2012-01-18 10:49:04
ГлавнаяИстория и историография — Государство и церковь в XVII столетии



Государство и церковь в XVII столетии


В процессе подготовки и суда над патриархом, опале подвергались сторонники Никона, например, в 1664 году был сослан в Казань Никита Зюзин, предпринявший попытку примирения царя и патриарха. В немилость попали и лица, назначенные Никоном на какие- либо духовные должности.

Крушение планов Никона было предопределено с самого начала. В России уже набрал силу процесс становления абсолютизма. Царская власть не могла допустить существование фактора, сдерживающего самодержавие - власти церковной.

Почему же стало возможным, пусть даже на короткий срок, возвышение патриаршей власти? Можно предположить, что решающим фактором, способствующим возвышению духовной власти, стала личность Никона, которая «обладала редким сочетанием - высокой монашеской духовностью с большим даром администратора крупного государственного масштаба».

Следует также принимать во внимание тот факт, что Никон выдвигал идеи, отвечающие интересам всей русской церковной иерархии. Практически все иерархи были недовольны Соборным Уложением 1649 года, но «не имели смелости додумывать и высказывать» свои недовольства.

Немаловажное значение имела и экономическая мощь патриаршей епархии, которая при патриархе Никоне достигла наибольших размеров. По данным П.Ф. Николаевского к началу 1658 года в состав патриаршей области входило: 85 городов, 4036 церквей, 435 приделов, 54 часовни, с которых в патриаршую казну собирались налоги.

Несмотря на поражение Никона, его деятельность не осталась безрезультатной. Ряд Соборов от 1660 до 1667 года рассматривал вопрос о взаимоотношении церкви и государства. Особую значимость имел Собор 1666-1667 годов. Итоги Собора таковы:

Во-первых, Собор вынес суждение о взаимоотношении церкви и государства: «... Да будет признано заключение, что царь имеет преимущество в делах гражданских, а патриарх - церковных, дабы таким образом сохранилась целой и непоколебимой во век стройность церковного учреждения».

Во-вторых, Собор принял решение о закрытии Монастырского приказа. В 1667 году Монастырский приказ был лишен судебных полномочий, а в 1677 году - расформирован.

В-третьих, указ Никона, направленный на превращение духовенства в замкнутое сословие получил силу закона.

Видится возможным остановиться на вопросе о подсудности духовенства. Как было отмечено, юрисдикция церковного суда над духовенством была восстановлена. Исследуя источники интересующего периода, можно сделать вывод, что, несмотря на решения Собора, вопрос о подсудности духовенства остался дискуссионным. Значение указанного вопроса, например, можно рассмотреть на примере царской грамоты и патриарших грамот, данных новгородскому воеводе и новгородскому митрополиту.

31 января 1686 года была отправлена царская грамота Новгородскому воеводе Петру Шереметьеву. Ссылаясь на авторитет Собора 1666-1667 годов (перечисление присутствующих на Соборе иерархов, включая восточных патриархов) грамота подтверждает решение Собора: «...архиереев, архимандритов, и игуменов, и священников, и дьяконов, и монахов, и инокинь, и весь церковный чин и их людей, мирским людем ни в чем не судить, а судить их во всяких делах архиереям, каждому во своих епархиях, или кому повелят от духовного чина, а не от мирских... а кому духовного чину доведется быть челом в каком управном деле на кого мирского чина, и на Москве... бьет челом святейшему Патриарху, а в городах архиереям, митрополитам, архиепископам и епископам, а к мирским судьям, по священным правилам, да не приходить».

Таким образом, грамота подтверждает:

- подсудность духовенства церковному суду;

- подсудность церковному суду дел, в которых духовенство «бьет челом на мирян».

На основании акта «О следствии, суде и наказании людей Духовного чина, которые объявятся в церковных или в мирских татьбах, разбоях, в делании фальшивой монеты и в убийствах» от 22 января 1669 года и ст. 19 «Новоуказных статей о татебных, разбойных и убийственных делах от 22 января 1669 года была составлена грамота патриарха Иакима Новгородскому митрополиту Корнилию от 30 июля 1688 года, которая уточняет возможность передачи церковных людей светскому суду по делам уголовным. В грамоте говорится: «...буде по татиным и разбойным делам, по оговору разбойников, прилигаться освященного и монашеского чина люди и церковные причетники, и их у градскому суду, к мирским судиям, для распросу и осных ставок... отсылать не велено, в велеть для очных ставок, присылать в свои митрополии приказы к закащикам, и буде по очным ставкам и розыску, священного и монашеского чина люди и церковные причетники приличаются к татийным и разбойным делам».

Из приведенного отрывка патриаршей грамоты видно, что:

- первоначальное расследование уголовных дел (краж и разбоя) по делам церковных лиц должно было проводиться в приказах митрополитов;

- первоначальное расследование указанного круга дел должно было рассматриваться совместно церковными и светскими лицами.

Далее в грамоте говориться, что в случае если причастность к преступлению будет подтверждена, духовных лиц «отсылать к гражданскому суду».

В грамоте также говориться, что с согласия митрополита таких лиц необходимо «обнажать священства или монашества». Таким образом, к светскому суду привлекались лица, лишенные духовного или монашеского сана.

30 августа 1689 года подписана еще одна патриаршая грамота Новгородскому митрополиту Корнилию, направленная на регулирование вопроса о подсудности духовенства. Данная грамота явилась ответом на челобитную новгородцев о подчинении духовенства мирскому суду. Грамота гласит:... по указу Великих Государей и по нашего святейшего патриарха и всего освященного Собору изложению, надлежать архиерейского суда, ему Корнилию митрополиту во всем быть непреслушен и непрекословен». То есть грамота устанавливает санкцию за нарушение этого правила: «...будете от святые церкви во отлучении и всякие церковные святыми до смерти несподоблении».

Возвращаясь к решениям Собора 1666-1667 годов, необходимо отметить, что наряду с указанными выше решениями, Собор принял еще ряд постановлений, отвечающих интересам царской власти.

По предложению восточных патриархов, собор принял решение о введение в перспективе окружной системы управления церковью. В отличие от восточных патриархов русский первосвятитель не являлся третьей инстанцией, возвышающейся над митрополитами и епископами. После учреждения патриаршества в России сан митрополита был присвоен четырем архиереям. Но митрополичий сан остался простым титулом, так как по своим полномочиям митрополиты оставались теми же епископами. Митрополичиих округов в русской церкви не существовало.

Восточными патриархами было внесено предложение устроить систему церковного управления следующим образом. Округ из нескольких епархий подчиняется митрополиту, архиереи округа во главе с митрополитом на окружных съездах решают местные дела, а патриарх имеет право контроля и верховного управления церковью путем созыва Вселенских Соборов.

Также на Соборе были приняты решения:

- о прекращении роста патриаршей области;

- о сокращении патриаршей области.

В исполнение решений Собора в мае 1667 года к Белгородской митрополии отошли территории 21 города, входившие ранее в патриаршую область. В июле 1667 года была восстановлена Коломенская епархия, также ранее входившая в состав патриаршей области.

В 1672 году часть территории отошла к Суздальской епархии.

Однако на этом попытки реформировать церковную организацию во второй половине XVII столетия не завершились.

Светская власть сделала еще одну попытку перестроить систему церковной иерархии в своих интересах в ходе общей системы управления.

В 1681 году был составлен проект перестройки центрального церковного управления. Проект включал в себя два предложения:

- увеличение числа епархий;

- введение окружного управления церковной организации (это преобразование было предложено восточными патриархами на Соборе 1666-1667 годов).

Увеличение числа епархий предполагалось за счет выделения новых епархий из состава уже существующих и, прежде всего, за счет огромной патриаршей области.

В Соборном постановлении (ноябрь 1681 года) указываются такие причины для увеличения числа епархий, как:

- «иные грады от архиерейского пребывания имеют дальнее расстояние»;

- «множатся церковные противоречия».

Цель реформы постановление формулировало следующим образом: «Чтоб каждому митрополиту имати во своей епархии епископов, подвластных ему, а святейшему патриарху... имати многих епископов». Следует учитывать, что Соборное постановление принималось по предложению царя.

Общее количество епархий предполагалось довести до 12 митрополий и 72 архиепископий и епископий. В этом вопросе интересы светской и духовной власти не совпадали. Царская власть желала иметь в государстве централизованный церковный аппарат, состоящий из множества мелких архиерейств. Иерархи, в свою очередь, не желали дробить свои владения.

Окружное управление церковной организацией имело целью решить иерархов (и, прежде всего, патриарха) прежней независимости. Согласно проекту, архиереи должны были быть подчинены непосредственно митрополитам и лишь через их посредство - патриарху. Каждый из митрополитов должен был иметь в своем подчинении определенное число архиепископов и епископов. Митрополичьи кафедры предполагалось разместить: в Новгороде, Казани, Астрахани, Сибири, Смоленске, Ростове, Пскове, Твери, Вятке, Нижнем Новгороде, Рязани, Белгороде. То есть, митрополии должны были располагаться в тех городах, что и, согласно проекту общей реформы, наместники. Митрополиты неизбежно попали бы в зависимость от наместников, что усилило бы подчинение церкви государству.

Следует также отметить, что для церковных иерархов предполагалось установить иерархию, сходную с иерархией светских чинов.

Авторы проекта подчеркивали «християнскую непреоборимую всегда силу» Российского царства. И если Христос имел двенадцать апостолов, то русскому монарху предполагалось иметь двенадцать наместников. Соответственно числу наместников должно было быть и число митрополитов.

Проект не получил поддержки ни церковных, ни светских иерархов. Церковные иерархи не приняли его по двум причинам:

- Иерархи не желали усиления централизации церковного управления и установления контроля над их деятельностью и доходами со стороны митрополитов (один патриарх не мог обеспечить подобного контроля);

- Иерархи не желали допустить сокращения своих доходов в результате дробления епархий.

В конце 1681 года проект преобразований подвергся изменениям. Притязания светской власти претерпели значительное сокращение. Отказ от посылки наместников в двенадцать «царственных градов» отменил угрозу подчинения церковной власти наместникам. Предполагаемое количество новых епархий сократилось до пятнадцати.

Измененный проект был вынесен на обсуждение Собора, состоявшегося в 1681-1682 годах. Итогом работы церковного Собора стало принятие решений:

- о создании пятнадцати новых епархий;

- об утверждении окружного управления церковной организацией.

Однако, не смотря на одобрение церковным Собором открытия новых епархий, в последних двух десятилетиях XVII столетия было открыто всего четыре епархии.

Таким образом, во второй половине XVII века попытки царской власти подчинить власть церковную не увенчались успехом. Дробление крупных епархий и введения усиленного контроля над архиереями не произошло.

Некоторым изменениям подверглось положение патриаршей области: был остановлен ее рост; открытие Белгородской митрополии и Коломенской епархии сократили размеры патриаршей области.

Необходимо отметить, что во второй половине XVII столетия государственная власть неоднократно накладывала на духовенство выполнение определенных повинностей. Наиболее часто повинности заключались:

- в сборе денег на государственные нужды (например, Память Новгородского воеводы князя Юрия Одоевского Тихвинского монастыря архимандриту Варсонофию о сборах на хлебное жалование вновь утвержденного пехотного полка. 26 января 1679 года; Царская грамота Псковскому воеводе Петру Головину, с изложением узаконений о сборе с церквей данных денег от 11 декабря 1688 года.);

- в привлечении лиц духовного звания к военной службе (например, Именной Указ «О сборе с Новгородского и прочего уездом с монастырских и церковных вотчин и с крестьян платою человека для службы в пешем стою на время» от 15 июля 1657 года; Именной Указ «О взятии в службу детей боярских и излишних церковнослужительских» от 15 декабря 1659 года; Наказ Боярину Князю Куракину с сотоварищи о взятии в службу детей боярских и духовного звания с их семейств по росчислению» от 26 декабря 1659 года; Грамота Боярину Куракину, с сотоварищи «О невзятии неволею в службу духовного чина людей» от 1 февраля 1661 года).

Однако столкновения светской и духовной власти (особенно ярко это проявилось в отношениях Алексея Михайловича и Никона) сместили «хрупкое равновесие», существовавшее в начале XVII столетия (Михаил Федорович и Филарет), в сторону усиления царской власти. Важнейшим следствием этого стала церковная реформа Петра Великого.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Бородинское сражение: историография, источники, проблемы исторической реконструкции
Определение понятия закон в условия самодержавия - историографический аспект
Государственное обеспечение и охрана социальных прав работников милиции НКВД РСФСР
Великая отечественная война в исторических исследованиях 1960-1990
Личность, общество, история. Субъект исторического процесса.
Вернуться к списку публикаций