володичева. Не считая Н.К. Крупской, в окружении Ленина в это время находилась единственная Надя - Н.С. Аллилуева (жена И.В. Сталина), работавшая в секретариате Ленина. Поэтому можно предположить, что записка была адресована ей.

Несмотря на ограниченность документальной базы и некоторую противоречивость источников, свидетельствующих о работе Ленина над статьей «Лучше меньше, да лучше», нет оснований для сомнений в ленинском авторстве ее. Очевидна связь изложенных в ней идей и предложений с прежними ленинскими наработками по этой проблеме, в частности, со статьей «Как нам реорганизовать Рабкрин». Факт публикации статьи в то время, когда Ленин еще сохранял работоспособность и никто не знал, что до рокового, третьего инсульта, прекратившего всякую деятельность В.И. Ленина, остались считанные дни, по нашему мнению, снимают любые сомнения относительно ленинского авторства.

Особый блок текстов представляют собой три письма. Первое - Л.Д. Троцкому (5 марта), в котором он просил поддержки в борьбе по национальному вопросу, которую он намеревался развернуть против Сталина и его сторонников. Второе - П.Г. Мдивани, Ф.Е. Махарадзе и др. (далее: письмо Мдивани) от 6 марта 1923 г., в котором он заявлял о своей поддержке в их борьбе против политики, проводимой Сталиным. Третье - И.В. Сталину («письмо-ультиматум») от 5 марта 1923 г., в котором Ленин, возмущенный грубым обращением Сталина с Крупской, предложил ему извиниться, грозя, в противном случае, разорвать с ним отношения. Характерные особенности этих писем, а также информация об их создании и направлении адресатам ставят вопросы относительно принадлежности их Ленину, на которые не удается найти убедительные ответы.

Хранящиеся в архиве письма представляет собой «отпуски» машинописных текстов. Лениным они, естественно, не подписаны, никем не заверены, не имеют следов регистрации. Не зарегистрированы они и в делопроизводственных книгах ленинского секретариата.

Информация о диктовке В.И. Лениным писем Троцкому и Мдивани имеется в сфабрикованных записях «Дневника дежурных секретарей» за 5 и 6 марта 1923 г., поэтому она не может расцениваться как надежная и требует подтверждения со стороны независимых источников информации. Такая же информация содержится в «Справке», составленной М.А. Володичевой 5 марта 1923 г., и в ее записке Троцкому от 5 марта 1923 г. В «Справке» говорится только о намерении направить Троцкому письмо Ленина, а из записки следует, что Володичева ознакомила Троцкого с содержанием письма только по телефону. О времени и обстоятельствах передачи Троцкому письма адресованного Мдивани известно только из его собственных рассказов, которые в этих вопросах противоречат указанным выше источникам информации. При этом оказывается, что он 5 марта получил письмо для Мдивани, которое, согласно общепринятой версии, было продиктовано Лениным только 6 марта.

Сам факт существования в это время письма, адресованного Мдивани от 6 марта 1923 г. не вызывает сомнения. Оно было известно И.В. Сталину, который сообщил о нем Г.К. Орджоникидзе 7 марта 1923 г. Однако, этого недостаточно, чтобы признать его ленинским документом: Сталин не был свидетелем диктовки Ленина. Он знал об этом «из третьих рук». Поэтому проблема доказательства принадлежности В.И. Ленину этого документа, несмотря на факт его существования в это время, остается актуальной. Подобных свидетельств о существовании в это время писем Л.Д. Троцкому и И.В. Сталину нет.

Первое документальное свидетельство существования письма В.И. Ленина Л.Д. Троцкому относится к 16-17 апреля 1923 г., когда копия писем Троцкому и также Мдивани (вместе с копиями «записок» «К вопросу о национальностях или об “автономизации"», записки Володичевой Троцкому от 5 марта 1923 г.) были направлены Троцким в ЦК РКП(б). Эти копии по его требованию были направлены всем членам Центрального комитета. Поступили они и В.И. Ленину. В ленинском секретариате они были зарегистрированы как входящие документы. Это — единственный след, который они оставили в делопроизводственных книгах ленинского секретариата. Серьезным аргументом в пользу версии о ленинском авторстве письма Троцкому такое свидетельство, естественно, служить не может. Более того, оно усиливает сомнения в нем.

Более сложным является вопрос о «письме-ультиматуме» Ленина Сталину. Документально устанавливаемое время первого предъявления его - середина 1926 г., когда на Объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) о его существовании рассказал Г.Е. Зиновьев. В историографии его появление связывают с конфликтом Сталина и Крупской, который в свою очередь, документируется рядом писем. Проведенное изучение этих писем привело к следующим выводам. Во-первых, все они вызывают сомнения в своей подлинности, во-вторых, содержащаяся в них информация находятся в противоречии с другими источниками, освещающими эту историю. Здесь мы кратко укажем на них. Письмо Н.К. Крупской подписано так, как Крупская никогда не подписывалась («Н.К. Ульянова»), оно не прошло регистрации в ленинском секретариате, отсутствует его подлинник. В архиве Троцкого имеется копия с копии, на которой рукой Троцкого написано, что копия им проверена, следовательно ее нельзя считать заверенной копией. В архивном фонде Ленина хранится копия с этой «копии с копии». Дежурные врачи 19 — 22 декабря не фиксирует никакой работы Ленина. Следовательно, у нас нет никаких оснований принимать это письмо в качестве носителя достоверной информации.

Тоже следует сказать и относительно документов, которые претендуют на роль косвенного свидетельства диктовки Лениным Крупской письма для Троцкого и конфликта Сталина и Крупской, происшедшего вечером 22 декабря 1922 г. Речь идет о записках, которыми обменялись Л.Б. Каменев и И.В. Сталин 23 декабря 1922 г., а также о письме Л.Б. Каменева Г.Е. Зиновьеву от 7 марта 1923 г. Во-первых, в них нет информации, которая позволила бы однозначно связать их с письмом Н.К. Крупской Л.Б. Каменеву и с конфликтом Сталина и Крупской. Во-вторых, в них имеются внутренние противоречия, не позволяющие с доверием относиться к ним. В-третьих, самое главное, них не получает подтверждения датировка конфликта 22-м декабря 1922 г. и его связь с проблемой монополии внешней торговли. Все источники, кроме письма Н.К. Крупской Л.Б. Каменеву, указывают иное время конфликта - не ранее конца января - начала февраля 1923 г. и связывают (прямо или косвенно) его с «кавказскими делами». Один этот факт делает невозможным доверительное отношение к тем источникам, которые «документируют» версию, предложенную в письме Н.К. Крупской. Следовательно, появляется основание для скептического отношения к утверждению, что автором «письма-ультиматума» является В.И. Ленин.

Надежным свидетельством в пользу принадлежности В.И. Ленину письма-ультиматума считается ответное письмо Сталина Ленину от 7 марта 1923 г. Однако, и с ним не все просто. Дело в том, что существуют два идентичных по содержанию текста письма, одно из которых, как считается, записано М.А. Володичевой со слов Сталина, а другое — написано лично И.В. Сталиным или почерком очень похожим на него. Причем, данный текст письма написан ручкой, а подпись на нем, возможно, представляет собой факсимиле. Возникает странная ситуация, не располагающая к доверительному отношению к этому документу: Сталин пишет письмо ручкой, откладывает ее, достает факсимиле и им оформляет свою подпись! Возникает и другой вопрос: какой из этих тестов первичен? Кем, когда и зачем изготовлен второй текст? Не ясно. В этом случае важным оказывается и то, что ни один из них не имеет следов регистрации ни в сталинском, ни в ленинском секретариате. Это еще более усиливает сомнения во всем, что касается принятой версии этой истории.

Относительно всех трех последних писем Ленина следует иметь в виду следующее: первые числа марта характеризовались не активной политической борьбой В.И. Ленина с И.В. Сталиным, а совсем другой борьбой - безуспешными попытками продолжить интеллектуальную деятельность. В этих условиях диктовка текстов, которые отличаются четкостью формулировок, свидетельствуют о хорошей памяти и нормальной интеллектуальной деятельности, представляется очень маловероятным событием, вернее, практически невозможным.


Выводы: В «Политическом завещании» выделяются две группы текстов, которые и определяют основное структурное деление его.

Первая — тексты, ленинское авторство которых устанавливается вполне надежно: диктовки от 23, 26-29 декабря 1922 г. (письмо И.В. Сталину «к съезду», тексты, посвященные планам реорганизации ЦК и РКИ, а также текст, известный под названием «О придании законодательных функций Госплану»), статьи «Странички из дневника», «Как нам реорганизовать Рабкрин» (а также план первоначального варианта этой статьи, и самый текст ее, имевший название «Что нам делать с Рабкрином»), «Лучше меньше, да лучше», а также записки, не предназначавшиеся для печати или не подготовленные к ней, которые были опубликованы по решению Политбюро ЦК РКП(б) под условными названиями - «О кооперации» и «О нашей революции (По поводу записок Н. Суханова)».

Вторая группа текстов представлена «Письмом к съезду» (диктовки 24-25 декабря 1922 г. и 4 января 1923 г.), записками «К вопросу о национальностях или об “автономизации"» и письмами от 5 марта 1923 г. И.В. Сталину («письмо-ультиматум») и Л.Д. Троцкому, а также от 6 марта 1923 г. П.Г. Мдивани, Ф.Е. Махарадзе и др. На основе формальных признаков этих документов, а также на основе информации, относящейся к истории их создания, доказать ленинское авторство их не удается.

Структура последних писем, записок и статей Ленина (т.е. ленинского «Завещания» в подлинном смысле этого слова) такова: 1. Письмо И.В. Сталину от 23 декабря 1922 г., в котором В.И. Лениным были намечены основные проблемы, занимавшие его в это время; оно во многом определило политическое содержание всех последующих текстов, посвященных реорганизации центральных органов РКП(б), РКИ и Госплану. 2. Предварительные проработки проблем по Госплану осуществлены в диктовках от 27-29 декабря, по проблемам центральных органов РКП(б) и РКИ - в диктовках от 26 и 29 декабря. 3. Первый развернутый вариант реорганизации центральных органов РКП(б) и РКИ составлен 9-13 января 1923 г. в процессе работы над первоначальным вариантом статьи, имевшей название «Что нам делать с Рабкрином?». 4. Второй (окончательный) вариант их реорганизации был предложен и аргументирован статьях «Как нам реорганизовать Рабкрин» и «Лучше меньше, да лучше». 5. Особый блок текстов представлен статей «Странички из дневника», а также записками, посвященными кооперации и полемике с Н. Сухановым, которые, при всем различии поставленных в них конкретных проблем социально-экономического развития страны, объединены проблемой выяснения перспектив социалистической революции в России.

Наличие в «Завещании» двух блоков текстов — принадлежащих Ленину и не принадлежащих ему - делает неизбежным следующие выводы. Первый -необходима существенная корректировка прежних представлений об участии В.И. Ленина в политической борьбе в этот, последний для него период политической деятельности. Второй - необходимо по-новому взглянуть на комплекс документов известных под названием «Политическое завещание» Ленина, в текстах которого не просто отразилась политическая борьба в руководстве РКП(б), но и который сам является продуктом этой борьбы.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910111213141516171819202122232425
26272829303132333435363738            




Интересное:


К истории англо-франко-советских переговоров летом 1939 года
Мобилизация населения в красную и белую армию в период гражданской войны - сравнительный анализ
Государство и церковь в XVII столетии
Государство и церковь во второй половине XVI столетия.
Конституционные демократы начала 20 века - экономическая и политическая программа
Вернуться к списку публикаций